Девочка с непримечательной фамилией и ярким именем

      Снег огромными хлопьями падал с неба, почти полностью перекрывая видимость. Не уверена, что для похода к лесничему мы выбрали самый удачный день, но ничего уже не поделаешь.       Дойдя до огромной хижины, мы долго мялись на пороге, пока наконец Джесс не постучала.       — Кто? — изнутри раздался басистый громкий голос.       — Мистер Хагрид, мы хотим поговорить, — уклончиво ответил Блейз.       Дубовая дверь распахнулась, открывая нашему взору обитателя хижины. Он недоверчиво осмотрел нас, немного задержав взгляд на факультетских нашивках.       — О чём поговорить? — Великан сощурился, нависая над нами, отчего стал выглядеть ещё более устрашающим, вызвав этим своим видом испуганный писк Краун.       — Вы один? — Я постаралась заглянуть внутрь, но хозяин встал, перегородив весь обзор. По нему было ясно, что он не ответит на наши вопросы, пока не услышат ответ на собственный. Блейз чуть понизил голос и заговорщически произнёс:       — О нападении пауков.       Великан продолжал смотреть с откровенным недоверием, но всё же открыл дверь шире, пропуская в помещение. Хижина была довольно большая с высокими потолками. Источником света служила старенькая лампа, стоявшая в углу.       Мы втроём по приглашению хозяина неловко уселись на огромные стулья.       — Как вас зовут-то хоть? — поинтересовался Хагрид, гремя посудой. Видимо, он хотел приготовить чай.       — Я Блейз.       — Вивиан.       — Джессика.       Хором ответили мы, чем вызвали добродушный смешок спросившего.       — И что конкретно вы хотите узнать? — Он раздал нам чашки для чая размером с небольшую тарелку для супа.       — Настолько ли много пауков? — поразмыслив, задал вопрос Блейз. Пока что говорил только он, а мы с Джессикой предпочитали отмалчиваться.       — И зачем вам всё это? — Он устроился напротив нас. Оказывается, человеку может подойти только огромная мебель.       — Спортивный интерес, — быстро и без зазрения совести сказал Забини.       — А, ну раз спортивный… — протянул великан. Он, похоже, специально тянул время. — Пауков немного. Мне с Арагогом поговорить не дали, но то и на глаз понятно.       — Кто такой Арагог? — подала голос Джессика. Лесничий усмехнулся.       — Это тот, с кого всё это. — Он обвёл глазами жилище. — Началось.       — Как? — снова хором спросили мы.       — Да там история длинная… Ну, в общем, в тот год, когда я на третьем курсе был, Тайная комната открылась… — Но Джессика не дала договорить:       — А что это такое?       — Никто не знает, — протянул Блейз. — Говорят, её может открыть только наследник Салазара Слизерина. Я слышал что, когда открывалась Тайная Комната, умирали маглорождёные волшебники.       — Да-да, именно, — подхватил великан. — Тогда вот меня обвинили. Сказали, что мой-то Арагог, паук то бишь, детей убивает. А Арагог-то маленький совсем тогда был. Бред, в общем! Да и не додумались бы профессора до этого, если бы не Реддл.       Я поперхнулась чаем.       — Реддл?! Вы учились на одном курсе с Томом Реддлом?       Мужчина пожал плечами.       — Не на одном курсе. Он-то с вашего факультета, коль вы не знаете, — великан о чём-то задумался. — Да и по возрасту он старше. Но частично годы нашего обучения совпадали, старостой школы Реддл был. Он профессоров привёл ко мне, лапши им на уши до этого навешав. Они меня из школы выставили, а Арагог в лес сбежал. Всё время он там жил спокойно… — почесав затылок, он продолжил: — То неправда, что их много, я знаю. Их чем-то напугали. Профессор Дамбдлор вообще… — но он оборвал себя, не дав закончить мысль, — зря я вам это сказал… Ой как зря…       Он поспешно встал и подошёл к небольшому окну прямо у нас за спиной. Взглянув, он удостоверился, что мы были одни, а диалог наш никто не слышал, и облегчённо выдохнул.       — Только это… Никому, в общем, не говорите, что я тут рассказал.       Мы дружно закивали головами.       — Конечно, конечно, — заверила Джессика. Хагрид снова улыбнулся.       Вскоре мы засобирались в замок. Зайдя в тёплую гостиную, стали наперебой рассказывать собственные теории по поводу всего услышанного и сошлись на том, что это всё Малфой. Правда, теперь оставались непонятны его мотивы.       К тому же в моей голове стала складываться мозаика относительно Реддла и их связи с Малфоем.

***

      — Вив, поторопись! Почему ты постоянно отстаёшь? — возмущалась Джесс, пока я тащила тяжеленный чемодан к поезду. Ответа на её вопрос не последовало, так что Краун, что-то фыркнув себе под нос, поспешила вперёд к Блейзу. Видимо, она решила, что я безнадёжна.       Мне оставалась ещё четверть пути, а силы были на исходе. Я остановилась ненадолго, чтобы отдышаться, и собиралась уже продолжить путь, как услышала над ухом едкое:       — Мисс Смит, куда это вы собрались?       Закатив глаза, я повернулась к говорившему.       — На Рождество, к маме, — быстро ответив, я всё же поспешила к платформе.       — Насколько я помню, — медленно протянул Реддл, — позволения от меня получено не было.       — А с чего это я должна просить позволения? — Я была взвинчена до предела. Как он может не пускать меня отметить Рождество с семьёй?       — Потому что следующее Рождество, может, и не с кем будет отмечать, — тихо проговорил он, склонившись надо мной.       Я сжала челюсть настолько, насколько это представлялось возможным, стараясь не ляпнуть чего-нибудь лишнего.       — Сегодня в семь дополнительное занятие.

***

      Дуэль состоялась. Только я зашла в класс, вместо приветствия в меня полетело какое-то заклятье, от которого я с трудом увернулась.       Он сыпал в меня заклятие за заклятием, периодически комментируя мои промахи. За десять минут урока я оказалась дважды полностью в воде и один раз со связанными руками. Магическая сила Реддла была настолько велика, что даже элементарное «Агуаменти» в его исполнении могло пробить мой щит.       — Что, выдохлась уже, грязнокровка? — спросил Реддл, когда я, тяжело дыша, прервала дуэль.       — Ты бьёшь в полную силу и не даёшь мне самой нападать, — наконец с трудом произнесла я, глядя на «профессора» из-под полуприкрытых от усталости век.       Реддл только фыркнул:       — Ты, Смит, не можешь отбиться от элементарных заклинаний. О каком нападении идёт речь? — помедлив немного, волшебник продолжил: — Ты слабая, но тебя, похоже, всё устраивает.       И как, интересно, он пришёл к такому умозаключению? Я тут изо всех сил стараюсь, а он раз за разом обесценивает это. Даже злость, к сожалению, сейчас не придавала мне сил.       — Продолжай бой, — приказал Реддл, и в ту же секунду в меня полетел красный луч. Выставить щит я не успела, так что заклинание больно порезало плечо. Я зашипела от боли, при этом зло глядя на учителя. Моя нервная система, расшатанная до этого, сейчас сдалась и перестала бороться за моё хлипкое душевное спокойствие, так что я подлетела к Реддлу, что есть мочи крича:       — Ты совсем больной?! А если бы луч попал мне в голову? Об этом ты подумал?! — продолжая сыпаться обвинениями я, не контролируя собственные движения, ударила его здоровой рукой в грудь чуть ниже ключицы. Мгновение в его глазах плескалось изумление, но сразу же его сменил гнев посильнее моего. Надвигаясь на меня всё ближе и ближе, он прошипел:       — Не смей так делать, поганая грязнокровка.       Раньше меня это бы и напугало, но не сейчас. Плечо больно саднило, блузку и мантию пропитала кровь, тонкой струйкой стекая вниз по руке.       — А то что? Убьёшь мою семью и меня следом? — с издёвкой спросила я, когда продолжение монолога уже было в голове. — Нет. Ты не сделаешь этого, потому что если убьёшь её из-за пустяка, — то лишишься рычага давления, и ничего меня не остановит от похода к директору. А ты его боишься. Это я вижу по глазам.       Произнеся эту тираду, я выскочила из кабинета, надеясь на то, что он действительно не бросит мне вслед убивающее заклятие.       Спеша в сторону гостиной, я уже не могла видеть, как Реддл, расстегнув одежду, с любопытством осматривал на своём плече точно такой же порез. Взмах палочкой, исцеляющее заклинание… Порез остался на месте без малейших изменений.