Темная телепортация

В слабом свете луны на кресле, приткнувшись к комоду спал призыватель. А темный дух Вэй Усяня, еще пока не бесплотный и даже не злобный, нервно мерил шагами дорожку от окна до двери и обратно. Тринадцать лет! Подумать только, тринадцать лет! Не то, чтобы он опасался получить Цзыдянем по хребту, заслужил как ни как. Но завтра он будет смотреть в добрые и печальные глаза сестры. И объяснять ситуацию. Еще недавно она хвасталась своим свадебным нарядом, а теперь слуги будут отстирывать ее траурные одежды от крови. А в последнем была его вина. Даже себе он с трудом мог объяснить как темная ци, должная было ему подчиняться, выскользнула у него из рук и творила невесть что. Прав был Лань Чжань, тысячу раз прав. Кровь сестры, смерть ее мужа и прорва потерянных лет - все на его совести. ... Упрямца ли, труса ли, какая теперь к гулям разница. Чем больше он медлит, тем больше ситуация может выйти из под контроля. Он должен как можно скорее связаться с Цзян Чэном и передать сестру с рук на руки, тогда она точно будет в безопасности. От чего умная мысль послать птицу-марианетку с посланием пришла ему только сейчас? Ведь можно было так отправить и подарок племяннику, разведать обстановку в пути. Да много чего можно было сделать! А не прятаться и ждать непонятно чего. Хорошо хоть смог создать телепортационный талисман. Ничего так не стимулирует мозг как невозможность сдвинуться с места. Вэй Усянь потянул себя за волосы и зашипел не сколько от боли, сколько от осознания ограниченности вариантов. Сейчас разрабатывать схемы для подчинения птицы было уже поздно. Возможно, откорректировать схемы талисмана перемещения было бы быстрее. Взять в охапку сестру и Сюаньюя да прыгнуть все же в Юнмен. Но то, что он принял за нагревание талисмана, оказалось его резким охлаждением. А металлическая пластина, на которой были выгравированы знаки просто рассыпалась в серую пыль, оставив на коже чешущийся отек. Оловянная простуда стала для талисмана роковой. Ошибиться так в выборе основы как какой-то школяр, было неприятно. Хуже было то, что записал он только конечные цепочки расчётов. При попытке их воспроизвести кривые каракули собственного производства начинали расплываться, в висках отчетливо начинало ныть. А вопросы только множились. Сколько темной ци надо на перемещение одного человека? Повредила ли коррозия талисман до применения или уже в процессе? Почему он заметил охлаждение только в последний момент? Почему оловянные ошметки казались вполне приемлемой температуры уже по дороге к дому госпожи Мо? Все это требовало времени явно не пару, тройку часов до рассвета. И ко всему к этому добавлялся Мо Сюаньюй со свернутым ритуалом, который относился к непреложным. То, что так просто они с Сюаньюем от него избавились не верилось. Вэй Усянь не собирался бросать парня на произвол судьбы, да и помочь был не против. Жалел и сочувствовал как и любому не упокоенному духу. Но слушая того и пытаясь среди всхлипов, причитаний и сбивчивых объяснений, выявить хоть что-то полезное, начинал сомневаться их удаче. Сила и злоба мертвых росли по вполне понятной схеме. У них всё уже закончилось и отпечаток пережитой боли имел ограниченную меру изменений. С живым же варианты делались веселее. Осведомленность Мо Сюаньюя о делах в деревне была скудной и достоверной на уровне одна служанка что-то сказала. Сказывалось заточение в четырех стенах последнюю пару лет. Хорошо хоть тот смог припомнить, что находиться в окрестностях. Деревня Мо была в юрисдикции Гусу Лань и ждать заклинателей следовало оттуда. Что было не очень хорошо. Получше было то, что ходячих мертвецов было не так много и прислать должны были молодняк. А по их с Сюаньюем совместным прикидкам лететь от Гусу было не так далеко - значит и прибыть отряд должен был аккурат к вечеру. Хоть и была вероятность наткнуться на кого-то из знакомых. Если не поднимать шума, то и обратить внимание на них не должны. Но если видимые следы ритуала можно затереть. Залить в уши госпоже Мо красивую историю и под благовидным предлогом спрятаться в комнате. То затирать родственников призывателя... Донаказывался уже виноватых на свою голову. Удалось ли избежать большинства проблем, попытайся он привлечь всех тех мразей к ответственности законным путем? Какое-то неясное эхо в его тяжёлой голове твердило да. А пробитое стрелой плечо, пусть и обработанные целебными травами, только убавляло желание радикально вмешиваться. Как донести это до нестабильного сознания? Пока парень и не высказал своих кровожадных желаний, но и новых намерений у того не проглядывалось. Единственное, что было точно - Мо Сюаньюй согласился переждать ночь и обсудить вопрос после. А теперь сжавшийся калачиком спал. И в перекошенной внутренней одежде, с поджатыми пальцами в рваных носках, имел столь жалкий вид, что было холодно смотреть. Вей Усянь вздохнул, стянул с кровати покрывало, прикрыв Сюаньюя, а сам полез под одеяло не раздеваясь, только скинул сапоги. Надо было поспать, хоть чуточку. *** Солнце чуть припекало, пробиваясь сквозь листья персикового дерева. Ветерок пробирался под ханьфу и щекотал шею. Лепешка с луком, которую он прихватил с кухни, таяла во рту. А Мо Цзыюань со свитой уже третий круг наматывали по двору, так и не замечая ни его, ни входа в его жилище. Подавив желание кинуть в кузена парой камешков, мало ли заметят, Сюаньюй пригубил чаю прямо из носа чайника и улыбнулся пичуге, что беззаботно склевывала крошки подле него. Проснулся он от разговоров, и не поняв где находится, чуть не свалился с кресла. Но целитель был больше занят увещеванием самого Ужаса Поднебесной. Безрезультатно. Тот лишь отшучивался, а потом и вовсе подмигнул Сюаньюю и многозначительно кивнув на лекаря, одними губами спрашивая "Надо?". Отрицательно замотав головой, он сам уже собирался прошмыгнуть наружу как появилась служанка и огласила приглашение заклинателя на обед. Тетушка почуявшая наживу не редко походила на пса оборотня, вцепившегося в добычу. Сюаньюй хоть и мгновения не сомневался в могуществе Вей Усяня, но прекрасно знал - не загрызет, так задержит. От чего разговор откладывался и помощи по сокрытию улик можно было не ждать в ближайшее время. Стоило хотя бы начать. Кровь по его опыту отстирывалась плохо, да и пол давно просил лака. А если придется отдирать вместе с деревом, то его сил не хватит, проще поджечь и спрятаться. Но чтобы избавиться от следов ритуала не понадобилось ни щетки с мылом, ни воды, ни рубанка. Пришлось только пару раз пошуршать соломой и пол стал как прежде. Воодушевленный этой нежданной победой, он собрал свои нехитрые пожитки, обнес кухню и заглянул к все еще дрыхнувшему кузену. Руки чесались пожать ему шею, да покрепче, которая заплыла жиром так, что по нормальному не обхватить ладонями. Да и порезы на запястьях еще ныли. Зато нож был острый и уже один раз хорошо послужил ему. Второй раз тоже послужит. Один удар и все будет кончено. И эта тварь ему больше ничего не сделает. Животное, всего лишь животное, вот даже причмокивает во сне как свинья. А господин Вэй поможет с остальными, подкинет парочку призраков. Да, господин Вэй поможет, но взглянет на него так, как смотрел на него старший брат Яо. С той же долей презрения и разочарования на красивом лице. Возможно даже и госпожа Цзинь тоже, когда узнает. Если с Цзинь Гуаньяо было не понятно от чего тело так стыдно горело в его присутствии, а к юношам в ордене интереса не проявляло. То теперь будет однозначно ясно кто тут братоубийцы. Даже Старейшина Илина не убивал свою сестру. Хотя, кто ее ранил не понятно. Может те слухи про ревность старейшины и были правдивы. Но было видно как тот переживает и заботится о ней. Главу Цзян при армии мертвецов и неоспоримом могуществе не убил тоже. А с ним самим разговаривал так просто и ласково. Он сам ведь может быть лучше? Может сделать так, чтобы на него перестали смотреть как на последнюю дрянь? Мо Сюаньюй медленно спрятал нож и осмотрелся. Выискивать свои вещи и записи по заклинательству было бы долго в этом бардаке на книжных полках. Рассудил - раз уж кузен не может вернуть украденные вещи, то пусть за них заплатит. И вот теперь сидя на пригорке под деревом он вкушал лепешку, запивал улуном в компании сороки и увесистого кошеля с серебром. А Мо Цзыюань раскрасневшийся от жары и расстройства, удалялся по зову матушки - заклинатели прибыли. Подумать только - еще вчера он был готов сдохнуть, понадеявшись на исполнение мести чужими руками, а сейчас практически счастлив. Он мог свалить от сюда и пристроиться в ученики Старейшине Илина. А если не быть особо притязателеным, можно было и так свалить - парочку оберегов он смастерить бы смог. А еще у него был хороший почерк, может в лавку какую наняться получится. Дальше может и обжился бы, главное в Юнмен не попадать. Но все же Старейшина Илина ему был должен за вызволение из небытия. Такое преимущество терять не хотелось. Положив в рот последнюю щепотку лепешки, Мо Сюаньюй вынужден был признать, что все же себе привирает. Лепешка была большая и тяжесть в животе от этого последнего кусочка сделалась уже неприятная. Раньше, в Башне Кои, он съедал с легкостью не только лепешку на обед, но еще и большую миску супа с мясом. А теперь слабое тело еле с едой справлялось. Куда там устраиваться с тощими руками и дрожащими ногами? Может, разбойники из-за нового талисмана его и не заметят. Хотя, что у него красть? Но оборванца, которым он сейчас являлся даже одежды купить в лавку не пустят. Воодушевление схлынуло, заполировать лепешку остатками чая не получилось. Погладив недовольный живот, он все же встал и направился к гостевым покоям. Уж сейчас Старейшина Илина должен был освободиться. Слуги сновали не так часто, все приготовления к прибытию гостей уже закончились и идти можно было не вжимаясь в стены. А уже возле нужного коридора было вовсе пустынно - отводящие взгляд талисманы виднелись на стенах. Заглядывать в покои молодого господина Вэя не пришлось - за дверью напротив слышались голоса. И Мо Сюаньюй замер не доходя пары шагов. - Я не знаю почему они меня не слушались... я не приказывал им убивать. - А-Сянь, мой Сянь-Сянь чего же ты тогда... убежал так быстро... Шицзе даже не успела посмотреть на на тебя еще раз. Сказать тебе еще хоть слово. - Что я мог сказать своей шицзе? Кажется, я потерял контроль - так себе оправдание. Мне нужно было заняться этим талисманом перемещения. Но хотелось сделать подарок А-Лину, что я решил пойти пешком, а не тратить время на переделку талисмана. - А меч? - Я... - послышалась неразборчивая фраза, Сюаньюй вытянул шею прислушиваясь. - А-Сянь. Что же ты не сказал нам раньше, мы бы постарались помочь тебе? - Какое там... - А-Сянь! Мы... Мы же семья! - А-Чэн будет зол на меня. Я отдал ему... понимаешь? Он бы не согласился никогда... - Ох, точно моим братикам по три годика. - Я боюсь его. Не говори ему, пожалуйста. Мо Сюаньюю при этих словах показалось, что Старейшина Илина скорчил ту же рожицу, что и Феечка, когда ей не доставалось лакомства со стола. И не удержался от смешка. Дверь практически сразу отворилась и их глаза встретились. Сюаньюй поспешно отпрянул и вжал голову в плечи. - Ты слышал? Сюаньюй виновато опустил взгляд и сжался еще сильнее. Наверное ему стоило упомянуть, зачем он сюда пришел, но возражать было как то ... ведь мог отойти в сторону и не слушать. Над головой послышался какой-то неясный звук. Рука метнулась в его сторону, но вместо удара его просто втащили внутрь и закрыли за ними дверь. - Сестра, знакомься. Это Мо Сюаньюй, племянник госпожи Мо, он нам помог очутиться здесь. Он не сразу понял, что от него требуется, в голове все смешалось, и приветственный поклон вышел какой-то смазанный. Что не так с мечом господина Вэя, почему эта женщина не похожа на маму Цзинь Лина? Вчера он мельком видел ее, но сейчас, смотря на нее, определено видел сходство с Цзинь Лином, но не с портретом. - Извините, при чем здесь А-Лин, он еще ведь совсем маленький? - Простите молодая госпожа Цзинь, неужели слова вылетели из этого рта? - Да, ты определенно это сказал... - недовольно протянул Вэй Усянь. - О... - Госпожа Цзинь смотрела на него своими большими глазами так пронзительно, что Сюаньюй не мог не пояснить. - Когда этот ничтожный последний раз видел наследника Цзинь, тому было восемь. - Сестра, я не успел сообщить тебе - прошло тринадцать лет с тех пор как... Я собирался связаться с Цзян Чэном в ближайшее время и молодой господин Мо нам поможет. - Сюаньюй закивал как статуэтка смеющегося Будды, разве что без улыбки. А Вэй Усянь продолжил.- Мы сейчас этим и займемся. Мы тебя покинем на немного, хорошо? Госпожа Цзинь выдохнула "да" и прикрыла лицо ладонью. Старейшина опять вывел его практически за шкирку и указал на то же кресло, где Сюаньюй спал ночью. - Моё желание ты слышал, давай обсудим, что надумал ты и насколько все это выполнимо. - Господин Вэй, глава Цзян он... говорят он ищет темных заклинателей и пытает их. - Хмм. Надеюсь за возвращение сестры он нас пощадит. В случае чего, я тебя отмажу. Мо Сюаньюй нервно почесался, услышанное недавно ставило его желания под сомнения. А еще промелькнула мысль, которая только помахала хвостом перед его носом, и ухватиться за нее не получилось. - Так что? - Молодой господин Вэй! - Все же решился он. - Прошу вас, станьте моим учителем! - Тебя не смущает моя репутация? - У меня репутация тоже ... - Но у тебя на хвосте не ордена заклинателей желающие твоей смерти. Я не смогу поручиться за твою безопасность в этом случае. - Молодой господин Вэй, я просто... не знаю куда мне идти. - Что же, это не убийство твоих родственников. - К лицу Сюаньюя прилила кровь. - И это должно быть интересно - темный заклинатель обучает светлому пути! Я согласен. - Господин Вэй, а как же ... у вас же проблемы с мечом? - Но не с памятью. Знаешь ли, в свое время я был четвертым из молодых господ не только за красивое личико. Сюаньюй фыркнул на это самодовольное замечание. - Ты мне не веришь, ученик? Сейчас убедишься. И учитель Вэй, ох простите, учитель Шань ("Не смей меня так называть при посторонних и разбалтывать мои секреты!") принялся его гонять по основам пространственной связи. Выяснилось, что Сюаньюй если и помнил что-то, то в основном названия терминов, остальное пришлось вспоминать или учить заново. Говорить насколько Вэй Усянь хороший учитель было рано, но объяснить как действует талисман у того удалось достаточно быстро и точно. И Мо Сюаньюй подивился от чего этот раздел не давался ему раньше так просто. То, что к закату ему удалось выпустить одну более менее надежную бабочку с посланием учитель посчитал хорошим результатом. Вот только послание вышло обрывочным, пришлось высылать вторую чуть ли не во двор полный призраков. Призраки в свою очередь забираться в дом не стали и даже отпрянули от Старейшины Илина, будто испугавшись того. На этом дело Сюаньюя было закончено и учитель отпустил его пробраться на кухню, попутно сорвав отвлекающие внимание талисманы со стен. А сам остался со спящей сестрой. Оказаться второй раз за день на кухне было приятно, а пополнять запасы тем более. Наверно, он расслабился слишком сильно, поэтому когда выходил от туда столкнулся со слугой. Тот накричал на него, призвал себе в помощь еще несколько человек. И те потащили Сюаньюя вместе с добычей в главный зал, пиная и понося пуще обычного. Хорошо хоть утреннюю часть стащенного, он благоразумно оставил в комнате у старейшины, ну не таскать же с собой все. А талисман отвлечения внимания потерял еще при первом столкновении.