YOU DON'T HEAR, BUT I SAID THAT I LOVE YOU

      Если вы не знали, куда поступить после школы, но у вас был множественный выбор среди высших учебных учреждений, то лучше спросите Чимина - каково это, поступать туда, куда никогда не поступил бы по собственной воле. Он просто понимал, что ему необходимо высшее образование в этом университете (О котором чуть дальше), чтобы потом устроиться на нормальную работу с хорошей зарплатой.       Итог: Чимин — хороший актёр, снимавшийся в рекламе зубной пасты, когда ему было лет эдак пять. Даже вполне себе неплохой танцор в разных направлениях. Особенно, в современных, таких как: джаз-модерн, экспериментал и контемпорари. Но вопреки всем своим талантам, он поступил в Экономический Университет. Какая жалость.        Чимин хотел выжить здесь. Долгое время он пытался просто привыкнуть к этой чрезмерно интеллектуальной обстановке, а не быть белой вороной. Сдал он сессию конечно же на «отлично», на такое отлично, что его чуть не выгнали. Каждую ночь, засыпая с книгой в руках, зубрил понятия и термины. Считал не считаемые числа и читал нечитаемые диаграммы. На парах сидел тише мыши и записывал каждую лекцию на диктофон, дабы ничего важного не пропустить.       На самом деле, он обычный студент. Разве что, он был более чем симпатичным блондином с прозрачно-голубыми глазами, а так, ничего особенного. Но, к сожалению или к счастью для чиминовой социофобии, его не окружало стадо девчонок и мальчишек.       Чимин испытывает настоящий ужас от того, как он будет оценён сторонними наблюдателями. Он почти всегда слишком сосредоточен на самом себе — на том, как он выглядит и как себя ведёт, у него просто не хватает времени на каких-то там друзей и знакомых (Которые у него конечно же отсутствуют). Он и не особо хотел с кем-то начинать общаться, разве что, под дулом пистолета попробует с кем-нибудь познакомиться.       Чимин относится к себе очень требовательно, несмотря на то, что он полный раздолбай. Изо всех сил он пытается произвести хорошее впечатление на окружающих, но при этом уверен, что не сможет этого сделать. Бесчисленное множество раз Пак прокручивает в своей голове возможные сценарии развития ситуаций, если вдруг заговорит с тем, кто провоцируют у него тревогу, анализируя, где и что он мог сделать или уже сделал не так.       Если Чимину и приходилось общаться с кем-то, то только случайно, встревая в разговор со своим дежурным: «Хорошая сегодня погодка, не так ли?» – и ребята благополучно крутили у виска пальцем. Чимин устал пытаться, устал казаться навязчивым и глупым, и, если честно, подзабил на окружающих, погружаясь в свои мысли.

✗✗✗

      На самом деле, у Чимина был один парень на примете, такой же тихий и асоциальный. Это первый раз, когда Пак сам наблюдал за человеком и пытался понять, что его тревожит и о чем он думает.       Этот самый парень учится на третьем курсе, хотя Чимин и не видывал его никогда ранее. По внешности не уступал блондину, даже в какой-то степени был очаровательнее: волосы мятного оттенка, иногда подкручены, но обычно прямые; челка скрывает брови.       Парень был немного выше, чем сам Чимин, но не такой высокий, как остальные учащиеся университета. Стройное, дохленькое телосложение, как раз то, что и привлекало Пака. А одет он был обычно в чёрные облегающие джинсы и худи разных цветов, размера на два больше так точно, и казалось, что юноша утопал в этой одежде, от чего и казался милым, приземленным и добродушным. Видимо, он не особо любил разнообразные принты на одежде, лишь какие-то маленькие значки в виде сердца, или диаграммы пульса. В его мочках красовались пять колец из серебра. Образ дополняли неизменные громадные чёрные ботинки и рюкзачок, отлично вписывающийся в общую картинку. Парень часто носил очки с диоптриями, окружённые чёрной оправой с серебристой гравировкой с внутренней стороны. Пак не знал, что там выгравировано, хотя так хотелось быть в курсе дела, хотя-бы какой-то минималистичной детали в этом загадочном образе тихого парня.       У него, определенно, был свой шарм. Несмотря на его милый внешний вид и лёгкую улыбку, скрывающую зубы, он всё равно казался Чимину каким-то печальным и грустным. Это читалось по темно-карим глазам.       Блондин всегда хотел подойти к нему и поговорить о «чудесной погоде», но на улице красовался снежный февраль и обсудить можно было только внезапно выпавший снег. Тема для разговора появилась, и Чимин уже был готов подойти и на одном дыхании произнести:       — Погода не лётная, но для катания на санках пойдёт.       И потом, либо съежиться от страха и покраснеть как Синьор Помидор, либо унести свои ноги вместе с телом прочь и напрочь. Но он никак не мог себе позволить сделать что-то подобное и снова подвергнуть себя тревожным мыслям о том, что о нем подумают, поэтому всё, что он мог сделать в этот момент – это лишь ходить за ним по пятам и наблюдать за поведением милого юноши.

✗✗✗

      Чимин прошёлся по светлому коридору универа, пытаясь не задеть своими плечами кого-либо, поднялся по лестнице на второй этаж и зашёл в нужный кабинет. Все его мысли были забиты только новоиспеченным красавчиком, что щеголял в больших чёрных сапожках «Челси» по бесконечным коридорам.       Сейчас же, Чимин больше страдает от того, что не может подойти к юноше, а не от того, что подумает этот юноша о нём.       Интерес взял верх.       Но он все же побоялся поговорить с молодым человеком, лицом к лицу, с которым столкнулся, выходя из кабинета. Вместо этого, он быстро подбежал к одногруппнице, которую знал по имени и лихорадочно проговорил невнятное:       — Эй, знаешь того парня? — Чимин провел взглядом мятноволосую макушку и его бросило в жар, от чего он начал быстро заполняться краской.       — И знать не знаю кто он, но могу сказать только то, что он достаточно красивый, — девушка, именуемая И Ынджи, проводила взглядом высокого парня и пожала плечами.       Было видно, что она увидела его впервые, но чтобы не нервировать Чимина ещё больше, не стала спрашивать, есть ли у того девушка и смогла бы она сойти за кандидатуру на её место.       — А ты вообще видела, чтобы он хоть с кем-то общался или разговаривал в перерывах между парами? — пробормотал Пак и виновато сжимал свои руки от волнения.       — Не видела, больше скажу, даже не слышала, чтобы он с кем-то разговаривал, — она снова пожала плечами и улыбнулась парню напротив. — Зато ты сегодня в ударе, молодец! — Ынджи поддержала Чимина, положив руку ему на плечо и снова улыбнулась (Она прекрасно знала, что у Чимина была лёгкая степень социофобии, поэтому похвалила его за то, что он впервые за долгое время поговорил с кем-то).       Казалось, что он только что совершил геройский подвиг, разговаривая с девушкой о парне. Но, только, когда пришёл домой, чтобы взять чёрную ручку и блокнот, в который записывал все свои мысли и ежедневную рутину, он понял, что так ничего и не узнал:       «Привет, Дорогой Дневник! Сегодня я наконец-то заговорил с настоящим человеком, далось это мне трудно, но оказалось даже весело… Я, кстати, узнал кое-что о том красивом парне, про которого я уже тебе писал ранее, ты же помнишь? Половина моих записей принадлежат ему… А помнишь, то глупое признание? Хаха, дневник, я тогда вообще спятил…       Но знаешь, а я ведь так ничего и не узнал, мне бы хотя-бы его мелодичное имя узнать, следом погадать на будущую любовь или может побаловаться с приворожением, хотя он от этого может пострадать» — Пак задумался о том, что ещё может пометить в дневнике и после получасовых раздумий, кинул эту затею, горько вздохнув.       Он включил ту песню, которая из года в год рассказывала ему историю о любви и бросившись головой на подушку, прикрыл глаза.       *1 «You're silent as if you're voiceless, and I'm not eloquent. But I’m sure that society will not be able to break our love union. You don’t hear, but I said that I love you.       Hey, look at me, please…» — Чимин вдруг открыл глаза и резко вскочив, взялся за ручку и что-то быстро начал писать, только, чтобы не потерять пробегающую мимо мысль.       «… А знаешь что, Дорогой Дневник? Думаю, я кое-что придумал, что если я… Я поговорю с ним, но немного по-своему, думаю, ты знаешь о чем я…» — Чимин отложил дневник и полез в шуфлядку с кучей красивых, ажурных листиков для скрапбукинга.       Достал бирюзовый картон с белыми рюшечками и принялся писать своим идеальным почерком что-то похожее не на признание в симпатии от неизвестного, а просто на приглашение о встрече:       «Привет, я хотел бы с тобой познакомиться, ты не против? Можем встретиться за 4 домом около университета, сегодня после пяти…»  — Чимин подумал о том, ставить ли ему какой-то стик в виде сердечка, или же нет, и остановился на том, чтобы приукрасить будущую открытку.       Аккуратно вырезав одинаковые кружочки из разноцветной бумаги и старательно приклеив их, он создал полный хаос на открытке, от чего она выглядела просто потрясающе.       Пак заглянул в коробочку, стоявшую на столе и отыскал пару жемчужных бусинок и маленькую брошку, продел в них нитку и сделал своеобразное украшение на шею.       Чимин закончил к трём часам ночи, не заметив, как быстро пролетело время, думая о красивом парне с ростом ровно метр семьдесят восемь.

✗✗✗

      Время пришло, Чимину пора подкинуть открытку в рюкзак парня, который по-видимому пошёл в кафедру.

✗✗✗

      Если вы будете жаловаться на свой позорный опыт отношений, то можете даже не переживать, лучше попросите Чимина рассказать о том, как он опозорился перед своей любовью при первой же встрече вне универа.

Сегодня на улице снова мело, и в неподходящее время юноша получил подозрительно записку от анонима о какой-то встрече. Хотя Мин Юнги и нужны были друзья, но по его мнению, аноним спятил. Весь оставшийся день, Юнги мыслил о том, стоит ли идти на встречу в такую погоду и кто его будет там ждать.       Переборов все странные мысли, Юнги решил, что было бы неплохо познакомиться с кем-то, раз этот аноним договорился с ним о встрече, значит, он должно быть в курсе о его проблеме или же сказать "отличии"…       Мин решил пойти на встречу, предварительно перекусив. Накинув почти «прозрачный» дождевик он выскочил на улицу и быстрым шагом поплелся во дворы, периодически вздрагивая от холода и покалывания в области рук.       Уже пять часов и десять минут, а благородный Юнги все ещё стоит, ожидая анонима и перекатывается с ноги на ногу, пританцовывая, чтобы не получить в миг обморожение. За эти чёртовы десять минут, он снова покрутил все плохие мысли и сошелся на том, что «Аноним его обдурил, а он такой наивный — повёлся»…

      Пак Чимин сидел дома заполняя свой дневник с чашкой тёплого кофе в руках, начал постепенно записывать:       «Хэй, ДД! Можно тебе похвалиться? Конечно можно… Я подкинул ту открытку о встрече… Но почему-то уверен, что он не придёт… Эх, все безнадёжно, какой дурак придёт на встречу к неизвестному человеку в такой мороз? (Видимо, этим первым дураком стал Мин Юнги)…» — чиминовы мысли прервал предательский писк телефона - «Батарея ниже пятнадцати процентов, подключите зарядное устройство». Чимин раздражённо выдохнул и случайно проверил время.       — Сколько-сколько? — но вместо того, чтобы выбежать на улицу, дабы проверить там ли его новый друг или нет, он снова взялся за ручку.       «… ДД, у меня есть шанс? Думаешь тот красавчик совсем дурак и правда стоит и ожидает меня? Я как-то не уверен…» — Чимин продолжил сомневаться пялясь в блокнот, и тогда ему даже показалось, что ДД ему ответил:       — Что сидим, кого ждём? Ноги в руки и побежал как сайгак, тебя ждут, а ты тут прохлаждаешься.       Пак в школьной форме так и выбежал на улицу в минус двадцать. Уже начало темнеть и где-то за горизонтом опускалось малиновое солнце. Скрываясь за воротом рубашки, он начал перешагивать сугробы. Когда понял, что не видит ничего перед собой из-за обильного снегопада, который мгновенно лепил снеговика прямо на лице Чимина, и за пару минут парень сдвинулся от своего подъезда на пару метров, решил побежать. Предварительно наплевав на то, что его ботинки могут остаться отдыхать в снегу, и ему придётся топать по снегу в носках.       Приятненько. Чимин начал перепрыгивать через сугробы, глотая в обувь хлопья снега. Прыгая как лягушка, он начал ощущать болезненные покалывания в руках. Если бы было светло, то он бы сам офигел от того, как сейчас выглядит.       Пробежав квартала два, он немощно отдышался и понял, что осталось забежать за дом. Времени прихорашиваться не было, да и если там не будет стоять того красавчика, Пак не удивиться, и только лишь немного расстроится, меняя свой курс в обратном направлении.       Чимин взял все свои оставшиеся силы и побежал так быстро, будто занимается лёгкой атлетикой.       Предательски - гладкая кромка льда, скрывалась под обильным слоем снега. Похрустывая, чиминова спина уже лежала на равнине притоптанного снега, и сверху в лицо летели ебучие снежинки.       Пак краем глаза увидел какую-то тощую фигуру напротив него и не долго думая, решил начать истерически смеяться, чтобы человек напротив не переживал; делать снежного ангела, размахивая руками и ногами в разные стороны.       Что сказать, Юнги ахуел.       Когда Чимин закончил свое ребячество - со стыдом поднялся и продрог от холода и боли.       — Привет, — немного помолчав, геройски начал Пак.       Юнги понял, что этот парень явно не знал о его особенности и начал злиться, но на деле, только серьёзно схмурил брови и надменно посмотрел на отряхивающегося от снега Чимина.       — Понимаю-понимаю, я опоздал. Не думал, что ты придёшь, я… Я в шоке так то. Ты не обязан здороваться, твоё дело, — невнятно и смущаясь он начал лепетать себе что-то под нос. И в тоже время поглядывал на стоящего впереди парня.       Тот молча дрожал. Когда Чимин понял, что ему нужно не смущаться, а злиться на никакую реакцию красавчика, он поднял голову на Мина и гордо заявил.       — Ну, чего ты молчишь? Давай знакомиться, я - Чимин, — через силу улыбнулся Пак и протянул руку. Увидев, что она дрожит и немеет, а затем опять заметив никакущую реакцию парня, он понял, что пора бы оставить эту затею.       — Прости-прости, я виноват, ты тоже не тепло одет, у меня есть для тебя подарок, — он виновато, перешагивая с ноги на ногу, протянул украшение на ниточке.       Юнги посмотрел на Пака и сквозь свои хмурые брови и печальные глаза, легко улыбнулся и протянул руку, чтобы взять его. Парень кивнул и засунул в карман худи подарочек на шею.       Пака терзали смутные сомнения о том, понравилось ли ему и мешкался, молча, подумывая о том, что ему нужно делать дальше.       Юнги взял этот шаг на себя и снимая с себя тонкую-тонкую ветровку, накинул на плечи Пака, протягивая ему бледную руку в красных морозных пятнах.       Теперь уже можно сказать, что Чимин ахуел.       Немного подумав, он взялся за запястье Мина и вопросительно посмотрел на того.       Юнги начал быстро идти в неизвестном направлении и тащить за собой петляющегося сзади парня.       — Куда мы? — спросил Пак, нервно поглядывая на старательное лицо Мина.       — Эй, не хочешь меня послушать? — Юнги даже не повернул голову в его сторону.       — Парень! — крикнул Пак и вырвал свою руку, — Юнги, испугавшись повернулся на Чимина.       — Чего молчишь, скажи же хоть что-нибудь или играешь в молчанку?! — Юнги естественно не умеет читать по губам, но по мимике лица Пака он понял, что примерно мог сказать ему тот: «Ты, ублюдок. Куда меня тащишь?» — Юнги оказался прав, когда указал на торговый центр и посмотрел на реакцию Пака.       Тот немного остыл во всех смыслах и подражая Мину - кивнул.       Пак совершенно успокоился, увидев лёгкую, еле - заметную улыбку и поддался напору Юнги. На самом деле, Чимин тоже был не против погреться в торговом центре.