YOU DON'T HEAR, BUT I SAID THAT I LOVE YOU

      — «Дорогой Дневник, здравствуй ещё раз. К счастью, я наконец понял, что со мной не так, я просто дебил, вот и все... :/ Я только что так облажался! Я должен был взять всю волю в кулак и поцеловать его, но я просто смылся как трусливая девчонка. Можно я просто буду сидеть дома и никуда не высовываться?.... Надеюсь, он меня простит...» — Чимин откинул ручку и зашёл в заметки на телефоне.       Перечитывая короткие отрывки сообщений, через которые они счастливо общались ещё днём, Пак разрыдался:       — Ох, как же тяжело быть сентиментальным, — сказал он, протирая красные глаза. Пак начал гуглить очень интересные и непонятные для себя вещи: — «Сири, язык жестов», — отчётливо и по буквам произнёс Чимин и Сири выполнила приказ, открыв вкладку с алфавитом.       Пак мучался всю ночь, пытаясь запомнить гласные буквы и выучил простые фразы. Чимин сам удивился, когда на какой-то вкладке нашёл переводчик с обычного языка на язык жестов. Он запомнил очень важные для него слова: «Здравствуй», «Как дела?», «Хочешь погулять?», «Скучал по мне?» и самая главная: «Юнги, мне не обязательно слышать твой голос, чтобы любить тебя».       Пак провел почти бессонную ночь в попытках запомнить как можно больше информации, но запомнил её лишь частично. Нужно было практиковаться ещё.

✗✗✗

      Если вы когда-нибудь чувствовали, что после первого же свидания, вас ненавидят, то Чимин может тоже похвастаться этим.

1 день

      Пак сегодня бродил по коридорам школы ещё более в печальном настроении. Помимо этого, он видел Юнги очень редко, а именно в то время, когда тот выходил из аудитории по английскому. Мин не обращал на него внимания, и даже не смотрел в его сторону. Пак разочаровался и хотел снова зарыдать прямо там на месте, но сдержался.

2 день

      Чимин продолжал учить язык жестов сам того не замечая, но ему было интересно. Он не знал зачем делает это, ведь успел накрутить себя до такой степени, что ночью остановился на мысли, что Юнги просто ненавидит его, или у него жуткое отвращение к Паку. Тогда зачем Чимин так старается, если можно просто забыть человека и стереть из памяти?       Фразы давались более легко, чем отдельные слова, но было тяжело запоминать сам порядок выполнения жестов.       В университете Чимин не видел Юнги, он хотел ему написать, хотел позвонить, чтобы Мин обратил внимание на то, что Пак хочет что-то сказать или просто напомнить о том, что существует, телефон же есть, но думал, что будет слишком навязчив.       Думал, что очередной человек разочаруется и бросит его, и тогда Пак окончательно закроется в себе.

3 день

      Чимин за целый день непрерывных мыслей решил, что делает какую-то глупость и откровенную дичь, это и вовсе привело к тому, что он бросил затею выучить язык жестов.       Он злился на себя, злился на Юнги, злился на весь мир за то, что скучает по нему так сильно.       Хотелось на секунду увидеть Мина и обнять его хрупкое тело. В университете Юнги не было.       Пак даже нашёл его в телеграмме и попытался напечатать плачевное сообщение о том, как он сильно его любит, но не отправил. Просто побоялся...

4 день

      Пак немного исхудал, ведь есть ему совсем не хотелось. Приходил на пары, уходил с пар, завалился на кровать, включал свою любимую песню и только с сегодняшнего дня, он начал вдумываться в слова.       Если бы не Юнги, Чимин бы и не понял, на сколько эта песня описывает их отношения, на сколько в этой песне читался крик души автора, а автор, по видимому, был Пак Чимин...

5 день

      Чимин знатно захотел есть, а поэтому, теперь уже он, а не Юнги - решил не идти на пары и сидеть дома, чтобы просто есть всё, что только под руку попадётся. Но он этого не сделал, а лишь налил себе чая и пошёл в комнату, чтобы сесть за ноутбук и ДД.       «You're silent as if you're voiceless, and I'm not eloquent. But I’m sure that society will not be able to break our love union. You don’t hear, but I said that I love you.       Hey, look at me, please…»  — Чимин записал строчки песни в дневник и увидел только одно отличие их отношений от этой песни: в песне всё портит общество, а у них - Чимин.       Он не мог больше терпеть отсутствие Юнги в его жизни.       Под вечер, Пак потерял голову и захотел поступить как настоящий Ромео.       Чимин решил, что должен написать Юнги, но не просто написать, а прислать видео в котором он языком жестов предлагает встретиться. Так он и сделал, установил телефон ровно, облокотился о подушку и сел перед камерой, чтобы начать показывать маленький фрагмент жестов. — «Юнги-я, здравствуй. Хочешь меня?» — Пак не был уверен в правильности показывания последней фразы, но подумал: «И так сойдет!» - и отправил не проверенный вариант Юнги.       — Бля, погодите, а что я сказал? Как это переводилось? Я показал другой жест, вроде, но надеюсь, это просто никак не переводилось! — нервничал Пак и решился на маленькую хитрость.       — Как устроена эта социальная сеть? Так, удалить? Да, — Чимин со спокойной душой удалил сообщение, но в ходе загрузки удаления, он увидел всплывающее окошко «просмотрено Suga_Candy».       — Блять, он успел?... — взялся за голову Чимин, — ладно, меня не должно это волновать, он хотя-бы поймёт, что я очень сильно скучаю. — Подумал Пак и стал ждать ответа на его интересное сообщение.       Пак начал часто проверять телефон в надежде, что Мин ответит, но совсем отчаялся, когда тот вышел из сети десять минут назад.       Через полчаса рыданий Пака, его прерывает тихий «дзынь» и он радостный смотрит в телефон на всплывающие уведомления от ютуба, но никак не от Юнги.       «Ясно», — протянул под нос Пак.       Чимин накинул куртку и по памяти поплёлся из дома, находя музыкальную школу-46.       Зайдя в здание и найдя тот открытый большой класс, где стояло грузное фортепьяно, за которым в прошлый раз сидел Юнги, он остановился.       Сейчас Чимин его не обнаружил.       Пак сделал пару шагов к музыкальному инструменту и уселся поудобнее на школьный стул, перебирая, стоящие на подставке ноты композиций.       Он ничего не понял (кто бы мог подумать), поэтому, чтобы вспомнить хоть что-нибудь с уроков музыки в начальных классах, начал играть двумя пальцами вальс собачек, только на две октавы ниже, чтобы все окружающие ахренели о того, как Паку сейчас одиноко.       Юнги пришёл на середине «игры» и увидел, как Чимин почти лежит на фортепиано, доставая до басовой октавы. Мин был удивлён и несказанно рад видеть своего «друга¿» тут, но он не понимал, какого чёрта его «друг¿» тут забыл.       Пак начал хныкать и ладонью бить по клавишам отчего Юнги вылупил глаза и сморщился.       Когда Чимин закончил своё выступление, он начал часто дышать и шёпотом крыть на себя матом.       Пак услышал какие-то шорохи и резко повернулся назад. Он увидел тёмную фигурку любимого парня, что смотрел прямо на него, облокотившись рукой о стену. Это был тот парень, которого он так хотел обнять все эти дни, когда не видел Мина после расставания.       Юнги, заметив растерянный взгляд перед собой, начал подходить ближе и не отрываясь от глаз «друга», он начал опускаться.       Мин стоял на коленях и взял ладонь Пака в свои. Юнги закрыл глаза, а внутри Чимина бушевали приятные эмоции: и теплота, и приятная неожиданность, и нежность, а самое главное - осознание ситуации.       Чимин начал улыбаться и краснеть.       Юнги открыл глаза и легко улыбнулся, но когда Пак накинулся на него с объятиями, повалив на пол, Юнги начал искренне улыбаться и в ответ обнимать Пака.       Чимин поднялся с Юнги для удобства и восседал на его бёдрах, доставая телефон.       — «Что я тут сказал?» — напечатал Чимин и передал телефон парню.       — «Хочешь меня?» — ответил Юнги и улыбнулся. Чимин смутился и улыбка спала с его лица.       — «Что? В каком смысле?» — напечатал Чимин и в неком ожидании смотрел на Юнги, считая, что тот с такими вопросами, мог и поцеловать его уже.       — «Вот и я не понял, когда мне пришло такое письмо от тебя! :)» — Юнги начал смеяться, увидев как Пак виновато на того посмотрел.       — «Прости, Юнги-я, прости», — начал жестами показывать Пак, чем очень порадовал Мина.       — «Всё хорошо, не беспокойся, с кем не бывает», — напечатал Юнги, понимая, что его друг не сможет понять всего, что он мог бы показать, но все было, возможно, впереди.       Пак был озадачен и не знал, что ему делать сейчас. Ответить на такое странное сообщение было бы единственным вариантом, но он не знал, что мог бы написать, кроме: «Ясно», «Понятно» и «Окей». Чимин был обеспокоен тем, что сейчас сидит прямо на бёдрах Юнги, в музыкальном классе вечером, а Мин лежит на холодном полу.       Пак начал вставать и Юнги жестами показал: «Эй, ты куда?».       Чимин посмотрел на него не понимая ни единого жеста и напечатал: «Пойдём сядем, а то простудишься».       Юнги поднялся с пола и последовал за Чимином, который прошёл за последний ряд в классе и уселся за маленький стульчик.       «Юнги, мне нужно кое-что тебе сказать, только не перебивай пожалуйста», — напечатал Чимин и передал телефон другу.       Пак не знал, как мог бы отреагировать Мин, но захотел признаться в чувствах именно сейчас, прямо тут и в этой, как ему показалось, очень романтичной обстановке.       «Хорошо», — показал медленно Юнги и напечатал продолжение на телефоне: «Только позволь мне тоже кое-что сказать?».       — «Тогда, ты первый», — Пак поступил хитро, оттягивая признание на потом и погружаясь в полную интригу от написанного сообщения Юнги.       Мин улыбнулся и начал печатать длинное сообщение, чем очень напряг Пака:       — «Чимин, не знаю как тебе это преподнести и не знаю, что я могу почувствовать при этом, но очень хочу это сказать побыстрее. Я был очень расстроен в тот вечер, когда ты убежал, проведя меня до моего подъезда, ты не дал мне времени сделать кое-что важное, я не знаю почему ты так поступил, но я должен сказать прямо сейчас, что...» — Юнги протянул Чимину телефон и тот волнуясь начал бегать глазами по строчкам.       Мин продолжал улыбаться и как-только Пак поднял глаза всё прочитав, Юнги приблизился.       — «Что ты хотел сделать и что сказать?» — Пак догадывался о чем-то хорошем, но все равно хотел увидеть это своими глазами, а не догадками.       — «Чимин, можно мне тебя поцеловать?» — Мин начал медленно показывать жестами и следить за реакцией младшего.       Пак понял все до мельчайшей детали, потому что выучил эту фразу для того, чтобы спросить это у Юнги, на случай, если понадобится. Чимин притворился, что не понял ничего, но внутри ликовал от счастья.       Юнги расстроено посмотрел на Пака и быстро напечатал: «Не понял?» Продолжая сидеть близко к Паку.       Чимин долго сидел не отвечая на вопрос, а потом робко кивнул и жестами показал: «Можно». Пак растянулся в улыбке и снова начал краснеть, хотя в темноте это было не заметно.       Мин был шокирован этим, но так как ему разрешили, он начал тянуться на встречу Чимину, и поэтому уже прикрыл глаза в ожидании нежного контакта.       Коснулся мягких губ и растаял.       Чимин покрылся приятными мурашками и положил руку на коленку Юнги.       Мин начал дарить медленные и осторожные поцелуи, держа Пака за затылок.       Чимин оторвался от губ и оставил несколько поцелуев на шее старшего, а потом посмотрел на его реакцию.       — «Чимин-и, ты хотел мне что-то сказать?» — Юнги напечатал на телефоне и облизал свои губы. — «Да, Юнги-я, знаешь, мне не обязательно слышать твой голос, чтобы любить тебя», — медленно стал показывать Пак, у которого такая фраза заняла около тридцати секунд.       Юнги, наверное, первый раз в жизни так растрогался и начал плакать со счастливой улыбкой на лице.       Пак обнимая его гладил по спине, пока тот не успокоился и не выровняв спину, посмотрел на Пака жизнерадостно.       Чимин впился в губы старшего и этот поцелуй в отличии от прошлого был ещё и страстным.