Эксперимент

— Милый, тебе двадцать восемь… Мы никогда не были сторонниками брака по договоренности, как Забини или Паркинсоны, но время идёт, а ты всё так же одинок… Мы беспокоимся… — красивая женщина смотрела на молодого мужчину тепло и нежно, но черты лица немного исказились, проявляя волнение. — Да, сын. Можешь поверить, нам с мамой важно, чтобы ты был счастлив, и возможно, раз твой свободный поиск не дал результатов, мы могли бы помочь… Астория… — Я никого не искал, отец. Уже давно никого не ищу, если быть точным… Мне… — блондин перебил мужчину немного бесцеремонно, и карма вернула ему его нетактичность в виде громко стукнувших приборов при перемене блюд официанткой. — Прошу прощения, — девушка вышколенно извинилась. — Могу я предложить вам что-то ещё? Получив отрицательный ответ она, наконец, удалилась, но продолжить своё: «Мне хорошо одному» Драко было не суждено. — Я понимаю, что тебе может быть страшно раскрыть кому-то своё сердце. После истории с Ромильдой, а потом Дин… Они все были не твоего круга, но ты любил, и был слеп… Но сейчас ты никому не даёшь шанса показать себя. Астория… — Да что вы заладили! — не удержался от резкого высказывания виновник сегодняшнего ужина. — Астория не в моем вкусе, как и любая другая девушка. Ромильда была ошибкой юности, но я благодарен ей за то, что она помогла мне понять себя. И стоило это всего несколько десятков тысяч фунтов. Не такая и дорогая цена… Официантка — на бейдже значилось «Миа» — снова подошла и долила в опустевший бокал вина. Весь вечер, вот уже почти сорок минут, она обслуживала этот столик, невольно став зрителем семейной театральной сцены — родители убеждали наследника жениться. Она жадно глотала каждое слово. И не нужно осуждать, не зная всей истории! «Миа» делала это не из простого любопытства. Девушка находилась в процессе написания диссертации, надеясь получить звание магистра в дисциплине «Семейная психология». Этот ресторан она выбрала именно потому, что публика, здесь собиравшаяся, полностью соответствовала теме её работы. Опыт юношеских подработок помог ей устроиться, а статус заведения предполагал, что каждый столик с важными гостями обслуживает один официант. Но сегодня её профессионализм дал сбой. Этот бедный мальчик, воспитанный в строгом соответствии с семейными традициями, обязан был выслушивать один и тот же диалог вот уже который раз, и «Миа» была уверена, что это не первый ужин с подобной темой. И хотя конкретно эти гости не настаивали на том, чтобы с кем-нибудь его познакомить, или ещё хуже, на браке по договоренности, они его уже порядком достали, раз он позволил себе такой всплеск эмоций. Девушка сочувствовала ему, и вместе с тем, не могла понять, что же его — очень привлекательного, очевидно богатого, вполне образованного и интересного парня — удерживает от отношений. Из разговора было очевидно, что ему не нужен брак, не в контексте социального устоя, а с позиции душевной привязанности. Однако более серьёзные выводы делать было рано, вот будь он у неё на приёме… Впереди предстояла очередная смена блюд, и по расчётам официантки гости не задержатся здесь более получаса. Она ловко пропустила коллегу с подносом и почти уже прошмыгнула на кухню, когда увидела знакомую вихрастую макушку. У неё в запасе была пара минут, потому она, дождавшись, пока знакомый её тоже увидит, глазами стрельнула на боковой выход и скрылась за дверями. — Привет, подруга! Я чего-то не знаю, или это очередной эксперимент? — Гарри обнял девушку, стараясь не помять её униформу. — Думаю, ты многого не знаешь, но про эксперимент ты угадал. Как ты? — Я снова свободен как ветер. Акции растут, поменял машину, в общем… — В общем, ты снова налажал в отношениях? — девушка глянула на часы, понимая, что для длинной беседы времени нет. — Не понимаю, почему нужно всё усложнять? Если нам хорошо вместе, зачем что-то постоянно пытаться улучшить? Этим только вреда больше причиняешь… — парень растерянно взлохматил волосы. Тут, глаза девушки загорелись: — А хочешь провести эксперимент в эксперименте? — по фанатичному блеску во взгляде стало ясно, что сейчас прозвучит просьба. — Я не отделаюсь? — «Миа» покачала головой. — В общем, слушай… Спустя десяток предложений, которые девушка уже на ходу втолковывала немного растерянному, но всё же взбудораженному адреналином от предстоящего парню, они оказались у входа в зал. Официантка указала на столик, где сидели её гости, и молнией улетела за десертом. Гарри дождался, пока она расставит тарелки на столе, убрав лишнее, и, выдохнув, пошёл навстречу приключению. Это был не первый раз, когда немного повёрнутая на социально-психологических экспериментах подруга просит его о чём-то подобном. Но смелости и бесшабашности парню было не занимать, а за помощь в таких вот странных вопросах, Гермиона всегда щедро расплачивалась своими профессиональными советами, да и просто надёжным тылом в сложные минуты его жизни. Парень подошёл к Драко со спины, словив удивлённые взгляды его родителей. — Дорогой, ты же сказал, что у тебя сегодня деловая встреча… — он сделал шаг в сторону, чтобы удивлённый мужчина смог на него посмотреть, и застыл. Перед ним сидел Драко Малфой. Несносный задиристый мальчишка, который подпортил ему жизнь в средней школе. — Вот так сюрприз, Поттер… — Драко непонимающе и дерзко на него смотрел, пока Гарри судорожно пытался понять, что хуже: подставить подругу и не провести эксперимент, или просидеть с родителями такой занозы в заднице ближайшие двадцать минут, разыгрывая роль его жениха. Гермиону подводить не хотелось. — Не ожидал тебя здесь увидеть… Может представишь своего жениха? Драко бы обязательно переспросил у него, с какого лешего вдруг Поттер заделался его женихом, как его мама воскликнула: — Жениха? Так вот почему ты давно никого не ищешь, Драко! Это ведь замечательная новость! И когда вы планируете свадьбу? Драко тяжело вздохнул: — Отец, мама, позвольте представить вам Гарри Джеймса Поттера, — он замолчал, пытаясь понять, как себя вести в этой ситуации, но, увидев интерес родителей к его «жениху», он наконец почувствовал, что может вздохнуть свободнее. Будто огромный груз родительских чаяний упал с его плеч. — Поттер, знакомься, это Нарцисса и Люциус, мои родители. Не так я представлял вашу встречу, дорогой. — Но ты и не слишком торопился… Два года — это всё же приличный срок… — Мы вообще не слишком торопимся, ведь так? — голос Драко прозвучал угрожающе, пока его мама оценивающее рассматривала «жениха», а отец пытался осмыслить происходящее. — Ты ведь знаешь, что мне некому тебя представить… — чуть укоризненно и обиженно произнёс Гарри, и ему отчего-то захотелось, чтобы Малфою и правда стало стыдно за свой выпад, так, будто ему не всё равно. В школьные времена он мастерски выдумывал всё новые и новые оскорбления, зная, что Поттер живёт с тётей и дядей, а не со своей родной семьёй. — О! Как же так! — воскликнула Нарцисса, пока «Миа» ставила бокал с водой и приборы перед новым гостем. Гарри попросил кусочек торта и крепкого кофе, отпустив официантку, и вернулся взглядом к женщине напротив. — Мои родители умерли, когда мне был год… Поэтому я жил с родственниками, а сейчас вот, совсем один. Был бы, если бы не Драко, — он едва не запнулся, произнося его имя. Гарри протянул руку на столе, чтобы прикоснуться к ладони своего «жениха». Прикосновение вышло неловким, но тёплым. Малфой склонился к нему, якобы, чтобы оставить поцелуй, но сам прошептал в ухо: «Что ты творишь, идиот!» — Это очень печально, мистер Поттер, — сказал Люциус и немного сощурился, — А мы не были знакомы ранее? — Не думаю, мы с Драко не особенно дружили в школе, а вот когда снова встретились… Подружились… — Гарри посмотрел на Малфоя, всем видом пытаясь показать нежную привязанность, и ему это, пожалуй, удалось, потому что Нарцисса улыбнулась. У того дёрнулся глаз, но он ответил молча, переплетя их пальцы и прожигая Поттера ненавистным взглядом, пользуясь тем, что родители отвлеклись на разговор. — Гарри, а какие у вас планы на вечер? Мы хотели бы пригласить вас к нам домой. — Мы с Драко собирались провести субботнюю пробежку по парку, так что я свободен до разумного времени. Всё же ранний подъём… — Драко, ты бегаешь? — в шоке уставился на него Люциус, но потом быстро взял себя в руки. — Отец, давай ты не будешь лезть в мою жизнь, — грубо ответил Драко, пока Гермиона на заднем фоне яростно мотала головой. Она хотела увидеть реакцию родителей на неожиданную новость о помолвке, но никак не влезать в чужую жизнь. Она не до конца поняла, что произошло, но кажется, эти двое были знакомы, и это в корне меняло всю суть эксперимента для них. Но не для старшего поколения. И девушку разрывало от желания извиниться и всё свернуть и одновременно жажды продолжить изучение этих отношений. — В Мэноре прекрасный парк, я уверена, что вам понравится там бегать, пожалуйста, примите наше приглашение. Я бы очень хотела узнать, почему мой сын скрывал от нас свой выбор так долго. — Ну, он никогда не любил делиться… Или показывать свои настоящие чувства… — Драко, молчавший всё это время, задохнулся возражением. Потому что это было правдой. Вот только, откуда шрамоголовому об этом знать? — Как я могу отказать вам? «Миа» принесла заказ, и Малфой-младший невольно поразился, насколько грациозно и легко Поттер орудовал вилкой и поддерживал беседу. На самые разные темы. Тарелки опустели, а Люциус всё продолжал спорить о современной внешней политике Британии. И Поттер уверенно ему отвечал. Драко подумал, что, если выходные в обществе этого недотёпы станут платой за то, что родители от него отвяжутся, наконец, со своими матримониальными планами, то он готов это стерпеть. Нужно только узнать, зачем это очкарику. Правда, сегодня он был без очков, но сути это не меняло. Когда родители отошли в уборную и парни остались у выхода, чтобы подождать их, Драко наконец прижал «героя» к стенке: — Зачем ты это сделал, Поттер? И зачем согласился на выходные в Мэноре? Что тебе от меня нужно? — Так, Малфой, ты слишком близко стоишь, в школе это казалось невинным, но сейчас… Или прижмись сильнее, или отвали, а не то я за себя не отвечаю, — парень не ожидал подобной дерзости от задохлика Поттера, поэтому растерянно отошёл на шаг. — Итак, ответы: на первый — подруга попросила, на второй — сам не знаю, на третий — ничего. — Сколько? — по-своему понял его ответ Малфой. — Ты про деньги? — Гарри рассмеялся, а потом вдруг осёкся. — А что, серьёзно, ты хочешь мне заплатить за то, чтобы я отвалил, или всё-таки за то, чтобы и дальше продолжил этот фарс? Я же заметил твоё облегчение от того, что вопрос о свадьбе, наконец, перешёл ко мне… Ладно, расслабься, — внезапно он хлопнул его по плечу, — ты отлично держал лицо. Просто я за годы нашей вражды научился его читать. Считай это инстинктом самосохранения… Что до денег, у меня их достаточно… Малфой истерично пытался сообразить, кто перед ним, как с ним себя вести, что им делать дальше. Столько неожиданного и нового он увидел в этой бестолочи, да ещё и призрачная возможность отделаться от вечных стенаний родителей о его одиночестве… Но это же замарашка Поттер. Предложил помощь, точнее влез в их разговор с грацией слона и просто решил эту проблему. Была, правда, одна загвоздка. Как все выходные разыгрывать пару, если они ничего друг о друге не знают? Что делать? — Замри, — так вовремя послышался ответ на незаданный вслух вопрос. Поттер приблизился к его лицу, переплетая их пальцы, и нежно, невесомо поцеловал его в уголок губ. Потом прошептал непонятно почему послушавшемуся Драко. — Твои родители вышли, — он соединил их лбы, будто разговор был о чём-то интимном, личном, — и они на нас смотрят. Так что имей в виду, лицо нужно сделать попроще, иначе прогорит наш с тобой план. — Какой план? — в тон ему ответил Малфой, притянув их руки к своим губам для того, чтобы поцеловать костяшки чужих пальцев. И от этого странного, очень мужского поцелуя, Гарри забыл вдохнуть. Однако хитрый и цепкий взгляд визави быстро привёл его в чувства. — Ну, мы выпьем по бокалу чего-нибудь крепкого, завтра побегаем, думаю, ты найдёшь, чем ещё меня развлечь, чтобы держать подальше от родных. За это время мы придумаем историю, а потом я сошлюсь на срочные дела, и свалю от тебя подальше. А через полгодика, или на сколько там у твоих хватит терпения, расторгнешь нашу помолвку, и тогда тебе снова предстоит испытание собственных нервов на прочность… — А тебе-то с этого что? — Считай это альтруизмом чистой воды. Или считай, что я адреналиновый наркоман, или что хочешь думай. Я тебе уже всё сказал… За время разговора они так близко подошли друг к другу, что шептали слова почти что в губы, делясь дыханием. И это было странно, потому что такие моменты обычно наполнены сексуальным напряжением или агрессией, но между ними словно был арктический лед. Холодный расчёт. Ничего личного. Вечер продолжился именно так, как и говорил Поттер. Они просидели почти до часу ночи, разговаривая за бокалом виски, старательно обходя тему их взаимоотношений. Драко с удивлением узнал, что его «жених» владеет небольшой логистической компанией, но к управлению ею почти непричастен. Он вложился в скромный бизнес своих друзей, по сути дав им огромную сумму в пустоту. Но спустя четыре года дело разрослось до вполне достойного предприятия. Уизли были точными и скрупулёзными в плане внешнеэкономических связей. Рону пришлось перебраться на континент, чтобы поддерживать дело «на месте», и сейчас компания Поттера вполне успешно занималась поставками по всей Западной Европе. Сам Гарри заработал совсем небольшой капитал сразу после школы, разработав инновационный подход к контекстной рекламе, и его компаньон Финниган очень щедро отплатил ему за его идею. Сейчас у Симуса была огромная компания, и нигде даже не упоминалось, что его первый успех был делом рук совсем другого человека. Поттер же, получив деньги, удачно вложил их в несколько стартапов, и, в итоге, сейчас у него было небольшое состояние. В ближайшее время он планировал вложить деньги в ещё одно предприятие Уизли, на этот раз — близнецов. Драко поражался, насколько непредсказуемым было их будущее — он никогда бы не подумал, что эти оболтусы могут быть такими цепкими предпринимателями. Они были скорее шутами в школе, и хотя учились на пару классов старше, были всеобщими любимцами учеников за их вечные розыгрыши. Компания Драко презирала их за плебейские развлечения, но втихаря тоже пользовалась их идеями. Да и в рыжем Уизли, что учился в их параллели, он не угадал бы дельца. Однако дело обстояло именно так — Гарри владел их компанией, очень лестно отзываясь о нём, как о надёжном товарище. — Вы же дружили с ним, просто не разлей вода… — ляпнул Малфой-младший, не подумав, что если они с Поттером и правда два года вместе, то он уже должен всё об этом знать. — Я же рассказывал, что у нас не сошлись взгляды на жизнь… А подробности не очень интересны, милый… — Мне есть о чём беспокоиться? — спросил Драко, пытаясь выкрутиться из этой ситуации. — Ты всегда уходишь от этой темы! — сыграть обиженного и оскорблённого стало лучшим решением. — Ну, перестань дуться… — Драко так широко распахнул глаза на это простое высказывание, что Нарцисса засмеялась. Гарри наигранно вздохнул: — Ревнивец… — и перевёл глаза на камин. — Просто Рон тешил себя надеждами, что породнится со мной через их младшую сестру, Джинни. И едва та закончила школу, стал сватать мне её. У нас с ней до сих пор очень тёплые отношения, близкие, дружеские, — в этот момент Малфой как-то непонятно для себя напрягся, — но очень далёкие от романтичных. И в очередной раз, когда Рон едва ли не заставлял меня прийти в гости на свидание, намекая, что дом будет свободен для нас двоих, я сказал ему, наконец, что я стопроцентный гей. Он этого не принял. У нас уже были деловые отношения, их семья потихоньку стала выбираться из долгов, и он не мог позволить себе просто разорвать наше общение. Но с того момента дружба наша ушла в прошлое. — Это так грустно, — протянула Нарцисса, глядя на свой бокал, — когда долгая дружба рушится из-за предрассудков… — Ну, Рон вполне сносно относится к своему брату Биллу, который уже почти четверть века счастливо живёт со своим мужем. Они зарегистрировали отношения лет пять назад, а до этого долго проверяли друг друга. Просто мой друг очень рассчитывал, что мой капитал отлично дополнит бюджет их семьи. И не смог простить мне того, что я не люблю Джинни, как девушку. Так что, здесь дело в кое-чьей меркантильности, а не в предрассудках. — он немного помолчал, стараясь не выглядеть подавленным. — А как Драко вам рассказал? Он никогда не затрагивал эту тему… — Если быть точным, то сделал он это минут за десять до знакомства с тобой. Мы лет с восемнадцати знали, что он обращает внимание на оба пола, и вполне лояльно к этому относились. А сегодня он однозначно высказался, что девушки его больше не привлекают… — Люциус решительно опрокинул остатки напитка. — Так же, как и другие парни… — расслабленно бросил Драко, глядя на Поттера немного пьяным взглядом. Гарри был не уверен, что тот осознавал сказанное. Нарцисса не смогла сдержать улыбку, и Гарри был благодарен ей за то, что она смогла опустить фразу: «это так мило». Но всё же на лице всё было написано. — Думаю, нам пора расходиться. Драко, ты вполне мог бы показать Гарри свою комнату. Мы все достаточно взрослые люди, чтобы стелить вам в разных спальнях… Малфой тяжело вздохнул, но его вздох утонул в ответе Гарри: — Огромное вам спасибо за приглашение. Мэнор прекрасен, я много слышал о нём, и мне не терпится увидеть ваш сад и парк. Драко говорил, что у вас живут павлины… Дорогой, — Гарри протянул руку, явно намекая, что им пора, — покажешь мне свою спальню? Оказавшись за закрытыми дверями, первое, что спросил Драко, это: — Это все правда? Про Уизли, про бизнес, про твоё детство? — Да, — Гарри рассеянно пожал плечами, осматривая помещение в серебристо-зелёных тонах. — А зачем мне врать? Намного легче поддерживать легенду, если в мелочах не приходится путаться. Знаешь, здесь очень много тебя, — он закончил осмотр и взялся за борта пиджака. — Ванная у тебя своя, или мне придется блуждать по тёмным коридорам Малфой-мэнора в поисках? — Своя, Поттер. Как так вышло, что ты теперь такой… — алкоголь развязал язык достаточно, чтобы его владелец поддался любопытству. — Какой? — он усмехнулся, глядя прямо в глаза Малфоя. Тот на мгновение утонул в зелени глаз напротив, но смахнул наваждение. — Уверенный, подкованный, интересный… Куда подевался парень, который откусывал в школьной столовой кусок от мяса, напрочь игнорируя ножи и правила этикета вообще? Ты же был… — Это было давно, Малфой. Я учился. Много, долго, нудно. Держать нож и вилку, проявлять тактичность и дипломатичность, вести себя в обществе. Много чему учился. Работать после школы мне почти не пришлось. Я как-то сразу поймал волну и живу на дивиденды от моих вложений. Но это не значит, что я, как Нотт или Забини, кучу, прожигая жизнь. Я учился и учусь почти всё время. Финансам, экономике, культуре, этикету, языкам… Я пока не нашёл дело своей жизни, но мне интересно познать лимиты моих возможностей, и вместе с тем, мне нравится помогать людям. И как только у меня появилась возможность, я стал это делать… — Тогда почему ты один? Или мне ждать ревнивых писем от твоего мужа или бойфренда? Гарри рассмеялся, расстёгивая рубашку и стаскивая её через голову. — Мне придётся одолжить одну из твоих футболок, ты же не против, милый? «Милый» в это время завис, глядя на точёное тело под рубашкой. Её силуэт скрывал всё это время такое великолепие, что Драко тут же захотелось её разорвать на мелкие кусочки. — Чёрт, — отозвался Драко, непроизвольно облизывая губы, — у меня слишком давно никого не было… — В этом наши ситуации схожи… Ты что-то предлагаешь, или просто жалуешься на отсутствие личной жизни? — но Малфой не ответил на сарказм. Он просто глазел на чётко очерченные линии груди, сильные руки, преступно узкую талию и широкую резинку от известного бренда белья, выглядывающую из-под брюк. Его взгляд остановился на блестящей пряжке ремня, и он, не думая, озвучил свою мысль: — С таким телом, ты наверное и ниже пояса выглядишь богоподобно… — Гарри не стал испытывать его терпение и несколькими чёткими движениями разделся догола, не стесняясь своего тела ни в каком из его ракурсов. Драко шумно сглотнул и продолжил: — И трахаешься, как Бог… — Хочешь проверить? — смешинки в глазах Поттера говорили за него. Он ехал сюда, сам не зная, зачем. И их ледяной разговор, вроде, оставил однозначное впечатление. Ничего личного. Только сейчас, глядя на пожирающего его глазами Малфоя, он не на шутку захотел. Не столько поставить его на колени и выдавить каждый возможный стон из его горла, сколько увидеть, насколько сильно этот холодный блондин может его хотеть, насколько прилежно он будет сосать и просить, умолять о том, чтобы его взяли… Чтобы Гарри его взял. — Хочешь попробовать? Малфой ещё раз сглотнул и сделал жест в сторону ванной: — Тебе туда… — он отвернулся, пытаясь взять себя в руки. Выйти из комнаты было никак нельзя, родители однозначно будут в курсе, так что пришлось экстренно влепить себе пощечину, чтобы как-то заставить мозги работать. Какого чёрта вообще?! После Дина ни один мужчина не вызывал в нём таких откровенных желаний. Но тот был очередным охотником на деньги, хоть и обставил всё куда элегантнее мисс Вейн, которая вполне незамысловато разводила его на подарки и крупные суммы на карту. После их расставания Драко ни разу больше не хотел подставиться, предпочитая самому занимать активную позицию, доводя случайных любовников до безумия, но не испытывая и сотой доли того удовлетворения, что было с Дином. Лишь однажды Малфой, переживая очередную волну тоски по любимому мужчине, который оказался очередной подделкой, напился до такой степени, что позволил незнакомцу из клуба затащить его к себе домой. Он не соглашался на роль нижнего, он даже сопротивлялся первое время, но его грубо бросили на диван, придавили своим телом, и противиться расхотелось. Он почувствовал себя слабым, беззащитным перед нависающим над ним парнем, и попросил позаботиться о нём… На утро, ощущая, что тело довольно и сладко болит, чувствуя, что этот случайный секс выбил из него всю меланхолию и ностальгию, он испугался и сбежал, игнорируя стойкое желание ещё раз оказаться на чьём-то члене. Придя в себя уже дома, он с ужасом вспоминал, что вёл себя, как отвязная шлюха, просил о таком, что на трезвую голову вслух точно не произнести, и делал воду в душе всё холоднее и холоднее. Понимание, что ему понравилось быть использованным, что это заставило его наконец выбросить мысли о Дине из головы, настолько сильно вогнало его в панику, что с тех пор он пользовался только службами эскорта, категорично приглашая только пассивов. И сейчас этот чёртов Поттер, который за время его душевных терзаний уже вышел из душа. Драко метнулся в ванную после него, не давая себе даже шанса рассмотреть красивые ключицы с каплями воды, но всё же зацепился взглядом за широкую спину и потрясающие воображение ягодицы. Там, наскоро вспомнив, что он всё же Малфой, он окончательно взял себя в руки. И принял решение. Выйдя из ванной, он увидел Поттера, нахально расположившегося в его кровати. Он только открыл рот, чтобы высказать ему своё деловое предложение, как Гарри заговорил: — Малфой, ты сейчас всё слишком усложнишь… Так что давай так: у нас давно никого не было. Это факт. Мы друг друга привлекаем. Это второй факт. Мы едва ли будем контактировать после этих выходных. Это третий факт. Так что не надо выдумывать витиеватые схемы. Если ты хочешь меня, я в твоём полном распоряжении. Мы получим удовольствие, а потом разойдёмся как в море корабли. Если нет, то просто ложись рядом, и мы будем спать. Секс без обязательств — это ведь знакомое для тебя понятие? — Драко молча кивнул, проглотив свои слова. Он хотел предложить ему денег за конфиденциальность этой ночи, и оформить всё как сделку. Но такой вариант с прямолинейным Поттером был даже лучше. — Иди ко мне… — во время разговора Гарри не отрывал взгляда от серых глаз Малфоя, но сейчас, когда он получил ответ на свой вопрос, он позволил себе рассмотреть его тело. И остался очень доволен. Драко был сильным, жилистым, отлично сложенным, и хотя по мышечной массе он уступал Поттеру, его руки, торс и ноги выглядели сногсшибательно. В движениях скользила кошачья грация, а глаза всё сильнее разгорались огнём предвкушения. — Настало время проверить твоё предположение… Ты позволишь мне немного поруководить процессом? — Драко снова молча кивнул, давая Поттеру зелёный свет, кажется, на всё. И Гарри умело использовал его разрешение. Он сам не ожидал от себя, что будет ловить такой кайф от простого римминга. Это не было его любимым увлечением, но Драко так стонал, так отчаянно подавался назад, так часто повторял свои просьбы действовать сильнее, что Поттер никак не мог оторваться от его задницы. Собственный член стоял колом, посылая снопы искр по всему телу от каждого неосторожного прикосновения к простыне, нос, губы и подбородок были в слюне, но он всё продолжал ввинчивать свой язык в уже податливое, жаждущее отверстие, создавая ощущение, что Драко течёт от его прикосновений. — Поттер, ну же, давай, я готов… — Нет, сладкий, — хрипло возражал Гарри и снова присасывался к его дырочке, иногда добавляя к языку пальцы, поглаживая промежность и аккуратный шов между яйцами. Этих прикосновений Драко было катастрофически мало, и он скулил и просил, и метался по кровати, пытаясь получить больше. — Мне нужен твой член, Поттер, чёрт бы тебя подрал! Мне нужен твой член! — Попроси, как следует, Драко, попроси меня по-хорошему… Ты изводил меня несколько лет, всё пытаясь задеть побольнее. Ты пакостил мне, подставлял меня перед учителями, и я всё никак не мог понять, за что ты меня так невзлюбил. Поэтому сейчас, сладкий, ты попросишь меня очень хорошо. И я, может быть, добавлю к своему языку пальцы… — всё это время он невесомыми прикосновениями гладил его бёдра, ладные ягодицы, спину и талию, и Малфой ощущал его дыхание, приносящее небольшую прохладу мокрой коже вокруг его пульсирующей дырочки. — Так это месть? Поттер, ты решил отомстить мне, чтобы я сдох от неудовлетворённости? — Я не стал бы тратить своё время на такие мелочи… Я просто хочу услышать по-настоящему хорошую просьбу, а не грубый приказ… — Гарри остановился. Теперь Драко чувствовал такую неправильную пустоту, что сдался. — Пожалуйста, Гарри, прикоснись ко мне ещё раз. Мне очень нужны твои прикосновения, и мне очень нужно, чтобы ты позаботился обо мне. Я хочу почувствовать, как обхватываю тебя и сжимаю, как твой член распирает меня изнутри, наполняет меня. И я схожу с ума от этой пустоты, Гарри… Вообще, Поттер совершенно не рассчитывал на нечто подобное. И такой искренний ответ настолько его обескуражил, что ещё долгие несколько секунд он оставался неподвижным. — Гарри, — ещё раз вырвалось у Малфоя, полностью потерянного сейчас. Он не так часто пил крепкий алкоголь после того случая около двух лет назад, и сейчас его язык и тело предавали его, отзываясь на просьбы Поттера откровенностью и беззащитностью. Тот, поражённый, как слёзно и жалостливо прозвучал этот голос, тут же ринулся к оставленному в одиночестве Драко, впиваясь в него языком и губами, добавляя, как и обещал, пальцы, растворяясь в его просьбах раз за разом. Малфой будто заворожил его, потому что теперь, как только Драко выражал своё желание, оно моментально исполнялось мужчиной, даже не успевавшим отследить свою мысль. «Глубже, жёстче, ещё один палец, ещё раз сделай так же, мне нужно ещё, Гарри, мне нужно больше…» Поттер исполнял всё, что Драко просил, и сам удивлялся своей покорности. Замысливал он всё совсем не так. Такого секса у обоих не было уже давно. Но с утра они не сговариваясь опустили эту тему. Драко выбрал рубашку с шейным платком, чтобы замаскировать случайный засос, а Гарри осторожно обработал царапины на спине, переодически проверяя, не вымазалась ли его рубашка в крови. Он не стал спрашивать, откуда у Драко взялся его размер, разумно предположив, что это не его дело. Его постоянно мучило ощущение, что он что-то сделал не так. В памяти то и дело всплывало воспоминание об утренней пробежке. Бегун из Драко был никакой. Спустя какой-то километр он уже еле переставлял ноги, и это могло бы серьёзно подпортить их легенду, потому что впереди слышались голоса, очевидно, родителям накрывали завтрак в беседке. Поэтому Поттер ловко притянул к себе Драко, упёр его спиной в ближайшее дерево, и как только на горизонте показалась чета Малфоев, поцеловал его. Мужчина, который чудом не выплюнул свои лёгкие, сперва пытался оттолкнуть чёртова Поттера от себя, но потом Гарри развернул их так, чтобы виднелись только силуэты за деревом, опустился на колени, и почти профессионально втянул в рот уже вполне довольный таким исходом дела член. Минет он искренне любил, получая удовольствие от процесса не меньшее, чем его партнёры, поэтому Драко хрипло застонал уже через каких-то полминуты, что заставило смущенных Малфоев изменить маршрут, свернув в небольшую аллею. — Поттер, там были мои родители, — простонал Малфой, еле сдерживаясь от того, чтобы толкнуться глубже. — И они уже ушли, так что можешь прекращать… — он в противовес своим словам всё же застонал и подался бёдрами на Гарри, вздрагивая от того, как головка упёрлась в горло. — Как скажешь, дорогой… — с видимым сожалением усмехнулся Поттер и вытер слюну с губ. — И не надо праведного гнева. Было бы лучше, если бы Люциус увидел, как ты в самом начале пробежки еле дышишь? — Ладно-ладно, я… Ты… Это… — Потрясающий словарный запас! — Гарри легко оттолкнулся от дерева, к которому прижимался спиной, и побежал, оставляя Драко с болезненным стояком и чётким ощущением незавершённости. В обед парням всё же пришлось присоединиться к родителям, но их легенда была выверена и рассказана обоим Малфоям безупречно. Как и планировалось, к вечеру у Гарри появились неотложные дела в городе, и он был вынужден откланяться. — Пока, Драко, мне было так приятно увидеть то место, где ты вырос… Нарцисса, Люциус, у вас просто потрясающий дом, и мне стоит поблагодарить вас не только за приглашение, но и за то, какого чудесного сына вы вырастили. Мне несказанно повезло! Эти по сути просто вежливые слова почему-то вызвали в душе у Драко непонятную реакцию. Всю субботу Поттер так на него смотрел, так к нему обращался, что он невольно хотел оказаться как можно ближе к своему «жениху». Даже мама заметила это его стремление, когда заняла непривычное для себя место в кресле, оставив диван в гостиной для них двоих. Времени всё толком обдумать не было, да и что обдумывать, было пока не ясно. Но Драко почему-то на прощание Поттера притянул его к себе за обе руки для поцелуя и сказал почти неслышно для его родителей: — Увидимся дома, дорогой… — он нежно поцеловал Поттера и позволил тому уйти. Горечь от очевидной лжи неслышно расползлась по языку, и Драко отчаянно захотелось, чтобы этот маленький, уже сотый за это время обман, оказался правдой. Ведь этот шёпот был только для них.