Мелодия дождя

Прекрасная погода и отличное настроение с утра обещали спокойное завершение рабочего дня, после которого Хуан ждала бы друзей и любимого парня за накрытым ею столом. Уговорить Тэхёна заглянуть к ней в гости, чтобы они вместе весело провели время, оказалось для Ли непростым делом. Он сказал, что терпеть не может подобные посиделки, если это не клуб и чисто мужская компания, но ноющая Хуан в итоге получила "да" и на радостях ещё вчера закупилась всеми необходимыми продуктами для ужина, желая приготовить всё самое вкусное. Широкая улыбка и сейчас сияла бы на счастливом лице девушки, если бы не сообщение, полученное от Вана часом ранее. С их последней встречи Ли чувствовала беспокойство за него и даже пыталась пару раз дозвониться до Мина, встревоженная его внезапным исчезновением. И, казалось бы, она должна была вздохнуть с облегчением, узнав, что с ним всё хорошо, но предложение о примирительной прогулке  наоборот заставляет волноваться. Но почему? Хуан сама хотела поговорить с ним, что ей никак не удавалось, а сегодня она сможет расслабиться и выкинуть все навязчивые мысли из головы. Поэтому Ли и решила согласиться на эту встречу, несмотря на строгий запрет Тэхёна не пересекаться даже случайно. Вспомнив все мерзости, сказанные Тэхёном в их адрес, девушка качает головой, обиженно хмурясь на прошлые размолвки. Он был не прав! Ван вовсе не такой, как Тэхён о нём отзывался. Закрыв магазин на два часа раньше, Хуан спешным шагом направилась в парк, где они уже проходили в день её рождения. С приближением к месту назначения девушка снова и снова перекручивала в голове слова, которые хотела сказать Вану, каждый раз заменяя одни — другими. Что-то казалось слишком банальным, что-то неискренним, что-то недостаточным. Оказавшись на большой озеленённой территории с красивым продуманным дизайном Хуан остановилась, вдыхая смесь ароматов сотен деревьев и цветов, придающих этому месту завораживающий вид. Проходя дальше по дорожке, Ли попадает под тень многолетних деревьев, образующих длинную аллею. Родители и дети, одинокие и скучающие, пожилые и молодые пары занимают разные уголки в беседках, окружённых цветочными клумбами, наслаждаясь здесь чистым, прохладным воздухом. Осмотревшись по сторонам, в самой глуби парка девушка замечает парня, облачённого в чёрный костюм и сидящего на скамейке спиной к ней. Откинувшись назад, удерживая спину расставленными за ней ладонями на твёрдой поверхности, он неподвижно смотрит в небо, не боясь ярких лучей солнца. Кажется, это Ван. Шаги её неуверенно замедляются, когда их разделяют примерно пять метров, а придуманная по дороге речь мгновенно растворяется, распадаясь на смешанные кучки букв. Стоит ей появиться перед ним, закрывая его от палящего солнца своей тенью, как прикрытые глаза парня перестают жмуриться. Раскрыв веки, он сразу мягко улыбается, получая в ответ такую же тёплую, но более сдержанную улыбку. До самого её прихода он был уверен, что Хуан не появится, хоть девушка и ответила ему согласием, а теперь он рад, что ошибался. Она пришла. — Привет! — неловко начала девушка, усаживаясь рядом с ним, кладя сумку на открытые колени. — Давно ждёшь? Повернувшись к ней с той же нежной улыбкой, он ответил: — Это такая мелочь по сравнению с тем, сколько я готов был бы ждать, если бы знал, что в конце ты придёшь ко мне. — Ван... — Не нужно ничего говорить, — опустив голову в пол, парень начал покручивать в руках свой телефон. — Да, ты сделала свой выбор, и я здесь не за тем, чтобы просить тебя изменить его. Я просто хотел увидеть тебя. — Ты сердишься на меня? — Хуан растерянно взглянула на него, привлекая его пустой взгляд к себе. — С чего ты взяла? — Ты не отвечал на мои сообщения и звонки, — с обидой проговорила. — Я был занят, — соврал он, вновь устремляя свой взгляд в пол. Странно, он так хотел увидеть её, но не может смотреть. Чёрт возьми! Как же хреново! Всё это время он пытался погасить пылающий в себе гнев, и он почти сделал это, потому и решился встретиться с ней. Решился признаться в своих грязных планах на неё и сказать, как сожалеет, как одна мысль о том, что она с этим уродом, сносит ему крышу. Как ненавидит его. И как паршиво от всего этого. Но, посмотрев в эти невинные глаза и увидев в них хреново тепло, волнение за него... Мать твою! То, чего он не заслуживает. Не может. Струсил. Ван не сможет сам сделать так, чтобы в этих глазах появилось отвращение к нему. — Ван, — Хуан тихо произносит его имя, словно боясь сказать что-то не то, и накрывает его руки своей ладонью, — я бы не хотела, чтобы... чтобы твои чувства повлияли на нашу дружбу. Дружба? Блять, дружба! — Не было никакой дружбы. У меня никогда не было намерения дружить с тобой. С самого начала я добивался одного — сделать тебя своей, — девушка недоумённо слушает его, не понимая, что он хочет этим сказать. — А разница между мной и тем Ваном, который прикидывался твоим другом, — это то, что я был искренен, — это было единственное, что он смог честно ответить, смотря прямо в глаза. — Я... я не понимаю... — Я тебе не друг, Хуан. — И что теперь? — Закончим нашу никогда не существовавшую дружбу, — горько хмыкнул Мин, шутливо подмигнув ей. —  Ты хочешь этого? — а ей бы не хотелось. Он столько сделал для неё и вот так уйдёт, не дав ей возможности отблагодарить за ту поддержку, которая стала для неё опорой? — Это то, что я могу, а хочу я другого, — наклонив голову набок, Ван вдруг приблизил своё лицо к её, — поцелуя. Опешив от неожиданности, Хуан застыла, обдумывая сказанное им и то, что она должна на это ответить. Что она должна сделать? — Сделаешь это для меня? — выдыхает он, согревая кожу румяной щеки. Поцелуй. Один. Ничего не значащий. Он ведь может быть дружеским? Банальным прощальным? Это всё, чего он просит. Всё, чего он хочет. И то, чего она не может дать. Хуан поджимает губы, опустив взгляд на его руки, сжимающие её тонкие ладони в своих. Аккуратно высвободив их, она неуверенно тянется к парню, накрывая ими его широкую спину. Почувствовав, как мужские плечи напряглись, а затем он повторил её движение, Хуан облегчённо улыбнулась и сказала: — Прости.                                   ***** Заворожённая красотой этой большой квартиры Минха обводит взглядом каждый уголок гостиной. Эта комната, как и все другие здесь, была выполнена в белоснежных тонах, а яркости им придавали дорогие интерьерные предметы. Пол гостиной застилает молочный ворсистый ковёр, который занимает мягкая мебель из кожаной отделки бежевого цвета, дополненная квадратными чёрными подушками, и деревянный овальный столик на длинных тонких ножках. Стены украшают  прикреплённые к ним полки, идущие вниз, словно ступеньки, а потолок классическая, хрустальная, золотистая люстра. Подойдя к длинному панорамному окну, которое занимает практически всю стену, открывая вид на прекрасный Сеул, Пак заглядывается на родной город, отмечая это место радующим глаз. "Здесь прямо как в кабинете господина..." Отвлёкшись на отражение стекла, в котором чётко разглядела своего начальника, бесперерывно разговаривающего с кем-то по телефону, Минха не смогла сдержать улыбки. Будучи таким занятым, он предпочёл помогать какой-то секретарше. Секретарше. Тем вечером он просто ушёл, не сказав больше ничего. Минха не понимала, что думать, ведь Юнги мог ответить на поцелуй из жалости. Или утешая её. Сегодня они ни разу не промолвились словом о том поцелуе. Точнее, о её очередной глупой выходке. Наверняка, Мин так и считает, раз ведёт себя как ни в чём не бывало. С утра прозвучало его обычное "Доброе утро, Пак!", в обед он сказал ей оповестить сотрудников второго крыла о предстоящем завтра собрании, а спустя пару часов позвал выбирать квартиру. А чего она хотела? Он и так достаточно сделал, когда мог просто наплевать на чужие проблемы. Да, проблемы своей секретарши. Это слово... как какое-то обзывательство.  — Ми... Пак, ты везде осмотрелась? — обратился к ней Юнги. — Да, — обернувшись к нему, улыбнулась девушка. — Тебе нравится? — Квартира просто замечательная! Но, господин Мин, я рассчитывала на более доступные варианты, мы не можем позволить себе такую роскошь, — расстроенно ответила она. — Твоя зарплата будет повышена, и я уже оплатил шесть месяцев аренды, — заключил он, вводя девушку в немой шок. — Ч-что?! Но зачем? Я же не смогу так скоро расплатиться с Вами, — выдаёт Минха, задыхаясь от неловкости и растерянности. Лицо девушки настолько напряжено, что эти дёргающиеся брови вот-вот взлетят. — Мне казалось, — Мин строго прищурился, подходя к ней ближе, — мы уже обговорили это. — Д-да, но это с-слишком..., — дрожащий голос становился всё тише и тише, — я думала, Вы поможете мне с поиском, но этого слишком много, господин Мин. — Я не озвучивал цену, откуда тебе знать? — Я не о цене, я о том, что Вы делаете. А цену и озвучивать не надо, и так понятно, что это дорого, — смущённо взглянула она на заместителя, заставив его закатить глаза. Для Юнги это был пустяк, он мог позволить себе не одну дорогую квартиру. К тому же он хотел лучшего для неё, ведь она заслуживает только такого. — Пак, вам с семьёй нужно собираться и много чего ещё, пошли, — не желая слушать эти протесты, Мин направился к двери. — Почему "Пак"? — вдруг спросила Минха. — Не понял? — обернувшись, Юнги вопросительно вскинул бровь. — Почему не "Минха"? Вчера... после того... Боже! Неважно, — не решившись спросить об этом, Пак спешно пошла за ним, опустив лицо в пол, чтобы скрыть накатившее смущение. Опередив его, она уже открыла дверь, когда замерла, услышав от него: — Встречный вопрос — что за "господин, Мин"? — Вы же... — Нет, давай уже "ты", — задорно исправил он, опустив руки в карманы брюк, немного откинув голову назад. — Разве не ты провёл эту черту, сказав мне сегодня "доброе утро, Пак". — Я назвал фамилию с непривычки, — сделав несколько шагов, Юнги оказался впритык к ней. — Почему не задала столь мучающий тебя вопрос сразу? — Вы... ты..., — от внезапной его близости ноги начали дрожать, — он меня в-вовсе не мучил. — Неужели? Думала, я не заметил, как ты краснела от злости и недовольно что-то пыхтела под нос? — расплываясь в улыбке, Юнги стал накручивать её мягкие локоны на свой указательный палец. — Я уже взмолился, чтобы ты опять не зарыдала, — издаёт смешок, забыв о том, что его секретарша чересчур эмоциональна и на самом деле может сейчас расплакаться. — Неправда! — обиженно протестует Минха. — Просто мне казалось, что после того п-п... между нами..., — она снова сделала паузу, когда его рука легла на тонкую шею, а дыхание коснулось её губ, — что у нас могут быть другие отношения. — Меня вполне устраивают те, что есть, — произнёс низкий голос, что заставило девушку дёрнуться в сторону, в попытке оттолкнуть Мина и уйти. Тот поцелуй для него ничего не значит! Отлично! Над ухом раздаётся его негромкий смех, а затем он прижимается к ней, удерживая крепкой хваткой за талию. — Куда убегаешь? — Домой, — не поднимая на него слезящихся глаз, ответила она. — Я думал, тебе не помешает парочка уроков, а ты домой собралась, — заместитель провёл большим пальцем по нижней губе девушки, отчего та вжалась спиной в дверь. — О ч-чём ты? — удивилась Пак, а в следующую секунду и дар речи потеряла, когда Мин легонько коснулся её губ своими. — Дошло? — довольно ухмыльнулся Юнги.                                ***** — Нечестно! Ты их спрятал, я видела! — всё не унимается Мина, пытаясь найти спрятанные Тэхёном карты. Играть в UNO было интересно только до тех пор, пока эти двое не устроили за столом битву за правду. Проигравший ещё в начале Чимин, откинувшись на спинку стула, наблюдает за ними, устало вздыхая, а Хуан собирает осколки стакана, разбитого Миной, когда та резко вскочила, пытаясь залезть в карманы куртки Тэхёна. По приходу они не поинтересовались делами друг друга, но зато начали грызться, как только появился повод. Хотя, о каком поводе идёт речь, когда они просто играют в безобидную настольную игру?! — Я победил, и точка на этом, — спокойно заключает Тэхён, скрестив руки на груди. — Ну-ну, уж я-то знаю, — фыркнула девушка, собирая разбросанные по столу игральные карты, — жулик. — Истеричка. — Грубиян! — Ребят, — встряла Хуан, — может, ещё чаю? — Не-е, я и так переел, — ответил Чимин, поглаживая свой живот. — Я тоже не хочу, — добавила подруга, — и нам уже пора. — Так скоро? — посмотрев на время, добавила Ли. — Скоро? Она три часа мне мозг выносила своим "верни карты", — передразнил Тэхён, сделав голос жалобно-писклявым. — Так выверни свои карманы, докажи, что я не права! — Да хватит вам уже, ну, детский сад, — вмешавшись, Чимин встал из-за стола. — Вот-вот! — дополнила Хуан. — Ладно, Хуан, мы пойдём, — накинув на плечи ветровку, Чимин вышел в коридор. Сразу же за ним последовали две подружки и Тэхён. — Я надеялась, что вы задержитесь, — загрустила Ли. — В другой раз, дорогая, — широко улыбнувшись, Мина коротко чмокнула её в щёчку. — Тэхён, удачи завтра, я постараюсь успеть к началу, — хлопнув друга пару раз по плечу, Чимин вышел в подъезд. — Кстати, Хуан, всё было очень вкусно. — Да, спасибо, Хуан, — криком поддержала Мина, а затем улыбающаяся парочка скрылась в закрывшемся лифте. — Пока, — тихо ответила Ли. — Что с тобой? — Тэхён направился за опечаленной девушкой в гостиную. Хуан приземлилась на диван и включила телевизор, не смотря в сторону парня. Вечер выдался совсем не таким, как она хотела. — Мне кажется, они расстроились, — чуть ли не плача ответила. — С чего бы им расстраиваться? — издав смешок, Тэхён плюхнулся рядом с ней. — Ты зачем Мину достаёшь? — стрельнув в него взглядом, полным обиды и злости, Хуан шлёпнула его плечо пультом. — Брось, я просто шучу, они прекрасно это понимают, — он придвинулся к ней ближе и, заведя руку за талию, притянул её к себе, усаживая на колени. — Хотя, насчёт твоей ненормальной подружки я не уверен, но Чимина, будь уверена, это никак не задевает. — Откуда тебе знать? Может, он не показывает того, что ему неприятно? — отрицает Хуан, пока Тэхён занят её пуговицами на синей блузке. — А если бы Чимин вёл себя так со мной, как бы ты реагировал? — Нормально, шутка на то и есть шутка, — девушка сжала пальцы на его плачах, когда он прильнул губами к коже нежной шеи. — То есть, тебе будет всё равно, заденет это меня или нет? — закатив глаза, Тэхён отрывается от неё, заглядывая в недовольное и хмурое лицо. — В тебе сейчас говорит обида за подругу или ревность, м? — растерянность в глазах девушки заставила его довольно ухмыльнуться. — Это... стыд за своего парня, — сильнее нахмурив брови, она попыталась слезть с него, но Тэхён остановил её, прижав к себе за скомканную в кулаке ткань почти снятой с неё блузки. — Пусти, порвёшь ведь, — вскрикнула Ли, вцепившись в его руки. — Отпущу, если поцелуешь так, как никогда не целовала, — Тэхён издал очередной смешок, заставив девушку улыбнуться ему. — Но я же не умею так, как не делала. — А ты попробуй, — в его глазах блеснули искры, отчего и ей самой захотелось принять этот вызов. Расслабившись, Хуан взяла лицо парня в маленькие ладони и, наклонив голову, припала к его пухлым губам. Сразу осознав, что ничего нового не сделала, она углубила поцелуй, жадно всасывая горячие губы. Ожидающий дальнейших действий Тэхён, не отвечая с таким же напором на поцелуй, скользнул рукой под задравшуюся юбку и сжал пальцы на её бедре. Гадая, на что же у неё хватит смелости, он замедляется в ответном терзании любимых губ, намеренно делая вид, что ему не нравится. Почувствовав, что он не особо доволен, Хуан теснее прижимается к парню, задевая внутренней стороной бедра его затвердевший пах, и впускает в ход язык, тут же получая желанный ответ. Такой же страстный. Насладившись её уверенным напором, Тэхён резко отстраняется, толкая девушку тяжестью своего тела, и, уложив на диван, нависает сверху, удобно устраиваясь между дрожащих, напряжённых ног. Накрыв упругую грудь короткими нетерпеливыми поцелуями, он получает протест в виде упирающихся о его грудь тёплых ладоней. — Тэхён, — сладко произносит, — спальня... — Нет, — выдыхает парень, не желая прерываться, и возвращается к сексуально вздымающейся груди. . Тихие вздохи и редкие, еле слышные стоны врываются в опьянённое сознание, лишая остатков рассудка, будто в первый раз. Девушка тянется к нему, целуя в щёку, спускаясь ниже к шее, затем и ключицам. Холодные пальчики Хуан забираются под его футболку, лаская рельефный живот. В ответ крепкие руки парня бродят по её телу, губы оставляют мокрые следы, то кусая, то зализывая каждый его участок. Вдруг, ощутив что-то вроде тонкой картонной пластинки, она цепляет неизвестный предмет, доставая его из джинс. — Ты... ты правда стащил её! — узнав игральную карту, возмущённо бросает Хуан, одновременно сдерживая смех. — Там ещё одна должна быть, достань, пожалуйста, — шепчет он, а его губы рисуют соблазнительную ухмылку, которой невольно хочется подчиняться, что Хуан и делает, медленно скользнув рукой обратно под футболку. Подушечками пальцев она нежно проводит линию по животу, не отрывая глаз от его предвкушающего взгляда. — Её нет, — наивно отвечает девушка. — У тебя впереди целая ночь, чтобы найти, — весело усмехнувшись, Тэхён вновь припадает к её манящим губам.                                   ***** Алкоголь, словно лекарство от его недуга, до сих пор помогал ему бороться с гневом. Он как анальгетик — обезболивает. Но сегодня, наблюдая за Тэхёном, дерущимся на ринге, он вдруг понял, что не сможет позволить ему быть с Хуан. Не сможет вот так отпустить. Не хочет. Да что он может ей дать с таким образом жизни? Почему он должен уступить какому-то уличному бомжу? Он не тот, кого она достойна. Не тот, к кому Ван спокойно позволит уйти. Блять, видите ли, она его выбрала! Этого... этого бродячего пса. Нет, Хуан, таких не выбирают, от таких уходят. Если бы ветер помогал мозгу протрезветь, возможно, Ван осознал бы, что голос, кричащий ему сделать то, что он собирается сейчас сделать, — ведёт его к совершению ошибки. Тому, что разочарует Хуан, а это есть то, чего он не хочет. Но желание отдалить их друг от друга намного сильнее. Поэтому, добравшись до её квартиры, он решительно стучит в дверь. Тишина. Ещё несколько ударов — и спустя минуту ему открывают. Сонные глаза удивлённо уставились на него. Хуан хоть и не ждала никого, но, услышав стуки, решила, что это Тэхён. Увидеть Вана в такое время было больше, чем неожиданно. По внешнему виду казалось, что он приболел. Тело немного пошатывается, в глазах нездоровый блеск, нос его красный, волосы неухоженно взъерошены, белая рубашка, чьи верхние две пуговицы расстегнуты, не заправлена в брюки, галстук же спрятан под ней, а пиджак он держит в руке. — Ван, ты в порядке? — обеспокоенно поинтересовалась Ли и, быстро подойдя ближе, приложила ладонь к его лбу, проверяя, есть ли у него температура, но, когда в нос ударил запах алкоголя, девушка поняла, что этот вид вовсе не от плохого самочувствия. — Нет, — хрипло отвечает Мин, захлопнув за собой дверь. — Что случилось? — Хуан осматривает парня, пробегаясь глазами с ног до головы. — Я не в порядке, Хуан, из-за тебя! Я пытался не думать о тебе, пытался выкинуть из головы, отвлечься от постоянных мыслей, но не могу! Не могу, зная, что ты с ним, — с каждым сделанным им вперёд шагом, девушка испуганно делает назад. — Знаешь, я не ненавидел Тэхёна, лишь видел в нём жалкого уличного паренька. Какое-то время я просто развлекался, досаждая ему, и мне было весело, — Ван вдруг неестественно засмеялся, что ещё больше её встревожило. — А сейчас я действительно его ненавижу! Каждой своей грёбаной клеткой я ощущаю эту ненависть! Спросишь почему? Потому что увидел в нём соперника! Деньги, почёт и власть — это то, в чём он никогда не смог бы меня обойти. Но он смог получить то, что впервые стало для меня дороже всего этого, — тебя, чёрт возьми! Пока он говорил, Хуан только молча смотрела на него, не находя слов для ответа. Тем взглядом, которым он не хотел, чтобы она смотрела. Обиженным. Разочарованным. — Скажи, почему он? — он сделал ещё один шаг, но Хуан, оказавшаяся между гостинным стеллажом рядом с окном и парнем, уже не могла отступать. — Почему ты с тем, кто наплевал на тебя в самую трудную минуту твоей жизни? Что такого он тебе дал, чего бы не смог дать я? Что такого он сделал? — обхватив её лицо руками, Мин вплотную приблизился к ней. — Ван, мы же поговорили об этом. — Хуан сжала пальцы на его запястьях, пытаясь высвободиться из его рук. — Ты не должен был так напиваться, это... — Это то, что ты со мной делаешь, — прошептал он, прижавшись к её лбу своим, — девушка отвернула голову, упираясь руками о его плечи. — Я тебе противен? — опустив одну руку, Ван резко дёрнул ткань голубой ночной рубашки, оголяя девичью грудь, и припал к тонкой шее, оставляя на ней короткие болезненные поцелуи, полные отчаяния. Не веря в происходящее, шокированная его действиями Хуан начала дрожать, судорожно цепляясь за бродящую по её телу мужскую ладонь. Невольно в голове возникли самые ужасные картинки возможного этой ночью исхода, отчего на глаза навернулись слёзы. — Ван, п-пожалуйста, прекрати, — всхлипывая, она пыталась оттолкнуть парня, но Ван продолжал целовать её, до боли сжимая пальцы на талии. — Вчера я хотел повторить его, — скрестив руки на груди, Ли отвернула голову, — тот наш поцелуй. Тебе же понравилось, ты хотела этого так же, как и я. А этого кретина Тэхёна ты не любишь, ты ведь сама мне говорила. — Ты... — А я смотрю, вы веселитесь, — услышав низкий голос, прозвучавший за спиной Вана, Хуан овладела настоящая паника. Его голос. Её любимого Тэхёна. От чего же больше страшно: того, что сейчас двое парней набросятся друг на друга, или того, о чём Тэхён мог подумать, застав их вот так? Он стоит, держась за бок и задыхаясь от злости. Волосы его влажные, кажется, от пота, а на лице виднеются следы высохшей крови, ссадина на лбу и синюшная отметина под правым глазом. Смотря на Тэхёна, Ли видит презрение в его глазах и не может вымолвить ни слова. Всё в миг разрушилось, распалось на миллионы единиц, слившихся в одну большую кучу. От увиденного и услышанного внутри него разгорелся огонь. Пожар, в котором безжалостно хотелось уничтожить их обоих, а после — и себя. "Тэхёна ты не любишь, ты ведь сама мне говорила". Хуан... с обнаженной грудью... эти отметины на её шее... она оказалась... Блять! Самым противным во всём этом была не омерзительная ухмылка Вана, а испуганный  взгляд Хуан. Шикарная актриса. Такая блядская лгунья. Чувство отвращения, испытываемое сейчас к ней, почему-то намного сильнее ненависти. К ним обоим. Одному Вану было весело. Заметив в отражении окна зашедшего Тэхёна, он нашёл идеальный момент сказать о поцелуе и добавить немного лжи. — Тэхён, почему ты всегда врываешься в самое горячее начало, а? В этот раз мне стоило приступить без прелюдий, чтобы успеть до твоего прихода? — Ван и моргнуть не успел, как услышал сначала яростный рык, а за ним — хруст от полученного в челюсть смачного удара кулаком, после которого почувствовал в этом участке жгучую боль. — Подонок! — зарычал Тэхён и нанёс ещё один удар, от которого Мин уже не смог удержаться на ногах и ударился головой о стену. — Херов ублюдок! — схватив за шкирку, Тэхён повалил Мина на спину и, нависнув над ним, продолжил его избивать. Почему опять он? Почему это должно было повториться? Удар за ударом его руки сильнее пачкались кровью Вана, но тот всё равно продолжал смеяться. Ещё.  Ещё один. Последний. И захлёбывающийся в собственной крови Мин отключается. — Т... Тэхён, — Хуан подошла к нему, намереваясь успокоить и сказать, что Ван солгал. — Заткнись! — встав на ноги, парень возвысился уже над Ли. — И больше не открывай свой лживый рот при мне! — В-всё не так, — голос Хуан дрогнул, у неё не получалось выдавить дальше ни слова. Она сделала сделала шаг к нему и протянула трясущиеся руки к его окровавленным. — Всё именно так! — добавил, смотря прямо в глаза, и, отдёрнув руку,  отступил назад. — Я... — Ты такая же шлюха, как и она! — бросив последнее, Тэхён обошёл её, несильно толкнув плечом, и скрылся за захлопнувшейся дверью квартиры. А Хуан, растоптанная этими словами, глотая свои слёзы, смотрит в одну точку, не веря в то, что он такое сказал. Подумал. Решил. И просто ушёл. Даже не выслушав, не спросив ни о чём. Ушёл, оставив с человеком, который домогался её. Тэхён снова это сделал. Снова оставил её одну.