Мой волчонок

Хейли ненавидела ссорится с Джексоном, и в основном потому что волчья ярость не имела границ. Говорят, что ПМС есть только у девушек, но как бы не так! Джексон слетел с катушек, постоянно ревнуя Хейли и начисто забывая о том, что она и не должна быть ему верной, ведь их брак был фиктивным. Но наверное, став матерью, Маршалл стала искать во всём компромиссы и даже с ним пыталась закончить эту дикую, и вообще не приводящую ни к чему, войну, мирным путём. Она знала, что если кто-то из Майклсонов узнает о его нестабильном поведении, то порвут его на части, а быть причиной его смерти — Хейли совершенно не хотелось. Она не считала его своим врагом, но то, что он стал слишком нестабильным и злым — местами сильно нервировало и даже пугало Хейли. — Ты вернёшься домой, сейчас же! — злой, и даже дикий взгляд волка, пробирал до костей любого, но не храбрую Маршалл. — Джексон, хватит! Мы закончили, — отчеканила девушка, сама начиная полыхать яростью. — Я не твоя собственность — это раз. А два — Клаус отец Хоуп, и я буду в его в доме. Хочешь ты того или нет! Когда брюнетка уже было прошла мимо, то тут же отлетела спиной в стену, ударяясь и падая на пол. Джексон явно не контролировал свою злость, и вместо того, чтобы остановить девушку — швырнул её в стену. — Знаешь, волк, это была последняя вещь, которую ты сделал, — голос Клауса обрушился как гром, заставляя Хейли вскочить на ноги и испуганно смотреть на то, как Клаус спускается со второго этажа не торопясь, но в каждом своём движении выражая истинную опасность. Видимо, сегодня был не их день, и ссора с Джексоном не закончится мирно. — Клаус, — начала было Маршалл, но ледяной взгляд Майклсона и поднятая рука, заставили её замолчать. Она поджала губы, потирая голову и кидая взгляд то на Клауса, то на Джексона. — Это всё из-за тебя. Ты украл мою жену, манипулируя ей с помощью дочери, — Джексон сделал шаг вперёд на Клауса, и Хейли тихо застонала. Он серьёзно? Идти против первородного? Против гибрида? Против Клауса, в конце концов? Это же сумасшествие и верная смерть, а зная Клауса — самая мучительная и долгая смерть. — А может, это и не твоя жена вовсе? — Клаус издевательски усмехнулся, но в его глазах была ярость и Хейли понимала, что всё может кончится плохо. Для Джексона, конечно же, ну и ещё для ковра, который станет красным от крови, и для половины мебели включительно. Ну и конечно, чувство вины Хейли так просто не отпустит. Как бы то ни было, но она поселилась в этом доме не только ради Хоуп. Да и господи, кому она ещё признается, что ей не достаёт первородного? Их шуточные пререкание каждое утро — как глоток свежего воздуха. Хейли безумно нравится сидеть в его комнате, кормить Хоуп, и наблюдать краем глаза за тем, как Майклсон рисует. По правде, при первой встрече она сказала, что его картины оставляют желать лучшего, но Хейли солгала ещё тогда, чтобы позлить гибрида. А сейчас она не лгала, когда восхищалась его работами, но больше всего — им самим. Он был таким умиротворённым, когда рисовал, увлекательно смешивал цвета и даже, пару раз, раскрасил саму Хейли. Всё началось с того, что он случайно замарал её блузку, а потом они оба измазались в краске и смех заполнил собой весь дом. Они были такими весёлыми, что даже самой Маршалл не верилось, что этот перепачканный в краске мужчина — гибрид-убийца с тысячью врагов. Клаус казался таким домашним, каким его не видел ещё никто за столько веков. И у них вошло в привычку красить друг друга в разные цвета, что даже малышка Хоуп не могла спастись от такой шалости родителей. Малышке красили всего лишь нос и щеки, а Хейли и Клаус же были с головы до ног в краске, что все остальные Майклсоны с улыбками на них смотрели и о чём-то переговаривались. Наверное, они считали, что эти двое точно рехнулись, но кому до этого было дело? Хейли была счастлива. Клаус был заботлив, когда девушка уставала. Она часто просыпалась от того, как Клаус тихо входит в комнату, забирает Хоуп и осторожно укрывает Хейли, давая той больше времени на сон. И конечно, больше всего Хейли нравилось видеть его с дочерью на руках. Клаус становился совсем другим, стоило ему взять Хоуп на руки. Он переставал быть гибридом, который натворил достаточно зла за свою длинную жизнь. Он был обычным отцом, который не чаял души в своей принцессе, как Клаус часто звал Хоуп. И иногда, когда он отдавал дочь в руки Хейли, он касался шеи Маршалл и звал её королевой. Пусть семья Майклсонов была далека от королевской. И они оба забыли о том, что были врагами, которые ненавидят друг друга. Порой, они все ещё ссорились, но всё заканчивалось даже как-то безобидно, когда после ссоры они садились на диван и пререкаясь, пили бурбон, а после — Клаус нёс сонную, и слегка пьяную, Хейли в комнату. Девушка моргнула, когда услышала голос Джексона. — Она — моя жена, Никлаус, так что тебе следует… — Джексон не успел договорить, как Клаус схватил его за горло, даже не прилагая особых усилий. — Ты сейчас же заткнешься, и лучше убирайся из моего дома, пока я не украсил твоими мозгами стену, а сердце не бросил Хейли в ноги. Ты не смеешь ей указывать, и тем более, трогать её. Она — часть моей семьи, — жуткий голос Никлауса пробрал Маршалл до костей, от чего она поежилась и обняла себя за плечи. Джексон вырвался, но он явно сдаваться не планировал и уже кинулся на Клауса, как Хейли встала между ними, уперев ладони в грудь обоим. — Стоп, прекратите, — девушка взглянула сначала на гибрида, потом на волка.— Джексон, уходи, прошу тебя. Ты знаешь, что я больше не твоя жена, мы разорвём этот брак завтра. А сейчас — уходи, я не твоя, а это — дом Клауса. — Он так же и твой, Хейли, — Клаус положил руки на плечи девушке и собственническим жестом притянул её спиной к себе, обозначая, кому она принадлежит на самом деле. — Катись к черту, волк. И благодари Хейли за то, что твоя глотка всё ещё на месте. Ты поднял руку на члена моей семьи, и тебе чертовски повезёт, если ты выйдешь отсюда живым. Джексон может и пытался сопротивляться, но увидев серьёзный взгляд Клауса и слегка напуганный Хейли, покинул дом Майклсонов. Девушка устало осела на диван, зарывшись рукой в волосы и бросив из-под бровей взгляд на Клауса. — Наверное, мне следует сказать спасибо. И ещё, пожалуй, извиниться, — сморщилась Хейли, но Клаус лишь закатил глаза и сел рядом с брюнеткой. — Твои благодарности мне ни к чему, Волчонок. Ты должна сразу была мне сказать о том, что он беспокоит тебя. Брюнетка кисло улыбнулась и пожала плечами. — Он мой муж, я думала, что он успокоится, но видимо, он не смог принять наше с тобой общение. — Позволь заметить, ты выбрала дерьмового кандидата в свои мужья, — засмеялся Клаус, протягивая девушке виски. Фыркнув, Маршалл приняла стакан. — Ты думаешь, есть более удачный вариант? — Есть, Волчонок, — Клаус прищурился, когда девушка лишь засмеялась, облокотившись спиной на спинку дивана. — Ты в порядке? Подняв бровь, Хейли махнула рукой. — Я гибрид, Клаус, как и ты. В этот раз он слабо ещё постарался, — Хейли это казалось забавным ровно до того момента, пока она не взглянула на Никлауса. Казалось, что он прямо сейчас в своей голове представляет, как порвёт Джексона на части, и девушку передёрнуло. Уж Клаус и правда мог это сделать, ему даже хватило бы ума принести голову Джексона для Хейли на подносе. — Забудь, Клаус, всё в порядке. Я в порядке, спасибо, — Хейли тепло улыбнулась гибриду, и чтобы разрядить обстановку, закинула ноги на Клауса, расположившись полулежа на диване и совершенно не краснея под насмешливым взглядом первородного. — Что там насчёт идеальных кандидатов, Клаус? Назовешь парочку имён? Я, вроде как, почти свободная, и почему бы не выйти замуж снова? Хейли коварно улыбнулась и прерывисто вздохнула, когда Клаус подсел ближе, поглаживая ямочку у неё под коленом. Казалось, ему так намного удобнее, чем сидеть на диване без неё. Хейли считала так же. Она, по правде, обожала этот диван именно в комплекте с самим Майклсоном. И именно только с этим Майклсоном: тёмно-русым, с голубыми глазами и безумно сексуальной ухмылкой. — Вот как? Хорошо, допустим — мой брат, — Клаус сначала прищурился, но поддался игре и пожал плечами, продолжая что-то рисовать на бедре у девушки, чувствуя, как она мелко дрожит в его руках. С ней всегда так было. Смелая волчица, безумная, способная перебить целый квартал ведьм, но такая мягкая и податливая в руках Клауса. Она может и будет сопротивляться, но каждый из них всегда знал итог: она сдастся на его милость, но не потому что слабая, а потому что делает это добровольно. Этим она и удивляла его, она выбирала Клауса, даже после всего, что он натворил. — Какой из? — шутит Хейли, но видя, как Клаус в шутку ужасается, хватаясь за сердце, мягко бьёт его по плечу. — Ладно. Нет, Элайджа хороший, но… Не думаю, что мы сможем быть вместе. Нам было хорошо, но знаешь, я ему не подхожу. — Как драматично, Волчонок, — Клаус усмехается, на что брюнетка фыркает и вздрагивает, когда его рука свободная путешествует по её ноге. Его совершенно не смущает, что платье Хейли и так задралось выше, чем следовало. Но и её тоже. Они оба играют в одну игру и тут не может быть одного победителя. Только если они оба. — И всё? Больше кандидатов нет? — дует губы Хейли, наблюдая, как Клаус смеётся и встречает её взгляд. — Хорошо, есть один. Он сложный, но идеальный. Местами эгоистичен, жутко самоуверен, жесток, но семьянин. О, и да, он уже влюблён, — Клаус внимательно наблюдает за лицом Хейли, впитывая каждую её эмоцию. — И для меня нет места в его сердце? — изумляется девушка и вжимается в диван, когда Клаус поддается чуть ближе. А если честно, совсем близко, уже за гранью «просто друзья» или «родители одной девочки». — Кто-то сомневается, что оно у него вообще есть, но… Место для тебя там определённо подготовлено, милая, только скажи «да», — Клаус уже не шутит и улыбка сползает с лица Хейли. — Ты же не серьёзно, Ник? Это же… бред, — Хейли нервно смеётся, напрягаясь всем телом, встречая тяжелый взгляд Клауса. — Не пойми неправильно, но ты никогда не видел меня с собой, разве нет? — Ой, не вали всё на меня, Волчонок, ты отшила меня намного раньше, чем я успел это сделать. И вообще, ты вертела перед моим носом сразу с двумя мужчинами! — Что? Ты… — девушка задохнулась от возмущения, и Клаус имел наглость воспользоваться этим, впиваясь в её губы далеко не нежным поцелуем, словно наказывал за то, что они упустили столько времени. Им просто никто не оставлял шанса. Элайджа стал её защитником, и Клаусу изначально не было места рядом с ней, потом её стая и Джексон. Клаус не был тем, кого она могла бы даже представить с собой, но сейчас Майклсон собирался всё изменить. — Как думаешь, тебе подойдёт статус моей жены? — Клаус довольно ухмыляется, когда Хейли отвечает на поцелуй, обхватывая его за шею руками, и прижимает ближе к себе. — Иронично то, что когда-то я всем в округе доказывала, что я не твоя жена, а теперь придётся делать наоборот? — шутит Маршалл, замечая в глазах Клауса блеск, который видела ранее, но так редко. Он словно… счастлив? Ведь именно так он выглядит, когда держит Хоуп на руках. — Никому не придётся доказывать, Дорогуша, все вокруг сразу узнают о нашей свадьбе. Правда, тебе придётся нелегко. Как моей жене, тебе будут доставаться шишки от моих врагов, но клянусь, Хейли, я не позволю причинить вам с Хоуп вред, — Маршалл слабо кивает, чувствуя, как глаза предательски заслезились. Этот гибрид умеет катать её на эмоциональных горках. Но она ему верила. Клаус защитит свою семью ценой всего, пусть его методы и не всегда честны. — Будто сейчас эти шишки мне не достаются, — мягко шутит девушка, касаясь щеки Клауса. — Значит, это что-то типа официального предложение без кольца? — хрипло смеется Хейли, когда Клаус костяшками пальцев ловит с её щеки слезу. — Не совсем, чтобы без кольца, — хмурится Ник и отодвигается от девушки, снимая с шеи кольцо на цепочке. Хейли узнала в нём старинное магическое кольцо, вроде как, даже семейное, но в этом она не могла быть уверена наверняка. — Без громких речей и шумной публики, ты станешь моей женой, Хейли Андреа Маршалл? Втянув в себя воздух, Хейли смотрела в глаза Клауса, пытаясь увидеть там намёк на шутку, но он не шутил, предлагая ей кольцо, а за одно и своё сердце. Хорошо хоть не в буквальном смысле, а то было бы неловко. И только сейчас девушка понимает, что молчит. Но в самом деле, разве ему нужен ответ? Разве он не понимает, что она принадлежит ему ещё с той самой ночи? Почему, когда дело касается отношений, грандиозный ум Никлауса становится самым обычным? Если бы он был в списке тех, кого она могла бы выбрать, она бы выбрала его изначально. — Без громких речей, я принимаю твоё кольцо, сердце, душу, а ещё вредный характер, тысячи врагов и прочую твою составляющую, Никлаус Майклсон, — смеется Хейли, закрывая глаза и позволяя Клаусу повесить цепочку с кольцом ей на шею. И что с ней не так? Почему ссора с Джексоном обернулась предложением руки и сердца Клауса? Почему она согласилась стать женой Клауса, когда уже родила ему дочь? Почему у этой семейке всё идёт вверх дном, а Маршалл всё равно тянет к ним, как магнитом? Наверное, ответ был прост — она одна из них. Уже оказавшись в комнате Клауса, Хейли поняла, что готова была бы снова пройти через весь Ад, если это означает родить на свет чудесную девочку и стать женой самого Клауса Майклсона — отъявленного холостяка, которого смогла подчинить себе одна дикая волчица. — Надеюсь, в этот раз, природа не найдёт лазейку, — хрипло шепчет Хейли, когда Клаус накрывает её тело своим. Ну, уже разнообразие. В этот раз не стол, а что-то более стандартное — кровать. — А я был бы не против, чтобы у нас появился ещё ребёнок, — Клаус усмехается и целует живот Хейли, от чего девушка выгибается и тихо стонет, на краю сознания помня, что по-соседству, в её комнате, теперь, наверное, уже бывшей, спит малышка Хоуп. — Ох нет, Клаус, тогда рожать будешь сам, — ворчит девушка, пока все слова не обращаются в стон. И почему у Клауса всегда такая власть над ней? Утро встречает девушку приветливо: детскими криками и свалившимся с кровати Клауса, которого Хейли в панике спихнула на пол. — Хоуп проснулась, — девушка натягивает на себя футболку Клауса и уже бежит в комнату рядом, пытаясь успокоить дочь. Клаус же пытается не засмеяться, когда встаёт с пола. Видимо, ему стоит привыкать к такому дикому утру. Хотя, пожалуй, это лучшее утро за последнюю тысячу лет, сколько он живёт. Хейли футболку так и не отдаёт Клаусу, но спускается вниз, через время, уже в обычной своей одежде, натыкаясь на Элайджу. — Господи, Хейли, это сделал Джексон? — изумленный голос и руки Элайджи уже отодвигают волосы с шеи девушки, обнажая свежие синяки по всей шеи. — Он бьёт тебя? Хейли раскрывает рот, но тут же закрывает его обратно. И вот как ей это объяснить? — Это моих рук дело, братец, остынь, — Клаус появляется как всегда вовремя и во взгляде Хейли он видит и благодарность, и скорую расправу. Зачем было оставлять свежие следы с самого утра? — Твои? Что ты… — Элайджа замолкает, когда Хейли краснеет и бурча проклятие, исчезает снова наверху, а Клаус выглядит довольным, словно только что выиграл джекпот, ну или перебил всех своих врагов. — Оу, так это не побои. — О нет, братец, совсем не они. Клаус довольно растягивает губы в улыбке, представляя лица всего семейства, когда они наконец-то узнают удивительную вещь — Клаус и Хейли всё-таки поженятся. Бонус-продолжение этой части) Хейли даже представить себе не могла, что сменит фамилию Маршал на Майклсон, но самое удивительное — так это выбор мужа. Девушка точно не думала о том, что станет женой Клауса, но всё-таки это случилось, теперь она — официально жена Никлауса Майклсона. К свадьбе семья подготовилась куда более удачно, чем нежели в первую её свадьбу с Джексоном. Ребекка, конечно, скептически смерила Хейли взглядом, назвала её чокнутой, раз она собралась выйти за её братца, но с удовольствием помогла выбрать шикарное платье, а Фрея поэкспериментировала с волосами. И пусть эта свадьба была уже второй для Маршалл, девушка волновалась достаточно сильно, пока не оказалась рядом с Клаусом, вложив свою ладонь в его, и замечая его довольную ухмылку и восторженный взгляд. И вот теперь она уже его жена. — На нас все так смотрят, — шепчет Хейли и улыбается, когда Клаус лишь хмыкает и целует её за ухом, прижимая к себе. — Ты прекрасна, я прекрасен. Мы составляем идеальную пару, Волчонок, — Хейли закатывает глаза и мягко стучит Клауса по груди, но она не может возражать. Она стала женой самого Никлауса — это было дико и восхитительно одновременно. Когда Марсель забрал Клауса встречать каких-то особенных гостей, девушка качнула головой и с улыбкой отошла к Фреи с Хоуп. — Вы и правда красивая пара, — ведьма тепло улыбнулась, передавая дочь в руки матери, и Хейли только закусила губу и благодарно кивнула. Такой эйфории она не чувствовала на свадьбе с Джексоном, тогда ей казалось, будто свадьба была чужой, что сама Хейли — была чужая на той свадьбе. И вероятно, сейчас дело было именно в том, что чувства к Клаусу были другими. Она делала это не потому, что так было нужно, а потому что она хотела быть с ним. Клаус же, разговаривая с другими гостями, не забывал кидать взгляд на Хейли, словно подтверждая, что она правда там, стоит с дочерью на руках, о чём-то смеётся с его сестрой, и выглядит удивительно прекрасно, но главное — она его. Теперь она носит его кольцо и его фамилию. Хейли Майклсон — звучит определённо более величественно. И так же, Никлаус прекрасно помнит, как ненавидел Джексона, который был чертовым счастливчиком, потому что Хейли стала его женой, потому что она жила с ним напротив дома Клауса. И сейчас Клаус является тем самым счастливчиком, кому удалось добиться положительного ответа и получить строптивую волчицу в свои жены. Они с Хейли похожи, и всё-таки, до встречи, они шли разными дорогами, но одно их объединяло ещё в первую встречу — чувство одиночества. Клаус имел семью, но была ли эта настоящая семья, до прихода Хейли? Каждый из них заботился сам о себе, они были разбросаны по разным уголкам планеты, не желая видеть друг друга без видимой на то причины. А у Хейли не было даже такой семьи. И всё-таки, именно она их сплотила, но более всего, эта волчица смогла затронуть сердце Клауса. Его картины приобрели совсем другой оттенок, стоило Маршалл как урагану войти в его жизнь и ставить свои условия. Но сейчас Клаус готов был позволить Хейли всё, за ту малышку, что она держала на руках, и за своё доверие и веру в него. Хейли верила в Клауса даже когда его ненавидела. Клаус настолько был поглощён Хейли, которая сейчас танцевала с дочкой на руках, стоя рядом с самими близкими для Клауса людьми, что он не сразу заметил руку на своём плече. — Удивлена, что ты решил жениться, — голос Кэролайн он не мог спутать ни с каким другим и оглянулся на хрупкую блондинку, что широко улыбалась. — Поздравляю, Клаус. — Благодарю, Кэролайн. Рад, что ты приняла приглашение. Девушка вдруг засмеялась и пожала плечами. — Это редкое событие, Клаус Майклсон впервые женится! Я должна была прийти. Но по правде, то, что ты пригласил меня… Хейли была разве не против? — Кэролайн странно прищурилась, и Клаус лишь улыбнулся, оглядываясь на свою жену, что стояла к нему спиной и о чём-то шутила с Фреей. — Если честно, приглашение выслала она, — Клаус повёл плечом и повернулся обратно к Форбс, которая была удивлена, и похоже, что даже слегка оскорблена. Вероятно, Кэролайн ожидала увидеть всё такого же влюблённого в неё Клауса, но сейчас она видела перед собой совсем другого мужчину — не того, что говорил ей о любви. Он влюблён, безусловно, но точно уже не в Форбс. Стоит даже отметить, как он старается лишний раз посмотреть на Хейли, словно ему необходимо видеть её где-то неподалёку. — Что ж, думаю, я должна поблагодарить Хейли. Не думала, что она станет твоей женой, но надеюсь, ты будешь счастлив. — Кэролайн натянула улыбку, и взяла Клауса за руку, словно это было так необходимо. — Спасибо, Кэролайн. И не сомневайся, с ней — буду. Девушка поджала губы и кивнула, а потом резко подалась вперёд. — Убери руки от моего мужа. Сейчас же, — почти прорычала Хейли, когда блондинка уже потянулась к Клаусу, намереваясь то ли крепко обнять, то ли оставить прощальный поцелуй. — Я хотела лишь поздравить, Хейли, не стоит так беспокоится, — Кэролайн вскинула подбородок и кивнув им обоим, отошла в сторону, в то время как Клаус не скрывал восхищённого взгляда, направленного на Хейли, и довольной улыбки. — Не думал, что ты такая ревнивая, Волчонок. Но прежде, чем я попаду под горячую руку, хочу напомнить — это было твоя инициатива пригласить её. — Заткнись, Клаус, просто заткнись, — фыркнула брюнетка и наконец притянула его к себе, поцеловав так, что каждая девушка на этом празднике видела, что Никлаус — теперь женатый мужчина. Да и никто бы не рискнул связываться с Хейли. И Клаус в свою очередь видел, что сделал правильный выбор. Кэролайн он может и любил, когда-то, но совершенно не так. Форбс была увлечением, красивым, нежным, но всего лишь увлечением. В Хейли же Клаус разглядел часть своей души, он видел в ней себя, видел в ней свою семью и в своём выборе он не сомневается. Именно эта девушка и должна быть с ним.