Норфолк

Занавес с тихим приятным шуршанием разошёлся в стороны и он увидел их: тысячи взглядов, что были устремлены только на него. Они ждали и жаждали его с искрящимися от нетерпения глазами. И ему нравились эти глаза, они заставляли его улыбаться, как же эти люди бывали зависимы от музыки, от чего-то, что хоть капельку наполняло их жизнь смыслом, делало не таким серым и обыденным. Руки медленно опустились и пальцы нажали на первые клавиши. Первые аккорды полились плавно, подобно потоку воды и каждый сидящий жадно начал впитывать, словно мучился от жажды невероятно долгое время и мог умереть без этого глотка. Он ощущал гордость, видя, как от его музыки кто-то вспомнил печальный момент из своей жизни и едва ли не проронил слезу. По замыслу Божьему он должен был приносить людям радость и охранять этих волосатых обезьян, но… Но ему больше было по душе видеть чужие слёзы, следить за горем и давать им второй шанс. За определённую плату, разумеется. Тут по взмаху руки дирижера вступила скрипка. По его мнению, она должна была заиграть минутой позже. Слегка поморщившись, он всё же решил с головой погрузиться в музыку. Порой посматривая в зал, не мог не замечать, как томно вздыхали сидящие на передних рядах женщины в дорогих платьях. Обвешанные украшениями они выглядели подобно новогодним ёлкам. Они стреляли своими глазками, воображая себе, как он будет составлять компанию лишь им. Но как бы не хотелось расстраивать прелестных дам, но он на сегодня занят. Прикрыв глаза, он постарался представить себе Небеса. В памяти ещё были живы воспоминания о тех днях, когда он играл эту мелодию своим младшим братьям и сёстрам. Их глаза были полны восхищения и желания научиться такому же мастерству. Вокруг тогда собиралось не малое количество ангелов. Порой даже Отец приходил послушать. И ему было приятно слышать, как Отец высказывал своё восхищения. И ради этих взглядов, ради тех тёплых слов он продолжал улучшать своё мастерство. В дни ожесточённой войны музыка была особенно нужна для поднятия духа. Зазвучали последние аккорды и сидящие в тёмном зале люди затаили дыхание. Они должны считать себя счастливчиками, не каждый день для них играл сам ангел. Как жаль, что они этого никогда не узнают. А может быть это даже и к лучшему. Доиграв куплет, который был наполнен его потаённой болью, он поднялся со своего места и подошёл к краю сцены. Зрители подорвались на ноги, начиная громко хлопать, женщины спешили отдать ему целые букеты алых роз. Он выражал благодарность, но в душе питал острое отвращение к этим цветам. Их лепестки напоминали ему лужи застывшей крови. И вдруг всё замерло. Все звуки резко исчезли, словно кто-то выключил громкость, погружая всё в звенящую тишину. Оглядевшись по сторонам, он заметил появившегося в проходе человека. Но так казалось на первый взгляд, ведь обычным людским глазами никогда не увидеть сияющего над головой нимб. Губы растянулись в слабой хитренькой усмешке. Он не мог сказать, что был рад видеть брата, но в тоже время на душе появилось облегчение от осознания того, что тот был всё ещё жив. — Касси! Что тебя привело в мою скромную обитель? — положив букеты на крышку фортепиано, ангел спустился со сцены, обходя застывшую на месте женщину. — Не время развлекаться, Бальтазар, — хмуро пробасил Кастиил. — У меня к тебе серьёзный разговор. — У тебя вечно всё серьёзное, — закатил глаза француз. — Чего на сей раз? Имей ввиду, я больше ничего красть не намерен! — Почему ты оставил её? Почему ушёл? Ангел нахмурился. Было видно, что Бальтазар понимал о ком говорил Кастиил, но ему даже вспоминать не хотелось о тех днях, что он пробыл наблюдая за архангелом, который был заточён в теле человека. Это были самые скучные и самые сложные дни в его жизни. — Она перебралась в другой город, — пожал плечами ангел. — Ты должен был последовать за ней! — Я не подписывал контракт о том, чтобы провести в роли няньки целую вечность! Я ей не дядюшка Бальтазар! — А стоило бы, — Кас прищурил глаза, сверля недовольным взглядом старого друга. Он не мог поверить, что Бальтазар так просто отступился от приказа Отца! Как он вообще посмел ослушаться?! Эта девушка, возможно, была последним шансом вернуть Люцифера в клетку. — Дьявол нашёл её. И он уже успел прикоснуться к душе архангела. — Что?! Это невозможно! Её никто не может найти! — Не мог до недавнего времени. Она становится видима не только для ангелов, но и для демонов. — А ещё для кучи других тварей, — пробурчал француз, проводя руками по волосам. Бальт был уверен, что та жила своей жизнью, погружённая в типичные человеческие заботы. Как так могло случиться, что защита пала так быстро? — Это не всё. — Да, давай, добей меня плохими новостями на сегодня! — Богобойца была похищена из Небесного хранилища. Бальтазар едва не рухнул на ступеньки, прикидывая возможный ущерб, который может быть нанесён всему миру, если Дьявол решит воспользоваться столь могущественным орудием. — Неужели… — Охрана была полностью уничтожена, — кивнул Кастиил, присаживаясь рядом. — Архангелов на Небесах не осталось. Сейчас нам очень нужна помощь каждого, брат. Француз поднял искрящиеся хитростью голубые глаза и улыбнулся. Возможно, это приключение в один конец, но от этого внутри вспыхивал огонь азарта. Снова игры со смертью? Они слишком соблазнительны, чтобы остаться на месте.

***

POV Пенни Едва не проспала! Нет, вы представляете?! Мой первый рабочий день мог начаться с первого опоздания! К счастью, великий и могучий Авось, которому я молюсь в последние несколько лет, не подвёл. Внутри университета витал запах кофе и женских приторных духов, от которых аж кружилась голова. Интересно, какая такая особа имеет такой ужасный вкус на духи? Студентов было даже больше, чем я себе представляла. Толпа молодых людей заполнила целый коридор! И как мне пройти в кабинет? По головам? Я, конечно, могу, но вряд ли начальство одобрит такое поведение, а нового места работы лишаться не хочу. За широкими пластиковыми окнами приветливо чирикали птицы, солнечные лучи проникали в просторное помещение. Работать в такую шикарную погоду совершенно не хотелось. При виде солнца мне вдруг вспомнился странный сон. Интересно, что бы он мог значить? Да и те тени, которые преследовали меня на протяжении первых дней… Вряд ли это означало что-то хорошее. И я не пессимист, а реалист! Я всегда думаю о последствиях, которые могут закончиться для меня печально, а потом уже додумываю и положительные стороны. — Простите, можно вопрос? Подняв глаза на студента я кивнула. Это был невысокий парень с рыжими кудрявыми волосами и выразительным ирландским акцентом. — А какие существуют способы для определения возраста костей? На моих губах появилась заметная улыбка. Мне всегда нравилось делиться своими познаниями с другими людьми. — О, существует множество методов, но я расскажу вам о пяти самых популярных, — подойдя к доске, я взяла мел. Дома надо будет воспользоваться кремом для рук иначе через пару дней моя кожа начнёт трескаться. — Самым классическим археологическим методом датировки считается стратиграфия. В основном она применяется в случае раскопок поселений, которые существовали продолжительный период времени, — обернувшись, я начала проходить между рядами, заглядывая в глаза студентов. Мне было интересно взглянуть на их блеск, рассмотреть цвет глаз, да и на новые лица полюбоваться. — Дело в том, что в местах, где живут люди, слой почвы постоянно повышается — в связи со стройками, земляными работами и прочими элементами человеческой деятельности. Многие записывали всё, что я говорю. Они явно думали, что такие простые вопросы будут потом на экзаменах. Ха! Но нет. Я не люблю проводить экзамены, как и ненавидела присутствовать на них. Интересно, можно ли мне будет просто всем поставить автоматы? Было бы просто чудесно. — Чтобы датировать слой с помощью художественных особенностей, нужно для начала датировать сами художественные особенности. Тут на помощь приходит метод с рутинным названием «типологический», вперемешку со стратиграфией. Я начала немного углубляться в подробное объяснение и даже привела парочку примеров, как сама присутствовала на раскопках. Периодически отвечая на другие вопросы, я совсем позабыла о том, что на парах время ограничено и когда я уже подходила к самому интересному — прозвенел звонок. Студенты с заметным огорчением выдохнули, как и я, но тем не менее начали быстро сгребать свои вещички в портфели. — Тэк! — уперев руки в бока, взглянула на учеников. — Домашку никто не отменял, дорогие мои! Большинство сделало щенячьи глазки, смотря на меня, едва не выпячив нижнюю губу. — А домашка у вас будет такая, — пролистав свою тетрадку, я злорадно усмехнулась. — Найти любой фильм про археологов, взять кучу вкусняшек и внимательно смотреть. А потом рассказать мне какой фрагмент вам больше всего запомнился. О’кей? Те, заулыбавшись, закивали головами. Некоторые даже сделали себе пометки в тетрадях, дабы не забыть. Но что-то мне подсказывало, что никто ничего не посмотрит. — Добрый день! Могу я войти? Едва не выронив кучу бумажек из рук, резко обернулась, встречаясь глазами с тяжёлым взглядом голубых глаз. Передо мной стоял высокий мужчина и мне совершенно не нравилось то, как он изучающе на меня смотрел. Что на сей раз?