Мелодия дождя

Опустошенность. Одиночество. То, что сейчас чувствовала Хуан. То, чем были пропитаны всё её тело и разум. Казалось, будто весь мир обрушился, и она погрузилась во мрак, оставшись в этом разрушенном мире совсем одна. Нить разорвана, а свет погас, оставив внутри лишь воспоминания. Воспоминания о единственном родном человеке, о семье, о частичке души. Сердце сжимается, ей хочется кричать, но бессилие больно сдавливает горло. Оно плотно застряло словно ком, не позволяя отчаянному крику вырваться из груди. Как же хочется, чтобы это всё оказалось дурным сном. Но это невозможно. Бабушки больше нет с ней. Она ушла, оставив её жить и проживать эту боль. Как жаль, что нет таких сил, чтобы ускорить это проживание - ты понимаешь, что теперь ты один на один с этой болью, и ничто тебе не поможет. Прошёл второй день с похорон Шин, а тело Хуан всё ещё было облачено в чёрное платье. Уткнувшись в подушку, девушка лежала на помятой заправленной кровати, с каждым всхлипом роняя горькую слезу. В этой комнате так тихо. Так темно. Как было и в её душе. Тревога о том, как жить дальше, сменялась гневом. Сожалением. Сколько всего она не успела ей сказать. Сколько не успела для неё сделать. Девушка злилась на каждую секунду, потраченную на какую-то работу. Каждый день, каждый вечер, которые она могла провести дома за просмотром её любимых дорам, разговаривая и выпивая горячий чай. В обнимку с ней. Хуан винила себя. Жалела о том, что слушала отговорки Шин, и ненавидела себя за то, что оказалась так слепа. Как же хочется всё изменить, отмотать назад и вернуть. Да, она бы не смогла ей помочь, но ни за что не оставила бы бабушку в её последние дни. Она бы попрощалась, сказала бы о том, как она для неё дорога, как сильно любит, как благодарна за всё. А от осознания того, что она опоздала, Хуан хотелось последовать за ней, чтобы сказать это всё. С очередным звонком Хуан сдерживала желание разбить вибрирующий перед носом телефон о стену. Она не сомневалась в том, что друзья не будут её беспокоить, когда просила их после похорон позволить ей остаться одной, но какой-то незнакомый номер продолжал высвечиваться на экране, заставляя жмурить опухшие глаза, которые уже успели привыкнуть к темноте этой комнаты. Нащупав телефон, девушка нехотя ответила на звонок и равнодушно выслушала мужской голос. - Хорошо, - лишь хрипло протянув, она сбросила звонок, посчитав, что главное уже услышала. Мужчина просто хотел напомнить ей забрать некоторые вещи Шин, оставшиеся в больнице в тот злосчастный день. Поднявшись с постели, девушка провела ладонями по щекам, стирая с них влажные дорожки. Лицо её опухшее, как и красные глаза, блестящие от влаги. Не хочется никуда выходить. Все яркие краски сменились на единственный серый, и теперь она будет жить в четырёх стенах этого серого тона. Кажется, что смысла жизни у неё больше нет, ничего больше не важно. Ничего не нужно. Ступая по белому кафелю этой больницы, девушка с ужасом вспоминает события двухдневной давности: как на бабушку надели кислородную маску, как её слабое тело везли на каталке, как она исчезла за дверями реанимационной, а когда Хуан впустили к ней, она услышала последнее пиликанье какого-то бесполезного аппарата. Она ушла, не приходя в сознание. Ушла, не дав шанса для последнего "люблю". - Простите, - девушка обернулась на знакомый мужской голос. Мужчина в белом халате, на вид лет сорока, шёл в её сторону с другого конца длинного коридора. Это был лечащий врач Шин, которого она, оказывается, посещала последние два месяца. Он сказал, что у нее была хроническая сердечная недостаточность, а то время, когда она чувствовала себя лучше, назвал ремиссией. Он знал. Девушка сжимает пальцы в кулак, на глазах наворачиваются слёзы, а губы дрожат в попытках сдержать эти прозрачные капли. "Он не помог ей", - твердила она себе, но глубоко в душе осознавала, что мужчина сделал всё возможное, а предначертанного избежать нельзя. - Я... я пришла за вещами, - промолвила в ответ. - Я оставил их в приемной, пойдёмте со мной. Мужчина пошёл в обратную сторону, рукой показав следовать за ним. - Госпожа Ли очень Вас любила, - вдруг начал он, - потому и скрывала свой недуг. Я понимаю, боль утраты родного человека не сравнится ни с какой другой, но такова жизнь: мы рождаемся, а по истечению своего срока умираем, поэтому даже врачи бывают бессильны перед ее законом. - И зачем Вы это говорите? - не смотря на мужчину, в пол ответила девушка. - Вы выглядите..., - мужчина замолчал, мысленно подбирая слова, - госпожа Шин не хотела бы видеть Вас такой, поймите. Не изводите себя, продолжайте жить ради неё. У Вас ведь есть друзья? Молодой человек? Если они есть - не отдаляйтесь от них, пусть каждый заполнит ту часть, которая сейчас пустует. Повторюсь, она хотела бы видеть свою внучку счастливой, а не... овощем. Он был прав. Бабушка скрывала всё от неё, чтобы улыбка с её лица не исчезала, но напрасно? Разве сможет она жить счастливо? ***** Она молча стояла в каких-то девяти метрах от него, проглатывая горячие слёзы, не в силах издать даже тихого писка. Каждый её беззвучный всхлип сопровождался судорожным поднятием узких девичьих плеч, а мокрые губы сильнее задрожали. Сцепив посиневшие от холода руки в замок, девушка смотрела в пол, не отрывая взгляда от влажной земли, под которой оставили её родного человека. Последнего. Впервые он увидел Хуан такой. Сломленной. Ему не хотелось запоминать её такой, но в последние дни эта плачущая девушка продолжала представляться перед глазами. Тэхён ненавидел траурные мероприятия больше всего на свете и ни за что бы не пошёл туда, если бы это была не она. В тот день он искренне ей сочувствовал, ведь понимал, каково это - потерять семью. Жалеет. Жалеет о том, что просто наблюдал, вместо того, чтобы заключить в свои объятия и сказать "всё будет хорошо". Разве он мог с уверенностью бросить это, когда сам не знает этого?! Когда сам не разобрался в себе. Время. Им обоим нужно было время. ***** И как же быстро оно пролетело. Быть побитым уже вошло в привычку. Тэхён тяжело дышит, лицо его украшено кровью и ссадинами. Из-за потери небольшого веса и бледности он казался слабым физически и больным. Его здоровье сейчас было не важно, что он и сам знал, выслушивая с опущенной головой упрёки Ли. - Ты что творишь? - властный голос Йонга заставил его напрячься. Ли Йонг был сильно разочарован из-за того проигрыша Тэхёна, но не придавал этому большого значения, говоря, что это всё переутомление и один раз не так страшно. Давая ему перерыв в целый месяц, Йонг надеялся на то, что отдых поможет ему прийти в форму. Как же он ошибался. С возвращением на ринг Тэхён принёс несколько побед подряд, а за ними последовали провалы, Ли терял большие деньги, а за последующие бои на него вообще не хотели ставить. Мужчина, конечно же, мог от него избавиться, но не хотел, ведь не так просто будет найти ему замену. Лучшим вариантом было узнать причину его сбоя. - Господин Ли, я..., - Тэхён не мог выговорить слово "устал", - мне жаль, небольшие проблемы со здоровьем. - Люди болеют неделю, месяц, но не четыре - это почти полгода, - махая руками, строго повысил голос мужчина, - ты знаешь, сколько я потерял из-за твоей проблемы? - Я верну всё, обещаю, - он не стал перечить, дерзить, не стал говорить, что принёс ему намного больше денег, чем Ли потерял, ведь это было бы выражением неблагодарности с его стороны. - Не болтай зря, а делай! - прошипел в лицо Ли. - Ты можешь вернуть, только если на тебя поставят, люди уже не станут рисковать своими деньгами, тебе придётся хорошо постараться, - бросив последнее слово и развернувшись, он скрылся за дверью, громко хлопнув ею. В комнате целую минуту царила тишина. Тэхён перевёл прожигающий взгляд на друга, который всё это время молча стоял у двери, не смея вмешиваться. - Знаешь, а меня всё больше радуют твои проигрыши, - улыбнулся друг, - скоро ему это надоест, он тебя пошлёт глубоко, и ты начнёшь жить нормально. - Говнюк, ты очень вовремя, - бросил в ответ и, повернувшись к нему спиной, уставился в окно, - блять, может сброситься?! Тон его спокойный, усталость не позволяет ему даже голос повысить. - Лёгкий путь? Тебе просто надо оставить всё: оставь это место, - уже который раз пытается достучаться до него. Чимин видел в нём своего брата, такого же упрямого и вспыльчивого, такого же родного. Он не желал ему всего, что с ним происходит, он лишь хотел вызволить друга из этого, пока не стало поздно. Чимин заметил, как плечи Тэхёна начали подрагивать, а за этим услышал смех. - А ты не заебался меня учить? - Тэхён оборачивается к нему, продолжая смеяться. - Чимин, я не боюсь смерти. - Знаю, но я боюсь этого, кретин. - И тебе не следует, зачем тебе друг-неудачник? Зачем тебе моё бабское нытье и жалобы на жизнь? Твою мать, ты только послушай, что я несу! - Ты устал, отдохни, - Чимин взялся за ручку двери, намереваясь уйти, - мне пора. - Я хочу оставить, - вдруг безэмоционально начал Тэхён, - верну долг и оставлю. Я давно осознал, что не хочу этим заниматься, но не мог себе в этом признаться. И не только из-за благодарности Йонгу, просто мне казалось, что я могу жить только этим, только так, а без этого моя жизнь потеряет смысл. Позже я пришёл к тому, что жить можно, если есть ради кого, а не ради чего. А ещё недавно, хотя, это было месяца три назад, я понял, кто мне нужен, но снова проблема - меня что-то держит. - Поверь в свои чувства, ты просто не доверяешь ей, - повернувшись к нему лицо, Чимин вновь заулыбался. - Ей? Ты знаешь, о ком я? - вскинув бровь, недоверчиво спросил Тэхён. - Конечно! Думал, раз прямо не спрашиваешь, я не пойму по твоим странным наводящим вопросам? Придурок, ты впустую потратил столько времени, пытаясь разобраться в себе, но даже сейчас ты не уверен. Смотри, чтобы не стало совсем поздно. - Ты вроде уходить собирался, — буркнул Тэхён в ответ. - Ухожу. И кстати, ей уже лучше, - усмехнувшись, Чимин исчез за закрывшейся за ним дверью. Чёрт возьми! Он знал всё! Знал, что эта девчонка не безразлична ему и молчал? А что он должен был сказать? Дать советы о том, как ему быть? Придурок был прав, он впустую потратил время. То время, в которое он должен был быть рядом, когда она так нуждалась, но... струсил. Разве обязательно быть рядом? Он ведь итак знал, как она поживает со слов болтушки Мины, чьи телефонные разговоры незаметно подслушивал, когда заходил к другу. Знал из разговора этой парочки. Узнавал сам, хоть и не лично у неё. Блять, просто струсил, признай это. Не хотел вселять надежду и веру в себя? Нет, Тэхён сам не верил в чувства, в неё. Ты чертовски прав, Чимин. ***** Мина внимательно вчитывалась в каждую строчку на распечатанных белых страницах, закрепленных в толстой чёрной папке. Девушка радовалась за свою подругу, которая, наконец, смогла выбраться из своего разрушенного мира и вдохнуть воздух новой жизни. Теперь они как и раньше будут сидеть за этим столиком, выпивая после шоппинга холодные напитки с вкусным пирожным. - Ты же не будешь думать над этим предложением? Соглашайся! - Не знаю, Мина, я ведь бросила работу не для того, чтобы потом устраиваться в другое место. Я хочу посвятить себя тому, что мне осталось от бабушки, да и зарабатываю в магазине достаточно. - И что тогда, откажешь ему? - Да. - Ну блин, мне даже жалко его, - откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди, девушка с обидой надула губки. - Что, тебе жалко Вана? - удивилась Хуан. - Ага. Я верю, что его чувства искренние, он ведь был рядом с тобой, поддерживал и заботился, даже меня столько не было с тобой, сколько его, но ты даже шанса ему не даёшь. И правда. Хуан даже не задумывалась об этом, Ван действительно был рядом всё это время. Несколько раз в неделю он оставлял у двери пакеты с едой, а по вечерам заезжал после работы проверить, в порядке ли она, и всё это продолжалось в течении месяцев, а она только сейчас это осознала. Хуан не могла думать ни о чём, кроме пустовавшей комнаты бабушки, шагов в её комнату, которые она больше не услышит, утреннего аромата приготовленных ею инджольми, который она больше не почувствует, и её доброй улыбки, которую она никогда больше не увидит. Мысли об упущенном не переставая терзали девушку каждую ночь, из-за чего по утрам глаза открывались уже красными. Засыпая с надеждой, что это окажется слишком долгим сном, что, проснувшись, она её обнимет, а на следующий день встречаясь с жестокой реальностью, Хуан падала в пропасть. Казалось, будто время остановилось, фильм поставили на паузу, вот почему она не заметила, как прямо перед её носом пробежала целая зима. Она долго избегала общения со всеми, кто был в её жизни, не говоря уже о встречах и каких-то посиделках. Если Чимин с Миной не переставая бились в дверь квартиры, чтобы удостовериться в том, что она не наложила на себя руки, то Ван с пониманием уходил после "я хочу побыть одна". А что было совсем неожиданным, так это новый сосед сверху - Юнги, который, на самом деле, оказался старым соседом, и из уважения к Шин хотел приглядеть за той, кто была для неё всем. Каждый из них, как часть пазла, собирал её по кусочкам. Не было лишь одной детали. Одного человека. - Не хочу, чтобы он надеялся на что-то, - опустив глаза, Хуан подняла стакан с холодным яблочным соком и сделала жадный глоток, - Ван - хороший человек, но я не могу дать ему то, что он хочет. - Ты из-за Тэхёна его отталкиваешь? Хуан, он один раз появился, а спустя месяц забил на тебя, он не показывается почти полгода. Мне жаль, что я так в нём ошибалась. - Нет, это в прошлом, мне все равно. - Скажи это себе, дурочка. - Уже сказала. Зачем он мне сейчас, если его нет тогда, когда нужен? - она улыбнулась подруге, пытаясь скрыть истину, но не понимала, что всё итак было видно по её неуверенному голосу и бегающим глазам. Тогда, находясь на дне скорби, она не замечала его отсутствия в своей жизни, когда он был так нужен, а сейчас Хуан снова испытывает разочарование. В нём. Ошибалась не только Мина, но и она сама. - Тогда прими предложение Вана о работе, это же самая крупная кампания в городе. Беру те слова обратно, ты хотя бы подумай. - Хорошо, подумаю. - Отлично! - поправив юбку, девушка встала из-за стола. - А теперь пошли, купим тебе сексуальное платьице. - Зачем? - недоумённо посмотрела на подругу. - У тебя ведь скоро день рождения, я уверена, секси Ван обязательно что-то придумает, и ты тоже должна быть секси, тем более, это твой праздник - Я не хочу отмечать... - И не надо, Господи, это же просто платье, - схватив её за руку, Мина потащила девушку за собой.