Судьба подарит сестру

      Зима прошла довольно спокойно. Если не считать то, как Юля отметила со своей нынешней семьей этот Новый год. Каждый праздник, до этого момента, был довольно неплохой. Какой никакой подарок, сытый стол, возможность пойти в любой момент к себе в комнату и самое главное — никаких угрызений совести. Родители напивались в достаточной мере, чтобы быть весёлыми и ничего не говорить за столом. Или по крайней мере забыть на следующий день, если Юля за столом что-то прольет или опрокинет. В последние года обходилось и без этого. 27 декабря. Ужин. —Девочки, есть у кого-то планы на этот Новый год? — спросила женщина с как можно большей непринужденностью. —Нет, ничего, — ответила Юля. —Николь? — Оксана повернулась к девушке, которая лишь улыбнулась. —Если бы мы праздновали дома, ты даже не спрашивала. Спросила бы лично у меня, буду ли я с вами. Значит ты хочешь понести нас на золотой цирк. —Тебе нужно в детективы идти. И Николь, не груби, пожалуйста. —Я не грублю, мам. Примитивные люди всегда путают откровенность с грубостью**. —Сравнение не очень Николь. Ты же тоже на них будешь смотреть. — Алексей решил приободрить обстановку, что вызвало у Николь улыбку, а у его жены легкий вздох. Что же до Юли, она просто привыкла сидеть тихо и просто наблюдать. Девушка говорила только, когда спрашивали. —Я бы не просила тебя, если бы это не нужно было. — Николь почувствовала, что её мама напряглась. —О Боже, мам… — до неё дошло, — нам надо выйти.       Женщина допила содержимое бокала. Жаль, что она не смогла насладиться им сполна. Впервые за долгое время у неё с дочерью будет тяжелый разговор. Они вышли в коридор, оставив Юлю с Алексеем одних. —Ладно, давай я расскажу о чём сейчас идёт речь. Двоюродная сестра приглашает нас на празднование Нового года к себе в особняк. Нужно выглядеть красиво и произвести хорошее впечатление. Оксана подумала, что лучше тебя познакомить с родственниками и близкими. Не против?       В голове у Юли застряло «хорошее впечатление». Она никогда не слышала этой фразы от родителей, но… это давление она чувствовала постоянно. Может оно не было настолько осознанным с их стороны, но достаточно повлияло на неё. Достаточно чтобы она создала отдельный образ или некую маску. —Конечно. Только вот… Я не очень знаю, как себя вести в таких местах. Не то, что я веду себя неподобающе… —Разумеется, я понимаю, что ты имеешь в виду. Поверь, там от тебя ничего сверхъестественного не ждут. Просто будь скромной, сдержанной, вежливой и открывай для других свои лучшие стороны. Оксана потом заведёт тебя к мастеру, чтобы пошить хорошее платье. Конечно, там еще нужна будет прическа, макияж и остальное, но всё оно успеется. Она хочет на этот раз взять Николь, чтобы ты не нервничала. —Окей. Ничего против не имею.       Они продолжили есть, но Юле каждый кусок давался с огромным трудом. Теперь до неё дошло, почему Николь вышла.

…

В коридоре —Ты правда хочешь её отвести туда? — девушка была очень зла. Единственное, что сдерживало её — понимание с кем она сейчас говорит. — Мама, как долго ты думала над этим? Пару минут или час? —Николь, успокойся, ей нужно познакомиться со всеми. Там уже знают кто она и что случилось. Если она не появится, то это будет выглядеть, как будто мы её прячем. —Вот именно, там все знают. Ты подумала о том, что будет чувствовать Юля? Она ни слова не проронила о своих родителях. Отец забрал её на следующий день после их смерти, — Николь глубоко вздохнула. Ей стало так больно. — Мама, она была обычной девушкой, с обычной жизнью и тут на неё столько свалилось… —На многих сваливается, Николь, и по хуже. — после этих слов девушка ворвалась в пространство матери. Её брови свелись, и голова шаталась в отрицании. —Ты настолько сильно ненавидишь этого ребёнка? —Нет! — теперь и к женщине начала закрадываться злость. — Как ты могла о таком подумать? —А что мне ещё думать? Если ты думала, что я откажу в её сопровождении, то ты ошиблась. Юлю я могу сопровождать куда угодно. Но ты хочешь выставить её на показ тем, которые ничего не чувствуют по отношению к ней. Им плевать даже если она умрет у них на глазах. Для них она очередная тема для обсуждения. —Как и они для нас. —Для тебя, для отца, но не опускай в эту грязь и её. —Николь, она сама решает. —Решает? Ты сейчас шутишь? Когда она тебе в чём-то отказывала? — Оксана остановилась на секунду. Она знает, что это не самое лучшее её решение, но в будущем оно может принести хорошие плоды. Поэтому Николь не сможет пошатнуть её мнение. —Я дам ей время до завтра. Нам нужно быть в красивых нарядах. Жду и тебя.       Николь не верилось, что её мать может быть такой…тварью. Девушка сразу же пошла к себе в квартиру. Оксана же со сдержанного лица слепила улыбку и зашла в квартиру. —Ну, вы уже тут поговорили о планах на Новый год? — с беззаботным голосом, садясь на место, спросила она. —Да, Юля согласна поехать с нами. —Правда? —Да, — ответила девушка с натянутой радостью, — но я немного стесняюсь. —Ничего, у нас ещё куча времени на подготовку. —Это хорошо. Простите, можно не скромный вопрос? —Конечно. —Вы не стесняетесь того, что у вашей двоюродной сестры особняк, а вы живете в квартире? —Нет, — рассмеялась Оксана, — там будут многие, жизнь которых похожа на нашу. Конечно, и здесь жилье не из дешёвых. Но просто мы приверженки простоты. В детстве я жила в доме отца, но не привязалась к нему. Я про дом. У нас конечно есть пара домиков за границей, квартир, машин. Но я не питаю большого желания расставлять вокруг себя роскошь. У меня плохой вкус. —Дорогая, что ты такое говоришь? —Но это правда. Я не понимаю искусство, стиль и прочее. —Его не нужно понимать, оно должно приносить наслаждение, — сказала Юля в надежду прекратить «самоунижение» матери. Однако эти слова даже вызвали в Оксане заинтересованность. Внутри неё начал угасать спрятанный пыл. Юля приносила в её жизнь своеобразное умиротворение и порождала доверие. За пол года она смогла полностью признать девушку, как свою дочь.

…

      На следующий день Юля пришла к Николь. Почти с порога она сразу же приступила к делу. —Николь, ты не должна идти со мной. —Ты все-таки решила пойти? —Да. — девушке не хотелось говорить ничего лишнего. — Я… — Юля нервничала, —…тебе не нужно идти со мной. Я знаю, как ты не хочешь там оказаться, так что не утруждай себя. —Юль, для меня всё не настолько плохо. — Николь села на диван. —Ты вчера вышла с мамой… — девушка опустила глаза. Она не знала какой реакции ей ждать. —Сестрёнка…сядь. Давай, давай, — сказала, похлопав по месту рядом, Николь. Юля послушно села, так, чтобы быть напротив сестры. Которая полностью оперлась боком на спинку дивана и закинула на неё руку. Другой рукой она заправила прядь волос сестрёнки за ухо. Ей казалось, что так Юле шло больше всего. — Если ты подумала, что я вчера вышла пожаловаться ей, насколько сильно не хочу туда идти, то я на тебя обиделась. — младшая подняла глаза в недоумении. — Меня встревожило не это. Просто, я переживаю за тебя. Там будут одни лишь хищники, а ты…я очень переживаю. Не слышала от тебя ничего по поводу аварии. А когда ты говоришь о своей семье, то настолько вскользь, что их даже второстепенными персонажами не назвать. Как будто они лишь фон. Может, ты просто пытаешься оттолкнуть прошлое, я не знаю. Но в особняке тебе постоянно будут говорить, что сочувствуют. Суть даже не в том, что это — ложь. Я вижу, что ты к ней привыкла. — Николь положила свою руку на Юлину, которая покоилась на коленях. — Но постоянное напоминание об этом причинит тебе огромную боль. Я знаю что такое не забыть и для тебя лучше это принять, как должное, но… не знаю. И от этого незнания я и переживаю.       Юля впервые ощутила лёгкость. Ей снова хотелось рассказать о себе всё. Еще немного и она расплакалась бы. Но Юля прекрасно знала, что неведенье для Николь будет лучше. Посидев несколько минут девушка не придумала ничего более хорошего, чем просто обнять сестру и поблагодарить за заботу. Как давно о ней не заботились в моральном плане. И было ли это вообще. Хотя, скорее это потому что она и никому не говорит.       Это напоминает психологическое состояние руконаложников*. Все они, в основном, хотят, чтобы их спасли, хотят быть понятыми. Но в то же время они могут не сообщать и не выдавать себя. Им хочется выговориться и порой, это спасает много жизней. Однако такие люди боятся «не той реакции» или полностью уверенны, что им никто не сможет помочь.

…

      Хоть по времени был еще день, на небе успели появиться звёзды и луна. Юля стояла на огромном балконе, положив локти на крепкую медь. Будучи одной на этом пространстве, отделяясь от веселья и тепла помещения, она всё равно чувствовала это. Некий дух Нового года. Ей казалось, выйдя она из этой атмосферы, то это чувство уйдет. Но если уходит одно, приходит другое. А если нет чему приходить, то и предыдущее не уйдет. За спиной открылись стеклянные двери и Юля резко обернулась. —Ах ты негодница! Я её ищу повсюду, а она в одном платье на зимний мороз решила выйти. — Николь накинула на плечи девушки тёплое пальто из викуньи и её голос немного успокоился. — Если хотела куда-то идти, то предупредила бы меня. —Не хочу кого либо унижать, но мне кажется, что порой ты обо мне заботишься больше всех, — Юля обняла Николь, — так что не сердись. —Ты умеешь управлять чужими эмоциями, — улыбнулась Николь. —Эээй, что за грубость. Думала, скажешь, что я умею успокаивать. — в ответ послала улыбку и Юля. —Ну, я недалеко ушло. И при этом сказала конкретней не так ли? —Да, ты…—лёгкие сжались, но Юля попыталась вдохнуть запах своей сестры, — лучше всех понимаешь меня. —Это моя природа. Так что пойдём внутрь? —Нет. — Юля вернулась к своему уже привычному положению. —Ладно, я оставлю тебя. Только надолго не задерживайся.       Юля глазами провожала Николь. Её смугловатая кожа прекрасно сочеталась с тёмно-фиолетовым платьем, которое открывало и ноги и плечи. Юле стало как-то не по себе, когда она увидела как смотрит на Николь. Это больше было похоже на раздражение. Только вот девушка не могла понять, что это вызвало. Ей досталось красное. Оно закрывало ноги к полу, а рукава и грудь прикрывала сетчатая ткань. Не сказать, что на неё смотрели меньше. Наоборот больше и чаще, ведь она тут новенькая. Девушка сильнее окуталась в плащ и посмотрела на часы. Мама отдала его ей, как и серьги, которые на ней были. От этого, Юля чувствовала спокойствие. Они были семейной ценностей и многие в зале знали об этом. Даже если не многие, даже если один, к этому времени знали все. Значит в глазах других она выглядит более важной в семье. Оставалось около часа к Новому году, а пока что можно и отдохнуть.