Под запретом

От лица Карлайла Я родился в Лондоне в 1640 году, незадолго до правления Кромвеля. Я был единственным сыном священника. Мать умерла при родах, и я остался с отцом, человеком крайне нетерпимым. Когда протестанты пришли к власти, отец участвовал в гонениях католиков и представителей других религий. А еще он твердо верил в существование зла и возглавлял облавы на ведьм, оборотней и… вампиров. Они сожгли сотни невинных людей, потому что тех, на кого устраивались облавы, поймать куда труднее. Состарившись, отец поставил во главе рейдов меня, своего послушного сына. Сначала я приносил одни разочарования: я не умел обвинять невинных, и видеть дьявола в душах праведных. Зато я оказался настойчивее и умнее отца. Я нашел настоящих вампиров, которые жили среди нищих и выходили на охоту по ночам. Даже в те времена, когда чудовища существовали не только в легендах, выжить им было не просто. Вооружившись факелами и горящей смолой, люди собрались у логова вампиров, которое обнаружил я. Наконец появился первый. Это был обессиливший от голода старик. Почуяв людей, он тут же предупредил остальных и бросился бежать, петляя среди трущоб. Я, на тот момент 23 летний, возглавил погоню. Старик мог легко оторваться от преследователей, но, по моему мнению он был голоден, поэтому внезапно развернулся и бросился в атаку. Сначала он напал на меня, однако противников было слишком много, и вампиру пришлось обороняться. Убив двоих, старик убежал с третьим, а истекающего кровью меня бросил на улице. Я знал, что сделает мой отец. Тела сожгут и всех раненных. Чтоб спасти свою жизнь, я доверился интуиции. Пока толпа гналась за вампиром, я полз в противоположном направлении. Я нашел погреб с гнилой картошкой и скрывался целых три дня. Я сидел тихо, и ни кто меня не обнаружил. Лишь когда жизни ни чего не угрожало, я понял, кем стал. Но, я не смирился. Решил себя уничтожить. Правда, это оказалось не так-то просто. Как правило, у новообращенных голод слишком силен, чтоб сопративляться. Однако отвращение к самому себе было столь велико, что я решил себя погубить. Я прыгал с горных вершин, бросался в океан… Но, я был слишком силен и молод, чтоб погибнуть. Я совсем ослаб от голода и старался держаться как можно дальше от людей, понимая, что сила воли все равно не безгранична. Сколько ночей я скитался по пустошам, отчаянно презирая самого себя! Как-то раз на мое логово набрело стадо оленей. Я умирал от жажды, и недолго думая, растерзал все стадо. Силы вернулись и я понял, что становиться монстром совсем не обязательно. Разве в прошлой жизни я не ел оленину? Решив не терять времени попусту, я снова начал учиться. Времени для занятий теперь стало вдвое больше. Я поплыл во Францию. Я обошел там все европейские университеты. Не зная отдыха, изучал музыку, точные науки, медицину, пока не понял, что мое призвание — спасать человеческие жизни. Другие подобные мне люди, более цивилизованные, чем призраки лондонских трущоб, отыскали меня в Италии. Аро, Марк, Кай — ночные ангелы — хранители науки и искусства. Но, долго среди них я не задержался. Каждому нужны друзья, тем более такие образованные и утонченные, они пытались вылечить меня от отвращения к тому, что называли «естественным источником силы». Я пытался склонить их в свою сторону… Безрезультатно. Почувствовав себя чужим среди своих, я решил отправиться в Америку. Однако в новом свете мне не удавалось найти близких по духу. Шли годы, вампиров и оборотней стали считать бабушкиными сказками, и я понял, что вполне могу общаться с людьми, не раскрывая своей сущности. Со временем я стал врачом и приобрел обширную практику. Вот только друзей по прежнему не доставало. Сходиться с людьми слишком близко, было опасно. Несколько лет я вынашивал идею, раз не удается найти семью, я создам ее сам. Во времена эпидемии испанки я нашел умирающего парня. Его родители уже умерли, да и ему оставалось не долго… Как безнадежно больной он лежал в палате для умирающих. Собрав всю волю в кулак, я обратил его. Я смог остановиться и не выпить его до конца. Чтоб скрыть его крик, я закрыл ему рот ладонью. А потом, когда он перевоплотился, я вывел его из больницы незамеченным. Его звали Эдвард, ему было всего семнадцать. Он стал мне сыном. Моим первенцем. Я научил его всему… Хоть это и было сложно. У него оказался необычный дар, он мог читать чужие мысли. Это была уникальная особенность. Но, лет через десять у него случился так сказать кризис подросткового возраста. Ему не нравились постоянные воздержания которые я проповедовал, он бунтовал и некоторое время жил один. Лишь через несколько лет он вернулся ко мне и вновь принял мое мировоззрение. Как-то во время дождя я и Эдвард были на охоте, возле реки и тут я услышал скрип тормозов. Я понял на мосту разбилась машина. Там возможно пострадали люди! Инстинкт спасения человеческих жизней сработал моментально! Я метнулся туда. Скорость вампира пришлась к стати. В обломках раскореженой машины, я увидел человека… точнее сперва учуял кровь! Жажда тут же подступила к горлу… Но, я смог ее побороть. Я знал, иначе не смогу спасти пострадавшего. Я смог вытащить умирающего человека: просто вырвал дверь и часть кузова. Слышал биение человеческого сердца. Очень слабое. Еле различимое. Это была женщина. Шатенка. Она была полностью изуродована… Она истекала кровью. Множественные переломы и гематомы… Ее сердце… Удары были еле слышны. И я понимал, что каждый из них может быть последним… Я должен решить. Но, разве можно делать такой выбор за человека? Разве я имею право на то, чтоб сделать ее монстром? Но, дать ей умереть, я тоже не смел… Отвлекшись от воспоминаний, я в который раз подумал — Эдвард был моим сыном. Членом нашей семьи. И мы пережили очень многое вместе. Но, и Белла стала нам дочерью, сестрой, подругой. Она, всегда была к нам очень добра. И сейчас, уверен, она чувствует себя покинутой. Считает, что ни кто ее не поймет… Но, так или иначе, она стала частью нашей семьи. И что бы ни случилось, нельзя отворачиваться друг от друга. Не важно, что Розали не хочет примиряться с ее выбором. В конце-концов она смирится. Ведь Элис, практически сразу приняла это. А Джаспер и Эммет уже ведут себя более лояльно. Что касается моей возлюбленной — она, пока что так и не вернулась в Форкс. Но, я считаю, что не должен бросать Беллу. Нужно дать ей понять, что ее выбор, не повлиял на наше к ней отношение. Эдварда нет… и его не вернуть. Но, она-то жива. И он, всегда будет жить в ее сердце… как и в наших…