Первое правило наркомана
27 февраля 2020 г., 13:07
Примечания:
Условие: Уоттс и Грэг как принц и принцесса
— А я слышала, что Уоттс того… с мужиками предпочитает! — И ролевые игры! — …с мужиками!
В салоне приземистой, отполированной Феррари цвета металлической фуксии уже невозможно было что-то разглядеть — так сильно было накурено. Музыка била по ушам, в закрытом помещении казалась еще громче, Грэг, положивший локоть на приборную панель, чувствовал, как она дрожит под его рукой. Справа от него в невменозе уже почти полный час разлагался с косяком Уоттс. Он листал фотографии в Инстаграм и время от времени совал сотовый ему под нос с вопросом об очередной надутой модельке. Оба накурились и напились до того, что даже разговаривать было лень. — Надо поесть, — пролепетал Уоттс, вытянувшись на почти целиком откинутом сидении. Он неуклюже стал совать длинные ступни в шлепках на приборную панель, чтобы окончательно лечь, Грэг раздраженно ударил его по колену, чтобы заставить прекратить. Кэмерон скинул шлепок ему прямо в лицо, за что получил порцию отборных ругательств. Наконец Вудкастер подобрал шлепок и пару раз хорошенько огрел приятеля им по патлатой макушке. Уоттс очень лениво выругался и снова лег, затягиваясь окурком. — Хочу есть, — перефразировал он. — Все места, куда нас в таком виде пустили бы, уже закрыты, — напомнил, заплетаясь, Грэг. — Первое правило наркомана! — вскинул палец Кэмерон, возопив это громче, чем все предыдущие реплики, и тем заставив Грэга подскочить на месте. — Что… ты чего орешь, идиот? Какое правило, нахрен? — Первое правило наркомана, — повторил Уоттс. — Никогда не признавайся, что ты в хлам. — Ты себя видел вообще? — поморщился Грэг, причесываясь пятерней в зеркало заднего вида. — Ты на человека-то не похож… Волосы прилипли к взмокшему лбу, глаза раскраснелись до состояния «у меня кто-то умер», а остальное лицо осунулось так, что хозяин накинул пару лет. Вудкастер поскреб пальцами колючий подбородок и немного расстроился. — А на кого же это я похож… — обиженно в прострации выдал Уоттс. — Да не знаю я, — отмахнулся Вудкастер. — Слушай, раньше были такие летающие динозавры… Рептилоиды… — Рапторы, — предположил Уоттс. — Птеродактили, — вспомнил Грэг. — Вот на это ты похож. Кэмерон на это ничего не ответил, он стал смотреть на себя в зеркало сбоку, открыв окно, из тачки тут же, как из горящего здания, дым повалил столбом. — Ладно, — распорядился Вудкастер. — Поедем в Эл-Эй, в какой-нибудь дайнер. Возьмем еды с собой. — А как выглядят птеродактили? — спросил Кэмерон. — Не знаю, — пожал плечами Грэг. — Ты на это слово похож, птеродактиль… Такой же дебильный. Уоттс предположил, что стоит поехать на побережье, но поездка давалась с трудом, потому что водитель был уже одной ногой в ином измерении. Спустя полчаса подобрались наконец на скорости больного птеродактиля к центру, где стали безуспешно пытаться преодолеть круговой перекресток. Было похоже на какую-то гребаную ловушку, выхода нигде не виделось, а темнота теснила к центру, где что-то неоново-пугающее высилось. Грэг изо всех сил сдавил руль пальцами, пытаясь вырулить, но через секунду к ужасу своему услышал, как днище Феррари заскребло по бордюру перед зданием. — Сука-а, — протянул он шипяще, прикрыв глаза, чтобы не слышать звука. Не сразу распознал несостыковку в действиях и причинно-следственных связях, а очнулся, только когда бампер легонько ударил что-то впереди. — Мы врезались! — заорал Уоттс, подскакивая на месте. — Заткнись, — оборвал Грэг. Он опустил стекло и посмотрел вперед — машина толкнула бампером вазон с уличными цветами и повалила его на землю. — Я хочу есть, — напомнил Уоттс. Грэг повернулся налево, пытаясь понять, что это он так неудачно протаранил, и вперился взглядом в вывеску «Макдоналдс Драйв». — Пресвятая Дева Мария! — обрадовался он. — Ты глянь, куда мы приехали! Макдак! — Мне двадцатку наггетсов, — невозмутимо стал заказывать Кэмерон. — Заткнись, — отмахнулся Грэг. — Надо представиться. Он постучал в окошко и дождался, пока оттуда покажется сонный парнишка, и, с трудом высунув локоть в окно, подпер им подбородок. — Доброго дня, — сказал он, перейдя на британский акцент. — Что закажете? — спросил лениво парнишка. — Мы проездом, — сказал Грэг, пытаясь заставить правый глаз смотреть туда же, куда и левый. — Хотели бы немного перекусить. — Заказывайте, — повторил со вздохом кассир. Грэг повернулся на Уоттса и кивком указал на окошко. — Говори что-нибудь, черт тебя дери, — тихонько напомнил он. — Двести виски! — крикнул Кэмерон. — Мы не продаем алкоголь. — Парнишка вытянулся за окном, пытаясь рассмотреть второго пассажира. — Мы имели в виду двадцать наггетсов, — поправил Грэг. — Будьте так любезны, юноша. — Что еще? — спросил тот, кажется, конкретно пожалев, что пошел сегодня в смену. — Что у вас еще есть? — спросил Вудкастер, вытащив из кармана пачку сигарет и зубами пытаясь подцепить фильтр одной из них. Парнишка за окном замолк ненадолго, видимо, просчитывая, так ли уж ему дорога эта работа, а после вздохнул и кивнул на меню, вывешенное на улицу. — Молочные коктейли, — проронил он. — Курица, бургеры… вы что, никогда не были в Макдоналдс? Грэг наконец вытащил сигарету, зажал ее во рту и гневно воззрился на парнишку. — Фы фо… — попытался он, потом вспомнил, что рот занят. — Ты вообще знаешь, кто мы, к дьяволу, такие? — повторил он, вытащив сигарету. — Нет, — ответил с непроницаемым лицом кассир. — Сука!.. — проговорил бесшумно Вудкастер, а после приосанился, снова пожевал сигарету и опять ее вынул. — А я… да ведь… герцог Кембриджский! Тебе это что-нибудь говорит, хвост ты креветочный? — Наследник британского престола? — уточнил устало парнишка. Грэг вспомнил, кто такой герцог Кембриджский, уже после того, как брякнул это, так что пути назад не было. Он пихнул Уоттса в дыхалку, зашипев, чтобы дал огня, тот проснулся, защелкал зажигалкой. Наконец Вудкастер прикурил, снова высунул локоть наружу, вальяжно затянулся и передернул плечами. — Ну да, — проронил он непринужденно. С вопроса, наверное, минуло не меньше четверти часа, кассир пожевал воздух и кивнул на машину. — А это кто? — Её Светлость герцогиня Кэтрин Мидлтон, хренли тебе непонятного? — невозмутимо проговорил Грэг, перепутав несколько букв местами. — Наггетсы где? Парнишка усилием воли сдержал всё, что явно просилось сказать, куда-то отошел, а после вернулся и заклеил бумажный пакет, что-то выбив на кассе. — Четыре сорок девять, — флегматично выдал он. — Это в фунтах? — гнусаво осведомился Грэг. — А где мой виски? — вспомнил недовольно Кэмерон. — Заткнитесь, дорогая, — процедил Вудкастер и схватил пакет из рук парнишки. — Будет оплачено из средств Казначейства Её Величества! Он дал по газам, уже начав злорадно хохотать, но машина снова наехала на вазон с цветами, брызнула лопнувшей фарой и грустно заурчала. — Сука… — простонал Грэг. — Я все оплачу, — важно заметил Уоттс, достав портмоне. Он поднялся, ударив макушкой в обивку, переполз к Вудкастеру на колени, заставив его выругаться очень не по-британски, высунулся в окно и обратился к неподвижно наблюдавшему за происходящим кассиру. Вначале оглушительно прочистил горло, а затем тоненько, аки настоящая леди, промолвил: — Я как бы это… Дам две сотни, если раздобудете Моему Высочеству пару сотен грамулечек виски! Кассир молча посмотрел на него пару мгновений, после исчез в окне, а через секунду высунулся назад и протянул Уоттсу новехонькую бутылку бурбона. — Вот ведь, мать его за ногу… — начал басом Уоттс, тут же вспомнив, что он леди, перешел на фальцет, — где она, настоящая королевская щедрость! Держите, сэр! Он сунул кассиру две бумажки в сотню, тот проверил деньги на свет и удовлетворенно кивнул, выдавив улыбку. Но Уоттс его уже не видел. — Задний ход, дебилья твоя башка, — шипел он Грэгу, который потерял ориентацию в пространстве. Наконец машина тронулась с места, Вудкастер важно высунулся из окна победный раз и по-военному отдал честь. — Боже, храни Королеву, — закивал на прощание кассир. Машина заскребла днищем по бордюру вновь, отъезжая, кассир лег на руки, наблюдая за отбывающими посетителями. Вслед за Феррари грустно потащилась по асфальту отлетевшая сигналка на проводке, а первые рассветные лучи заискрили на битом стекле, осыпавшем землю ангельской пылью.
