Другая реальность

Ардерик, хотя теперь просто Рик, а для особо доставучих — Ричард, завалился в бар. Кажется, бесконечная череда сменяющих друг друга столетий могла бы научить его хоть чему-то, но еще со времен славной леди Элеоноры, он не прекращал с упоением наступать на одни и те же грабли. Ведь всегда знал, что своенравные и амбициозные женщины до добра не доводят! Вот что ему осталось от Элеоноры? Кольцо как воспоминание о бесцельно потраченном времени. Да проклятье, которым наградил этот ублюдок Шейн. При воспоминании о младшем из Эслингов внутри вскипела волчья ярость, а сам Ардерик попросил бармена повторить текилу, а лучше и вовсе сразу дать бутылку. Чтобы не бегать, так сказать, много-много раз. Каждый раз именно бутылкой текилы, эля, самогона или чего-угодно, процветающего в данную эпоху, Ардерик залечивал очередную душевную рану. Главное, чтобы напиток был как можно крепче, а там уже… Пара-тройка лет — и все забудется, сотрется, исчезнет, как страшный сон. Уже чего-чего, а лет, опять-таки спасибо ублюдку Шейну, у Ардерика теперь навалом. За эти годы он как-то примирился со своей волчьей сущностью, даже сумел простить Шейна. Нет, ублюдком младший из Эслингов быть не перестал, но теперь Ардерик не имел ничего против того, чтобы напиться в его компании, да вместе повыть на луну, проклиная собственную судьбу. Про последнее Ардерик, конечно, привирал. Но никто же на самом деле не верит в эти глупые россказни о воющих на луну оборотнях? Или… Ардерик ведь вовсе в их существование не верил. Он лишь хотел доказать Элеоноре, что достоин ее. Хотел принести маркграфу Олларду голову Шейна Эслинга на блюдечке. А получилось… Что получилось. Как тогда уверял его Шейн: «Жалеть не о чем. Ты еще поймешь, какой великий дар я тебе преподнёс». Вот только прошло уже не одно столетие, а что-то как-то «великости дара» прочувствовать не удалось. Скорее — даже наоборот. С каждым прожитым годом груз прошлого все сильнее и сильнее давил на плечи. Вспоминалась улыбка Элеоноры, когда она держала на руках новорожденного наследника Севера. Когда улыбалась не-его сыну. Эта картина с годами почему-то не бледнела, а, казалось, только становилась ярче в сто крат. Но зато везучесть Шейна и его превосходные боевые навыки наконец-то получили хоть какое-то объяснение. Во всяком случае, именно этим оставалось утешаться Ардерику, когда Север покинуть все-таки пришлось, оставив там не только любовь всей жизни с не-его сыном, но и верного оруженосца. Верен свое счастье все-таки нашел. Да и сейчас устроен в жизни был куда лучше Ардерика, даже общий язык с Шейном найти умудрился. Пожимал плечами, говорил, что Шейн защищался, да и смысл таить обиду спустя столько лет. Таким, как мы, нужно держаться вместе. Верен эту простую истину выучил, Ардерик же предпочёл оставаться одиночкой — лишь бы не в стае, где вожаком является Шейн. Можно было бы побороться с ним за лидерство, Верен раньше намекал, что поддержал бы Ардерика, но это не то, чего Ардерик хотел бы. Он давно хотел лишь одного — спокойствия и семьи. Настоящую, а не волчью, которой довольствовался Шейн. Но смог бы он обратить ту, что стала бы для него всем? Не возненавидела бы она его потом? Не все женщины такие любящие и понимающие, как Бригитта. Не все друзья такие верные, как Такко. Отчасти Ардерик даже завидовал Верену. Для него эта бесконечная вечность и правда стала даром. Великим. И проживал он этот дар рядом с близкими и родными людьми. А Ардерик? Что оставалось ему? Разбиться об очередное «ты сам понимаешь, что я заслуживаю большего»? И вроде давно уже не простой сотник, даже капитал сколотил. А что в этом двадцать первом веке может ценится больше денег? Ардерик верил, что ничего, а оказалось, что власть, как и во все прежние века держит первое место среди людских приоритетов. Очередная стопка текилы отправилась внутрь Ардерика, а бутылка опустела практически наполовину. Но Ардерик опьянения не чувствовал, волчья натура позволяла пьянеть ему куда медленнее обычных людей. — Хоть какие-то плюсы, — проворчал Ардерик и опрокинул еще стопку. — Виски двойной… Тройной и безо льда. Ардерик удивленно повернул голову и посмотрел на севшую рядом женщину. От нее буквально веяло одиночеством, разрушенной жизнью и болью. Ардерик внимательно всмотрелся в нее, уж больно знакомым показалось ее лицо. Секунда, две — и до сознания дошло. Джоан Джефферсон. Скандально известная в свете развода и связи собственных детей. То, что один из них оказался не таким уж и ее, волновало далеко не всех. Ардерик и знать бы про нее ничего не знал, но его последняя попытка по имени Элиза уж очень пристально следила за светскими новостями, мечтая, что однажды тоже станет частью этой огромной и такой манящей тусовки. — Чего уставился? Тоже хочется поглазеть на знаменитость? — огрызнулась Джоан в ответ на его пристальный взгляд. Ардерик лишь усмехнулся. Годы ничему не учат. В этот раз тоже.

***

— И что она сказала? — поправляя бабочку на шее Ардерика, спросил Верен. — Что видела монстров и похуже. Например, каждый день в зеркале. — Ардерик нервничал, но старался не придавать этому значения. Конечно, на свадьбах ему довелось бывать не раз, но вот на собственной… Странно, но за столько сотен лет… Ни разу. Ардерик даже предложения толком так ни разу и не сделал. Все время что-то мешало, не складывалось. А еще был вечный страх, что ему придется рассказать о том, кто он такой. Страх, что его не поймут, оттолкнут, отвергнут. Как когда-то Элеонора ради… Ардерик замотал головой. Вспоминать бывшую любовь в день собственной свадьбы точно никуда не годится. Элеонора осталась в далеком прошлом, да и не могло у них ничего сложиться. По-настоящему не могло, даже если бы оба захотели, даже если бы сбежали тогда вместе. Нет, такая жизнь была бы не для Элеоноры. Такая правда была не для нее. А Джоан лишь пожала плечами и продолжила невозмутимо выбирать свадебный торт. Ее не тронуло то, что Ардерик оборотень. Ей было важно — лишь какой Ардерик на самом деле. Может, потому что на нее тоже очень долго смотрели, как на монстра? Может, потому что очень долго видела монстром себя. Это было неважно. Важно то, что она увидела в Ардерике Ардерика. Она увидела уставшего человека. Уставшего от того, что от него вечно чего-то ждут, не позволяя просто быть самим собой. — Ну, с учетом того, что она сделала с Дереком… — Все ошибаются, — оборвал речь Верена Ардерик. — Джоан просто нужен был нормальный человек рядом, а не этот… Ардерик замолчал. Он знал, что Дэвид будет на мероприятии, но все равно не мог переступить через неприязнь. Считал, что Дэвид и счастья не заслужил. Даже не понимал Джастина, но тот лишь пожимал плечами и говорил, что любит. Любит даже после истории с Кристианом, разрешившейся явно не стараниями Дэвида. — Если верить твоим же словам, Дэвид тоже имеет это право. Ардерик лишь хмыкнул, а еще слегка толкнул Верена в плечо. — А вы говорили, ну… Насчет обращения? — спросил Верен и разгладил по плечам смокинг Ардерика. — Рано еще, Верен, рано. — Ардерик развернулся и обнял Верена. Раньше он таких проявлений себе не позволял, но сейчас чувствовал, что действительно начинается новая жизнь, а поэтому хотел сделать все, что откладывал на потом. Ведь знал, что этих «потом» у него еще множество. — Я всегда относился к тебе, как к сыну, даже если был далеко и отгораживался. — Ардерик отстранился и посмотрел на Верена, продолжая ладонями сжимать его предплечья. — Ты все это время был моей семьей. — И даже не буду ревновать, если у тебя появится настоящий сын, — улыбнулся Верен. — Это мы еще посмотрим, — ответил Ардерик и направился к дверям. До церемонии оставался час. Час оставался до момента, когда у Ардерика наконец-то появится настоящая семья.