Галф
— Ну же, не унывай, парень. Ты найдёшь себе другую девушку, — сказал мой друг, Чейн. — Чейн, я в порядке. Я просто надеюсь, что Нона найдёт кого-нибудь получше для себя, — отвечаю я, уныло смотря в окно. — Чувак, да забудь ты уже о ней. Мы, — он указывает на всех парней в комнате, — поможем тебе двигаться дальше. Мы решим твою проблему, а потом найдём идеального для тебя человека, — заявляет Чейн, протягивая мне руку. Смотрю на него и тяжело вздыхаю, когда он помогает мне подняться. — Итак... С чего начнём? — уточняет Чейн, осматривая комнату. — Давайте перекусим, я голоден, — говорит Майк. — Точняк! Почему бы нам не пойти в шикарный ресторан, чтобы повеселиться? Все присутствующие соглашаются, а я стою и молча наблюдаю за ними. Они начинают быстро собираться и идут к двери, а Чейн кладёт мне руку и плечо и почти что насильно выпихивает из комнаты. По пути в ресторан слышу болтовню трёх парней за нами, пока Майк с Чейном идут рядом со мной. — Так что, ты взволнован? Наконец-то снова общаешься с парнями, — улыбается Чейн. — Я... То есть, да, я действительно скучал по времени, проведённом с вами, — говорю я, улыбаясь. — Галф, мы скучали по тебе, — смеётся Чейн, пихая меня локтём в бок. — О, да! Особенно Чейн, он плакал как малыш, когда ты стал меньше общаться с нами, — дразнит его Майк. — Эй! Не было такого! Просто из-за нашей братской связи мы с ним оба чувствовали себя опустошёнными, — жалуется Чейн. — Йя, маленький мальчик Чейн скучал по братику Галфу, — с нотками детского озорства слышится в ответ. Чейн пытается словить Майка, вытягивая руку вперёд, но тот прячется за меня и начинает приседать, утягивая меня с собой вниз. — Ребят, мы почти на месте, не позорьтесь, а? — останавливаю я руку Чейна и оттягиваю его подальше. Эти засранцы показывают друг другу языки. — Я и не думал, что вы останетесь такими же придурками даже когда закончите колледж, — говорю я с лёгкой улыбкой, посматривая на обоих. — Я бы не вёл себя так, просто ты проводишь слишком много времени с этим парнем. Он распространяет свои несформировавшиеся болезнетворные микроорганизмы, когда смотрит на людей, — говорит Чейн, головой кивая на Майка, а тот ахает и смотрит в ответ несколько долгих напряжённых секунд. — Ты-то откуда такие слова выучил? — язвит Майк, а затем ахает снова. — Мы на месте! — и бросается ко входу в ресторан. Все разом качают головами из-за тупости этих двоих, тоже заходя внутрь заведения. — Столик на шестерых, пожалуйста, — просит Майк у дамы за стойкой. Девушка кивает и передаёт шесть меню другой сотруднице, которая ведёт нас к столику у стены. С одной стороны стола диван на три места, а с другой — три стула. Я сажусь между Троном и Плоем на диване, а Кон и Майк с Чейном занимают стулья. — Не хотите чего-нибудь выпить? — спрашивает официантка, доставая блокнот. Каждый заказывает выпивку, попутно посматривая в меню, чтобы выбрать, чем бы перекусить. Она кивает и уходит, чтобы принести напитки. Начинаю рассматривать ресторан и замечаю двух важных персон на балконе слева. Один парень с рыжими волосами в красном блейзере, а другой с чёрными, в синем топе. Оба с безупречной кожей и выглядят точь-в-точь как корейские айдолы. Пока парень в синем топе говорит, рыжеволосый внимательно и сосредоточенно его слушает. В его глазах, смотрящих на парня, чётко видна любовь. Точно такой же взгляд, которым обычно одаривал меня Мью, когда мы давали интервью или вели трансляции. Будто на пару секунд он терял связь с окружающим миром, будто его Вселенной на мгновение становился только я, будто он терял контроль, выдавая все тщательно скрываемые чувства разом. Шум заставляет меня посмотреть правее и увидеть двух парней, занимающих столик прямо рядом с нами. Оба с тёмными уложенными волосами. У одного чёлка почти закрывает один глаз, а у другого открыт весь лоб. Первый надел белую рубашку с чёрным пиджаком, а второй — чёрную рубашку с белым пиджаком. Ощущение, что это парные вещи, дополняющие друг друга. Когда они садятся, парень в белом пиджаке, казавшийся старше, протягивает другому меню. Наблюдая, замечаю, что старший очень заботится о своём младшеньком. Точно так же пи'Мью заботился обо мне. Потому что он знал, что для меня это первый опыт. Он знал, что я новичок, ни с кем не знакомый. Он обещал, что будет следить за мной. Обещал защищать. Неожиданно возвращается официантка с нашими напитками. Она ставит их на стол, выслушивая, какие блюда мы хотим заказать. После того, как она уходит, все возвращаются к разговору о чём-то, о чём они говорили раньше. Я совсем их не слушаю. Моё внимание вновь привлекает первая пара слева. Когда им приносят еду, мальчик в синем подходит к рыжеволосому и заплетает его волосы в хвостик. Похоже, они часто так делают, потому что для обоих это выглядело максимально естественно. Я знаю это чувство. Когда у меня настолько отрасли волосы, что пришлось попросить Мью собрать их в хвост, чтобы ничего не мешало работать. Стоп... Почему я продолжаю думать о н— Голоса справа привлекают моё внимание. — Ай, пи-и-и~! Ну пожалуйста! — говорит низкий парень, держась за парня повыше. Тот вздыхает и кивает. — Да, ты можешь взять десерт. — Ура! — в ответ на парня обрушаются объятия. — Эй, ты убьёшь меня, если сожмёшь хоть чуть-чуть сильнее, — жалуется высокий парень. — Но я люблю обнимашки, — отвечает тот, заставляя старшего кивать, улыбаясь. Я всегда был тем, кто обнимал других, но после встречи с Мью затискали уже меня. Он обнимал, прижимая прямо к сердцу, будто пытаясь ощутить моё присутствие и унести с собой — в запахе на коже и помятой рубашке. Это был его способ защитить меня, его способ выразить чувства. Пи любил прикасаться, он просто сумасшедший любитель скиншипа. Официантка вернулась с тарелками. Она ставит их на стол, желая приятного аппетита, и мы начинаем шуметь вилками.***
После обеда мы сидим в ресторане и отдыхаем ещё минут десять. Я так скучал по этому времени с парнями. По этой беззаботной жизни, когда не нужно спешить туда, куда хочет мой партнёр. Закрываю глаза, вслушиваясь в окружение и ни о чём не думаю. Вспышка заставляет меня осмотреться, и я замечаю первую пару. Мальчик в синем сидит на своём месте, позируя перед камерой, а рыжеволосый присаживается на корточки, чтобы найти идеальный ракурс для фото. По тому, как парень держит камеру и легко подбирает ракурсы, можно сказать, что он в этом профессионал. Напоминает мне один момент. — Чуть левее, Галф, — говорит Мью, крепче держа камеру. Медленно двигаюсь влево, пока он не скажет мне остановиться. — Прекрасно! — говорит он, несколько раз нажимая на кнопку. Когда он просматривает снимки, его улыбка становится ещё шире. — Для тебя даже угол не важен, твоя красота видна и без моих стараний, — говорит пи, поднимая взгляд на меня. Мои щёки начинают краснеть, но я быстро закрываю лицо рукой, делая вид, что мне жарко. — Хэй, Галф. Ты вообще собираешься уходить? — спрашивает Чейн, вырывая меня из задумчивости. Киваю, и мы догоняем остальных. Идём к выходу, и я бросаю прощальный взгляд на три пары. Как они все могут быть чем-то похожи на Мью? Почему я всё время думаю о нём? Надеюсь, это не будет продолжаться весь оставшийся день? Подходим к дому Чейна, и он приглашает нас зайти. — Как насчёт ночёвки? — громко говорит он, стоя в центре комнаты. Все кивают, соглашаясь с предложением. — Отлично! Два человека будут спать на полу, два на диване и два на кровати в моей комнате, — выкладывает план Чейн, — поскольку это мой дом, я занимаю кровать. Второе место на кровати отдаю Галфу. Все остальные могут сами выбирать себе места! — говорит он, подходит ко мне и тянет в свою комнату. — Помнишь наши ночёвки, когда нам было по семь лет? Ты всегда давал мне спать на кровати, потому что думал, что мне будет слишком неудобно на полу, — Чейн слегка смеётся. Спустя двадцать минут я очутился на меньшей части кровати, а Чейн развалился на все её 80 процентов. Было так же, когда я ночевал дома у Мью. Он любил развалиться во сне, но я никогда не жаловался на такое. Осознаю, что снова думаю о пи, хмурюсь и ругаю сам себя. Что со мной происходит? Почему я продолжаю о нём думать? Я что, с ума схожу? Глубоко вздохнув, повторяю себе четыре слова. Мне он не нравится. Мне он не нравится. Мне он не нравится. Мне не нравится Мью.