A fateful course...

Прошёл месяц после бала на Хэллоуин, и в Хогвартсе царила новая атмосфера. Сборная Гриффиндора восхитительно выделялась на фоне неудач команды Пуффендуя, а Слизерин с отрывом в тридцать очков одержал уверенную победу над Когтевраном. Однако самым важным изменением в этот период стало то, что между Лили Эванс и Джеймсом Поттером воцарился мир, которого так ждали все друзья. Несмотря на то, что они не были в отношениях в привычном понимании этого слова, их дружба лишь начинала распускаться, и это стало несомненным шагом вперед. Лили вскоре осознала, что Джеймс — это не просто глупый мальчик в компании друзей, мечтающий о ее внимании. Он оказался человеком, богатым опытом и множеством увлекательных историй о своих Мародёрских приключениях. Несмотря на своё прошлое негативное отношение к нему, Лили начала понимать, почему ей было так интересно проводить время с Поттером. Он относился к ней с уважением и пониманием, и это придавало их общению особый оттенок тепла. Он уважал равенство, и никогда не общался с Лили так, будто она прямо сейчас развалится на месте, как делали это многие парни. Сравнивая его с Северусом, Лили заметила, что Джеймс был его резкой противоположностью — в то время как Северус часто оставался замкнутым, Джеймс излучал живую энергетику, и это действительно радовало. Джеймс, в свою очередь, был на седьмом небе от счастья. Он знал, что это лишь начало, но звук их смеха и легкая беседа уже создавали новое пространство, которое их объединяло. Ссоры с Лили остались позади, что позволило другим ученикам хоть немного вздохнуть свободнее — картина Хогвартса явно стала спокойнее без их публичных споров, особенно учитывая положение их обоих. Первокурсники, которые и так боялись Лили, начинали прятаться во время их ссор с Поттером, а команде Джеймса, в свою очередь, очень доставалось на тренировках. Тем временем Гермиона Грейнджер все чаще проводила время с Ремусом Люпином. Его спокойствие и глубина понимания привлекали её. Она ощущала, как сильно тянет её к парню, который, несмотря на свои трудности, был способен создавать атмосферу доверия, пусть и скрывая свою тайну. Гермиона ни в коем случае не хотела давить на Ремуса, но лишь однажды решила упомянуть об этом, когда они сидели в библиотеке, и готовили эссе по Трансфигурации. — Ремус, куда ты пропадаешь каждый месяц? Парень на мгновение замер, его лицо изменилось. Он посмотрел на неё, но в глазах читалось множество эмоций — страх и растерянность. Прежде чем он успел совладать с волнением, она прикоснулась к его руке, выказывая поддержку, и слабо улыбнулась. — Вечно какие-то непредвиденные обстоятельства дома, но это так, пустяки, – он не хотел врать Гермионе, но и правду сказать не мог… Парень боялся, очень боялся, что она возненавидит его, и будет презирать. Но ведь это Гермиона… разве может она ненавидеть его, ненавидеть хоть кого-то? — Точно пустяки? — девушка внимательно смотрела в карие глаза парня. В них читалась растерянность и страх. Гермиона накрыла руку Ремуса своей ладонью и не отрывая взяла уверенно сказала: — Если у тебя есть неприятности, расскажи мне. Ты знаешь, что можешь мне доверять... Эти слова повергли Ремуса в смятение. Он резко отдёрнул руку и встал, зашагав по библиотеке, стараясь найти слова. — Гермиона, черт возьми! Я... я врал тебе. Не надо было этого делать. Я не мог рассказать тебе правду, но тянуть дальше тоже не могу. Ты должна это знать, потому что это может повлиять на тебя… Гермиона, только, пожалуйста, прими это без ярких эмоций… Я — оборотень. Сказав это, он сел обратно, скрыл лицо в ладонях. Боялся взглянуть на неё, опасаясь увидеть отвращение. Но вместо этого ощутил лёгкое прикосновение её руки к плечу, а через мгновение она обняла его. — Ремус, всё в порядке. Это не имеет значения. В этом нет твоей вины, и ты не должен чувствовать стыда. Ты — это ты, и я вижу в тебе только хорошее. Ты знаешь, когда-то я даже была знакомы с одним прекрасным человеком, который был оборотнем, и что бы ты знал, я никогда не встречала людей прекраснее. Я в любом случае рядом с тобой, как и Мародёры, как и твоя семья, мы рядом с тобой, и всё остальное не имеет значения. Он был действительно рад, что девушка не возненавидела его, за его тайну, а наоборот, проявила понимание и осталась рядом. Она осталась точно так же, как и его друзья и с этого момента она стала ему ещё ближе. — Нам нужно вернуться в башню, скоро отбой, — сказала Гермиона, собирая свои учебники. Но в процессе её рука задела книгу, из которой вылетела колдофото. — Гермиона, у тебя выпало, — заметил Ремус, поднимая карточку. На ней были изображены дети, и он мигом взглянул на них, но испуганная Гермиона мгновенно выхватила фотографию, пряча её в мантии. – Это был Джеймс? — Нет, тебе показалось. Помнишь, я рассказывала о своём друге из Аргентины, я упоминала, что он очень похож на Джеймса, это колдофото с ним. Всё, я собралась, пошли, – сказала Гермиона, схватив Ремуса и чуть ли не силой потащив его к выходу из библиотеки. Не задавая лишних вопросов, Ремус следовал за ней.

***

Тем временем, Северус Снейп, уже не совсем по своему желанию, но по поручению директора Хогвартса, принимал Чёрную метку и обещал до самой смерти оставаться верным своему Хозяину. Блок Снейпа, усиленный блоком Дамблдора позволял Тёмному Лорду видеть лишь то, что позволял видеть парень, искусно притворявшийся сторонником Волан-де-Морта. С этого дня он, шестнадцатилетний мальчишка, стал двойным агентом. Разумеется, он будет предоставлять информацию Лорду, но лишь ту, которую скажет Дамблдор. Если бы кто-нибудь мог представить, насколько это всё было страшно… Каждый вечер, когда Северус запирался в своей комнате, его охватывал холодный ужас от осознания, что он станет пешкой в опасной игре, где ставки были высоки, а последствия могли привести к непоправимым трагедиям. Но теперь у него не было выбора — чтобы выжить и защитить себя и тех, кто ему дорог, он должен был научиться умело жить в двух мирах, пока его собственная душа не успела почернеть.

***

Гермиона лежала в кровати, погруженная в мысли о том, как ей разоблачить Петтигрю. Вопрос заключалась в том, является ли он Пожирателем смерти в настоящее время. Ответ на этот вопрос мог предоставить только Северус. С этими размышлениями девушка упала в объятия сна. Утром её разбудили громкие крики Лили о том, что они проспали. Гермиона быстро взглянула на часы: действительно, было уже поздно, и на завтрак они явно не успевали. Приведя себя в порядок, девушки поспешили на занятия по Зельеварению. Там их уже ожидали сонные и недовольные Мародёры. Парни тут же подошли к девушкам. — Мы заметили, что вы решили немного подремать… — начал Джеймс, а Сириус с игривой ухмылкой продолжил: — Поэтому мы принесли вам бутерброды и чай, но только после урока Зелий! — Ага, а о других подругах, которые НЕ встречаются с одним из вас, вы не подумали, да? – зевая спросила Марлен, и забрала одну булочку из рук Сириуса. – А я то думала мы друзья! — Друзья, Марлс, – рассмеялся Сириус, – но когда я опаздываю, ты никогда не приносишь мне еды. Гермиона с благодарностью и весельем посмотрела на парней. Они напомнили ей близнецов Уизли — такие же озорные и весёлые, только не похожие друг на друга по внешности. — О чем задумалась, Котёнок? — ловким вопросом вырвал её из размышлений голос Блэка. Он стоял неподалеку и смотрел ей в глаза с задорной искоркой. — Вы похожи на моих друзей, — ответила она с улыбкой. — Оу, и чем же? — Вы дополняете фразы друг друга, постоянно что-то вытворяете и вечно влипаете в неприятности… — Между прочим, Льюис, это не мы влипаем в неприятности, это неприятности сами находят нас, — подмигнул Поттер, начиная рассказывать Лили очередную забавную историю. На занятии по Зельеварению Гермиона тихо передала Северусу записку, в которой просила срочно поговорить. Спустя несколько минут она получила ответ с указанием места и времени их встречи. Они условились встретиться в коридоре, где Гермиона открыла Северусу правду, в пять часов вечера. Профессор Слизнорт объявил конкурс среди студентов: тот, кто лучше всех приготовит напиток живой смерти, получит флакончик Феликс Фелицис, известный также как жидкая удача. Гермиона вспомнила, что подобный урок уже проходил в её времени. Тогда Гарри воспользовался учебником некоего Принца Полукровки и одержал победу. Воспроизведя приемы Гарри, она была приятно удивлена, когда у нее также получилось сварить зелье. В итоге, кроме Гермионы, напиток живой смерти удалось успешно приготовить Северусу. Профессор Слизнорт, увидев их успех, решил разделить ограниченное количество Феликса на двоих студентов. Гермиона уже представляла, как пара капель этого зелья поможет ей разоблачить Петтигрю, который в данный момент сидел, недовольно покусывая губу, и изучал густую зеленоватую субстанцию в своем котле. Размышляя о том, что могло подтолкнуть этого безобидного мальчишку на неправильный путь, она была прервана звоном колокола, оповещающий о конце занятия. Время обеда приближалось. Мародёры, вместе с Лили и Гермионой, направлялись в Большой зал. — Вот увидите, это будет невероятно смешно! — с размахом заявил Блэк, разводя руки в стороны. — Мы приложили немало усилий, чтобы осуществить это прямо среди бела дня. Джеймс и Питер активно кивали, поддерживая слова друга, а Ремус лишь тяжело вздохнул и с доброй улыбкой смотрел на своих приятелей. Конечно, он тоже участвовал в этой шалости, но старался не выдавать своего участия, ведь в случае чего, именно ему снова придётся спасать их. Через 15 минут в Большом зале начали появляться разгневанные слизеринцы. Несмотря на их ярость, остальные студенты не могли сдержать смех, ведь не каждый день можно увидеть слизеринца с розовыми волосами и кошачьими ушками. Бедные студенты, осознав, что избавиться от этого «убожества» невозможно, нехотя отправились к обеденному столу. Лили и Гермиона пытались сдержать смех, но это плохо им удавалось, и они, как и все остальные, хохотали над несчастными слизеринцами. — Джеймс, ну… ну так нельзя! — с трудом произнесла Лили, смех прерывал её слова. Поттер же лишь отмахнулся, уверяя девушка, что к ночи всё пройдет. — Когда вы это успели сделать? — с удивлением спросила Гермиона. — Во время занятия по Зельеварению… но то, как мы это сделали, — большой секрет, — подмигнул ей Блэк.

***

Ровно в 5 часов вечера, Гермиона ждала Северуса в назначенном месте. Несмотря на глупый внешний вид, парень встречу не отменил. По его лицу было видно, что он всё ещё зол, но уже вроде как и свыкся, ведь он знал, что это ненадолго. Гермиона, подавляя смех, смотрела на раздражённого слизеринца. — Хватит уже смеяться! И передай этой шайке, что можно было придумать что-нибудь оригинальнее, — хмыкнул парень. — Прости, Северус, но ты правда такой смешной, — Гермиона уже во всю смеялась, — ты весь такой серьёзный, хладнокровный и… и розоволосый с ушками! Девушке показалось, что Северус улыбнулся. Подождав, пока она отсмеётся, он начал рассказывать всё что видел. — А Питер? Он уже Пожиратель? — Нет, он получит метку на следующих выходных, тогда сможешь свободно действовать. Кстати, что ты собираешься делать? — Я думаю, что придётся немного поранить его, — наткнувшись на удивлённый взгляд Снейпа, она продолжила: — совсем немного поранить, не смертельно. Просто сделаю ему «случайный» порез, из-за чего ему придётся оголить руку. Поболтав со слизеринцем ещё несколько минут, Гермиона направилась в башню. Услышав пароль, Полная Дама пропустила девушку в полупустую гостиную. Стояла тишина, кто-то делал домашнее задание, кто-то просто сидел и что-то обсуждал с товарищами. Взгляд Гермионы привлёк Сириус, одиноко сидящий в кресле напротив камина. Гермиона подошла к парню и осторожно положила ему руку на плечо. — Дай угадаю, ты ждёшь, пока Джеймс наболтается с Лили? Лично я уже несколько раз… — Уйди, Льюис, я не в настроение. В голосе парня сквозило раздражение, злость и как ни странно, печаль. Гермиона опустилась на кресло, стоящее рядом. — Сириус, что случилось? — Ты не расслышала? Я попросил уйти, — парень нервно сжал кулаки и посмотрел в глаза подруги. — Я меньше всего хочу обидеть тебя, Гермиона, поэтому уйди. Пожалуйста. Но она не уходила. Она настойчиво, не отрывая взгляда смотрела в глаза Блэка и понимала: случилось что-то очень плохое и нельзя сейчас бросать его одного. — Сириус, я же вижу, что что-то случилось… не держи это в себе, расскажи и тебе станет намного лучше… Я могу тебя выслушать, если ты не хочешь это обсуждать с Джеймсом. Ты же не чужой для меня человек, я переживаю. — Ты что, грёбанная спасительница мира? Считаешь что можешь сделать всё? — Я думаю, тебе может стать легче. Парень какое-то время молчал, но спустя несколько минут заговорил: — Регулус, мой младший брат, — Сириус прикрыл глаза, — он на следующей неделе станет Пожирателем Смерти. — Блэк закрыл лицо руками и откинулся на спинку кресла. Гермиона смотрела на Сириуса и видела перед собой совершенно другую его сторону. Он любил своего брата, хоть они и были в конфликте, и он переживал за его судьбу. Но какая судьба может быть у Пожирателя Смерти? Жалкое существование, служба Тёмному Лорду, пытки и убийства, — это не то, чего Сириус хотел для брата. Но Регулус, видимо, думал иначе. Гермиона ничего не сказала другу, лишь мягко положила ему руку на плечо. Парень накрыл её руку своей и крепко сжал. — Он дорог мне, Гермиона, дорог… я не могу его потерять. Понимаешь, всю жизнь я пытался его защитить от своей семьи, но он всегда был ближе к ним. Когда мать ругала нас за детские проказы, я всегда брал всю вину на себя, пытался сделать всё, чтобы он вырос счастливым. Мы даже были дружны когда-то… – Сириус тихо рассмеялся и замолчал, продолжая смотреть на огонь в камине. — Сириус, – Гермиона мягко сжала плечо Сириуса, – продолжай. — Мы были неразлучны, Гермиона… Часто по вечерам приходили в комнаты друг друга чтобы просто поговорить, или заснуть рядом, это продолжалось годами. Пока я не пошёл в Хогвартс, думаю не стоит упоминать, как разочаровалась во мне семья, когда я оказался первым, кто попал в Гриффиндор. Не знаю, что происходило там, дома, но когда я вернулся на зимних каникулах, Регулус был уже совсем другим: вечно ходил рядом с матерью и отцом, на семейных обедах садился рядом с кузинами, – Сириус тяжело вздохнул и прикрыл глаза руками. – В какой-то момент стало всё слишком невыносимо. Моя мама была далеко не самой лучшей, но никогда раньше не била нас... меня. А потом всё моё существование начало раздражать мою дорогую матушку, тогда-то и стало всё хуже… Я возвращался в Хогвартс с радостью, и перестал приезжать домой на всех праздниках, это бесило её ещё больше, хотя не думаю, что моё присутствие облегчило бы ситуацию. Потом уже и Регулус пришёл в Хогвартс, как от него и ожидали, Слизеринец с идеальными оценками, идеальный сын и наследник. Он перестал со мной разговаривать, но когда дома мама «наказывала» меня слишком сильно, и отбирала палочку, на помощь всегда приходил Рег; когда меня оставляли без ужина, «чтобы я не показывался и не позорил семью» Регулус всегда приносил мне мои любимые блюда. А потом эти наказания стали каждодневными, и я не выдержал. – Сириус замолчал, и долго о чём-то думал. – Случилось кое-что, из-за чего мне пришлось сбежать из своего дома, я знал, что у меня есть Джеймс и его прекрасная семья, знал, что они меня примут, и я сбежал к ним. Но перед этим я пытался уговорить Регулуса сбежать со мной, он меня послал… Сказал, что я трус, и чтобы выметался из дома Блэков… Представляешь? Мой родной брат выгонял меня из дома, – Сириус невесело рассмеялся. – Но, Мерлин, он мой брат. Если он станет пожирателем, то… – парень запнулся и откинулся на спинку кресла. – Последнее, что я сказал ему, это что он мне больше не брат. Я не хочу терять его. Гермиона внимательно слушала весь рассказ Сириуса, она знала, что в детстве с ним обращались грубо, но не знала, что он был настолько привязан к своему брату. А ещё, она поняла, что несмотря на то, что Сириус пытался показать свою непринужденность во всём, он пережил многое, и вероятнее всего, до сих пор о многом не рассказывает никому, даже Джеймсу. Гермиона подсела ближе к Сириусу и положила голову ему на плечо, схватив его руку и крепко сжала: — Спасибо, что рассказал мне о таком. Я рядом, Сириус. Ты всегда можешь на меня положиться, я сделаю всё, что будет в моих силах, обещаю, – Гермиона с ещё большей силой сжала руку Сириуса, на что тот тихо хмыкнул, и Гермиона почувствовала, как он улыбается. — Ты заслуживаешь семью. — Она у меня есть, не кровная, конечно, но Мародёры – моя семья, – Сириус улыбнулся, но улыбка не дошла до его глаз, поэтому Гермиона приобняла парня. С этого момента список спасаемых Гермионой людей пополнился. В него было занесено ещё одно имя — Регулус Блэк. — Регулус почти всегда был на моей стороне, – тихо продолжил Сириус. – Не открыто, конечно, это опасно в такой семье, но я знал, что во многом ему нравилось моё бунтарство. И честно, я до сих пор не понимаю, когда он изменил свои взгляды. Стоя у входа в гостиную и облокотившись на косяк двери, Ремус Люпин наблюдал за друзьями, а внутри завязывался комок ревности. Вскоре Гермиона ушла в комнату, где написала письмо Северусу о том, что ей срочно нужно встретиться с Регулусом Блэком. Она решила посвятить брата Сириуса в свою тайну, ведь единственный шанс того, что он одумается, это показать ему ужасное будущее, в котором всем придётся жить. Но перед этим, она обязана была поговорить с Дамблдором. Утром Гермиона первым делом отправилась в кабинет директора. К счастью, пароль с прошлого её посещения не поменялся, и горгулья открыла девушке проход в кабинет. — Мисс Грейнджер, — директор будто ждал её прихода, — что привело вас сюда так рано? — Профессор, я хочу, показать всё Регулусу Блэку, и это нужно сделать как можно скорее, но это важный момент, поэтому я решила поговорить сначала с вами. — К чему такая срочность, Гермиона? — Он хочет стать Пожирателем Смерти, директор. Но он просто много чего не знает об этом… Ему всего пятнадцать лет, он ещё ребёнок. Вы сами прекрасно понимаете, что в таком возрасте это большое влияние его родственников. Сириус безумно его любит, и готов в случае чего защитить брата от всех угроз. Он верит, что Регулус смог бы измениться. — А вы уверены, мисс Грейнджер, что после увиденного, мистер Блэк изменит своё решение? Вместо ответа Гермиона опустила в Омут памяти одно из воспоминаний. Дамблдор с любопытством подошёл к сосуду и опустился над ним. Мужчина лет 35 и девушка лет 15 сидели в библиотеке и что-то обсуждали. Сириус Блэк держал в руках старый исписанный пергамент, а Гермиона внимательно слушала крёстного своего друга и сочувственно смотрела на него. — Я нашёл это письмо у Кикимера в берлоге. Старый домовик не хотел отдавать мне это, чуть не подрались с ним, – хмыкнул взрослый Сириус Блэк. – Мне так жаль, что я не смог отговорить Рега от этой глупой идеи стать Пожирателем Смерти… Может, если бы я чуть больше постарался, то смог бы его убедить стать на нашу сторону. " Дорогой Сириус! Если ты читаешь это письмо, значит меня уже нет в живых. Я попросил Кикимера передать его тебе, но он вряд ли сделает это, ведь так не любит тебя. Сириус, прежде всего мне жаль что я никогда не слушал тебя и отвернулся от тебя, мне безумно жаль, что я слушал нашу мать и никогда не прислушивался к тебе. И мне жаль, что я примкнул к Нему. Я скоро совершу нечто страшное, брат и скоро Он узнает об этом. Мне осталось жить совсем недолго и я хотел бы сказать тебе то, что не успел сказать. Сириус, я ужасно скучаю по тебе и я бы хотел повернуть время вспять, исправить всё и оказаться рядом с тобой. Разделить счастье и горе, как это делают братья. Когда-то мне не хватило смелости на это, но теперь поздно. Прощай, твой брат, Регулус Арктурус Блэк. " — Проблема в том, – продолжал Сириус, – что в тот момент он сделал свой выбор. Мы с ним не разговаривали, после того, как я ушёл из дома. Один раз мы с ним пересеклись в Косом переулке, он сражался рядом с Волан-де-Мортом, и очень сильно ранил Джеймса, тогда я подумал, что вовремя успел сбежать из дома. Дамблдор посмотрел на девушку и участливо кивнул. — Я думаю, сейчас именно тот период, когда Регулус особенно сильно разрывается между любовью к брату и неверным путём. Просто приведите его ко мне мисс Грейнджер. Этого вы не сможете сделать в одиночку, боюсь мистер Блэк воспитан иначе, нежели Северус, и он не станет вас даже слушать. Сегодня в 20:00. Гермиона кивнула и вышла из кабинета. Оттуда она направилась прямиком на завтрак. Там её уже ждала Лили. — Привет, ты где была с утра? — Доброе утро, не спалось, была на Астрономической башне, — соврала Гермиона. Её взгляд метнулся к Сириусу, беззаботно болтающему с Джеймсом и Ремусом. В этот же момент, Ремус смотрел на Гермиону, которая казалось, абсолютно не видела никого кроме Сириуса. Парень нахмурился. Он ревновал. Мерлин, он ревновал свою подругу к одному из своих лучших друзей. Это было самое отвратительное чувство. Сириус никогда не делился чем-то очень личным ни с кем, кроме Джеймса. Иногда по ночам, Ремус слышал, как Сириус пробирается к кровати Джеймса, а затем они о чём-то шепчутся, с возрастом, правда, эти моменты ушли. Ремус никогда не осуждал друга за это. Важные аспекты жизни, Сириус всегда рассказывал. Он имел право хранить секреты. Но тот факт, что по какой-то причине, он доверился именно Гермионе, хотя в комнате Джеймс переживал за друга, сильно раздражало Ремуса. — Вы сегодня в Хогсмид идёте? — спросил Блэк у девушек, подсаживаясь ближе. — Конечно, нам с Гермионой нужно пройтись по магазинам, посмотреть подарки на Рождество, — ответила Лили. — До Рождества же ещё полтора месяца! — удивился Джеймс, — хотя, да, лучше подобрать что-то сейчас, чем бегать потом… После завтрака Мародёры, Лили и Гермиона направились в волшебную деревушку. Условившись встретиться в Трёх метрах через 2 часа, ребята разделились. Девушки направились в сторону Зонко, ведь именно там продавались самые интересные сувенирчики. — Гермиона, не убивай меня за вопрос, но мне безумно интересно. Что у вас там с Ремусом? Этим вопросом Лили загнала подругу в тупик, ведь она постоянно откладывала эти размышления на потом. Признаться, Гермиона и сама не понимала, что между ними происходит. С одной стороны, это был один из самых лучших людей в её жизни, с другой стороны, она не знала надолго ли она в этом времени, она не может разбить сердце Ремусу, когда придёт время возвращаться домой, да и к тому же, что если вернувшись домой, их отношения с тем Ремусом изменятся… — Ну… честно, мы об этом не говорили. — Ты серьёзно? Вы же столько времени проводите вместе, Рем с тебя вечно глаз не сводит! Да вам вообще суждено быть вместе, Гермиона! — Точно так же, как и тебе с Поттером, — ответ Гермионы утихомирил старосту, и та немного притихла, тогда Гермиона пошла в наступление. — Ну правда, Лил, вы очень гармонично дополняете друг друга. Вы разные и при этом такие одинаковые. Джеймс без ума от тебя, и ты это знаешь, но почему-то упорно игнорируешь, а если бы не тот, безусловно ужасный, случай на Хэллоуине, то вы бы до сих пор ходили и дулись друг на друга. — Я не знаю, Герми. Джеймс очень хороший и он хорошо относится ко мне, но иногда мне кажется, будто я для него очередной трофей, который очень тяжело заполучить, а когда получит, то уберёт на полку пылиться… А с другой стороны я понимаю, что он не способен на такую подлость и я немного запуталась в своих чувствах… Даже не так. Я очень сильно запуталась в своих чувствах к Джеймсу. — Трофей? Ты видела хоть одну девушку, с которой Джеймс поступил так? Не переживай Лил, всё встанет на свои места и будет так, как должно быть, — поддержала подругу Гермиона. Кажется, пора подтолкнуть Поттера к решительным действиям, если он конечно сам уже не подумал об этом. Джеймс нравится Лили — это видно невооружённым глазом, дело осталось за малым. Так или иначе, эта парочка будет вместе, вот им то как раз и суждено быть вместе. — Я могу вам чем-то помочь? — за прилавком стоял улыбчивый парень. — Мы пока сами, спасибо, — улыбнулась Гермиона в ответ и с энтузиазмом принялась выбирать подарки друзьям. Оказалось, выбор подарков, дело крайне сложное. Девушки долго не могли определиться с выбором. Но в конце концов, расплатившись, покинули магазинчик. Для Марлин Гермиона купила красивый кожаный браслет, который очень подходил к дерзкому стилю девушки; для Алисы — футболку с изображением её любимой музыкальной группы; Джеймсу — набор по ухаживанию за метлой (она как-то слышала, что его набор совсем старый); И только троим Гермиона в этом день подарки не купила. То, что она хотела купить для Сириуса и Лили, находилось в маггловской части Лондона. Что касалось Ремуса, то девушка не знала, чем бы таким удивить парня. Она не хотела дарить ему просто книгу, ведь это банально, много кто подарит ему книги. Она хотела, чтобы этот подарок был по-настоящему особенным и нужным, и поэтому отложила покупку на потом. Лили точно так же купила подарки всем своим друзьям, включая Питера, но не купила Джеймсу. Она сказала, что для него у неё есть что-то особенное, но так и не сказала, что именно. С Мародёрами девушки встретились в Трёх мётлах, как и договаривались. Сириус, увидев девушек, быстренько убежал к барной стойке и купил две кружки сливочного пива, которыми чуть позже любезно угостил подруг. — Всё купили? — поинтересовался Блэк. — Нет, нужно будет ещё кое-что докупить и спокойно ждать Рождество. — Кстати, кто как планирует провести каникулы? — Джеймс задал вопрос всем, но взгляд его был прикован к Лили, он явно что-то задумал. — Я буду дома, в кругу семьи, а потом каждый день буду ощущать на себе прожигающий взгляд моей любимой сестры… — вздохнула Лили. Раньше она часто гуляла с Северусом, но после их ссоры, она чаще всего сидела дома, изредка проводила время со школьными друзьями и подругами. Сириус проведёт это Рождество с Поттерами, так как живёт у них; Питер что-то пробормотал про мать и родню, которая соберётся у них; Рем так же с родителями, и лишь одна Гермиона отмалчивалась. — Гермиона, а что будешь делать ты? — Рем обратил внимание на то, что девушка не торопилась делиться своими планами. Гермиона с минуту помолчала и тяжело вздохнув сообщила друзьям, что это Рождество она проведёт в Хогвартсе, так как её родители археологи и сейчас находятся в другой стране на раскопках. — Да брось Герми, это же семейный праздник! Ты ни в коем случае не будешь встречать его в Хогвартсе, это недопустимо! — возмущалась Лили. — Всё в порядке, Лили, я… — Гермионе не дал закончить Поттер, мягко перебивший подруг. — У меня есть идея. Герми, ты можешь погостить у меня дома. Каждый из нас встретит Рождество в кругу семьи и потом все соберёмся у меня, проведём эти каникулы вместе, будет очень весело! — Я согласен с Сохатым, — Блэку понравилась затея друга, ведь они действительно не часто собирались вместе. Ремус, Питер и Лили так же поддержали задумку Поттера и Гермионе пришлось согласиться, ведь спорить с этими ребятами было действительно бесполезно. — Вот и договорились! — хлопнул в ладоши довольный своей идеей Джеймс и обратился к Лили: — Не хочешь пройтись? Лили посмотрела на довольную Гермиону и кивнув, вместе с Джеймсом стала собираться. — Долго не гуляйте, голубки, — прокричал Блэк вслед удаляющейся парочке, на что Поттер лишь по-детски показал другу язык. На улице парень неожиданно остановил Лили и достал из кармана мантии широкую чёрную ленту. Девушка вопросительно взглянула на Джеймса, но он, лукаво улыбнувшись, завязал Лили глаза. — Перекинь правую ногу, пожалуйста, — от его шёпота побежали мурашки по коже. Тем не менее, Лили заподозрила что-то неладное. Она чувствовала, что Поттер стоит к ней спиной, потом он взял её руки и обвил ими свою талию. — Держись крепче, Солнышко, сейчас полетим! — Что?! Джеймс, нет! — Лили не успела ничего сделать, Поттер взмыл вверх, девушка мёртвой хваткой вцепилась в парня. — Я убью тебя Поттер! — верещала девушка, на что Джеймс лишь весело смеялся. Они приземлились спустя 10 минут. Джеймс убрал метлу подальше, подошёл к Лили и снял ленту с её глаз. Девушка хотела возмутиться, но едва она открыла глаза, как дар речи исчез. Они стояли на крыше самой высокой башни школы, откуда простирается невероятный вид на многие километры. — Присаживайся, скоро начнётся самое интересное, — Джеймс утянул её за собой и усадил на заранее приготовленное покрывало, опустился рядом с Лили и взяв плед, накинул на себя и девушку, так как уже холодало. — Самое интересное? Что это? — Подожди, осталось всего полчаса… вот, выпей пока какао, — из сумки, лежащей рядом, Джеймс достал стаканчик и термос. Наполнив стаканчик горячим напитком, Поттер подал его Лили. — Джеймс, откуда это всё? — Секрет фирмы, — подмигнул Поттер в ответ. Не станет же он говорить ей, что около месяца планировал это свидание. — Лили, мы так давно знакомы с тобой… но я так мало знаю о твоей жизни, может хочешь рассказать что-нибудь? — Даже не знаю… — протянула девушка и сделала очередной глоток из кружки, — У меня самые замечательные родители, и злюка сестра, которая считает, что быть волшебником – ужасно. Мы с ней уже не общаемся как раньше примерно уже шесть лет. Я живу как все обычные маглы. Всё самое интересное здесь — в Хогвартсе! — Хочешь сказать, ты вообще никак не развлекаешься вне школы? — Нет, нет… в мире маглов куча всяких развлечений. Я люблю гулять в парке, кататься на аттракционах. В нашем парке я каталась на всех, кроме одного — американские горки. Они просто огромные и… и я хочу покататься на них, но я безумно боюсь. Или все те рок-концерты, на которые вы с парнями ходили этим летом, это ведь завораживающе, правда? Ещё у маглов есть кинотеатры. Это такое место, где на большом экране показывают разные интересные вещи. Например, смешные фильмы, комедии. — То есть, это как на колдографии, только там ещё и разговаривают? — Поттер явно был шокирован такой новостью. А когда Лили подтвердила его слова, он загорелся желанием посетить кино и взял с девушки обещание сходить с ним. — Смотри, Лили, вот то, о чём я тебе говорил… — взгляд Поттера был устремлён на солнце, которое пурпурными лучами озарило всё вокруг и потихоньку опускалось куда-то за озеро. Небо приобрело багровый оттенок, птицы взлетели высоко, заливаясь сумеречной трелью. Лили никогда не видела заката прекраснее чем этот. Она с восторгом смотрела то на Джеймса, то на небо, на котором уже виднелась луна. — Это прекрасно, великолепно… — Да, действительно… я часто прихожу сюда, — прошептал Джеймс и привычно взлохматил и без того растрепанные волосы. Лили смотрела в глаза парня. Яркие зелёные глаза смотрели в тёплые нежные карие. — Лили, я пойму если ты сейчас рассердишься, но я не могу больше молчать, не могу ждать. Я влюблён в тебя, Лили Эванс. Я полюбил тебя ещё на первом курсе, но я думал что это пройдёт, ведь мы были детьми. Это не так, Лили. Я знаю что делал много глупых вещей, вёл себя как придурок, но всё это было для того, чтобы ты обратила внимание на меня. Я далеко не идеален, но ради тебя я готов меняться, становиться лучше… Лили, я прошу тебя, дать мне шанс и доказать, что я чего-то стою. — Джеймс, я знаю какой ты на самом деле, – улыбнулась девушка, и положила руку на щеку парня. – Я вижу это и я понимаю, что постоянно ошибалась на твой счёт и прощения просить у тебя должна я… За то время что мы не общались и сейчас, я многое поняла. Но самое важное это то, что я влюблена в тебя, Поттер. Джеймс зажмурился, не поверив, что, всё это действительно реальность. Лили ответила ему взаимностью. Поттер открыл глаза, и перед ним всё также стояла Лили, с самой прекрасной улыбкой. Он медленно наклонился к девушке и поцеловал. Очень нежно, чтобы не спугнуть её. Лили же в ответ обвила шею парня руками и ответила на поцелуй. *** Тем временем, в кабинете директора, Гермиона спасала Регулуса Блэка от неправильного выбора и неминуемой гибели. Прежде чем поверить рассказу Гермионы, юный Блэк множество раз просмотрел её воспоминания и особо акцентировал внимание на воспоминании со старшим братом. Регулус не скучал по Сириусу. Ни разу за всё это время он не вспоминал, как Сириус сжимал его руку под столом, за семейным обедом. Ни разу Регулус не скучал по шуткам Сириуса над Беллатрисой и Цисси. Регулус ни разу не заходил в комнату к Сириусу, чтобы ещё хотя бы на секунду снова почувствовать запах любимых вишнёвых сигарет брата. Регулусу нравилось находиться в доме, где по ночам была тишина, и не были слышны маггловские песни. И конечно, Регулус не скучал по их ночным разговорам. Нет, Регулус не скучал. Он старался не скучать. — Я переживаю, директор, – Регулус, который был так похож на Сириуса, разве что, его волосы были короче, и черты лица намного острее, сидел на стуле, и теребил мантию. Было заметно, что ему непривычны такие эмоции, да и в целом, их проявления. – Что станет со мной, если я откажу Тёмному Лорду? Это очень рискованный шаг. — Но чего вы хотите? – Дамблдор внимательно посмотрел на парня. — Жить, – ответил Регулус, выпрямив спину, и отпустив край мантии. — Тогда вам не о чём беспокоиться мой мальчик. Мисс Грейнджер-Льюис уже всё продумала, правда на это тоже надо решиться, — заверил студента Дамблдор. Регулус вопросительно взглянул на девушку. — Студент может оспорить решение Распределяющей Шляпы, Регулус. Всё что требуется сделать, повторно перед всей школой пройти распределение и не дать шляпе отправить тебя на Слизерин, это самая неприятная часть, – Гермиона скривилась, понимая, как сложно придётся Регулусу, особенно в первое время. – Но если ты хочешь быть рядом с братом в этой войне, то это единственный способ. Вы сможете защитить друг друга. Ты сам знаешь, что Сириус тебя поддержит, а значит, и все его друзья. Но решать, конечно, тебе. Это в любом случае будет опасно. — Опасно? Да это сумасшествие.