Canary

Примечания Автора: Почему в бнхе нет четкого датированного таймлайна? Я требую такой!! То есть, в Интернете много предположительных вариантов, которые я использовала, но все же. Не обращайте на меня внимания, я просто хотела пожаловаться.

________________________________________

________________________________________

                       Это было пыткой — ждать в охотничьем домике, когда эта ночь наконец-то закончится.              Они использовали спальню мальчиков (потому что она была больше, чем у девочек), чтобы разместить всех раненых и потерявших сознание. Джиро была среди них.              Теперь ее рука начала ужасно болеть.              Она сняла свой джемпер, устроив Сирену на подушке неподалеку, после чего учитель Айзава сразу, как только вернулся, надел на руку Джиро повязку.       Осматриваясь вокруг, Джиро видела очень многих из класса В, быстро заснувших из-за яда в своих венах. Но вернулись еще не все — или же вернули еще не всех. Джиро было невыносимо думать о том, что некоторые из них до сих пор лежали где-то посреди леса, с полыхающим вокруг пламенем.       Она так сильно надеялась, что с Канари все было в порядке — и с остальными тоже. Но она оставила его… Ну, он оставил ее, если быть точнее. Она побежала обратно в лагерь после того, как помогла Канари доставить сообщение Мандалай — и она бы никак не смогла его остановить. Было очевидно, что, когда его разум сосредотачивался на чем-то, пути назад не было.              Учитель Айзава только что снова вернулся, неся очередного бессознательного ученика к свободной кровати. Из-за того, что весь класс В был в лесу, когда появился газ, почти все его ученики попали под действие яда.              — Что… случилось? — спросила Джиро, когда Тетсутетсу положили на койку рядом с ней.              — Пуля, — проворчал он, — Этот газовый ублюдок наставил на меня пистолет.              У Джиро перехватило дыхание — повезло, что это был Тетсутетсу. Любой другой был бы мертв — но его тело было пуленепробиваемым.              — Кто еще вернулся? — с нажимом спросила Джиро. Она чувствовала себя не в своей тарелке, застряв в этом импровизированном лазарете.              — Кендо из класса В, — объяснил учитель Айзава за Тетсутетсу. — Они вдвоем победили…              — Учитель Айзава!              Джиро обернулась и увидела тяжело дышащую Урараку в дверном проеме. Позади нее было видно Тсу и Кодай.              — Урарака, что такое? — спросил их учитель, быстро поднимаясь на ноги.              — Ш-Шинсо, — запнулась она, — мы не можем заставить его покинуть л-лес.              — Дав, — проговорила Джиро. — Дав, где Канари? Ты его видела?              Она не ответила — почему она не ответила?              — Ведите меня к нему, — приказал учитель Айзава, вырываясь из комнаты следом за Ураракой и Асуи. Осталась только Кодай.              — Кодай… — позвала ее Джиро.              Скромная девушка подбежала к ней, после того, как обвела взглядом всех своих лежащих на кроватях друзей.              — Как оно, Кодай? — сказал Тетсутетсу. — Ты не ранена — это хорошо.              Она кивнула, явно сдерживая слезы.              — Прости, что мы с Кендо вот так оставили тебя с Шиозаки и Хоненуки, но… они вернулись с Шишидой раньше тебя — где ты была?              Она деликатно шмыгнула носом, ее взгляд остановился на спящей рядом с Джиро птице.              Глаза Джиро метнулись между ними.              — Ты была с Канари? — предположила она, принимая сидячее положение и аккуратно придерживая свою руку, хоть она и была в повязке.              По лицу Кодай потекли слезы, и она кивнула.              И сердце Джиро резко упало.              Если Кодай вернулась, а Канари нет… стойте — нет — если бы он был ранен, то его доставили бы прямо сюда. Тогда почему его не было? Может, он был вместе с Шинсо — Урарака сказала, что с ним что-то не так…              «…мы не можем заставить его покинуть лес»              — Кодай, что произошло? — потребовала Джиро. Теперь она стояла — боль притупилась из-за охватившей её паники. — Что произошло?!              Кодай только закрыла руками лицо и затрясла головой, всхлипывая.              В ближайшее время Джиро из нее ничего не вытянет. Так что, после недолгих раздумий, она подхватила Сирену и пронеслась мимо, выбегая наружу…              Она не знала, сколько времени прошло с окончания нападения и есть ли еще злодеи в лесу, но на данный момент здесь были всевозможные полицейские машины; отдаленный рев сирен говорил о прибытии скорой помощи; все помещения для содержания злодеев были заполнены. Но Джиро не обратила на этого особого внимания. Полиция уводила злодея, которого они с Канари победили ранее, и даже его сводящий с ума рев не мог отвлечь ее.              — Джиро! — это был Каминари — он спешил к ней, вместе с Миной и Киришимой. — Ты очнулась!              Джиро даже не заметила, что до этого теряла сознание.              — Где все? — прохрипела Джиро. Она знала ответ, по большей части, но все равно спросила.              — Уже почти все вернулись, — объяснил Киришима, всего на секунду остановив взгляд на птице в ее руках. — Шоджи принес Хагакурэ — кажется, из класса А только она отключилась из-за газа. Но от него пострадали почти все из класса В, нетронутыми остались только Кендо, Кодай, та девушка с грибами, пони… о, и парень со звериным обликом. Не могу вспомнить их имен. Я только что видел Тетсутетсу — как он?              — Все с ним нормально, — заверила Джиро. — Где Канари?              — Канари? — повторила Мина. — Я думала, он пошел в лес с тобой? Так сказал Иида…              — Так и было, — подтвердила Джиро, — но мы разделились. Кодай была с ним, но она ничего мне не говорит! У вас есть хоть малейшее представление, почему он не…              — ЭЙ!              Они быстро обернулись на звук, и их глаза встретились с очередным учеником класса В — тем, что носил бело-голубую повязку. Он несся из глубины леса так быстро, как только мог.              — ЭЙ! — крикнул он снова. — БЫСТРЕЕ — она ранена!              — МОМО! — прокричала Джиро, бросаясь вперед. На своей спине парень тащил Яойрозу.              Киришима схватил Джиро за здоровую руку, останавливая ее, и группа парамедиков окружила этих двоих.              Она могла только издалека наблюдать за тем, как одну из ее самых близких друзей кладут на носилки и заносят в машину скорой помощи; Киришима все еще держал ее за вытянутую руку, в то время как второй она пыталась не уронить бессознательную канарейку.              Парень из класса В упирался. Он получил пару поддерживающих похлопываний по плечу от медицинского персонала, но сам раненым не выглядел, если не считать подозрительного красного пятна на его повязке. Джиро не думала, что это была его кровь.              Он поймал их взгляды и поспешил прочь от парамедиков, которые стремились отыскать все скрытые повреждения.              — Все остальные вернулись, с ними все в порядке? — практически потребовал он ответа, отдышавшись.              — Мы не знаем, — честно ответила Мина. Ее большие черные глаза были полны беспокойства, и, скорее всего, слез. — Н-Но из класса В ты последний… пропала только группа наших друзей…              — Ранен только Тетсутетсу, — сказал ему Киришима, наконец-то отпустив Джиро. — Но многие без сознания из-за газа — мне жаль, мужик.              Парень ограничился кивком и на какое-то время тупо уставился в землю.              — Я-Я правда думал, что мне пришел конец, — в конце концов сказал он, запнувшись. — Я был с Яойрозу, раздавал маски и пытался найти остальных из нашего класса, когда нас начал преследовать этот чертов огромный монстр! Но потом… когда я уже подумал, что он отрежет мне голову бензопилой, выходящей из его руки, он просто… остановился… Яойрозу заставила меня прикрепить к нему эту похожую на пуговицу штуку, когда он уходил. Кажется, это был жучок, но она получила сильный удар по голове, и не была слишком разговорчивой…              — Стой, а это был не Ному? — нахмурился Каминари. — Как и тот монстр из USJ? — сказал он, поворачиваясь на остальных за подтверждением.              — Я не знаю, — вздохнул он. — Но я чертовски рад, что оно ушло в тот самый момент. У вас есть какие-либо идеи, из-за чего?              — Ному в USJ был сродни безмозглой твари, — вспомнила Джиро. — Он отреагировал только на главного злодея — может, здесь то же самое. Он мог остановиться, потому что так повелел хозяин.       — Но почему? — спросил парень в повязке. — Мне казалось, что они хотят убить нас.              — Должно быть, они завершили свою миссию… — сделал вывод Киришима. — Стойте, это значит, что тот парень Каччан — или девушка — теперь у них. Это кто-то из вашего класса, Авасе?              — Нет? — нахмурился парень — Авасе. — Я не узнал это имя, так что думал, что это кто-то из ваших?              Глаза Джиро расширились.              — О нет… — пробормотала она.              Остальные в панике уставились на нее.              — Что такое? Ты что-то знаешь? — требовательно спросила Мина, осторожно положив руку на плечо Джиро.              — Я-Я была той, кто доставил Мандалай сообщение — вместе с Канари… — она посмотрела на Киришиму. — Каччан — так Канари называл Бакуго.              Между ними повисла тишина.              — …Бакуго еще не вернулся? — прошептал Авасе, на секунду разбивая напряжение в воздухе.              Джиро сглотнула.              — Урарака и Тсу позвали учителя Айзаву в лес, чтобы он помог им с Шинсо… Кроме них, с нами до сих пор нет Бакуго, Аоямы, Тодороки, Токоями и Канари…              Она замолчала и уставилась в темный лес, нависший над ними. Учитель Айзава только что вернулся. Он бежал по тропинке, его черные ботинки тяжело ударяли по земле, когда он бросился к машине скорой помощи, где была Яойрозу. Кто-то лежал в его руках, обмякший и потерявший сознание.              Джиро увидела волосы цвета индиго.              — Это Шинсо? — уточнил Каминари, выпрямляясь, чтобы попытаться разглядеть.              — Кто-либо из вас ранен? — внезапно спросил парамедик, почти из воздуха появившийся рядом с Миной. Его взгляд остановился на повязке Джиро. — Пошли, нужно тебя как следует осмотреть…              — С-Стойте, — запнулась Джиро. Она оглянулась на прибывшую группу и направилась к ней.              Все были на месте…              …кроме Бакуго и Канари.              И только когда она увидела в ладонях у Тодороки горстку ледяных слез — коллекцию, которая медленно пополнялась — ее поразило ужасное воспоминание:              «Я не должен сам убивать тебя, — сказал мускулистый злодей. — Но о вас двоих ничего сказано не было — ну же, давайте повеселимся!»       «Но перед смертью ты могла бы помочь мне! У меня все-таки есть работенка. Я ищу еще одного пацана, зовут Бакуго, не видела его?»                      — Где Канари? — прошептала она — вопрос, который она повторила уже слишком много раз. Вопрос, ответ на который она знала, но отказывалась в него верить.              Прибывшая группа посмотрела на нее глазами, полными печали.              — И-И Бакуго? — добавил Киришима.       — Где он?! — воскликнула Джиро. — Где они?!              — Пропали, — без лишних слов ответил Тодороки, сбрасывая лед на землю.              — П-Пропали? — повторила Мина, прикрывая рот руками.              — ЧТО ПРОИЗОШЛО?! — Джиро закричала, по ее лицу покатились слезы, затуманивая зрение.              — Злодеи — они забрали их обоих, — объяснила Тсу, всхлипнув в момент своего тихого квака в конце предложения.              Урарака посмотрела на нее своими полными слез глазами, задыхаясь, когда сказала:              — Они пропали, Джиро…              Когда Джиро аккуратно забрали медработники, она не видела ничего, и вместо боли в руке чувствовала лишь то, как ее кожу щекотали обмякшие крылья Сирены.              Но она все слышала: рев сирен, звук пожарных самолетов, пытающихся потушить бушующий в сухом летнем лесу пожар, вертолет, прилетевший забрать тяжело раненых, рыдания пришедшего в сознание Шинсо, крики других ее одноклассников, на которых тоже навалилось глубокое осознание того, что герои не всегда побеждают.              Она не слышала собственных криков.                      В этот раз злодеи одержали победу.                              Но… что именно они выиграли?              

________________________________________

      

Один день с Момента Похищения

                     Аозора нервно постукивала ручкой по губе, расхаживая туда-сюда по комнате ожидания перед студией.              Что-то здесь было не так — совершенно не так.              Буквально несколько часов назад Сущий Мик чуть ли не выбежал из студии с телефоном в руке, крича, что ситуация чрезвычайная и он не сможет вести своё шоу по крайней мере до конца дня.       Его сайдкик, Миним, была более чем счастлива занять его место. Она радостно болтала о чем бы то ни было, ни разу не упомянув о причине, по которой она в этот день работала больше обычного.              Что Аозоре не нравилось — она этой причины тоже не знала.              Она ждала телефонного звонка — Сущий Мик сказал, что в свое время сообщит ей о произошедшем. Они еще раз будут первым среди СМИ, которое объявят Японии о… чём бы то ни было. Наверно, это из-за того, что Сущий Мик был надежным человеком для Юэй. Так предполагала Аозора.       Но для подобного было слишком раннее утро. Солнце едва взошло, но все же она была здесь. Все-таки этот день не так уж сильно отличался от любого другого. Она была на станции так же рано, как и обычно. Единственное отличие — что-то было не в порядке, она понимала это, и незнание того, что именно, было для нее невыносимым.              В этот самый момент телефон в ее руке завибрировал.              От неожиданности Аозора чуть не выронила телефон, и ей пришлось жонглировать им, чтобы удержать от падения, после чего она, наконец, нажала на кнопку ответа.              — А-Алло? — запнулась она, сбросив с головы наушники и прислонив телефон к уху.              У нее пронеслась мысль, что она не посмотрела на номер звонящего — это мог быть спам звонок, предлагающий ей какую-нибудь ерунду, вроде стеклопакетов или автостраховки, несмотря на то, что она так и не сдала на права.              По всей видимости, использовать свою причуду для отпугивания раздражающе медлительных водителей через их зеркала было запрещено. Она не потрудилась пойти на пересдачу — это было слишком большой тратой времени.              — Аозора — Кукиша только что закончила со своим репортажем. Она уже должна быть на обратном пути. Извини, что это заняло так много времени, — это был Сущий Мик.              Но… что-то было совершенно не так — совершенно. Из его голоса исчез энтузиазм; не было и капли эмоций. Даже его успокаивающий «все будет хорошо» тон сейчас не прослушивался. Создавалось ощущение, будто он заразился унынием от Айзавы, или что-то вроде того.       — Что случилось? — потребовала она, включив громкую связь, чтобы можно было кричать прямо в микрофон. — Скажи, что случилось! Ты не был так напуган с тех пор, как Канари, из всех людей, решил победить Убийцу Героев! И даже тогда ты не выбежал из студии как… как какой-то… ох, я не знаю! Я даже сравнения нормального придумать не могу — до чего все дошло!              Он даже не посмеялся.              — Послушай — там… — Сущий Мик вздохнул, колеблясь, пытаясь подобрать слова для объяснения. Или, по крайней мере, Аозора подумала так. Но затем она прислушалась, и смогла различить отдаленные всхлипы.       — Ты что, плачешь?              — Канари пропал, Аозора! — воскликнул он. — Пропал — Лига Злодеев напала на летний лагерь и забрала Мидорию!              Возможно, сама новость сломала Аозору.              Возможно, это был голос, казалось бы, несокрушимого героя, на которого она смотрела снизу вверх с самой их первой встречи и который сейчас уронил телефон, истерически всхлипывая.              Возможно, это был вид на маленькое кресло, стоявшее перед ней, все еще покрытое подушками и большим пушистым зеленым пледом, который Аозора недавно принесла из собственного дома, просто потому что ей хотелось увидеть, как он завернется в него, словно буррито. Небольшое гнездышко Канари.              Может, это была мысль о застенчивом мальчике, который забрел на радиостанцию — о том, кем он стал… о том, где он сейчас может быть.              Аозора дрожала, опускаясь в то самое кресло. Там застряли перья — на подушке, в которую она вцепилась изо всех сил и зарылась лицом, всхлипывая.              Ее маленький птенчик…              Когда же он снова взлетит?               

________________________________________

             

Два Дня с Момента Похищения

                     Сознание волнами возвращалось к Шинсо.              Он моргнул, и день превратился в ночь — часы на стене отсчитывали секунды. Он снова моргнул — и солнце вернулось.       Его веки были тяжелее, чем когда-либо. Он был уверен, что с момента атаки кожа под его глазами еще сильнее запала в его глазницы. Его мешки и так были заметной чертой его лица. Сейчас же он и выглядел как мертвец, и чувствовал себя так же.              Тот факт, что у него не было сил на укладку волос, не помогал. Они частично закрывали его лицо, как у учителя Айзавы, и были растрёпанными, как у Мидории, только длиннее.              Все болело.              Его руки покрывали толстые бинты, которые скрывали ожоги вместе с нанесенными на них кремами и лосьонами. Его бок был зашит, и тоже обернут в несколько слоев бинтов, которые приходилось менять так же часто, как и те, что были на руках. Его плечо разделяло похожую участь.              Но ничто из этого не причиняло такой боли, как тяжесть, висящая у него на сердце и заполняющая разум.              Мидория был прямо здесь — но вне досягаемости. Так близко, и при этом так далеко.              — Не реви.              Шинсо еще раз открыл глаза. Он повернулся налево и увидел Джиро, сидящую на стуле около его кровати.              Окинув взглядом комнату, он по очереди увидел каждого из своих друзей. Здесь были все: Джиро, Тодороки, Урарака и Иида. Они так посмотрели на него, будто уже долгое время сидели здесь в тишине.              — Заткнись, — Шинсо прошипел на Джиро, щурясь, когда из его глаз потекло больше слез, несмотря на то, как сильно он пытался их сдерживать.              — Хорошо, — только и ответила Джиро.              И так и сделала.              Шинсо сразу поддался своим глупым эмоциям. Тихо всхлипывая, он был уверен, что остальные были заняты тем же.              Какой-то тихий голосок у него в голове, который звучал подозрительно похоже на Мидорию, говорил, что плач — это естественный способ вывести токсины из организма. Мидория, наверно, когда-то говорил подобное — может даже на радиошоу.              Погодите…              Его подвеска — ее на нем не было.              Его слезы почти прекратились — их запас полностью иссяк — и он резко выпрямился, несмотря на протесты ноющего тела.              — Г-Где она? — с дрожью в голосе спросил он, притягивая руку к тому месту на груди, где должно было быть перо. — Где моя…              Она была там — на столике возле его кровати. Трясущейся рукой он дотянулся до нее и надел обратно на шею, нащупывая застежку.              — Канари тебе ее подарил? — спросила Урарака, чуть ближе пододвигаясь на стуле.              Шинсо мрачно кивнул, потирая хрупкий предмет между пальцами. Поразительно, насколько целым осталось перо, несмотря на то, сколько ему пришлось пережить. В опахале все-таки виднелась незначительная прореха — но эта вещица была крепкой. Как и её бывшая владелица.              — Как Сирена? — какое-то время спустя спросил Шинсо, наконец-то оторвав взгляд от пера и переведя его на остальных. Он был прав, они тоже плакали.              — Она все еще у ветеринара, — ответил Иида, стирая краем футболки конденсат со своих очков. — Те, кто попал под действие газа, все еще не проснулись: у Сирены это займет даже дольше, чем у наших товарищей с факультета героев.              Сознание Шинсо на какое-то время задержалось на фразе «товарищи с факультета героев». Ему не особо хотелось думать об этом еще больше.              — Кто еще ранен?              Джиро немного приподняла руку.              — Исцеляющая Девочка с легкостью меня подлатала, — сказала она, пожимая плечами. — Меня выписали из больницы вчера днем.              — Кроме этого, у большинства были всего лишь незначительные повреждения, — объяснила Урарака, потирая свою руку в том месте, где ее ранила злодейка с ножами. — Помимо Яойрозу и Тетсутетсу, остальные находятся в больнице из-за яда.              — Что с ними произошло? — продолжил допрос Шинсо, не желая, чтобы его мысли вернулись в яму печали и раскаяния. — Я имею в виду Яойрозу и Тетсутетсу.              — Яойрозу была серьезно ранена Ному, — объяснил Иида. — В Тетсутетсу несколько раз выстрелил злодей, который произвел ядовитый газ. Его причуда смогла защитить его от большинства выстрелов, но он не смог выдержать слишком много…              — Вообще-то его выписали вскоре после меня, — продолжила Джиро. — Все звучало гораздо хуже, чем есть на самом деле. Но Яойрозу все еще здесь. Ее отпустят завтра вечером, если все будет хорошо к тому времени. Тебя тоже должны выписать где-то в это же время.              В комнате снова повисла тишина.              Шинсо не мог ничего поделать — он просто не мог удержать в узде свои мысли.              — Что теперь? — выдавил он.              Поначалу никто не ответил.              — …Будем ждать, — сказал Иида.              — Чего? — огрызнулся Шинсо, одной рукой комкая простыни, а второй продолжая держаться за перо. — Когда его убьют?              При этих словах Джиро дернулась, она схватила свои разъемы и стала нервно постукивать ими друг о друга.              — Н-Не факт, что они хотят сделать именно это…              — Что еще они могут от него хотеть? — воскликнул он, чуть ли не требуя ответа, который не отражал бы худший из возможных сценариев. — Похищение и убийство одного из самых знаменитых подающих надежды героев… Это точно отличный способ заявить о себе.              — Н-Но они забрали еще и Бакуго, — напомнила ему Урарака. — Если это все, чего они хотят, какой был смысл забирать обоих.              Шинсо пожал плечами.              — Для большего эффекта, может? Именно Бакуго выиграл Спортивный Фестиваль, помнишь?              — Герои спасут их, — вмешался Тодороки. Он почти не говорил — Шинсо почти забыл, что он здесь.              — И почему ты так в этом уверен? — возразил Шинсо, прежде чем снова взглянуть на часы.              Тик-так, тик-так…              — Откуда ты знаешь, что все еще не слишком поздно? — добавил он.              Теперь все смотрели на часы. Каждая прошедшая секунда была потеряна — шансы на то, что их друг вернется целым и невредимым продолжали уменьшаться.              Тик-так, тик-так…               Тодороки отвернулся от часов к окну.              — Мы можем только надеяться.              Мидория был где-то там.              Но где?              

________________________________________

      Сознание возвращалось к Мидории медленно, но в то же время внезапно.              Он мало помнил из того, что произошло после того, как его затащили в портал. Сейчас он был уверен только в том, что безвольно сидит на стуле — его тело удерживало в таком положении что-то, обвязанное вокруг его лодыжек и запястий. Он пока не осмеливался открыть глаза. Сначала ему надо было разобраться во всем произошедшем — по обрывкам восстановить выжившие воспоминания.              Они шли через лес… и наткнулись на Урараку и Асуи. Там была злодейка — его ровесница с дикими желтыми глазами и растрёпанными светлыми волосами. Она была довольно пугающей — но казалась очарованной им. Она бросилась на него, в то время как Кодай увеличила свое дерево и с поразительной силой отбросила злодейку прочь.              Он почувствовал холодное прикосновение к своему плечу, и все вокруг потемнело.              Казалось, не прошло и секунды, когда он стоял уже в совершенно другой части леса. Его друзья тоже были там. Шинсо выглядел хуже, чем Джиро — его бок побагровел — рукава были изорваны, под ними виднелись суровые ожоги — в плече торчал нож. Но ему, казалось, было плевать. Он все равно потянулся за Мидорией. Но там был кто-то еще — одной рукой он держал его за горло, а второй прикрывал рот. Эти руки были горячими, и, судя по полыхающему у него под ногами пламени, они были источником этой силы.              Порыв ветра — и температура резко сменилась. Но его глаза так и не оторвались от фиолетового цвета того, что казалось порталом, до того, как что-то произошло… Это мог быть наркотик, или удар по голове, или даже причуда — но, так или иначе, он потерял сознание.              И теперь он был здесь.              А где… здесь?              — Ну же! Разве ты не хочешь съесть что-нибудь? Я могу тебе принести!              — Отвали.              Мидория аккуратно открыл глаза, старясь не привлекать к себе внимание.              Было темно — комната была маленькой, тесной. Похоже, что он был… в каком-то баре? Деревянные половицы покрывали какие-то странные пятна; кирпичную стену украшали только порванный постер со Всемогущим и большой телевизор. Окон не было, но были две двери. Одна за барной стойкой, справа от Мидории, а вторая — слева — скорее всего это был главный вход. Но то, что находилось прямо перед ним, более всего привлекало его внимание.              Это был Каччан — он был привязан к стулу. Однако его руки не были за спиной, зафиксированными на деревянных планках, как у Мидории. Вместо этого он был закован в какой-то крупный кусок металла — его руки и ноги были прикованы к более прочному стулу. Мидория предположил, что держать под контролем причуду Бакуго сложнее, чем его собственную. Все, что им было необходимо сделать с ним — это засунуть ему в рот этот отвратительный кляп. Как Мидория заметил, он состоял из двух слоев ткани. Один ограничивал его речь, а второй полностью закрывал нижнюю половину лица.              — Ты не ел два дня, — проворчал другой голос — это был злодей в шрамах, который забрал его, с причудой голубого пламени. Он сидел за барной стойкой, недалеко от Мидории, наблюдая за тем, как первый злодей пытается заставить Каччана поесть. — Твайс, просто оставь его голодать.              — Что? Ни в коем случае! Конечно — мне же легче!              — Если захочешь воды, просто скажи, — добавил мужчина в шрамах, повернувшись на барном стуле, чтобы вернуться к тому, что бы он сам там ни пил — и тут он поймал взгляд Мидории.              Он сразу же захлопнул глаза, но слишком поздно, ущерб был нанесен.              Он услышал шаги, после чего его голову резко дернули назад.              Мидории больше не было смысла держать глаза закрытыми. Когда он снова открыл их, злодей ухмыльнулся ему. Он сжимал в кулаке волосы Мидории, удерживая его голову вертикально относительно того безвольного положения, в котором она провисела неизвестно сколько времени. От этого его шея заболела, но это было наименьшей из его забот.              — Долго же ты проспал, — прорычал обладатель огненной силы. — Мы думали, что ты злоупотребил причудой на тренировках или вроде того. Транквилизатор Бакуго не продержал его без сознания так долго.              С другой стороны бара послышался восторженный вздох.              — КАНАРИ! — пропищал голос. — Даби, он очнулся?! Он очнулся!              Злодей в шрамах — Даби — отпустил волосы Мидории, и он смог снова откинуться на стул. Злодей сделал шаг назад, и перед глазами Мидории появилась обладательница восторженного голоса — эта та самая девушка, которую в летнем лагере атаковала Кодай.              — Привет, Канари! — снова сказала она, чуть ли не подскакивая вверх-вниз. — Я Тога Химико, и я твоя самая большая фанатка!              Мидория физически не мог вжаться в стул еще сильнее. Вместо этого он потянул за свои путы в слабой попытке ослабить их.              — Я видела тебя на Спортивном Фестивале, и я послушала все твои радиошоу! — продолжала лепетать она.              Когда она обрушилась на него, Мидория медленно перевел свой взгляд на Каччана. Его голова была низко опущена. Он посмотрел на него исподлобья — но в его глазах было что-то, что Мидория никогда не ожидал увидеть — странная смесь страха и беспокойства. Казалось, что он пытался подавить что-то в самом себе.              У Мидории дела шли не так хорошо, как у него.              Он снова отчаянно потянул за путы. Его дыхание было быстрым и прерывистым.              Теперь Тога держала нож — он не мог вспомнить, когда и откуда она его достала. Но Мидория замер, когда она решила приставить лезвие к нему.              — ...всего лишь капелька крови… — произнесла она, хихикнув. — Тогда я смогу быть прямо как ты.              — Отойди от него, Тога, — вздохнул Даби. — Ты уже собрала с обоих то, что тебе было нужно.              — Ох, но он такой симпатичный, когда истекает кровью!              — Я не могу сегодня терпеть эту психопатку, — внезапно заявил Даби, вскакивая со стула и направляясь к двери. — Я вернусь до начала этой бестолковой пресс-конференции.              — Стой, Шигараки сказал ждать здесь и следить за ними. Предполагалось, что главным здесь остаешься ты, — запротестовал похожий на ящера злодей в одежде, напоминающей таковую у Стейна — эта мысль лишь заставила Мидорию сильнее паниковать.              — Я вам не нянька, — прорычал Даби. Больше он ничего не сказал, только открыл дверь и захлопнул ее за собой, пуская в комнату поток прохладного воздуха — дразнящий вкус недосягаемой свободы.              — Он не должен так часто выходить на улицу, — вздохнул один из злодеев. Мидория сейчас не обращал особого внимания на то, кто есть кто. — Он слишком узнаваем — нас могут заметить из-за него.              — Не смеши меня, Магнэ — какая хорошая идея! Пошли — нет, ты иди…              — Твайс, иди возьми тайм-аут.              — Нет, мэм — да, мэм!              — Мы должны следовать приказам Шигараки, — продолжил злодей-ящер. — Вырубим их сразу же, как только закончим.              Мидория дернулся, не зная, что он мог под этим подразумевать.              — Но нам придется снять с него кляп, чтобы дать воду, — сказал мужчина в маске и цилиндре. — Что если он использует причуду?              — Не использует.              Теперь к нему поднесли стакан воды, его держала та злодейка — Магне. Она стянула с него кляп — он развязался с некоторым трудом.              Как только его рот был свободен, он втянул мускусный воздух бара — но нож Тоги спустя считанные секунды был снова у его горла. Он отодвинулся от нее, не зная, что можно было сделать в этой ситуации.              — Пресс-конференция завтра, — объявил ящер. Он все еще оставался в дальнем углу бара, прислонившись к стене и смотря на беззвучный экран телевизора. На нем Мидория видел себя, стоящего рядом с недовольным Каччаном, в момент, когда тот получил свою золотую медаль. Казалось, что это было целую вечность назад. — Им не нужно есть. До тех пор обойдутся.              — Именно это я имела в виду, — подтвердила Магне, поднося стакан с водой ближе к лицу Мидории.              Он сглотнул — его горло пересохло и саднило после тренировок в летнем лагере. Но воду он не принял.              — Ч-Что вам от меня надо? — сумел спросить он под давлением угрозы от лезвия у его кожи и криков перепуганного рассудка.              — Скоро ты все узнаешь, это лишь вопрос времени, — угрожающе уведомил его злодей в маске.              — Деку.              Все обернулись на звук.              — Не бери воду, — закончил Каччан.              Магне только раздраженно фыркнула. Она приставила стакан ближе к лицу Мидории.              — Пей, а иначе мы используем один из шприцов Тоги.              Взгляд Мидории метнулся между Каччаном и злодеями. Через секунду он сдался и немного приоткрыл рот.              Стакан резко сунули ему в рот, ударяя его по зубам, и отравленная жидкость начала вливаться в его горло. Его так сильно мучила жажда, что он даже не думал отказываться глотать.              — Вот видишь? Было не так уж и сложно, — вздохнула злодейка, поворачиваясь к Бакуго и указывая на пустой стакан.              — Не забудьте засунуть ему кляп, чтобы он не запел, когда очнется.              — Тогда почему бы тебе самому этого не сделать, Спиннер?! Ты за все это время ни разу не помог!              —Я все еще не понимаю, зачем здесь этот! Именно он помешал миссии Стейна! Мы должны его прикончить, а не держать как домашнюю зверушку!              — Домашняя канарейка! Ох, а можно?!              Голова Мидории отяжелела, и все их голоса слились в один, его веки опустились. Что бы ни было в этой воде, действовало оно быстро.              Он легко поддался сну — надеясь — молясь — что герои скоро найдут их…              Но сколько еще ждать?              

________________________________________

      

Три Дня с Момента Похищения

             — Я не понимаю, почему вы все здесь, — вздохнул Шинсо, отводя взгляд от толпы студентов, вторгшихся в его палату.              — Потому что мы волнуемся за тебя, — мягко сказала ему Урарака. — Ты не ответил ни на одно наше сообщение и ни с кем не разговаривал…              — Ну, я почти никого из вас не знаю, — огрызнулся он, снова бросая взгляд на класс 1-А. — Так что…              — Теперь тебе от нас не отделаться, — Джиро выдавила улыбку. — Ты на факультете героев, в конце концов.              Он на мгновение заколебался.              — Канари тоже был.              Это бросило тень на их улыбки. Это всегда было одной из причин, по которой он ненавидел типичных героев — их улыбки. Они растягивали губы, будто все будет хорошо, будто они не замечали опасности или, может, лгали без угрызений совести.              — Не надо говорить о нем в прошедшем времени, чел, — сказал красноволосый — кажется, его звали Киришима.              — Почему это? — возразил Шинсо. — Он уже три дня все равно, что мертв… И от героев до сих пор не было слышно и слова.              — Сегодня вечером они проводят пресс-конференцию, — вмешался Иида, при этом его голос дрогнул. — На ней будет присутствовать учитель Айзава вместе с директором Незу и Королем Владом.              — Какая разница, — вздохнул Шинсо. — Это все равно ничего не изменит.              — Нет смысла быть таким пессимистичным, — твердо сказала Джиро, накручивая разъем на палец, будто пытаясь отвлечься от своих эмоций.              — Всегда нужно оставаться пессимистичным, — ответил Шинсо, обнимая свои колени. — Так ты либо окажешься прав в конечном итоге, либо не будешь чувствовать боль от того, что ошибался.              Последовавшая тишина была тяжелой и вязкой. Шинсо казалось, что он тонет в ней.              — Всегда нужно оставаться оптимистичным, — голос Урараки разрезал тишину. — Потому что тогда, если случится худшее, ты испытаешь эту боль только единожды.              Он вздохнул и отпустил свои колени, отказываясь снова встречаться с ней взглядом.              Все молчали еще несколько секунд, не уверенные, что сказать. Но тут произошло кое-что, чего Шинсо не ожидал совершенно.              — Тогда давайте не позволим этому случиться.              Шинсо нахмурился на заявление Киришимы.              — И как же?              — Мы сами спасем их, — объявил он.              Глаза Шинсо распахнулись.              — Что?! — воскликнул Иида, — Ты с ума сошел?!              — Погоди, сначала послушай! — возразил Киришима. — Я был здесь вчера, вместе с Тодороки. Я хотел навестить Тетсутетсу, а Тодороки, думаю, пришел проведать тебя. Я уже хотел зайти, но тут мы увидели, как Яойрозу разговаривает со Всемогущим и офицером полиции… Она сказала, что ей удалось прикрепить следящее устройство на Ному, который атаковал ее и Авасе из класса В — она дала им устройство, которое ловит сигнал.              — И вы собираетесь попросить у нее второе, — заключил Иида, — не так ли?              — Вы хотите отследить сигнал монстра до самого убежища злодеев? — выдохнул Шинсо.              Тодороки поколебался, прежде чем уверенно ему кивнуть.              — О чем вы только думаете?! — внезапно выпалил Иида. — Мы должны оставить это профессионалам! Вы не забыли о том, к каким проблемам привел инцидент в Хосу?!              — Последствия не имеют значения, — сквозь стиснутые зубы продолжил Тодороки. — Как ты не понимаешь? Они могут погибнуть, если мы не сделаем ничего в скором времени.              — Во время нападения, — вмешалась Джиро, — злодеи сказали, что им велели не причинять вреда ни Канари, ни Бакуго. Но доброе большинство всех остальных из нас они пытались убить. Это может означать только, что они хотят большего, чем просто избавиться от них…?              Это было хорошее замечание. Оно зажгло странную искру в той пустоте, в которую погрузилось сознание Шинсо.              — Тогда чего они хотят? — он озвучил вопрос.              — Я-Я… — она запнулась, — Я не знаю.              — Ну, что касается меня, то я не хочу ждать, чтобы это выяснить, — заявил Киришима. — Так, что думаете? Они все еще в пределах нашей досягаемости! Мы можем спасти их!              — Почему вы меня не слушаете?! — прокричал Иида, заставив всех вокруг подпрыгнуть и сделать пару шагов назад. — Вы можете пострадать больше, чем уже пострадали — разрушить репутацию Юэй еще сильнее — вы можете сделать все только хуже!       — Может ты и прав! — крикнул Киришима, в отчаянии сжимая кулаки, в уголках его глаз стояли слезы. — Но я могу думать только о том, что я был в летнем лагере — и не сделал ничего! Когда все вы рисковали своими жизнями; когда я услышал, что кто-то — мой друг — хоть я и не понимал это — был в опасности — я просто стоял на месте и ждал! И я больше не могу этого выносить!              — Если злодеи не собираются убивать их — что они тогда делают? Держат их в заложниках? Пытаются использовать их для чего-то, пытают их?! И ты хочешь, чтобы я просто сидел и ждал, в то время как что-то из этого может происходить с одним из моих лучших друзей?!              — Мидория уязвим, — перебил Шинсо, прежде чем Иида смог продолжить кричать на них. — Он всегда таким был. Я не знаю, сколько он сможет выдержать.              — Т-Ты его недооцениваешь, — сказала Джиро. — У него сильная причуда, и…              — Причуда, с которой легко можно справиться, — возразил Шинсо, поднимая руку к губам. — И я говорил не об этом…              — Тогда пошли! — крикнул Киришима, притягивая руку Шинсо, сидевшему на больничной койке. — Возможно, у нас все еще есть время!              Время…               Тик-так, тик-так…              Но сколько его осталось?       

________________________________________

________________________________________

Примечания Автора: Я забыла спросить народ в Дискорде насчет артов, так что я просто листала и собирала все, что, так или иначе, было прислано. Pigeonat нарисовал(а) это — я не знаю, что это, но там есть Сирена (и орущий Токоями) так что вот: https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/637059228175040532/Untitled.png Это от WyvernSpirit — и это Сирена в феске (они нескончаемые) https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/636679357519364116/20191023_223554.jpg chaotic_clueless (из Дискорда) так же нарисовал(а) еще одну Сирену в феске (У прекрасной(ого) Devine из Дискорда был день рождения и все рисовали всякое, это было очень мило, но, опять же, я забыла спросить, так что я просто оставлю это здесь XD) https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/636215365441028116/image0.jpg И у Thelovypop17 сегодня милый крылатый Мидория! https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/637291337766404096/image0.jpg