Кроличьи шалости

      Хотя бы раз в жизни выпадал такой день, когда всё идёт не по плану, и на долю студсовета, к сожалению, такие дни выпадали даже слишком часто. Многие уже стали подумывать о том, что кто-то просто их сглазил, но даже сглаз не работает так безотказно и таким наглым образом, скорее всего это была порча или проклятье, потому что иначе никто не мог объяснить, почему, когда всё было хорошо день назад, внезапно становится ужасно отвратительным в одночасье.  ─ Но почему именно через 2 недели? Хотя бы неделю или 10 дней! Передай, что это максимум, ─ требовала Вэнь Цин, уже наперед зная ответ администрации университета, но она была из тех, кто лучше попытается, чем просто промолчит и будет терпеть подобное. ─ Ты же знаешь, что они не изменят решения. ─ Но это не значит, что мы намерены это терпеть! У нас план до конца месяца уже готов, а они решили всё перепланировать в последний момент! ─ Тут уже в дискуссию ворвался подскочивший к ним Цзян Чэн. ─ А я что могу сделать?! ─ Ощетинился Мэн Яо. ─ Передай им, что мы настаиваем на собрании! ─ Продолжила Вэнь Цин. ─ Они откажут! ─ Проси усерднее! ─ Вместе с Вэнь Цин не унимался и Цзян Чэн. ─ Если они проведут ещё пару контрольных для первых курсов, то у старших они встанут поперек горла! ─ Сами просите, я вам не посыльный! ─ Но ты наш секретарь! ─ Выпалила Вэнь Цин. ─ А ты тут теперь главная?       Казалось, что сейчас любой сорвётся и начнётся потасовка, но в комнату студсовета вовремя вошёл Сичэнь и предотвратил драку: ─ Хватит!       Все в момент обернулись в его сторону и успокоились.  ─ Вам всем по 10 лет? Вот и научитесь уже решать проблемы, как взрослые, а не вступать друг с другом в спор.        Он прошёл и сел за свой стол перебирая какие-то бумажки. Следом вошли Яньли и Цзысюань. ─ Лань Хуань прав. Всё гораздо проще, если посмотреть на ситуацию зрело, ─ сказал вошедший Цзысюань.       Все трое залились краской. Проходят года, а эти трое продолжают их поучать, словно маленьких детей. Даже Мэн Яо, кажущийся серьёзным и расчётливым, нередко получал наставления от Сичэня. Но именно благодаря ему, Мэн Яо занял видное место в совете и поднял свою репутацию среди учителей и учеников.       В старших классах по школе пронёсся слух о неблагополучном состоянии его семьи: мать была шлюхой, а отец скрылся в неизвестности, а сам Мэн Яо был вынужден больше работать, чтобы обеспечивать себя и помогать больной матери. Вследствии этого постоянные прогулы, плохие оценки и порицания со стороны учащихся: "Да он сын собаки", "Нищий оборванец", "С такими результатами ты ничего не добьёшься в жизни!", и со временем Мэн Яо начал верить им. Ни во что себя не ставил, не пытался давать отпора и занял свою нишу где-то на дне, чаще всего выступая грушей для битья. У него просто не оставалось сил противостоять всем и сразу, и подтягивать учёбу, работа отнимала все его силы, и в какой-то момент он думал, что сломался, пока один человек не открыл ему глаза и не показал кто он такой на самом деле. Что у Мэн Яо тоже могут быть мечты и желания, и что его происхождение никак не влияет на то кем он станет или является, всё зависит только от желания. И этим человеком протянувшим ему свою руку тогда был Сичэнь.       Гуанъяо никогда не забывал то, что Лань Хуань для него сделал, и далее следовал всегда только за ним на своём сложном пути. Но и там Сичэнь всегда был рядом, готовый помочь и поддержать, и со временем к Мэн Яо стали тянуться и другие подобные люди. Он подтянул свою успеваемость, остался только на одной подработке, стал получать стипендию, вступил в школьный совет и всегда был рядом с тем, кому обязан всему тем, что обрёл, но Лань Хуань всегда повторял: "Всё это ты получил сам упорным трудом. Я ничего для тебя не сделал". Но Мэн Яо не желал слушать скромника Сичэня, ещё больше убеждаясь, что Лань Хуань ─ его идеал и навсегда таким и останется.

***

─ Но проблема остаётся нерешённой, глава, ─ через время сказала Вэнь Цин, когда все расселись по местам и были готовы приступать к работе. ─ Я уже всё решил.       Глаза всех присутствующих, кроме Цзысюаня и Яньли округлились. Эти двое узнали обо всем самыми первыми, стоило им столкнуться с Лань Хуанем у учительской. Тот, не мешкая, всё им рассказал. ─ И что же? ─ Условия они не изменили, зато теперь мы освобождены от ответственности и можем спокойно проводить свой фестиваль. ─ А что ты сделал, чтобы уговорить ректора? ─ Спросил Мэн Яо. ─ Заплатил. ─ Серьёзно?! ─ Подскочила Вэнь Цин.       Лань Сичэнь машинально засмеялся от такого внезапного выпада девушки. Все присутствующие его поддержали и тоже начали хихикать.  ─ Что смешного? ─ Я пошутил, Вэнь Цин. Я просто объяснил ситуацию и предоставил отчёт о более благоприятных условиях на случай того, если нам дадут провести фестиваль вовремя, не взирая на экзамены младших курсов. Их в свою очередь раскидают таким образом, чтобы всё успеть за эти 2 недели, чтобы все могли принять участие в фестивале. ─ В смысле две недели?! Фестиваль ведь только через неделю! ─ Увы, но фестиваль всё-таки пришлось перенести, но это никак не повредит планам, просто у многих возникли незначительные проблемы, с которыми они обещали справиться. ─ Будем надеяться на их скорострельность, а пока предлагаю занести планирование и пойти на уроки, а то мне уже невесть что из-за этих бумажек мерещится! Я скоро сам стану бумажным! ─ Предложил Ваньинь, и все поддержали его инициативу.       Внезапно у Яньли зазвонил телефон. ─ Алло? Да, конечно, мы не забыли, скоро придём! ─ Она положила трубку. ─ Лань Хуань, простите, но нам с братом нужно кое-куда отлучиться. ─ Это надолго? ─ Да, но мы уже отпросились у учителя, так что нам осталось получить только ваше согласие. Если у Вас больше нет для нас поручений, то мы, пожалуй, пойдём. ─ На сегодня все, если это действительно важно, то идите. ─ Спасибо! ─ Так, а не напомнишь ли мне, куда мы?       Не успел Цзян Чэн услышать ответ на свой вопрос, как сестра уже тащила его за шиворот к выходу, словно провинившегося в чём-то щенка. За ними захлопнулась дверь. Собрание продолжилось. ─ И куда же они? ─ Обратилась Вэнь Цин с вопросом напрямую к Цзысюаню. ─ В смысле? ─ Сперва не понял он, почему она обращается именно к нему. ─ А-Ли ведь по-любому сказала тебе, что сегодня у неё дела. ─ А, так там ничего особенного. Просто к ним их брат переезжает по долгу работы, они его встречать поехали. ─ Я слышал о нём. Яньли рассказывала, что он остался в Юньмэне с родителями, и каждый год присылает им самый качественный алкоголь. ─ Какие интересные подробности, глава, ─ смутилась Вэнь Цин осведомлённостью Лань Хуаня обо всём, что касается семейства Цзян.       Сама она тоже вместе с Мэн Яо частенько слышали об этом брате из рассказов то Цзян Чэна, то Яньли, но никогда не интересовались им особо, просто хотелось знать к чему такая спешка с их стороны посреди рабочего дня. Но коль уж конфликт был исчерпан, пришла пора приступать к работе и подготовке к фестивалю, ведь теперь в запасе было гораздо больше времени. ─ К слову о братьях, ─ сказала Вэнь Цин, когда они уже вышли из комнаты совета, ─ надо будет сегодня своих младших навестить в "Белом кролике". ─ Точно, ты права, ─ поддержал Сичэнь, вспомнив, что у Лань Чжаня сегодня ещё и первый полный рабочий день. ─ Кстати, ─ вклинился в этот разговор и Мэн Яо, у которого ни братьев, ни сестёр отродясь не было, но поддержать диалог он и без них мог, ─ мне всегда было интересно, почему именно "Белый кролик"?  ─ Ну, как выразился сам Вэнь Нин: "Они просто милые", ─ ответила Вэнь Цин. ─ И всё? ─ Удивился Мэн Яо, ожидая, видимо, услышать милую сахарную историю о том, как на Вэнь Нина в один день упал маленький крольчонок  когда тот только думал о том, чтобы открыть кафе, но в голову всё никак не приходило название, и тут решение упало на него буквально с неба.       Но всё оказалось гораздо проще. ─ Они и вправду милые, ─ согласился Сичэнь, и Вэнь Цин с Мэн Яо даже не удивились, услышав это от серьёзного зрелого мужчины.       Они были наслышаны о его ярой любви к животным и даже пару раз становились свидетелями её проявления, когда вместе с Цзян Чэном они приходили в зоомагазин, чтобы прикупить чего-нибудь по мелочи для его собак. И именно у витрины с животными все время околачивался Сичэнь, словно забывая о том, что вокруг него есть кто-то кроме тех пушистеньких маленьких созданий.       Впереди ещё был целый день, но ребята уже получили заряд хорошего настроения и боевого настроя. Они были готовы продолжать несмотря ни на что и радовать своими успехами окружающих.

***

      Середина рабочего дня. До конца дневных пар посетителей не намечалось, так что Вэнь Нин объявил для всех законный перерыв. Сычжуй и Цзинъи, как обычно, вышли проветриться, а Лань Чжань остался в кафе, продолжая усердно протирать столы и стойку, словно до него здесь был страшный беспорядок и полная антисанитария. Однако, Вэнь Нин был слишком чистоплотным, так что по большей части Ханьгуань-Цзюн пытался себя хоть чем-нибудь занять пока есть время. Просто так без дела он сидеть не мог, и как назло именно сегодня умудрился забыть свою книгу в другом рюкзаке. ─ Ханьгуань-Цзюн, не переусердствуйте только, ─ забеспокоился Вэнь Нин. ─ Я понимаю, что вы очень стараетесь, но и перебарщивать не нужно. ─ Мгм. Прости, я и правда увлёкся.       Цюнлинь не мог больше смотреть на то, как Лань Чжань мается от безделья, которое, по всей видимости, приносило ему тяжкие страдания, судя по его убитому виду, с которым он рухнул на небольшой диванчик в комнате для персонала. Поэтому было принято решение занять Лань Чжаня хоть чем-нибудь, и ничего лучше не пришло в голову, чем выполнить небольшое поручение связанное с доставкой.  "И проветрится и делом займётся", ─ подумал Цюнлинь и всё в голове оказалось за. ─ Ханьгуань-Цзюн, не могли бы вы кое-что отнести?       Лань Чжань мгновенно пробудился и подскочил к стойке.       Вэнь Нин протянул ему небольшой бумажный пакет с мини-кексами, которые очень нравились самому Лань Чжаню. Как и на всех такого рода пакетиках этого кафе, на нём красовался пушистый белый кролик. Дизайн Вэнь Нин придумывал сам, никто и не сомневался. Коль уж владелец милая булочка с корицей, то, естественно, все что он сделает будет таким же сладким и милым. Так, конечно, в какой-то степени неправильно говорить о мужчине, но таким уж он был, и совершенно не обижался на людей, которые говорили ему об этом. Он, конечно же, сам понимал, что ему не хватает мужественности, но и явных попыток ее в себе взрастить не делал. К 20-ти годам уже было сложно что-то в себе изменить. ─ Тут недалеко, в конце улицы, недавно цветочный магазин открыли. Отнеси кексы туда, хорошо? ─ Мгм.       Одевшись, Лань Чжань вышел из кафе и направился вниз по улице. Снова настала пора солнечных дней, прощайте непрекращающиеся дожди и внезапные холода. Приближающееся лето обещало быть жарким и очень насыщенным, но Лань Чжань не планировал чего-либо, он просто знал, что его силком затащут на всякие разные вечеринки и поездки, и пока за ним приглядывает брат отвертеться не получится. Ханьгуань-Цзюну было трудно признаться даже самому близкому человеку в том, что он не очень сходится с людьми, хоть и знал, что несмотря и на это Сичэнь не будет любить его меньше.       Хоть и было тепло, но холодный ветер все ещё чувствовался, поэтому Лань Чжань не пожалел, что всё-таки надел лёгкую куртку, а не остался в одной белой футболке. Район, в котором Вэнь Нин открыл кафе был просто переполнен кофейнями и ресторанами и идея открыть здесь ещё и цветочный казалась немного странной, но как оказалось это вполне имело спрос, как только Лань Ваньцзи приблизился к месту доставки. Людей было не так много, но их, видимо, хватало, чтобы некоторым пришлось толпиться на улице, в ожидании, когда примут и их заказ на букет. Прямо напротив была ещё одна кофейня, принадлежавшая отцу Цзян Чэна и Яньли, так что, возможно, и цветочный магазин был одной из их точек. Вперемешку с душистым кофе, аромат настоящих цветов чувствовался просто превосходно. Сладкий, терпкий, и если это Лань Чжань почувствовал, находясь на приличном расстоянии, то что же творилось  в самом магазине, который наверняка был просто пропитан этим чарующим ароматом.       Ломиться туда сквозь толпу Лань Чжаню показалось излишним, поэтому он просто дождался, когда уменьшится поток людей, а уже потом зашёл, чтобы передать заказ. Ждать пришлось недолго. Продавцы, видимо, очень хорошо справлялись, раз так быстро смогли обслужить толпу покупателей. Из покупателей осталось только 2 девушки, которые ещё ничего не выбрали и только глазели на цветы и изредка поглядывали в глубь магазина. Много цветов стояло и на улице под небольшим шатром, под этим шатром стояли и девушки, и стоило Лань Чжаню подойти поближе, как он тут же обратил их внимание на себя. Он и правда был очень красив. Оказавшись под шатром, его тут же окружили две покупательницы и началась одна и та же песня. Они пытались познакомиться и охмурить его, а он вежливо пытался отказаться, чем ещё больше их раззадоривал, потому что это, почему-то, казалось девушкам ещё более милым. Лань Ванцзи ещё не обрёл эту секретную технику брата, как правильно отказывать девушкам, и вместо того, чтобы дать понять, что он не намерен начинать диалог, ещё больше в нем увязал. Он не виноват, что когда пытался отделаться от кого-либо, становился ещё более милым и беззащитным, являсь при этом эталоном мужественности и решительности (рядом со старшими братьями мы все, конечно, смелые). К счастью это заметили не только эти милые девушки. ─ Дамы, вы уже сделали свой выбор? ─ Из-за множества горшков с цветами донёсся звонкий и насмешливый голос, наблюдавшего за этой неловкой картиной продавца, и он тотчас же заставил всех присутствующих переключить свое внимание на себя.       Его лица было не видно за цветами, зато отчетливо различались серые пронзительные глаза. ─ Ой, простите, ─ начала извиняться одна из девушек, ─ мы уже сделали выбор! 2 красные розы, пожалуйста. ─ А разве розы дамам дарят не их кавалеры? ─ Усмехнулся продавец.       Это не было сказано с целью задеть, скорее, как безобидная шутка, так что девушки в момент повеселели и залились краской. ─ Были бы кавалеры, были бы и розы. ─ Что же, тогда позвольте их заменить.       Из импортированных зарослей множества других цветов, стоявших в горшках и образовываших эту стену, разделяющую продавца и посетителей, высунулись 2 ярко-красные розы. ─ Специально для вас совершенно бесплатно.        Серые глаза подмигнули, и щеки девушек ещё больше покрылись румянцем. Они долго отнекивались, но в конце концов приняли розы и удалились, продолжая до самого пути домой обсуждать произошедшее.       Всё это время Лань Чжань наблюдал за происходящим, казалось, с видом полного безразличия, но на деле, чем больше он наблюдал за тем, как этому парню легко даётся расположить к себе людей и непринужденно завести разговор, что начинал даже стыдится своей необъяснимой молчаливости и зажатости. Ведь всем вокруг даётся это без труда, так почему и он не может?       Долго думать об этом ему не дали. Все ещё скрывающийся за цветами парень, щелкает пальцами и пробуждает Лань Чжаня от транса, в который тот сам себя ввёл, пока молча наблюдал за ним и завидовал. ─ Уважаемый, а вам чего? Ищете идеальный букет для дамы? ─ Серые глаза вновь подмигнули и засияли. ─ Нет. Вот, ─ Лань Чжань протянул пакет с белым кроликом. ─ О, а вот и кексики! Сейчас.       Наконец-то таинственный продавец вышел из-за своего цветочного убежища. И перед Ваньцзи предстал юноша чуть меньше его в росте, но не менее прекрасный. Чёрные коротко остриженные волосы, всё те же серые пронзительные глаза и словно вылепленные из глины идеальные черты лица. Из внутреннего кармана фартука он достал деньги и протянул Ваньцзи. Тот несмело и неуверенно их принял. ─ Эм, я могу получить свой обед? ─ Юноша немного смутился от столь пристального взгляда незнакомца, но всё равно улыбнулся, и от этой улыбки у Лань Чжаня чуть подкосились ноги.       Он настолько был очарован, что и не думал отдавать тому заказ, боясь, что сделав это, потеряет столь драгоценное время, которое может потратить на немое созерцание. Но в какой-то момент урчащий живот парня всё рушит, и Лань Чжань понимает, что больше не имеет права задерживать его обед и нехотя отдаёт кексы. ─ Спасибочки! С самого утра ничего не ел, умираю с голоду! ─ И не сходя с места начинает уплетать кексы.       От этого на лице от удовольствия выступает ещё более широкая и радостная улыбка, лицо румянится, а в животе приятное чувство утолившегося голода спустя долгие часы работы.       Лань Чжань всё ещё продолжал наблюдать за тем, как он, словно кролик, уплетал один кексик за другим и в какой-то момент они встретились взглядом, и Ванцзи машинально пришлось стыдливо отвернуться. Парень не сразу понял в чём дело (да и не понял бы вообще, даже если очень постарался), но решил, что поступил очень некрасиво, начав поглощать кексы в одиночку, так что протянул один и своему курьеру. ─ Вот, держи, смотрю, ты тоже голоден. ─ Мгм. Спасибо. ─ Меня зовут Вэй Усянь, но обычно меня зовут Вэй Ин, а тебя? ─ Лань Ванцзи. Имя в быту Лань Чжань. ─ Что же, Лань Чжань, будем знакомы.       Внезапная дружба. Любовь с первого взгляда.  Всё это захлестнуло Ванцзи с головой, стоило ему в тот день повстречаться с ним, и испытать столь странное и в тоже время греющее душу чувство. С непривычки оно внушало ужас, и Лань Чжань в какой-то момент даже испугался собственных чувств и мыслей, но одной улыбки и прикосновения хватило, чтобы развеять все страхи и предрассудки. Вэй Усянь - первый человек, заставивший его испытать все эти странные непривычные чувства, но к чему они приведут можно было в тот момент лишь гадать.