Она его единственная услада

      Когда над землёй взошла полная луна, её холодный оттенок окрасился кровавым свечением. Зловещее предзнаменование пугало людей, поэтому в ночь кровавой луны не каждый осмеливался покидать свой дом. Множество страшных историй окружало ночную властительницу в красном, поэтому злые сказки оживали, словно сходя со страниц книг, пока в это верил народ. Детишек запугивали с самого детства, чтобы не доверяли незнакомцам и прохожим, учили, что случается с плохими людьми и теми, у кого внутри живёт злоба.       Но сегодняшняя ночь и вправду была необычной. Дневную жару сменила ночная прохлада, которая особенно хорошо ощущалась около озера, окружённого небольшим леском. Вокруг очаровательный вид гор и тёмной зелени, а мягкая гладь воды разливала по своей поверхности карминовую лунную дорожку. На обычно спокойной и ровной глади воды прошла заметная рябь. Очень скоро из глубин вод показалась тёмная макушка, а затем и бледное лицо прекрасной девы, которая с каждым новым шагом всё больше показывалась из воды. Столь чудное и необычное явление при свете ярко-кровавой луны не ушло от глаз посторонних случайных свидетелей, выпивающих на берегу озера.       Белокожую даму первым заметил один из компании мужчин. Поначалу он с недоверием вперил взор на свою пиалу, ещё не до конца осушенную, сомневаясь в качестве питья. Затем, когда видение дамы в белых одеяниях не испарилось, он потёр затуманенные алкоголем глаза. Но и этот способ не принёс должного эффекта. Тогда более напористо отвлекая своих товарищей по застолью, мужчина уже даже с нескрываемой агрессией затряс соседа за рукав, всё же привлекая к себе внимание. И поначалу его слова показались бреднями. Товарищи уже хотели обвинить его в белой горячке, но обернувшись, сами обомлели, замирая на некоторое время подобно живым статуям.       Высокая девушка с бледной, как луна, кожей, шла прямо в их сторону, ещё не до конца покинув водяные просторы. С её волос и тела текла вода, белый наряд налип второй кожей, из-за чего каждое очертание и изгиб изящного женского тела откровенно демонстрировался независимым зрителям. Чёрные длинные волосы доставали до самых щиколоток, налипая на одежду и кожу. Но даже в таком слегка неопрятном, по законам приличия, виде она выглядела прекрасно - словно ночная нимфа, сошедшая со страниц древних сказок.       К несчастью первыми, кто её встречал на суше, была троица бандитов, которые, убедившись в том, что это не коллективное отравление соджу, встали со своих мест и уже нетерпеливо ожидали гостью на берегу.       – Да у нас тут русалка… Или, может быть, сирена? – заговорил один из них, демонстрируя гнилую улыбку. Другие подхватили смешок. Но даже угрожающий тон не напугал прелестницу, которая целеустремлённо, но при этом очень элегантно добралась до суши. Она ступила босыми ногами на прохладную гальку, осматривая мужчин поверхностным равнодушным взглядом, словно смотрела сквозь них.       – А ты как раз вовремя, красавица. У нас праздничный ужин. Как раз думали, что одной дамы на всех не хватит. А тут ты, легка на помине. – Подленько изрекал мужчина, обдавая её масляным неприятным взглядом. Только сейчас таинственная незнакомка могла услышать тихие всхлипы, обращая взор в сторону деревьев и замечая связанную девушку с кляпом во рту.       – Присоединяйся. – Попытался галантно предложить ей присесть один из разбойников.       – С удовольствием. – На удивление мужчин она озарилась очаровательной улыбкой, подходя к одному из них. – Я как раз проголодалась.       И кто бы мог подумать, что это не девушке не повезло встретиться с бандитами, а с точностью до наоборот. Свечение луны открыло вид на заострённые длинные клыки, торчащие изо рта до этого прекрасной леди, которая вцепилась в шею одному из мужчин, сразу же вспарывая ему глотку. Алая кровь брызнула на миловидное лицо, окропив мокрую одежду. Она выпустила его из своих рук, давая свободу. Минутная растерянность товарищей сменилась непримиримой агрессией, и они схватились за рукояти мечей.       – Что ты за демон?! Кто ты такая? – запричитали они, пытаясь перекричать друг друга, создавая никому ненужный шум. Однако пока первая жертва девушки захлёбывалась собственной кровью на земле, тщетно пытаясь остановить кровотечение, она поверхностным взглядом окинула местность, понимая, что местечко довольно безлюдное. У неё и в мыслях не было отвечать на их вопросы.       Сначала мужчины не решались идти в наступление, не способные адекватно расценивать ситуацию. Тогда начала действовать девушка, взяв инициативу в свои тонкие изящные руки. Один из мужчин не успел и пикнуть, как внезапно ощутил острую боль в шее и сразу же упал со вскрытым горлом, хватаясь за кровоточащую рану. Незнакомка же сверкнула кровавыми глазами на третьего, брезгливо вытирая отросшие неимоверной длинны когти об одежду первого умершего бандита.       Прямая, как струна, спина, грациозные движения, изумительная внешность никак не были сопоставимы с её кровожадностью и жестокостью. Третий бандит сразу же пал ниц, умоляя молодую госпожу о пощаде.       – И какое же событие вы отмечали? – её голос пролился среди всех речей мольбы, словно чистый ручей. Она кивнула в сторону небольшого пикника, разложенного на берегу. И взгляд её был снисходителен, но как же эфемерно это ощущение кратковременного спокойствия.       – М-мы ограбили одного господина… - нерешительно и заикаясь отвечал мужчина, не вставая с колен и ударяясь в очередной раз головой о гальку. Незнакомка обошла его кругом, словно думая, сохранить ему жизнь или нет. Но выбор был не так уж и сложен.       – А кто она? – кивнула она головой в сторону связанной пленницы, которая из-за представшей её взору картины даже перестала плакать, внимательно наблюдая за происходящим глазами в форме блюдец.       – Его личная служанка, госпожа.       – И что же вы хотели сделать с ней? – как будто не понимая ситуации поинтересовалась незнакомка, уже начиная коварно улыбаться, чувствуя страх со стороны негодяя. Но мужчина медлил с ответом, боясь произнести это вслух. – Полагаю, что вы хотели воспользоваться ей, а потом убить… Те же самые мысли вас посетили, когда вы увидели меня, не так ли?       Она глубоко вздохнула, поднимая с земли меч и, обнажив клинок, рассекла им воздух. Это движение было столь неуловимо для взгляда, что бандит даже не сразу понял, что лишился руки. По долине разнёсся болезненный крик. Девушка не знала пощады по отношению к негодяю, постепенно отрезая ему все конечности, пока дело не дошло до головы. Насладившись вдоволь его мучениями, она завершила свою казнь, отрубив голову.       – Падаль… - проговорила она, брезгливо стирая с лица кровь. – У вас даже кровь дрянная…       Услышав какие-то шевеления с боку, она развернулась, замечая девушку с широко распахнутыми глазами. Она стала свидетелем столь зверского убийства, теперь её глаза стали вдвое больше от страха, а тело замерло как в окаменении.       – И что же мне делать с тобой… Свидетели мне не нужны. – Произнесла девушка, плавно подходя к пленнице и высокомерно вздёрнув бровь. Её мимолётного взора было достаточно, чтобы в полной мере осмотреть внешний вид служанки. Она поднесла окровавленный меч к её подбородку, приподнимая им женское лицо. Её одежда была новой, но местами порвалась, на руках и ногах виднелись ссадины и синяки. Жалкое зрелище…       – Несмотря на то, что они сказали, ты слишком хорошо выглядишь для обычной служанки…

***

      Белые шёлковые одеяния пропитывались кровью, очень быстро окрашивая ткань своим ярким оттенком. На губах почувствовался металлический привкус, такой сладкий для вампирской сущности, но такой жуткий и пугающий для простого смертного.       Светлые волосы были разбросаны волнами по полу, а женское лицо отражало усталость вперемешку с тоской. Она с печалью во взгляде пронизывала держащего её за плечи мужчину, который как будто до сих пор не осознал реальности происходящего.       А кровавое пятно всё больше расползалось по уже багровому материалу в районе живота девушки, из-за чего с каждой секундой у нее оставалось всё меньше сил, чтобы хвататься за его предплечье, взволнованно и огорчённо пронизывая мужчину преданным взглядом.       – Старейшина, я не хотела, чтобы всё так произошло… Всё, чего я хотела – это просто любить Вас… – Прошептала девушка, когда на её глазах проступили слёзы, а она ещё сильнее сжала в руках плотный материал его накидки.       Гви, не понимающий причины возникновения столь страшных последствий, лихорадочно озирался, пытаясь осознать, что произошло и почему принцесса ранена. Вокруг лишь эти проклятые стены дворца, молчащие и слушающие, вечно предающие. Не было ничего хорошего в жизни во дворце, его стены давным-давно пропитаны кровью, они предательски молчаливо наблюдают за тем, как их хозяева сменяются один за другим, убивают друг друга, отравляют другим жизнь ради власти. Вот они и дожили до момента, когда бесчувственное от природы создание было готово разорвать на куски любого, кто мог причинить вред принцессе. Он порывался встать и найти того негодяя, кто покусился на её жизнь, но мягкое женское прикосновение вновь приковало взгляд карминового звериного взгляда к её миловидному лицу.       – Джин-Хо, кто это сделал? – уже громогласно рычал вампир, придерживая её за плечи одной рукой и прикасаясь к разрастающемуся пятну другой. Он хотел остановить кровотечение, но от того, что надавил, по всему телу благородной персоны прошлась судорога боли, отразившаяся на белеющем лице. Она поморщилась, теряя краски с лица. Но Джин-Хо стерпела и попыталась улыбнуться, чтобы сгладить его напор. Даже прикоснулась к его руке, зажимающей кровоточащую рану, стараясь не всхлипнуть от ужасных наплывов боли.       – Джин-Хо, ответь же мне, кто это был?       – Вы должны покинуть дворец… Ваш договор сполна оплачен, а люди всё равно никогда не будут Вам благодарны. Вы должны уйти, мир людей не для Вас, старейшина… Мне так жаль, что я не смогу пойти с Вами….       Она прикоснулась к его щеке окровавленной ладонью, роняя слёзы и при этом очень печально улыбаясь.       – Я так люблю Вас, мой господин… – её последние слова сорвались очень слабо с женских уст, после чего она устало прикрыла глаза, а рука, что до этого касалась его лица, безвольно упала на бордовые шелка, оставляя на мужской щеке кровавый след. Гви, не веря своим глазам, затормошил её за плечи, но она больше не откликалась на его зов. И тогда, разразившись звериным диким рычанием, сотрясающим стены, Гви лишь устало опустил взгляд на Джин-Хо. На её губах застыла едва заметная улыбка – она была счастлива умереть в объятьях любимого. А на щеках ещё не высохли проступившие слёзы.       Она больше не источала того света, который всегда готова была дарить ему. А её тело постепенно теряло живое тепло, которым она согревала его. Она даже больше не могла улыбаться своему временами эгоистичному господину…       Гви распахнул глаза в немом шоке. Только сейчас, когда он огляделся и заметил привычные мрачные стены подземного дворца, в голову пришло осознание того, что увиденное было лишь дурным сном, который ничего не значил. Подобные видения даже во сне не сулили ничего кроме как скверного настроения, из-за которого под раздачу попадут все, кто попадёт под горячую руку старейшины. Но больше всего нагнетало ощущение чего-то дурного, нехорошо шевельнувшегося внутри его груди.       По пещере прошёл гул эха приближающихся шагов. И это значило лишь одно: кто-то решился побеспокоить одинокую обитель вампира. Нарушителем спокойствия стал министр, как всегда заискивающе улыбающийся и почтенно склоняющийся перед своим повелителем, который явно не разделял приветливого настроя.       – Господин, я с важным разговором к Вам. – Сказал мужчина, поправив свою козлиную редкую бородку и сощурив и без того узкие глаза, из-за чего они приобрели форму округлых месяцев.       – Где сейчас Джин-Хо? Почему она не заходит ко мне так долго? – перебил прислужника вампир, делая это без задней мысли и даже грубовато, что часто происходило, когда что-то было не по нраву мужчине.       – Принцесса Джин-Хо… - было заметно, как старик замешкался на мгновение, но очень быстро подобрал нужные слова, замечая на себе раздражённый взгляд, - Она занята важными поручениями Его Величества, к тому же её вовлекли в подготовку к свадьбе наследного принца.       Гви недовольно поморщился, отводя взгляд в сторону. Вампиру не пришлось по вкусу то, что показалось видеть во сне, хоть он и не отличался излишней впечатлительностью. Этот удел он оставил для принцессы.       – К тому же Вы и сами в курсе, что принцессе Джин-Хо запрещено приближаться к подземному дворцу. – Последние слова были произнесены с особой осторожностью, чтобы не сделать и без того плачевную ситуацию критической.       Вампир, кивнув, посмотрел на мужчину без капли интереса во взгляде. Понимая, что его не оставят в покое, он устало потёр виски, вновь обращая взор на министра, который переминался с ноги на ногу, не решаясь продолжить разговор.       – Что у тебя? Я готов тебя выслушать. Но не зуди долго, и без тебя боли головной хватает…       – Всенепременно я буду краток. Старейшина, король что-то затевает вместе с первым министром. Они слишком часто стали тайно встречаться. К тому же министр зачастил отлучаться в город по неизведанным причинам…       Гви, до этого и так пребывающий не в самом благоприятном расположении духа, помрачнел пуще прежнего, а его глаза заметно потемнели.       – Какие дела у него могут быть в городе? По поручениям можно и прислугу отправить… - Сказал вампир, задумавшись, а затем указывая пальцем на мужчину. – Позаботься о том, чтобы в следующий раз, когда министр выйдет за стены дворца, за ним проследили. Я должен знать о каждом его шаге. И с этого короля глаз не спускайте.       Произнесённое слово «король» звучало с особой предвзятостью.       Да, известие, принесённое министром, совсем не радовало. Поэтому мужчина брезгливо поморщился, уже предвкушая возможные неприятности, которые мог учинить старый император. И чего ему не сидится спокойно на месте?! Неужто седина так сильно бьёт в голову?!       – Ступай. И позаботься о том, о чём я тебя попросил.       – Да, старейшина. – Мужчина глубоко поклонился, собираясь уходить.       – Найди Джин-Хо. Пускай придёт. Если кто-то воспрепятствует – скажи, что я велел.       – Но, если король….       – Да плевать я хотел на этого короля! Я здесь истинный король! – Его грозный рык разнёсся по залу, отражаясь от стен зловещим эхом. В такие моменты Гви как никогда напоминал смертным о том, что является отнюдь не человеком. Его свирепый вид убедил министра, что говорить что-либо сейчас сродни преждевременной кончине.

***

      Сегодня стоял особенно жаркий день, поэтому не все рисковали находиться долго на солнце. Основная суета происходила как раз под крышей дворца – слуги хлопотали в приготовлениях, напоминая со стороны трудолюбивых мельтешащих муравьёв.       Приготовления к женитьбе наследного принца проходили полным ходом, именно поэтому прислуга выбивалась из сил вот уже который день подряд. Праздник предстоял грандиозный, поэтому даже Джин-Хо была вовлечена в общее дело. Ей не в тягость помочь родному брату в подготовке такого ответственного и важного события.       Принцесса, закончив с делами, направилась в сторону сада, чтобы хоть немного побыть в тишине и привести свои мысли в порядок, освободить голову от лишнего и гнетущего. Ей почти удалось улизнуть незамеченной за пределы дворцовых стен, которые в последнее время беспощадно давили на неё со всех сторон, но стоило ступить на тропу, ведущую к цветущим деревьям, как краем глаза она уловила поспешные движения. Видимо её небольшому желанию не суждено было осуществиться: за ней упрямо следовала её новая служанка.       Джин-Хо тихо и угрюмо тосковала о былых временах, когда уже изрядно подуставшая за жизнь седая Шин засыпала за рукоделием, выпуская наследницу империи из виду. Тогда было так просто улизнуть от лишних глаз. Но не сейчас. Новая служанка, прыткая и упрямая, излишне правильная, следовала за ней по пятам повсюду. И от этого не становилось легче.       В голове возникла мысль совершить попытку побега от надоедливой прислуги и Джин-Хо была готова пойти на подобного рода поступок. Очередной раз услышав, как её окликнули, блондинка упрямо продолжила путь, ускоряясь и стараясь побыстрей затеряться в саду, хоть и знала, что это бесполезно – новая проныра всё равно найдёт - даже из-под земли достанет, если то потребуется.       – Госпожа, у Вас слишком белая кожа… Если продолжите передвигаться под солнцем без зонта, получите ожог. – Не потребовалось много времени, чтобы принцессу нагнала девушка, задохнувшись от интенсивной пробежки. Всё-таки, чтобы выловить принцессу, ей потребовалось достаточно много сил.       – Тебе не стоит волноваться о таких мелочах… - Ответила Джин-Хо, но всё же приняла зонтик, подаренный китайским послом, который наносил визит пару месяцев назад и привёз столь ненавязчивые подарки для королевских персон. Ей достался приятного небесного оттенка зонт с красочной веточкой вишни, изображённой на нём. Тот посол был почтителен и вежлив, поэтому Джин-Хо охотно приняла подарок. Открывая его и вознося над собственной головой, принцесса озарилась улыбкой.       – Благодарю, Мин А. Дальше я сама.       – Я сопровожу Вас, вдруг Вам вновь что-нибудь понадобится. – Упрямо заявила служанка, но принцесса строго сдвинула брови, всем своим видом показывая, что компания ей ни к чему.       – Я пошлю за тобой, если мне что-нибудь понадобится. А теперь я бы хотела побыть одна. – Как можно сдержанней произнесла юная особа, велев Мин уйти. И как бы последняя не хотела остаться, ей всё же пришлось покинуть госпожу. Джин-Хо удручённо вздохнула, подавляя в себе раздражение и закусывая губу, немного нервно скинув со своего плеча локон волос. Надоедливость этой девчонки поражала, но принцесса не могла отказаться от неё, так как её подослал к ней император, как и стражников, которые как раз находились где-то неподалёку. Джин-Хо как никогда раньше чувствовала себя под пристальным взором множества глаз.       Решив не думать об этом, девушка глубоко вздохнула, направляясь дальше по тропинке. Она чувствовала, как тихонько плавится под таким палящим солнцем и даже зонт не спасал от жары. Так что очень скоро она захотела побыстрее спрятаться где-нибудь в прохладном месте. Желательно тёмном и уединённом, где она сможет скрыться от вечно наблюдавших за ней глаз. В голову шло лишь одно подобное местечко, но визит в подземный дворец теперь казался лишь её неосуществимой прихотью.       – Решила прогуляться? – послышался приветливый мужской голос, заставивший Джин-Хо отвлечься от раздумий и обернуться к его источнику. Перед ней во всей красе стоял наследный принц, изучавший сестру дружелюбным взглядом.       – Ваше Высочество. – Она поклонилась юноше, получив в ответ ещё более широкую улыбку.       – Не будь так официальна. Мы здесь одни. – Он подошёл немного ближе, рассматривая сдержанный вид девушки. – Надеюсь, заботы с моей свадьбой не сильно обременяют тебя, сестра?       – Нет, что Вы. Мне приятно помочь, ведь это делается ради Вас. – Она слегка улыбнулась, приподнимая скромный взгляд и встречаясь с его насмешливым. Как ни странно, но даже несмотря на то, что общались они не так уж часто, но отношения между ними всегда оставались тёплыми. Джин-Хо уважала брата, также, как и другие, возлагая на него надежды. И, конечно же, юноша мог это чувствовать.       – Я же говорю, что ты можешь обращаться ко мне не формально. Всё-таки мы близкие родственники, а не чужие люди.       Джин-Хо кивнула, улыбнувшись, после чего обратила взор на тропу, ведущую в обитель Гви. Теперь эта мысль стала ещё более призрачной, чем раньше.       «Интересно, чем занимается старейшина сейчас? Может быть спит? Или забавно в своём стиле раздражённо раздувает губы?» - от этих мыслей уголки губ тихонько поползли вверх при воспоминаниях о почти детском негодовании взрослого мужчины. Самое главное: не путать лёгкое недовольство с приступом неконтролируемого гнева, под влиянием которого пострадать мог любой.       – У тебя новая прислуга. Слышал, что она очень способная. – Вновь отвлёк от размышлений брат, словно делая это намеренно.       – Она не даёт мне и шагу ступить без её ведома. Создаётся ощущение, что рядом с ней мы меняемся ролями. Словно она госпожа, а я рабыня, не способная и минуты передохнуть без досаждающего надзора. – Джин-Хо усмехнулась, но усмешка вышла горькой. Наверное, накопившееся за всё это время грозилось высвободиться и выйти из-под контроля. Именно поэтому принцесса решила сменить тему, - Скоро Вы станете женатым человеком. Каковы ощущения? Волнуетесь?       – Джин-Хо, я бы хотел поговорить с тобой кое о чём. – Вдруг более серьёзно заговорил молодой человек, жестом руки приглашая прогуляться вместе с ним. Девушка тоскливо оглянулась на отдалённую тропу ещё раз, после чего ступила следом за братом. Он заметно возмужал, его плечи стали шире и сильней. Теперь он мало напоминал ей маленького неуклюжего мальчишку, который готовился стать королём. Они никогда не были близки с ним, потому как Джин-Хо держалась в стороне ото всех, но тем не менее Инджон всегда оставался добр к ней.       – Все считают, что Вы станете достойным императором и возлагают на Вас свои надежды. – Заговорила она, словно и не осознавала, что произносит собственные мысли вслух.       – Вот как… А ты?       – М?       – Ты считаешь, что я стану достойным правителем? – поинтересовался юноша, заглядывая в небесно-голубые глаза принцессы, которая оставалась спокойна рядом с ним.       – Считаю, что Вы сделаете всё возможное для этого. Вы справедливый человек, но то, каким правителем станете будет зависеть лишь от Вас. – Джин-Хо оставалась непоколебима, определив тонкую рукоять зонта себе на плечо, изредка поглядывая на принца.       – Знакомые слова. Словно чувство дежавю. – Усмехнулся молодой человек, - Мне приятно, что ты на моей стороне.       Принцесса предпочла тактично промолчать на этот комментарий, продолжая путь. На некоторое время воцарилось молчание. Принц, сцепив руки в замок за спиной, шагал вперёд, задумываясь о чём-то своём. Джин-Хо же шла рядом, уважая его желание побыть в тишине. Ему, должно быть, сейчас очень непросто, столько всего сразу навалилось…       Они могли насладиться красотой природы. То, как выглядело всё вокруг днём, разительно отличалось от того, что было ночью. При свете солнца всё играло разными цветами, оттого и радовался глаз от изобилия сочности зелени и глубины голубого неба. Джин-Хо в очередной раз задумалась о том, что хотела бы показать эту красоту вампиру, однако сделать это было невозможно…       Через пару минут умиротворения принц заговорил вновь, переходя к тому, для чего он вообще пригласил её пройтись.       – До меня дошли не самые приятные слухи… Они касались тебя, Джин-Хо. – Он обратил свой взор на блондинку, которая словно бы и не удивилась такому известию. Про неё всегда очень много говорили, в том числе и не самое приятное, поэтому очередная сплетня не казалась ей причиной для такого глобального переворота собственного настроения.       – Разве это является новостью, Ваше Высочество? – не смотря на него, на удивление спокойно задала вопрос девушка, но он скорее был риторическим. Ей даже не было интересно, что за слух в очередной раз умудрились пустить за её спиной.       – Джин-Хо, ещё не поздно разорвать этот порочный круг. Я помогу тебе. – Он остановился, развернувшись к девушке. – Ты не должна делать то, что от тебя хочет этот мужчина.       Принцесса даже слегка опешила от столь эмоционального заявления кронпринца. Посмотрев на него с долькой изумления, она осторожно спросила:       – О чем Вы говорите?       – О твоей связи с вампиром…       И тут Джин-Хо вздрогнула, её как кипятком обдало. Она побледнела несмотря на то, что щёки до этого пылали от дневной духоты, но затем вновь раскраснелась, но уже от подступающего к горлу чувства раздражения, которое ядовито расползалось по всему телу.       – Моей связи? – она не скрыла язвительной усмешки, вызванной подобными словами со стороны человека, от которого она ожидала подобного меньше всего, - О какой связи Вы говорите? О какой?! Его Величество запретил мне и на километр приближаться к подземному дворцу, приставил ко мне стражу и назойливую служанку, которая отслеживает каждый мой шаг.       – Полагаю, что небезосновательно…. Жених, который был для тебя выбран… Уехал ни с чем.       – И Вы решили, что это из-за того, что я не чиста? – Джин-Хо взглянула на него с разочарованием. Она поджала губы, отводя взор в сторону и пытаясь остаться спокойной, но всё внутри начинало бурлить и кипеть. – Знаете, с самого моего рождения меня окружали разные слухи и сплетни. Изо дня в день мою мать презирали и называли распутной женщиной, соблазнившей отца. На меня смотрели свысока, а за спиной поливали грязью…. Старейшина был единственным, кто говорил всё на прямую. Но он никогда не опускался до того, чтобы оскорблять мою мать, он был добр ко мне.       – Добр? Ты о Гви ли сейчас говоришь, сестра? Не в курсе, сколько он злодеяний учинил за то время, пока сидит там?       – Да, я говорю именно о нём! Можете ненавидеть меня и презирать, как все остальные, но я ни за что не поменяю о нём мнения. Так что я была бы даже счастлива, если бы слухи о нашей связи были правдой! – последние слова она выпалила на эмоциях, сверкая уязвлённым взглядом.       – Он затуманил твой рассудок, запутал тебя, сестра. – Попытался вразумить Джин-Хо молодой человек, пытаясь прикоснуться к её руке, но девушка отпрянула от него, как от чумного, не позволив дотронуться к себе. И светлый взгляд был пропитан возникшим недоверием и разочарованием.       – Мне очень жаль, что Вы тоже не верите в меня, Ваше Высочество. Прошу меня простить, но у меня ещё остались незавершённые дела.       Джин-Хо поклонилась ему, поспешно разворачиваясь и уходя, не слушая больше ни слова, слетевшего с губ наследного принца. В ней билось чувство обиды, смешанное со злобой. Она вновь ощутила ту пустоту внутри себя, которая росла и полнилась в ней с самого детства. Ей так хотелось бы сейчас увидеться с Гви, ощутить его объятья, в которых хотя бы на мгновение можно было забыться. Стоило ли признаться в том, что у неё на душе? Следовало ли излить чувства и попытаться уговорить его покинуть дворец, ненароком прихватив и её с собой? Это был бы лучший исход для них двоих. Она множество раз задумывалась о побеге с ним, но разве старейшина когда-нибудь согласится уйти отсюда просто так?! Конечно же, нет….       Джин-Хо поспешно направилась в сторону подземного дворца, едва не переходя на бег. И её желание увидеться с Гви уже почти сбылось, пока на её дороге не появились стражники.       – Госпожа, нам велено сопроводить Вас в ваши покои. – Они заявили это спокойно, но Джин-Хо уже знала, кто прислал их сюда. Как и предполагалось, мужчины не пропустили, вынуждая перенести момент визита на другой день. Поэтому, в недовольстве сжав губы, она гордо приподняла голову, разворачиваясь и отправляясь в сторону дворца, подавляя накатившее на неё желание расплакаться прямо там.       Прошло достаточно много времени, чтобы понять, что принцесса не придёт. Гви, дождавшись захода солнца, покинул свою обитель, прямиком направляясь к центральному залу, где в обычном порядке проходили встречи министров правой и левой руки.       Множество свитков аккуратной стопкой было сложено на краю стола. При слабом освещении нескольких свечей император развернул очередной из них, грузно вздыхая и пытаясь разобраться с содержимым. С такими объёмами прошений справиться не так уж просто. Он покачал головой, устало прикрывая глаза и потирая припухшие веки пальцами. Вокруг царила зловещая тишина, а высокие стены так и давили на короля со всех сторон, словно бы извещая о предстоящем неприятном разговоре.       Последняя неделя выдалась насыщенной, поэтому под глазами самого могущественного человека страны вырисовывались заметные тёмные круги. Дрожащей рукой он отложил свиток, потянувшись за следующим, но резкий удар в двери, из-за которого последние едва не слетели с петель, заставил императора подпрыгнуть на месте от неожиданности. Внутрь ворвался сильный порыв ветра, задувая свечи, которые спасали от мглы прохладное помещение. Теперь единственным источником света была луна, бросающая свои бледный свет в окна и уже открытые двери. Мужчина понимал, что произошло - кто настолько дерзко мог заходить в любую дверь без стука - поэтому настороженно осмотрелся вокруг себя. Постепенно его глаза привыкали к темноте.       Гви вошёл внутрь своей свободной вальяжной походкой, но при этом шаги его были тяжёлыми, несущими угрозу любому живому существу. Король внимательно наблюдал за двумя пылающими огнями вампирских глаз, которые сияли во тьме подобно пламени.       Вампир целенаправленно приближался к нему и, казалось, что встань кто-нибудь у него на пути, он бы смёл любого одним лишь движением руки. Из-за поднявшегося ветра его широкие одеяния развивались, визуально делая обладателя ещё более крупным и внушительным.       – Ну, здравствуй, король. – В его словах не прозвучало ни капли почтительности, а и без того грубый голос звучал устрашающе. Гви подошёл к столу, за которым сидел император, глядя на него сверху вниз.       – Старейшина… - было хотел подать голос собеседник, но вампир перебил его.       – А ты не много ли себе позволяешь? – нагло сдвигая разложенные свитки с края стола, Гви беспардонно уселся на него, снисходительно смотря на своего шокированного собеседника.       – О чём Вы говорите?       – А ты не догадываешься? Кто запрещал принцессе посещать мой дворец? – Напрямую спросил мужчина.       – Джин-Хо... У неё есть определённые обязанности, к тому же она должна готовиться к достойному замужеству.       – Так кто же ей не даёт готовиться? И причём здесь твой запрет, король?       – Во дворце бушует беспокойство, ветром разносятся слухи… Вы должны понимать, что в случае скандала ни один достойный мужчина не захочет стать мужем женщины вампира.       И тут взгляд Гви покрылся ледяной коркой, настолько холодной, что на мгновение императору показалось, что его сердце вот-вот остановится. Шумно раздувая широкие ноздри, он чуть склонил голову в бок, рассматривая мнимое спокойствие напряжённого императора.       – Кажется, я уже говорил тебе, что сам выберу ей достойного мужа. Хотя…. Раз ты так сильно беспокоишься об этом, может мне забрать её, чтобы эти «благородные мужи» не имели умысла даже смотреть на неё? – процедил сквозь зубы вампир, просверливая взглядом в голове собеседника дыру.       – Старейшина, пощадите мою дочь… Она ещё так юна и глупа… Вы же не…       Гви усмехнулся, отводя взгляд на мнимые труды мужчины, проводя длинными пальцами по узорной плотной бумаге. Следуя пути мыслей короля, вампир уже понимал, что мог сам себе нафантазировать этот старик. И при мыслях об этом ему становилось даже интересно, что бы было, сделай он то, чего так сильно опасался этот человек.       – Так в твоей старой недальновидной голове поселилось сомнение в моём благородстве? – Вампир натурально изобразил искреннюю обиду, прикладывая руку к груди. – Честно говоря, раньше у меня и мыслей не было прикасаться к малышке Джин-Хо, но теперь, когда ты заговорил об этом, подобная идея кажется мне куда более заманчивой и забавной. – Заговорил он, сверля взглядом мужчину.       – Старейшина, это ошибка! Вы не посмеете обесчестить мою дочь… - но с каждым словом распалённый гнев императора угасал под пристальным холодным взглядом брюнета. И дабы посеять куда большее семя страха в сердце императора Гви многозначительно повёл плечом, поднимаясь со стола в немом удовлетворении.       – Думаю, что мы договорились. – Он вновь взглянул на императора, надменно усмехаясь. – Ты, наверное, не в курсе, но Джин-Хо всегда принадлежала только мне. Ты не должен быть таким жадным, ведь у тебя есть ещё дочери. Поэтому она будет навещать меня столько, сколько угодно будет мне. Веди себя хорошо и тогда я подумаю о её замужестве.       – Старейшина, Джин-Хо ещё дитя… Вы не можете…       – Несколькими месяцами ранее я слышал от тебя другие слова. Когда ты хотел отдать её тому грязному чужестранцу. – Напомнил мужчина, разводя руками. Он расправил складки рукавов, направляясь к выходу с загадочной улыбкой на устах. - Не вздумай пудрить ей мозги. Попытаешься морочить ей голову – тебе несдобровать.       Не было сомнений, что он выполнит свои угрозы. Поэтому император лишь схватился за голову, устало опускаясь на своё место и думая, что ему теперь делать.       Гви был очень доволен. Ему нравилось играть людскими жизнями, поэтому отчаяние, отразившееся в глазах Чунджона, очень его позабавило. И всё же вампир ещё ни разу не притрагивался к Джин-Хо, как к женщине, отчего подобного рода обвинения казались ему безосновательными и оскорбительными. Однако в глубинах его тщеславной подленькой души вырисовывалось желание воплотить в жизнь все самые ужасные страхи императора. Не относись он к Джин-Хо так благосклонно, он уже давно бы позабавился с ней.       Вымеряя размеренными вальяжными шагами коридоры, вампир не встречал прислуги – видимо все уже отправились отдыхать перед предстоящим тяжёлым днём. А ведь и вправду, время уже благополучно перевалило за полночь, поэтому вполне приемлемо было то, что дворцовые коридоры пустовали.       Завернув в сторону спальни принцессы, мужчина услышал женский шёпот. И он бы прошёл мимо, если бы не услышал знакомое имя принцессы. Но даже не это остановило его. Какое дело ночному владыке до парочки сплетничавших служанок? Однако…       – Да, я слышала, что принцесса Джин-Хо тайно встречается с мужчиной. – Тихо шептала одна из девушек, но превосходный слух вампира с лёгкостью доносил до него голос сплетницы. Он остановился, рассматривая одинокий длинный коридор, который вёл его к заветной комнате. Однако мужчина не спешил сдвигаться с места.       – Брось, глупости это! Принцесса Джин-Хо не похожа на порочную женщину. – Вновь привлёк его внимание второй женский голос.       – Одна из служанок нашла её дневник. Она писала о своей любви к мужчине из подземного дворца. И даже портрет! – заговорщическим тоном изрекала служанка, на каждом слове всё больше понижая голос.       – Что?! Так она влюблена в вампира?! – всполошилась до этого не верившая в порочность принцессы служанка, но судя по тому, как её ошарашенный вопль подавили на последних фразах, ей скорее всего прикрыли рот.       – Тише ты, услышат ведь…. О каком вампире ты несёшь чушь? Всё это россказни. Скорее всего у принцессы и вправду есть любовник… Она явно влюблена. И после поручений отца убегает встречаться с ним…       – Ох, не совала бы ты нос не в свои дела…       А дальше Гви и не слушал, лишь махнув рукой и продолжая путь. На сплетни обычных прислужниц он не обращал внимания, хотя услышанное и вправду немного удивило его. О каком дневнике шла речь? И с чего они несли подобную чепуху? И если она всё же в него влюблена… Это довольно интересно и забавно.       Как и полагалось, покои принцессы охранялись несколькими стражниками, которые заметно напряглись, замечая в коридоре незнакомого мужчину.       – Кто Вы такой? Как сюда попали? Вы не можете здесь находиться! – запричитал один из них, вцепившись в рукоять своего клинка.       – Что, на самом деле? – с издёвкой поинтересовался вампир, не сбавляя шаг и вынуждая своей прямотой насторожиться мужчин, которые до последнего пытались отсрочить момент схватки. – Я бы посоветовал Вам отойти, если жизнь дорога.       – Как ты смеешь?! – всполошился воин, менее терпеливый и более темпераментный. Но это ненадолго. Гви не собирался нянькаться с каждым, кто стоял на его пути. И он заметил шевеления за дверьми, где находилась комната Джин-Хо. Непременно он желал попасть туда, именно поэтому оба стражника очень быстро были им устранены, как назойливые букашки.       Джин-Хо распахнула двери сразу же, как только услышала шум и крики, едва не врезаясь в мужскую грудь. К счастью Гви ловко перехватил девушку за женственные плечи, однако с типичным ему отсутствием тактичности втолкнул её обратно в покои, не позволив взглянуть за свою спину.       – Старейшина? – Принцесса была шокирована его визитом, именно поэтому всё, что могла произнести – это его статус, но не более. Она предстала перед вампиром в уже подготовленном ко сну виде. Белые одеяния не позволяли даже вооружённым взглядом рассмотреть очертания её хрупкой фигуры, а светлые длинные до талии волосы были тщательно расчесаны и струились по спине и плечам подобно серебряному ручью.       – Вы... Вы убили их? – спросила Джин-Хо. Несмотря на старание вампира скрыть от принцессы двух стражников в отключке, она всё же увидела их. Её личико искажалось гримасой, в которой смешалось опасение и недовольство. Гви же расценил данную реакцию по-своему, ухватив за щёки, грубо и бестактно вынуждая задрать личико к нему. Сверля по-настоящему ледяным, пронизывающим до костей, взглядом, он почти перешёл в зловещий ропот:       – Это то, какими словами ты встречаешь меня? Неслыханная наглость… - сквозь зубы процедил мужчина, смотря на девушку с неистовым недовольством.       – Министр говорил мне о том, что Вы ждали меня. Нескольким позднее я бы непременно пришла к Вам. - Исправилась девушка, поясняя свои дальнейшие планы, однако от последующего оценивающего взгляда вампира ей стало не по себе.       – Ты собиралась ко мне? А я вижу, что ты готова ко сну, принцесса. – Едко заметил он, сощуривая глаза.       – Почему Вы злитесь? Я не сделала ничего дурного. – Пыталась оправдаться юная особа.       – Мы не виделись так давно… А судьба тех жалких червей взволновала тебя больше, чем мой визит. Действительно, что же могло меня так сильно разозлить?! – эгоистично заявил мужчина, больше напоминая сейчас обиженного взрослого ребёнка, - Ты стала хорошо жить, что позабыла о том, кто подарил тебе вторую жизнь?       Джин-Хо, наконец, взяла себя в руки, глубоко вздохнув и крайне аккуратно высвобождая собственное лицо из цепких пальцев мужчины, отступая на шаг назад и увеличивая между ними расстояние.       – Простите меня, я была невежлива. – Она почтительно поклонилась, не поднимая головы, вызывая у вампира усмешку. Принцесса хоть как-то хотела прекратить спор, который мог вылиться в что-то более стихийно-неблагоприятное. Гви был ужасен в гневе, поэтому не терпел препирательств, и она прекрасно это понимала, а потому и не хотела злить его ещё больше.       – Испорченная девчонка. – Надменно произнёс старейшина, теперь рассматривая её немного иным взглядом.       – Как Вы могли подумать, что я Вас покину? – она заговорила тише и мягче, словно пытаясь сгладить все острые углы, но при этом донести до него основную причину своего беспокойства. – Простите меня за дерзость… Но я лишь хотела донести до Вас, что людей нельзя убивать просто так, без надобности и в угоду собственной прихоти… Те стражники – мои подчинённые… Я несу в некоторой мере за них ответственность.       То, как она пыталась выгородить двух невежд, которые едва не отправились на тот свет, позабавило вампира. Он смотрел на неё с интересом, хоть недовольство до конца так и не прошло. Однако действительно забавно наблюдать за тем, как вступается за обычных смертных такая же смертная, видимо ещё не до конца усвоившая, что с ней может произойти в случае, если он разозлится.       – Если тебе станет от этого легче, то они просто без сознания. – Он сказал это раздражённо, но уже более спокойно. Джин-Хо подняла на него удивлённый взгляд.       – Простите меня. Я так невнимательна.       – Вот именно. – Гви усмехнулся, осматриваясь. Комната ничуть не изменилась, уже была подготовлена постель ко сну. Так что не оставалось сомнений, что сегодня бы она не пришла к нему уж точно. Старейшина коснулся белоснежных волос юной особы, забирая локон и вдыхая его аромат. Джин-Хо опустила взор в пол, до сих пор не зная, как реагировать. Сегодня вампир был стихийным и непредсказуемым, а поэтому предугадать его дальнейшие действия было невозможно.       – По пути сюда я кое-что слышал. – Заговорил он вновь, рассматривая девушку, которая только теперь крайне осторожно подняла глаза на покровителя.       – Что именно, старейшина?       – Многие считают, что у принцессы роман с вампиром из подземелья. – Он очень внимательно рассматривал возможную реакцию, немного склоняя голову в бок и осматривая её с немного другого ракурса. Как и всегда, хороша, свежа и красива. Но слегка растеряна… Джин-Хо сгорала под его взглядом, не зная куда деть глаза и руки, ухватываясь пальчиками в материал юбки.       – Во дворце много чего говорят. Каких только глупостей не придумывают, лишь бы опорочить чужое имя. – Осторожно заговорила девушка, неловко улыбаясь и подбирая с особой тщательностью каждое слово. Её глаза перебегали с места на место, и она впервые ощутила, что в этой комнате слишком тесно для них двоих.       – Вот как? Для тебя подобного рода слухи неуместны? – Продолжал допытываться мужчина, замечая на себе растерянный взгляд юной особы, которая на мгновение замешкалась, безмолвно шевеля губами. И непонятно из каких побуждений у него возникло желание попробовать их на вкус.       – Вы снова играетесь… - Джин-Хо нашла ответ, продолжая изображать подобие лёгкой улыбки, хотя уголок её губы и нервно дёрнулся, когда она пыталась уйти от прямого ответа.       Принцесса спасалась подобием бегства, разворачиваясь и с крайне занятым видом отправляясь закрывать окно, чтобы не выстудить спальню окончательно. И она предпочла тактично отступить, но кто сказал, что вампир, последовавший за ней по пятам, был удовлетворён подобным ответом.       Джин-Хо тихонько закрыла окно, растягивая процесс, но даже это не спасло её от неизбежного продолжения разговора. Внутри всё колотилось и лихорадило. Страх быть раскрытой оказался куда страшнее страха быть убитой старейшиной. И откуда-то взялось это непомерное чувство стыда, словно она не влюбилась, а совершила самое настоящее преступление. Стоило девушке закончить с окном, как совсем рядом со своим ухом ощутила чужое дыхание, от которого сразу по коже побежали приятные мурашки.       – Думаешь, что слухи прекратятся? – заговорил он тихо, чарующе шепча ей на ухо, обдавая кожу от ушка по всей шее своим дыханием. За холодом его дыхания можно было проследить, как он приближается к ней, словно нарочно касаясь губами.       Джин-Хо словно обожгли раскалённым металлом, она резко развернулась, сразу же сталкиваясь с его пронизывающим насквозь взглядом. У старейшины он был непомерно тяжёлым, для некоторых даже невыносимым. Джин-Хо же видела в нём нечто глубокое и неосязаемое, прекрасное и таинственное. Но сейчас, на грани разоблачения, собирая осколки собственного самообладания, она вжалась спиной в стену, вздрагивая от шлепка о стену его ладони совсем рядом со своим лицом. Таким образом Гви опирался одной рукой о стену, а другой коснулся макушки её головы, плавно проводя пальцами по светлым волосам, а затем и белоснежной коже от виска вниз до подбородка. Джин-Хо отвела взгляд в нерешительности, но то, с каким повелительным жестом он повернул её лицо к себе, приковало женский взгляд к красивому бледному лицу собеседника.       – Почему ты постоянно думаешь, что я лишь играюсь? – поинтересовался мужчина, когда девушка беззащитно смотрела ему в глаза.       – Наверное, потому что Вы слишком сильно любите дразнить меня. – Она не знала, каким образом ей удавалось подбирать слова в столь критический для неё момент, ведь в голове была самая настоящая каша. Всё происходящее казалось сном или наваждением, он смотрел на неё немного иначе, нежели раньше. И от этого бежали мурашки по телу, а внутри всё колыхалось от счастья и предательского предвкушения.       Гви улыбнулся её ответу, приблизившись чуть ближе, замечая, как девушка напрягается всем телом, как сковывают её плечи рамки приличия, прививаемые благородной даме с детства. Она словно боролась сама с собой, разрываясь между желанием поддаться на его чары и рамками приличия, диктовавшим, что женщина не должна быть такой доступной.       Хотел ли он сделать это ради собственного эгоизма, либо на зло королю, он не знал. Её аромат соблазнял его, а вишнёвые спелые губы притягивали, как магнит, поэтому он и не думал отступать.       – Старейшина, что с Вами сегодня? – спросила она крайне осторожно, словно пытаясь придерживаться законам приличия, но при этом боясь спугнуть его игривое настроение. Больше всего она боялась разочаровать его сейчас, поэтому боролась сама с собой. Здравый рассудок пытался перебороть сердце, которое пока что брало главенство над всем.       – У тебя прелестная белая кожа, Джин-Хо. – Он вновь провёл тыльной стороной ладони по её щеке, очерчивая контуры выразительных скул.       – У Вас кожа белей и прекрасней. – Проговорила она прежде, чем голос попытался предательски пропасть. Но зрительный контакт теперь не смог бы нарушить абсолютно никто.       – Твои глаза честнее губ, но так и быть, я тебе поверю на этот раз. – Усмехнулся вампир, окончательно что-то замыкая в своей мысленной цепочке, грубо обхватывая её талию руками, притягивая к себе и встречая изумлённый взгляд с усмешкой. Он ощутил со стороны принцессы немое желание поддаться.       Мужчина бессовестно овладел девичьими губами, срывая первый в её жизни поцелуй, как запретный плод с дерева в Раю. На самом деле жизнь для него уже давным-давно стала самым настоящим адом, поэтому ещё одно не самое большое и при этом ничтожное для него прегрешение уже не казалось таким уж злостным нарушением правил, которых он никогда не придерживался.       Женское изящное тело вздрогнуло в его руках и ему казалось, что в любую минуту она может рассыпаться прямо у него в руках, раствориться, как мнимая иллюзия. Такая хрупкая и изящная, приятная на вкус. Её уста оказались слаще, чем он думал, под тонкой кожей пульсировал благородный напиток.       Джин-Хо не воспротивилась его действиям, прильнув к нему, как к родственной душе, зарываясь пальчиками в материал его чёрной с тёмно-зелёными переливами накидки. Она так трепетно дарила ему эти сладостные моменты, что совсем забылась, кто стоял перед ней. Тех лет, связывающих их как наставника и воспитанницу, словно не было уже, она полностью освободилась от оков условностей, отдаваясь всецело и полностью всепоглощающему чувству любви к этому существу.       Гви никогда не был мягок или нежен, поэтому даже его поцелуи были властными и требовательными, он подавлял её, подминая под свою волю, но девушка не противилась этому, лишь сильнее цепляясь в него руками.       Принцесса слишком трепетно отвечала на его поцелуй, а значит в её сердце всё же что-то теплится. Это наводило на мысли, что сплетни могли оказаться не такими уж и сплетнями. Было сложно себе представить, что кто-то действительно полюбил его, но оттого это тихое и любвеобильное трепещущее существо не хотелось отдавать кому-то другому.       – Джин-Хо… - он выдохнул имя прямо в женские припухшие уста. Она же затуманенным взглядом смотрела на него, пытаясь до сих пор совладать с наваждением, охватившим её. Гви усмехнулся, щёлкнув девушку по носу пальцем, тем самым немного возвращая в реальность.       – Теперь ты в моей власти. Поняла? Ты только моя. – Он смотрел на неё соблазнительно, точно также звучали и его слова. И говорил ей эти слова прямо в губы, игриво покусывая их. – Завтра я буду ждать тебя в моей обители. Запомни, ты обязана явиться. Если кто-либо попытается тебя остановить – будет иметь дело со мной.       Джин-Хо не нашла ответа, растерянно отводя взгляд, чем и воспользовался вампир, вновь примкнув к женским сладким устам. Джин-Хо таяла в его руках, чувствуя, как он положил ладонь на её затылок, не позволяя воспротивиться его действиям, хотя она и не собиралась этого делать. Другой же рукой он продолжал удерживать её за талию. Принцесса вознесла руки к широким плечам, обхватывая мужскую шею и приподнимаясь на носочки, отвечая на поцелуй мужчины. Она так соскучилась по нему, но судьба восполнила всё то упущенное время, позволяя ей стать к нему немного ближе.       Пускай злые языки продолжают нести всё, что им угодно - ей всё равно. Сейчас её волновал лишь вампир, удерживающий трепещущее тельце в своих объятьях. Все её мысли крутились вокруг поцелуев, кружащих голову, лишающих всяческого желания отстраняться от возлюбленного. Она желала этого всем своим естеством и очень боялась, что когда откроет глаза, это окажется лишь очередным несбыточным сном. Но Гви не исчез, ещё какое-то время удерживая её в своих руках и даря ей самое настоящее счастье. А затем впервые в своей жизни наслаждался по-настоящему обоюдным удовлетворённым видом своей принцессы.       Ещё никто не смотрел на него таким влюблённым взглядом, никто так не отвечал на его грубую ласку. Эта игра действительно становилась интересной. К тому же принцесса оставалась ценной фигурой для императора, а это может сыграть на руку вампиру. Уже сейчас в его голове крутились коварные планы, в которые входила и его воспитанница. Пора и ей принести пользу и отплатить за его жест доброты и подаренный шанс жить.