Ночной Токио

Тем временем где-то в поместье Мадары POV Саске — Саске вставай — как обычно в мою комнату вошёл Сенджу и пришлось вставать, это он только с виду такой неженка, меня уже раз чуть не убил, а ведь я просто не туда сложил тарелки, Хаширама стоял в дверном проёме ожидая когда я соберусь. Из-за него я научился делать свою укладку меньше чем за десять минут. — Сегодня Мадары не будет, он уехал поэтому просто пробежка, интенсивная зарядка и со мной уборка во всём доме. — Хорошо — на что же я подписался, Учиха всегда брал меня на технику сухое оттачивание мастерства, но вот его любовник, только физические тренировки и это странно, со стороны кажется что должно быть наоборот. — Ты я замечу уже привык, раньше ты бы что-то возразил на уборку дома. — А смысл? — И то тоже правда. — Я оделся и вышел из комнаты идя за брюнетом. — Завтракать будешь? — Так пробежка. — Ой, та отдохни денёк, тем более тут только я. — Нет я пойду, как не крути, а я сюда приехал не отдыхать, а стать сильнее — А в каком смысле сильнее? Ведь ты и ко мне часто приходишь в поисках психологической стойкости. — Меня устраивает моя физическая сила, но морально я зависим от брата и я стану сильнее если избавлюсь от неё. — Эх глупыш, но все мы через это проходим, это нормально. — тем временем я обулся в свои кроссовки и накинув на шею полотенце, немного розмявшись на улице начал пробежку. территория и правда была огромна, почти километр только в длину, больше всего места занимал наверное сад Хаширамы. Он чертовски любит деревья, впрочем, как и его брат Табирама, за все мои восемь дней нахождения здесь я с ним успел встретиться дважды и каждый раз когда уезжал дядя, я давно слышал что у них с дядей тёрки и из-за этого клан не понимает его отношений со старшим из братьев. Но несмотря на все тёрки сад очень красивый разнообразие деревьев их видов и размеров. И в конце Сада моя любимая Сакура. Больше дерево, вишня и правда поражала своей красотой и размером. После пробежки тренировка, завтрак, уборка, обед, опять тренировка, пробежка, ужин и спать. Так я прожил ещё неделю пока однажды утром ко мне не пришёл утром Хаширама, а Мадара сказал сегодня сидеть в своей комнате, а на все мои вопросы отвечал грубое «иди к себе» Я не понимал, но решил уйти, я ещё часа два пялился в окно пока не заметил как ко входу Тоби он же левая рука, и главный помощник Мадары везёт кого в инвалидном кресле, голова этого человека была закрыта платком, но по торчавшему кончику хвоста я готов поклясться что это брат, я быстро спустился ко входу, но они уже зашли на кухню, а возле входа стоял Сенджу что грубо остановил меня — Ты не пройдёшь! — Смешная отсылка, пропусти. — Саске нет! — дверь немного приоткрылась, я прищурился и всё-таки смог прочитать по губам Мадары фразу человеку нужен против «Если дёрнешься и выдашь себя, не видать ни Саске тебе, ни места» Это правда брат, и я понимаю ему нельзя ко мне, я понимаю, но сердце бешено бьется, я сорвался на поиски лишь из-за кончика хвоста, а ведь сюда я приехал избавиться от етих чувств, оставить брата наедине с собой, с этим блядским Шисуе, я слаб, я безумно слаб — Саске иди к себе, сегодня у нас сеанс — Да — больно, в груди всё трижды вывернулось, я был отрезан от мира и не мог знать происходившего за территорией поместья и очевидно что это с братом случилось именно из-за меня и я плачу опять плачу, но в гордом одиночестве зная он не придет, не в этот раз, и я должен стать сильнее и стану, лягу костьми, но защищу брата от невзгод, но я услышал стук в дверь, неужели он пришёл, снова, и я бегу к двери, но возле неё стоит Хаширама — А кого ты тут ожидал увидеть? — Не тебя точно — Полегче — Что нужно — я был зол, на Санджи на дядю на ситуацию и на себя — Почему ты такой злой — Ты специально задаёшь тупые вопросы? — Я серьёзно — С моим братом что-то случилось, Что-то страшное, а я мало того что не знал об этом, так ещё и сделать не могу ничего! — я был готов сорваться, слишком больно — Ладно я мог бы соврать и убедить что это хвостик Азумы, но у тебя полный шаринган, Итачи настолько важен тебе? — Я за него и убить и умереть могу и кажется от этого не избавиться — Никак, даже я не помогут — Когда я уеду? Я ведь пробудил полный шаринган — Когда ты уедешь — решит глава клана — Максимальный срок? — Пятнадцать месяцев — Фига, а что так дофига? *** Целых два месяца из-за дня в день одинаковы, я пережил их не зная что происходит в мире, но сейчас официальный вечер у Мадары Учихи и мой брат будет тут. Я с самого утра на ногах готовлюсь с Хаширамой сначала заставил меня трижды обойти всё поместье и охрану, проверить всех и каждого, особенно их пропуски, съездить в лабораторию для проверки еды, я конечно рад был выехать, но только окна за тонированы что видимости через них нулевая, образцы забрал водитель, короче что и не ездил, подобрал всем костюмы, помучался с фотографами, официантами, но это детский лепет когда меня заставили поставить все сорок семь столов по всему саду Хаширамы, где и будет сам вечер, так ещё и Обито задолбал, вечно делал замечания и подшучивал надо мной, но вот уже и раставленны ограничители по границе сада и тропинкам от ворот, до как раз того самого сада. Приехал Мадара и счёт пошёл не на месяц или дни, и даже не на часы, ведь самолет брата давно приземлился, и я слышал их разговор с дядей, Итачи будет здесь с минуты на минуту — Саске открывай ворота, и помни, ты сегодня лакей, это твоя сегодняшняя тренировка — Хаширама, ты садист, ненавижу я тебя! — чуть ли не кричал я выходя с дома — Итачи ты тоже ненавидишь — съязвил мне в ответ Сенджу и я пошел открывать ворота и встречать брата. Черный мерседес с класса, все по законам роскоши и богатой жизни я открываю дверь и из неё, прихрамывая, выходит Итачи, сразу замечаю что с ним что-то не так и хочу спросить, но я локей, и зная длиноволосого брюнета лучше мне его послушать — Здравствуйте, вы одни? — Да, я один Микото и Фугаку не смогли — Под сопровождением этого ниского голоса я забираю его багаж, как стыдно, почему-то только сейчас я почувствовал насколько это унизительно — Я провожу вас в вашу комнату, я осведомлен, что вы останетесь на неделю, ведь так? — Всё то ты знаешь… — он что-то хотел сказать, но замолчал, и я невольно обернулся, брат невыносимо хромал опираясь на трость, я не заметил её ранее, и хотел было что-то сказать, но только подняв глаза на него и увидев столько боли и немой просьбы я отвернулся, брату больно представить предо мной в таком облике, он слаб, и я даже понятия не имею что случилось, что могло довести брата до хождения с тростью, учитывая что я помню как лет пять назад ему прострелили плечё, когда на тренировке кто-то заменил пули, но даже с дырой в плече он спокойно с камеры лицом дошёл до мед пункта, хотя болевой шок давно прошёл, у нас было непростое детство, но всё же я могу назвать его спокойным, ведь за все 15 лет я слышал свист настоящих пусть дважды ведь помимо этого было все так спокойно, школа, а дома обет всей семьей, сдача уроков либо Итачи, либо маме, вечера с братом и так из года в год, а сейчас? Перестрелки, Токио, теперь это, что-то явно идёт не туда, и я уже было готов забыть тот день с братом в Токио лишь бы всё вернуть на круги своя, я готов больше не дотронуться да этих нежных щек и гладить шёлковые волосы только бы брат был жив цел и здоров. Как бы я не хотел, и как бы далеко не улетал, как бы не умолял Хашираму стереть его из памяти, я люблю тебя брат, люблю и вправду больше себя, ведь такой идиот как я, там в том самолете, думал о том что если ты не будешь себя обманывать и поймешь что всё ещё любишь Шисуе тебе будет лучше, без меня. А сейчас я не нахожу в тебе хотя бы одного доказательства, что со мной было хуже, ведь пускай ты будешь любить другого, я хотя бы буду оберегать тебя. На глаза наворачиваются слезы от понимания содеянного, ведь именно из-за меня два месяца назад брат был в таком состоянии и именно из-за меня, сегодня он даже перед Мадарой нормально стать не сможет, я ведь всегда был для не только проблемой, и я поднимаюсь на второй этаж, и открываю дверь пряча лицо, я не имею права даже подымать свой взор за содеянное, я ведь настолько жалок, что сейчас сбегаю только поставив багаж, хотя ты хотел поговорить я знаю, я слышу, но бегу по лестнице и снизу встречаю дядю. — Мадара — это вообще чей голос, такой тихий и не смелый, что же делает, о мной эта любовь — Что Саске? — Тебе не кажется что Учихе с шаринганом и без линз быть лакеем унизительно? — Тебя Хаширама заставил? Прости не переживай, лакей уже приехал, вот сразу после Итачи, ты свободен, и не злись на Хаши ты же знаешь он для такого же блага, и не переживай за брата, он сам тебе всё скажет, это он заставил меня молчать, я бы давно тебе рассказал ты же знаешь пусть мы и морем тренировки и работой, но никто не ограничивает тебя в том чем не нужно, на все вопросы и все просьбы мы отвечали, кроме тех на которые нам запретил Итачи глава клана — Хорошо, где Сенджу? — У себя в саду, на своем месте — бросил мне в след Мадара подымаясь по лестнице И я вышел в сад, и перецепился через камень, и ведь даже не пнул эго, он не виноват, что я какое говно, и ведь я даже хуже говна — Что тебя так расстроило, ты чересчур спокоен — Хаши… Почему? Он не виноват что такого случилось с ним, я ведь мог предотвратить, я мог быть там и делить боль, пускай любит Шисуе, но я..... я не был с ним — по моим щекам текли слёзы и я падаю на колени перед длинноволосым, я вот так разрыдался в его колени, как школьница когда её бросили, но я не брошенный, я бросил и не знаю что делать с этой болью, хочется умереть, кричать и рвать неповиновение вещи, но больше всего хочется жить виновного, не только себя, тот кто так поиздевался над ним даже смерти не заслужил, и я найду это, и брошу труп к ногам Итачи и буду молча целовать в прощение ноги, я не достоин жизни, смерти и даже прощения, на мою голову ложиться тёплая рука нежно поглаживая — Тихо, всё хорошо, не кори себя, ты слишком зацикливаешься на том что брат не простит, но ведь он приехал тогда сюда только, для того чтобы попросить прощения, он как и ты сходит с ума, не меньше чем ты, я говорю с ним — Не я должен был быть там — Но ещё ты должен принять то что случилось и искать выход, а не ныть, ты стал сильнее тут так где твоя сила, успокойся и при возможности поговори с ним, он ждет тебя, он больше не пройдет, ведь ты сам ушел, сначала ты пришёл и дал надежду, тот лучше света, ту ночь, а потом сбежал, да справедливо забежал, ведь бы не хотел и не хочешь верить в то что Итачи любит не тебя, пусть ты и говорить, но я знаю когда ты врёшь не только мне, но и себе и ты ведь сам это знаешь, и ты прав Итачи любит тебя, да он тебе этого не говорил, но любит, он не стал на колено и не сказал «проживи остаток жизни со мной», но он горевать за тобой, его никто вообще не видел всю неделю по твоему уезду, он как испарился, даже пресса не нашла. Саске ты ведь не лучше ты так и не сказал эму то люблю что он хотел услышать, вы оба знаете что любите друг друга, но вам обоим нужно словесное доказательство, вам факт нужен, но никто эго не даёт, это несправедливо по отношению к брату и себе! Успокойся, вытри слёзы, Мадара уже выходит из дома, иди и помни что я сказал, не во всех бедах Итачи виновен ты, и не всё от тебя зависит — я встал, вытирая глаза аккуратно рукам, население хоть иди вешайся, и я иду к брату, и вправду как на казнь понимая что сейчас все мои теории о Шисуе подтвердятся и меня выкинут, пусть Хаширама утешает, это его работа. Прям у выхода я встретил дядю — Помни вам обоим сейчас одинаково плохо, но эму ещё и больно, ты нужен эму, а он тебе, поэтому не выёбывайся у вас час — говорил он положив руку на плечо, так по отцовский и я захожу и поднимаюсь по каждой ступеньке как и вправду на казнь *** — Ты думаешь справятся? — тихо спросил Мадара. — Да, только потому что они братья они справятся, они так долго ждали этой встречи, что не могут свернуть назад, да Саске разбит из-за состояния старшего, но Итачи найдет слова, что тот, как склеит назад нашего дорогого ёжика. — Я только от Итачи, поверь он тоже не в том состоянии что всегда, он месяц сидел и ещё два неимоверно работал, чтобы стать на ноги, вспомни когда он приехал, ноги были перебинтованы и он ощущал адскую боль даже под тяжелые обезболивающим, если младшему хуево душевно, старшему физически. Итачи ведь даже не спит нормально, и как теперь с братом, он не знает, его грызёт его немощное состояние когда он без трости ходить нормально не может, это тяжело. — Дам… ну давай быть более оптимистичными, мы закаляли Саске тут почти четыре месяца, у него есть третье томое, что очень хорошо в психологическом плане. *** Я стучу в двери, и вхожу, но даже не успев ничего сказать, как брат накинулся на меня с объятиями, и усыпал мою шею поцелуями. — Прости Саске, прости, но я слишком люблю тебя, чтобы оставить здесь одного, ты такой дурашка что приревновал к Шисуи, ведь я понимаю что это любовь, такая плане, я не мог найти себе места когда ты уехал — он что-то ещё шептал в мои уши, но я не слышал, я только чувствовал, мозг выключился, а слёзы катились по щекам падая на шёлковые волосы брата, и я возненавидел себя, за свою слабость, за глупость и за то сколько боли пережил брат из-за меня — Саске милый не молчи, нет, пожалуйста не плачь, не нужно. — Итачи, сколько ты пережил из-за меня, я столько создал тебе проблем ведь ты сейчас в таком состоянии только из-за меня, я не достоин твоего внимания, брат, я только могу молить о прощение — Тихо Саске, давай сядем, я всё расскажу, но потом, давай сядем — и мы сели, я беспрекословно слушаюсь тебя, ведь моё сердце у тебя как нити у кукловод я полностью твой — Саске котик, очень многое произошло за эти четыре месяца, и всё рассказывать нет смысла, но из основного, сегодня вечером, мы официально станем главами кланов, Фигуку почти добровольно ушёл с поста, ведь его политика не устраивала весь клан и даже дядю, будь готов, но самое главное Саске уедь отсюда со мной, пожалуйста — Да, хорошо — твоя теплая рука взяла моё лицо за подбородок, твои пальцы гладили немного шею, с такими руками все пророчили ему карьеру пианиста, когда нас обучали учителя музыке, но брат играл только мне, и только для меня. — Саске изменилось даже твоё лицо, что же я натворил — Брат нет! Ты не виноват, нет, только я виновен во всем что произошло. — Я бы обнял, но ты сейчас кажешься таким хрупким, что я правда боюсь тебя трогать. — Саске, ты всегда был в моей тени, тебя мало замечали из-за меня, всегда! Но ты всегда стоя за моей спиной защищаешь её, я не могу без тебя, пускай я и называл тебя глупым младшим братом, но ты давно стоишь со мной на равных и только моё наивное убеждение о том что ты всегда будешь рядом не давало мне понять что ты вырос, давно, я причинял тебе столько боли, ведь… Как это сказать, мир не книга, и мы не главные герои, и как иронично, но меня съедали мысли, о том, что запутался именно ты. Что это ошибка и такого не бывает, взаимная любовь бла, бла, бла и сколько я думал, что допустил ошибку что тогда в машине не забрал твой блокнот, я так о всём жалею, сколько мы страдали, и ведь только потому что мы молчали, не говоря мы создали непонимание довольствуясь тем что есть, наша аккуратность и боязнь что вот-вот всё рухнет наши отношения сгубила, так иронично это осознавать, мы Учихи что готовы забрать весь мир себе только захотев, клан что славится своим властным, собственническим и самовлюбленным характером. А мы двое наоборот вот сейчас показываем аккуратность, не характерную нежность и трепетность, прямо Сенджу на минималках, хотя, честно говоря, были у меня мысли, просто украсть тебя отсюда, но увы пришлось играть по правилам Мадары и отца, и говорят о нём… Саске увы, но с отцом я больше связи не имею. Ты много не знаешь, но отец творил страшные вещи даже с людьми из клана, мы с Мадарой решили и договорились, что в замен я стану главой — я слушал тебя, и ты говорил, я внимал слова твои, что ушли из сердца. Итачи встал, так тяжело, и я дернулся в желание помочь но только увидел, как ты тянешь ко мне руку, призывая меня к себе тихо шепча — взамен на то что я украду тебя отсюда — и я беру твою руку, очень легко и невесомо обнимая тебя — Брат, я уйду с тобой на край мира, пройду огонь и воду, полезу в медные трубы, только бы за тобой, только бы быть твоей тенью, только бы защищать и быть с тобой, я не хочу снова быть далеко когда тебе тяжело, Итачи, мне правда стыдно за свой побег, такую детскую трусость и несерьёзность — и так нежно касаясь губами твоих губ я чувствую как ты улыбаешься, но сразу тактично подумаешь голову, сказывается разница в росте и смотришь в мои красной черные глаза — Саске я не хрустальный, но и не железный, поэтому пошли в низ — Ты не хрустальный, ты хрупкий — улыбаясь говорил я, но моя улыбка из искренной так быстро превратилась в натянутую, когда брат взял трость — О готовности Саске ну обсудили же, успокойся, я с тростью только потому что прийдется слишком много стоять, всё нормально — Врать вот мне не нужно, пожалуйста, Итачи эта трость непомерный удар по твоему эго, а зная твоё эго и вообще твой характер ты в жизни не допустишь даже царапнуть тебя и твой «идеальный» образ, я молчу про позор о котором ты сто процентов думал, хоть и нет в этом ничего позорного, и вероятнее всего это была авария, брат я знаю какой ты приехал сюда первый раз, я видел, и понимаю что всё это время ты страдал чтобы стать на ноги и всё равно словил последствия в виде боли, постоянной и невыносимой, и если ты посмеешь мне врать ради блага кого-то кроме нас я приму меры, пошли вечер вот-вот начнется — Тебе не нужен ни интернет, ни быть рядом чтобы всё знать — возмущенно констатируешь факт — Я всю жизнь с тобой, постоянно я тебя читаю, каждое твоё движения мне о чём-то говорит, я вижу любое изменение твоего настроение, характера или внешности и очевидно ты можешь так же самое по отношению ко мне, хоть иногда ты то ли тупишь, то ли делаешь вид будто что-то о боже мне не знаешь, ведь ты хитрая задница, ты знал всё наперёд, я сразу и не заметил, но ведь я был твоим планом, ещё до уезда, ты поговорил с Какаши и заранее знал тему, найдя повод для разговора в виде травы ты меня споил и заставил нервы сдать, подогрев это перемещением дневника, а потом ещё и типо удивился в машине, я конечно заметил что что-то не то, но отнёс это к шоку, но это была просто плохая игра, и заранее назначения встреча, и квартира что стоила чертовски дешево..... ты такая скотина, любил бы я тебя хоть немного меньше, возненавидел бы, как же ты хитро это спланировали причем это в твоем стиле, не приедь я сюда даже не догадался бы — Ну извините я хотел узнать шизофрения у меня или нет, потому что я видел как ты на меня смотришь и что делаешь, я уже молчу о поре случае когда ты думал что дома совершенно один, но на самом дела я просто спал у себя, я в жизни не слышал чтобы моё имя стонали с такой страст… — Хватит — О неужели ты стесняешься? — Я не стесняюсь, просто думал на какую из твоих историй ответить — Хаха и что-то вспомнил? — Конечно, мою самую ненавистную, когда я три часа отмывали твои волосы когда ты в погоне за красивой фотографией окружил себя шоколадом четырнадцатого и заснул, а уже утром пятнадцатого февраля проснулся весь в шоколаде, прям шоколадный заяц — Ой чья бы корова мычала, тебе напомнить как мне пришлось ехать вместо тебе на свидание в слепую потому что кто-то не знает что мешать молоко с огурцами плохая идея? — Ах ты хочешь вспомнить все плохие истории? Хорошо, у тебя их всё равно больше, даже бля в сексе, ты же знаешь я обожаю ту историю когда вы с то ли Кисаме то ли Дейдарой, не помню кто из них кто и с кем ты был, но факт остается фактом, когда вы ушли «писать курсовую» а я сидел за компом, вспомни кто спас твою жопу когда отец решил подняться на второй этаж, если бы что не включил рок на колонках и заставил отца этой выходной зайти к себе сначала, навряд ли ты сейчас стоял тут, пидор ловелас — Я был пьян, и коль про постель заговорил мне напомнить как от тебя та доска залетела, и я заставлял её сделать аборт, тебе бы пришлось на ней жениться, я уже молчу как ты боялся что от неё подхватил ЗППП, бегал анализы сдавал, как же я с тебя смеялся — Ах ты..... Ну тогда козырная, помнишь как тебя разыграли девчонки из универа, и ты даже не заметил? Напоминаю, на первое апреля когда ты для прикрытия своей пидорской натуры пошёл в девичью общагу как один дали тебе шампунь краску, и из-за отсутствия зеркал ты так и не понял, что стал «натуральною блондинкой» И ходил как обычно по институту с бело черными волосами — Так и знал что вспомнишь, ладно ничия, так уж и быть — я резко почувствовал как меня Итачи обнял крепко — Я скучала по тебе и по вот таким непринужденным разговорам, не имеющие смысла потоки слов это так… Вот просто так. Мы с улыбкой покинули поместье, выходя в сад, только бог знает что будет сегодня за день немногим позже в саду Тобирама блуждал без настроения среди деревьев держа бокал шампанского в руках, пока к нему не подошел Изуна младший брат Мадары и не завязал разговор — Привет Тобирама, скучаешь? — Нет Учиха, думаю — Оставь эту ненависть где-то за территорией особняка, сегодня большой праздник — Изуна какой это праздник? Тиран сменится сыном, вероятно таким же тираном — Ты не знаешь Итачи, но он не такой, как отец, даже можно сказать противоположен — Мне в обшем союз не нравится, да с одной стороны как две стороны мафии мы станем сильнее и это прекратит многолетнюю борьбу, но Учихи и Сенджу не могут быть вместе, люди буду против, мы слишком разные с рождения и до смерти, даже и после мы противоположны, инь и янь, чёрное и белое — Но мы и две стороны одной медали, противоположность, реверс и аверс, именно поэтому, заметил ты или нет, но как и наши братья, другие союзы Учихи и Сенджу самые крепкие и самые любящие, их было всего парочка, но всё же, а из того что я слышал, только никому, пожалуйста, брат говорил что это объяснение не означает что люди будут взаимодействовать, вообще это идея Итачи и вы как новые главы будете это обсуждать — Что? — Тобирама тише, я не хочу получать от брата — Изуна улыбался, нежно и ласково, почти не свойственно Учихам и это умиляло Сенджу да так что тот улыбнулся, только уголками губ, почти незаметно, но этого хватило. А вдалеке стояли их старшие братья наблюдая — Думаешь есть шанс? — спрашивал Мадара, приобнимая любимого за талию и поглаживая длиные волосы — Надеюсь, потому что Тоби в своём одиночестве слишком печален, он отрицает, но он постоянно злой на своё одиночество, они будут прекрасно дополнять друг друга — Ага — может он бы ещё сказал что-то, но его мысли перебили приехавшие Акацуки Восемь высоких парней одетых с иголочки в одинаковые чёрные костюмы с красивыми облаками, чёрные шёлковые рубашки блестели подчёркивая свою черноту делая образ более холодным, и если костюм у Итачи как члена Акацуки отличался из-за предстоящего вечера и дипломатической возни то галстуки с гербом в виде кровавого облака был и у него, и даже у Саске. Все по очереди поздоровались с Мадарой и Хаширамой, Обито же поправив свою чёрную медицинскую маску и сменив очки на солнцезащитные стал возле верховного Учихи и его мужа, Кисамэ же стал за Итачи с Саске, остальные разбрелись по саду, только Дейдаре и Сасори, позже Итачи приказал стать у ворот, ведь они открыты, чтобы не создавать очереди машин в ожидании заезда *** Только через час сплылась вся верхушка двух кланов, и куча всего остального преступного мира, на каждого здесь есть по статье — Что же, прошу вашего внимания, спасибо что пришли на столь важный вечер, подписание соглашения объединения кланов Сенджу и Учиха — Говорил важно Мадара, держа бокал шампанского в руке — Содержание соглашения будет озвучено позже, в конце вечера — подхватил его Хаширама — Но сейчас не менее важное, а именно оглашение новых глав кланов, что и будут укладывать соглашение, и без лишней интриги, новый Глава Сенджу, моим наследником станет Тобирама — под громкие аплодисменты он подошёл к брату и став на одно колено перед ним, протянул руки. В его руки была вложена печатка клана, которой заверялись абсолютно все документы и которую глава клана был обязан всегда иметь при себе и это было их отличительной чертой, исторически сложившейся традицией — дипломатия, да они отличные воины, но ещё лучшие они в мирном решение конфликтов Сенжу всегда были больше дипломатами. Изначально они даже и мафией не были, а от того не имели чем защищаться именно тогда било предопределен сегодняшний день Тобирама гордо встал, поклонился брату и повернувшись к толпе поклонился и ей — Надеюсь на ваше доверие и поддержку — опять слышались громкие аплодисменты Хаширама улыбнулся и сделал шаг назад давая вступить своему мужу — На роль главы клана Учиха, назначается кровный наследник, первого главы клана, дуумвират братьев Итачи Учиха и Саске Учиха — где-то послышались одинокие хлопки Сенджу что сразу же ростворялись в тишине Учихи стояли ровно и тихо, Итачи с Саске подошли с Мадаре ставая на колени на положение подушки, склоняя головы к ногам Мадары — Во имя славы, справедливости, во имя силы, присягните кровью о верности тем чьи сердца и жизни в ваших руках — Мадара показал им на стол что стоял по правую руку от него, и братья встали подойдя к столу они взяли церемониальные кунаи и повернувшись к клану они сделали лёгкий надрез на безымянном пальце и в один голос начали говорить — За силу, славу, за войну, присягаем на вечное посмертное служение мы первый дуумвират проливая кровь свою клянёмся, не прольётся ваша кровь попросту и не будут попусту плакать ваши жёны, дети внуки, честь, кровь, и жизнь даём вам за вашу покорность, слава! — порезанные пальцы у каждого ещё кровили и дрожали, для каждого это волнительный момент, права Итачи дрожал из-за боли, но в том нет сейчас сути, ведь речь продолжил Мадара — Те кто не согласны заявите или молчите вечность — и все стоявшие Учихи склонились на одно колено опуская голову в пол, и каждый вскрикивая «Слава! Слава! Слава!» Саске в этом моменте просто растерялся, ведь после Учих склонились и Сендже, лишь по движению руки Тобирамы который подошёл к братьям, и после третьего «Слава» новые главы обеих кланов пожали руки, это выглядело просто великолепно и можно было говорить что союз уже состоялся пока из-за стены дома не послышались хлопки одиноких аплодисментов и оттуда не показались трое, идущие впереди Орочимару и Данзо и за их спиной Кабуто — Жаль не успел немного — язвил своим противным голосом Данзо — с его фразой влетело с десятка 3 бойцов и слышался шорох, пушки були направлены на каждого, с обеих сторон — А я вижу ты не скончался в той машине Итачи, так ещё и на ногах стоит — его злобный смех резал уши Саске кинуло в дрожь, кулаки сжались он был этим церемониальным ножом заколоть эту сволочь. Данзо подонок, что не был учихой ни по крови ни по духу, извечная заноза в заднице, но он считался убитым ещё после инцидента в детстве Саске, что он забил здесь смекнуть не мог не один Учиха — Тише Саске не кипятись — говорил старший беря в руки трость — Что тебе нужно Данзо?! — Я пришёл, чтобы заявить, я есть истинный глава клана, и вы два порождения шлюхи, не имеете права на этот пост — Каковы твои доказательства принадлежности к посту — Прямые — он направил пистолет прямо в лицо Старшему, Кисамэ стоящий рядом напрягся, нервы весели на волоске у всех, понимали это не тот враг с которым можно опустить оружие и говорить, ситуация безвыходная в прямом смысле и нужно оперировать тем что есть. Саске чувствовал будто в плотную те три дула что смотрели на брата и будто не замечал тех двух смотрящих на него, любое движение и они трупы, но движение не слова? — Тебя не устроит если мы сдадимся, ты хочешь нашей смерти я прав?! — Правильно смекаешь — Ну перед смертью можно хотя бы узнать чем ты руководствуешься, я вот отдаю — он выбросил свой пистолет ставая на колени с поднятыми руками, и нет он не слабак просто так по нему сложнее попасть — Хаха и это глава клана, сдался — Данзо подошёл к Саске приставив пистолет к его лбу — Чем я руководствуясь? Да всё теми же методами что и ваш папаша, только против вас Этот уёбок продолжал тираду, а его люди подходили ближе, времени было всё меньше, Итачи всё так же стоял, он доверился брату, тот что-то задумал это было очевидно. Но Саске медлил, он рисковал всем сейчас и это могло не сработать, он слишком не хочет ставить всё на кон от этого медлит, но когда к Итачи подходят на вытянутую трость, его время истекает и он про себя благодарит Мадару за все те 4 месяца тренировок фехтования и владения мечом. Он ниже Данзо поэтому тихо заводя руку за пояс, хватая обрезанную катану, спрятанную спиной за пиджаком и перерезает горло насмерть, второй рукой отводя дуло от себя, выстрелы не звучат лишь долю секунды, ту долю за которую Саске кидает тело на Итачи заставляя того упасть, а сам даётся в дивный танец убивая двоих, а к тому времени убивать было уже некого, когда остался только шум в ушах Сеске без сил упал на колени к нему подошол Итачи протягивая руку — Вставай — сказал он, но прежде чем его возлюбленный хоть как-то отреагировал прозвенел выстрел, приводя в чувства всех они прошетались оставив Кабуто без присмотра, эта змея спрятавшись банально за стеной в нужный момент произведя выстрел и пускаясь с Орочимару в бега Итачи падает замертво. Предатель, проиграв решил хотя бы одного из глав убить. — Сучонок! — и у Саске слетают катушки. Он, повернувшись, начал встряхивать тело будто пытаясь разбудить — Сука да-как ты посмел — кричал Саске обезумев в край, на его глазах были слёзы с кровью пачкая лицо, он казался чистым концентратом гнева сейчас, а когда Кабуто всё же догнали и привели к бьющемся в агонии Учихе он был готов его убить, но ему в лицо только посмеялись, парень напротив уже был готов к смерти, но младший не настолько добр, в гневе он вонзил гильзу ему прямо в глаз превращая то в кровавое месиво, его уже отягивали но он рвался, перед его глазами застило то лицо Итачи, полное шока и пустоты, его глаза с расширившимися в разы зрачками, а в ушах слышался тот хруст будто костей. Но его увели, запирая в комнате на первом этаже ведь по лестнице его банально не удержали б. В комнату вошел Хаширама держа в руках полотенце, и пока двое держали младшего Сенжу приложил полотенце к лицу усыпляя такого буйного главу клана *** В сознание Саске пришёл только через час он резко вспомнил что произошло подрываясь, но его сразу же уложили назад — Тихо лежать принцеса — приказал Мадара, что глава клана благополучно проигнорировал, ему не хотелось сейчас никого видеть, он уверен — та пуля выпущенная под таким углом точно прошила сердце и застряла в ребре Итачи. «Мёртв» эхом раздавалось в глубине сознания Глаза его открыли насильно светя в них фонариком — Съебите все нахуй отсюда, я хочу побыть один — Саске это суперспособность видеть то чего нет и потом разубеждаться что это истина? — звучал тихий низкий голос Итачи улыбался, когда младший кинулся в его объятия и не жалел силы будто забывая о его ногах — Я люблю тебя, только тебя, больше жизни люблю, умоляю не уходи, никогда не бросай меня прошу, пожалуйста— шептал Саске проливая слёзы на плече брата — Я тоже люблю тебя, тише успокойся и сядь дай я взгляну на твои глаза ты ещё не отошёл — кровать скрипнула под весом двоих и друг на друга смотрело две пары глаз, одинаково красно чёрные, только с разным рисунком — Твой рисунок прекрасен, этот Мангёку идёт тебе как никому другому, взгляни — он протянул зеркало — Но как? — по-детски не понимая спросил младший — Дурашка ты же обнимал меня как ти не почувствовал плиты. Я просто солнание от болевого шока потерял, а ты накрутил себя. Глупый младший брат — он щёлкнул того двумя пальцами полбу крепко обнимая, теперь всё было позади *** Спустя неделю всё то же поместье Учиха Мадары — Тобирама да не хочу я объединять филиалы в токио — в который раз повторял Итачи — Но это было бы выгодно — Да сказано тебе, что нет, Я не хочу делить территории с вами! Максимум поддержка силами когда нужно и от о ненападении — злобно сказал Саске не вынося уже второй час переговоров — Ладно хорошо подписываю — сдался Сенджу поставив печатку на последнем документе — Неужели — Язвил Саске ставя подпись — Соглашусь — говорил Итачи прихрамывая покидая комнату и оставляя Тобираму одного — Как нога? — Да ты задолбал, нормально всё — Ну скажи мне это ночью — Да Саске ну полетим домой там утолю я твою хотелку, ну не у Мадары, пожалуйста— Мы прилетим завтра утром, я тебе услышал На что старший только посмеялся Они пережили самые сложные три месяца своей жизни открывая новую главу «Рутина Глав клана», но эту главу мы оставим им… КОНЕЦ