Canary

Ученик Геройского Факультета Канари Восстал Из Мертвых!

        Шестнадцать дней назад Изуку Мидория, также известный как Канари, радиозвезда и ученик геройского факультета, занявший второе место на Спортивном Фестивале Юэй, был похищен печально известной преступной группировкой, известной как Лига Злодеев, во время пребывания в летнем лагере Юэй, который являлся частью перевода Канари с общеобразовательного факультета на факультет героев. После случившегося были подняты вопросы о безопасности студентов в престижной школе, побудившие Юэй инициировать процесс перевода учащихся в систему общежитий, находящихся на территории кампуса.              Именно там прошлой ночью появился Канари, шокировавший тем самым своих одноклассников и учителей. Вместе с ним была маленькая девочка, которая, по словам Канари, тоже была похищена группой злодеев, которую еще предстоит опознать. Сейчас они оба пребывают в неназванном месте, где оценивают их состояния и держат под защитой в течение полицейского расследования.              Однако из-за ужасного ранения, полученного им во время нападения в Камино, которое послужило причиной отставки Всемогущего, долго занимавшего место героя номер один, Канари может навсегда остаться немым.              Что это значит для нашего юного героя, обладающего могущественной причудой, которая требует использования голоса?              Позволят ли ему остаться на факультете героев, несмотря на такой поворот событий?              Что Канари думает о провале героев и полиции, об их неспособности спасти его, несмотря на то, что его держали всего в часе езды от Юэй?              Подпишитесь на нашу рассылку, чтобы узнать это и многое другое об этой невероятной истории.

________________________________________

      

Один день с момента возвращения

             — А теперь, что касается вашей щеки… — продолжил доктор Имаи, постукивая ручкой по планшету. — Мы, безусловно, можем ее исправить. Вы потеряли существенное количество ткани, но мы можем прибегнуть к пересадке кожи.              Мать Мидории сжала его руку. Она сидела рядом с его кроватью, пытаясь сдержать слезы, которые, несмотря на ее попытки, не прекращая текли по ее лицу с момента телефонного звонка, сообщившего ей, что Мидория жив и находится в больнице.              — Что же касается языка… — вздохнул доктор. — Вашу травму можно сравнить с потерей конечности — это не просто отсутствие маленькой части мышцы. Большая его часть была полностью уничтожена. Честно говоря, это чудо, что вы не пострадали от масштабной кровопотери, хоть нас и убедили, что это результат причуды злодея.              — Н-Но он когда-нибудь сможет снова з-заговорить? — проговорила Инко, еще ближе пододвигаясь к кровати на своем скрипучем стуле.              Доктор Имаи замешкался, но затем твердо кивнул.              — Да, но потребуются усилия, время и занятия по восстановлению речи. Вы сможете снова говорить, затруднения вызовут только определённые звуки, которые сложно произносить без языка. Боюсь, только вы сами можете сказать, каким образом это скажется на вашей причуде.              Мидория с пониманием кивнул.              — Я знал людей с раком языка, у которых было удалено столько же ткани, сколько и у вас, и после нескольких лет у них получалось достичь такого уровня владения речью, когда они могли без каких-либо затруднений донести свою мысль.              Мидория снова кивнул. Это было не совсем то, что он надеялся услышать, но он знал, что, несмотря ни на что, так оно и будет.              — Еще мы можем предложить вам фантомный язык, — сказал доктор. — У вас осталась небольшая часть мышцы, и с помощью операции мы сможем сконструировать язык, которым вы сможете двигать, хоть и не сильно. Он будет выглядеть как настоящий или, по крайней мере, достаточно похоже на настоящий, и сможет упростить вам процесс употребления пищи.              Доктор говорил довольно медленно и утомительно. Из-за этого в Мидории просыпалось нетерпение, он хотел сразу перейти к сути.              — Видите ли, мы используем язык не только для того, чтобы говорить. Очевидно, мы чувствуем им вкус, но, помимо этого, еще и перемещаем пищу во рту во время еды и глотания. Как я и сказал, ваш язык не отсутствует полностью, и, по всей видимости, вы способны нормально пить и глотать, но… чтобы мы ни сделали, с определенной едой процесс потребления пищи будет вызывать некоторые сложности.              Мидория узнал об этом, когда пытался есть то, что давали ему злодеи. Он сильно пачкался, из-за чего, честно признаться, ему было стыдно. Но он правда не мог ничего с этим сделать…              — Помимо этого, а также легких ссадин на запястье, вызванных наручником, у вас только несколько царапин и синяков. Вы можете остаться здесь до операции, но так как ваши травмы не угрожают жизни, вас поместили в очередь, — объяснил доктор Имаи.              — И сколько нам ждать? — твердо спросила Инко, сильнее сжимая руку Мидории.              Он вздохнул, поправляя свои очки в тонкой оправе.              — Ну, очередь может стать очень длинной, особенно учитывая повышения активности злодеев за последние дни… Но, учитывая ваш… статус, вам посчастливилось попасть в список приоритетных пациентов. Я бы сказал, что, максимум, ожидание займет две недели.              Инко поколебалась, но в конце концов кивнула.              — Я – мы – мы понимаем. Спасибо за помощь.              Снова кивнув, он поднялся. Он открыл дверь, но замешкался, оглядываясь на Мидорию.              — Мне… жаль, что с вами такое случилось, — и он ушел.              Мидория мгновение смотрел в стену, но затем услышал всхлипы своей матери.              — Мам… — смог выговорить он, из-за чего у нее перехватило дыхание.              Она повернулась и посмотрела на него с широко открытыми, слезящимися глазами.              Мидория вырвал у нее свою руку, [Я в порядке]              — Н-Но это не так, Изуку! — прокричала она. — У т-тебя все было так хорошо… Ты снова заговорил, а теперь… М-Мне так жаль!              [Мам, пожалуйста, все хорошо. Я придумаю что-нибудь, только не плачь, пожалуйста…]              Но она не смотрела на его руки — ни один его жест не смог бы дойти до нее. Он мог лишь притянуть ее в объятия и наслаждаться ее компанией.  

________________________________________

Хор в Авиари!

Дав: Привет

Овл: Привет, Канари! Как ты? Овл: (Урарака тоже передает привет)  

Дав: Я в порядке

Рэйвен: Что случилось?

Дав: С чего ты взял, что что-то случилось?

Рэйвен: В плане врачебных разговоров. Овл: Врачебных разговоров? Рэйвен: Вы меня поняли.

Дав: Мм, да. Могло быть и лучше.

Крейн: Тенсей скоро придет на обследование. Может, мы сможем встретиться?

Дав: Да, было бы здорово! Дав: Я не знаю, сколько еще тут пробуду. Это может затянуться надолго.

Овл: Из-за расследования?

Дав: Типа того Дав: А, еще я в очереди на операцию. Дав: Мама подводит итоги того, что они собираются делать.

Рэйвен: Они смогут это исправить?  

Дав: Частично. Дав: Речь будет… другой проблемой.

Рэйвен: Значит, ничего нового.

Дав: Думаю да…

Пуффин: Сирена с тобой?

Дав: Была секунду назад. Дав: Медперсонал продолжает пытаться выкинуть ее. Она продолжает возвращаться.

Овл: Готова поспорить, что она этим наслаждается.  

Дав: О, несомненно.

        — Это тот, о ком я думаю?              Мидория поднял глаза от своего телефона (точнее телефона Урараки) и увидел в дверях очень знакомое лицо.              — Привет, Изуку, — улыбнулся его отец.              Мидория сбросил больничное покрывало, вскочил на ноги и бросился к Хисаши.              Его ноздри заполнил запах дыма от огненного дыхания отца и дешевого дезодоранта, которым тот вечно пытался его перекрыть. Мидория уткнулся лицом в его грудь и улыбнулся.              Отец крепко обнял его в ответ.              — Мы слишком давно не встречались лицом к лицу, мне так жаль.              Мидория лишь крепче прижался к нему. Он устал от извинений.              — Когда я услышал, что ты вернулся, я сел на первый же самолет! — воскликнул он. — Я так рад, что ты в порядке.              Мидория утер слезу с глаза. [Я рад, что ты здесь]              — Я тоже, соловей, — улыбнулся он. — А теперь пошли, кажется, у нас назначена одна встреча.              [Встреча?] нахмурился Мидория.              — С директором Юэй, — сказал он с поднятыми бровями. — Нам хотелось окончательно покончить с этим, прежде чем мы сможем провести день все вместе.              Мидория неуверенно кивнул. У него было плохое предчувствие по поводу этого.              Поправив маску и убедившись, что его рана должным образом скрыта, Мидория вслед за отцом вышел из больничной палаты и направился вниз по извилистым коридорам.              — Так вот, я прослушал каждое из твоих радиошоу! — объявил Хисаши. — И показал их своим коллегам! Но они не поверили в то, что это мой сын, чем я, честно сказать, задет! — рассмеялся он, пока они спускались по лестнице. Мидория сверкающими глазами смотрел на него снизу вверх. — Неужели они не заметили сходства? Наверное, нет. Ты слишком сильно пошел в мать. Видимо, одних веснушек недостаточно, чтобы доказать родственную связь.              Мидория рассмеялся, перепрыгивая через пару ступенек. [Возможно, моя странная причуда вызвала у них сомнения]              — Ты знаешь, вполне возможно, — согласился он. — Откуда только она взялась? Видел бы ты мое лицо, когда твоя мама позвонила мне и сказала, что ты нашел свою причуду, когда поджег дождь!              [Это был всего лишь дождь]              — Ты так говоришь, будто в этом нет ничего особенного! Хотя для тебя, возможно, и правда нет, — нежно вздохнул Хисаши. — Ладно, мы на месте! Они выделили для нашего разговора отдельную комнату, разве не мило с их стороны?              Он толкнул дверь, и за ней оказался довольно маленький, заброшенный кабинет, по углам которого были расставлены коробки с бумагой. По центру стоял круглый стол, где рядом с директором Незу сидела мама Мидории. Ее руки тряслись, когда она взяла чашку зеленого чая.              — Мы пришли! — объявил Хисаши, усаживаясь на ближайший к ним стул и призывая Мидорию сесть между ним и Инко.              — Здравствуй, Изуку! Рад снова видеть тебя! — улыбнулся директор, ставя свой чай, чтобы предложить по чашке двоим прибывшим. Они вежливо приняли предложение, хоть у Мидории и не было в планах пить этот чай. — Должен сказать, я был более чем приятно удивлен, когда учитель Айзава пришел и сказал, что суматоха в классе 1-А была вызвана не ординарным происшествием, а твоим появлением! Но я должен извиниться от имени героев, которые не смогли прийти к тебе на помощь, когда ты нуждался в ней более всего. Случившееся с тобой было ужасно и абсолютно неприемлемо. Я надеюсь, что сейчас мы сможем помочь тебе всеми доступными нам способами и средствами, чтобы скомпенсировать нашу прошлую неудачу.              Мидория не знал, что на это ответить, так что ограничился простым поклоном в знак благодарности.              — Также хочу принести свои извинения за все формальности и встречи, через которые вам пришлось пройти за последние несколько дней, — вздохнул Незу. — Ты, должно быть, просто хочешь провести время с семьей и друзьями. Так что я надеюсь, что с этим вопросом мы сможем разобраться так быстро, насколько возможно.              Мидория кивнул. Честно говоря, кивок на данный момент был его самым ходовым ответом…              — Изуку, — тихим голосом начала его мать. — М-Мы кое-что обсуждали уже долгое время, и, и… Я-Я не думаю, что тебе стоит продолжать учиться в Юэй после случившегося.              Глаза Мидории расширились, [Стой, мам — нет!]              — Изуку, это слишком опасно — смотри, что произошло с тобой!              Отец положил руку Мидории на плечо.       — Мы просто не хотим, чтобы ты снова так сильно пострадал, — твердо сказал он, радость от их встречи полностью исчезла из его голоса.              [А дальше что?] расстроенно сказал Мидория, его жесты были резкими и прерывистыми. [Я пойду в другую школу, но с чего вы решили, что там будет сколько-нибудь безопаснее?]              Его мама подавила очередной всхлип.              — Мне ж-жаль, но…              — Нет! — закричал Мидория, поднимаясь и отталкивая свой стул. Но слово прозвучало неправильно — он не смог выговорить все буквы. [Хватит с меня извинений!]              — Изуку, прошу, сядь, ты расстраиваешь свою мать, — сказал Хисаши, схватив его за запястье там, где бинты скрывали ссадины, оставленные наручником.              Мидория сел. Он не хотел кричать — он просто… устал от всего этого.              — Хоть мои лапы и не позволяют мне использовать язык жестов, несколько месяцев назад я взял на себя смелость и начал его изучение, — сказал Незу. — И я вынужден согласиться с Изуку. Теперь он широко известен на территории Японии, если не всего мира. В Юэй мы сможем защитить его, благодаря постоянному присутствию героев, входящих в число персонала. Он будет проживать в общежитии вместе с остальными — ни один злодей не сможет вновь подобраться к нему.              [И я сам способен себя защитить, мам] добавил Мидория, не смотря никому в глаза. [Разве я это не доказал?]              — Несомненно, доказал, — кивнул Незу. — Что приводит меня к иному вопросу. Если ты останешься в Юэй, завершишь ли ты свой перевод на факультет героев или же вернешься обратно на общее образование?              Мидория заколебался. Он не задумывался об этом.              — Общее образование, — настаивала его мама. — Т-Ты же понимаешь… что у тебя больше нет причуды, Изуку.              Мидория неосознанно протянул руку к лицу — его пальцы зависли над раной в челюсти, которую скрывала от глаз маска.              Отец Мидории твердо положил руку ему на плечо.              — Мой сын переживал не лучшие времена в старой школе, — сказал он. — В Юэй у него появились друзья, и это изменило его жизнь. Если возврат на факультет общего образования подорвет то, чего он достиг, то я не хочу этого.              — Н-Но, Хисаши…              — Есть шанс, что он снова заговорит! — настаивал он. — И нет стопроцентной гарантии того, что он не сможет пользоваться причудой!              — У меня есть предложение, — вмешался директор.              Препирающаяся пара моргнула и ожидающе посмотрела на него.              — Ваш сын останется с классом 1-А — будет проживать в их общежитии и посещать большую часть их уроков. Однако когда они будут заняты геройскими тренировками, Изуку сможет сосредоточиться на восстановлении речевых функций или других занятиях. Возможно, ему придется снова присоединяться к классу 1-С, когда в расписании возникнут несостыковки, — предложил Незу. — Такой вариант удовлетворяет желания вас обоих?              Это заняло какое-то время, но в итоге они переглянулись и кивнули.              [Значит, я остаюсь в Юэй?], — спросил Мидория.              — …если хочешь, Изуку, — сказала Инко с легким сомнением в голосе.               Мидория поднял руки, чтобы начать жестикулировать. На секунду его взгляд задержался на пальцах, в то время как он аккуратно обдумывал свои слова. [Если бы… если бы я не поступил в Юэй. Я бы на всю жизнь остался немым и беспричудным. И, в любом случае, все кончилось бы одинаково. Я немой… и беспричудный. Это не вина Юэй. Потому что кое-что она действительно изменила…], — он поднял взгляд на директора Незу и вспомнил письмо о зачислении, которое тот послал ему еще до того, как все началось:       «…Позвольте нам пообещать, что мы не подведем вас…»       И обещание все-таки было сдержано.                             […она дала мне надежду]                      

________________________________________

      

Три дня с момента возвращения

                     — КАНАРИ ВЕРНУЛСЯ! — на все общежитие прокричала Урарака. Она прижалась лицом к окну, ожидая, когда его фигура появится на тропе к общежитиям. И она появилась, с катящимся позади чемоданом.              Первой к двери подошла Джиро. Она распахнула ее до того, как Мидория успел даже приблизиться.              — ЭЙ, КАНАРИ! — крикнула она.              Он ей помахал, неторопливо направляясь к общежитию.              Шинсо вздохнул. Наверное, ему тоже стоит встать…              Девочки затащили Мидорию внутрь, в это время Сирена нарезала над их головами круги, причем чересчур быстро для такого маленького создания — или создания любых размеров, раз уж на то пошло.              — О, мой телефон! — воскликнула Урарака, когда Мидория протянул ей устройство, одновременно с этим пытаясь снять обувь. — Спасибо! Надеюсь, мои родители не звонили тебе, пока он у тебя был…              Мидория потряс головой и затем вытащил из заднего кармана другой телефон.              — О, у тебя новый? — спросила Джиро, и Мидория ей кивнул. — О, круто. Но тебе нужен чехол. Стой, а эта не та же модель, что у меня? У меня остался старый чехол, если хочешь!              [Спасибо!]              — Да нет проблем! — усмехнулась Джиро, явно радуясь тому, что смогла понять немного из языка жестов.              Мидория поймал взгляд Шинсо. [Что ты делаешь?]              Шинсо лишь моргнул, он так и не смог стянуть себя с дивана, и остался валяться поперек него.              — Я труп.              — Чудно, тогда ты не будешь против, если я… — начала Джиро, подходя к нему, с явным намерением примоститься сверху.              — Ты сядешь на мертвого? — простонал Шинсо.              — Только если это ты, — и она это и сделала.              — Ай – Мидория, спаси меня…              [Мне казалось, ты труп?], — ответил ему Мидория, когда Джиро засадила ему локтем по лицу.              — Через минуту точно им буду — Джиро весит целую тонну.              — НЕТ! — прокричала она, и сразу же ударила его подушкой по голове.              — Ты уже видел свою комнату? — спросил Иида, пропустивший всю ситуацию с Шинсо и Джиро. На тот момент Джиро уже встала, а Шинсо скатился с дивана.              Мидория нахмурился и потряс головой. Из своих сообщений он знал, что ранее этим днем родители оставили здесь вещи, которые он хотел забрать с собой в Юэй. Затем он проводил их в аэропорт, чтобы попрощаться с отцом, который жил и работал в Америке, и наконец отправился в школу. Он не возвращался сюда с момента своего появления вечером прошлой среды. Сегодня была суббота, и большинство студентов все еще обедали. Исключая их, конечно же.              — Тогда пошли! — с энтузиазмом сказала Урарака, схватив чемодан Мидории, случайно заставив его лететь и побежав вперед них не к лифту, а к лестницам. В чем и была ее ошибка.              — Шинсо, ты идешь? — спросил Иида.              Шинсо встал бы, если бы Джиро не прошлась прямо по нему.              — Да… — прохрипел он.              Но смех Мидории того стоил.              — Ты говорил, что тебе надо было дать показания полиции? — вспомнил Шинсо, когда наконец поднялся на ноги и заковылял к лифту рядом с Мидорией и остальными.              Он кивнул. [Я рад, что покончил с этим]              Было чересчур тихо, когда они ждали прибытия лифта после того, как Джиро нажала верхнюю кнопку.              Тем, кто произнес это вслух, был Иида.              — Я надеюсь, когда-нибудь ты расскажешь нам, что случилось.              Мидория подтянул маску, что, похоже, стало нервной привычкой, которую он успел когда-то подцепить.              — Но не сегодня, — вмешался Шинсо.              — Нет, конечно нет, — согласился Иида, когда двери открылись.              Когда они доехали до верха, Урарака была там, тяжело дышащая.              — Я добралась… — объявила она, слабо взмахнув кулаком.              Мидория рассмеялся, на секунду забыв о всей тяжести происходящего.              — Почему ты просто не поехала на лифте? — спросила Джиро, неверяще ей улыбаясь.              — Тренировала… причуду, — признала она, и чемодан снова поддался силе гравитации, падая рядом с ней.              — Ты никак не планировала тренировать причуду, когда бросилась вверх по лестнице, — ухмыльнулся Шинсо, забирая у нее чемодан, и направился к комнате, которая находилась рядом с его собственной. У него всегда была слабая надежда на то, что она рано или поздно окажется комнатой Мидории.              — О, ты здесь, — сказал Тодороки, открывший свою дверь. — Я думал, ты приедешь только через полчаса.              [Я хотел подождать, пока не улетит самолет отца, но учитель Айзава настоял на том, чтобы мы ушли раньше, потому что люди начали глазеть…], — Мидория смущенно замолчал, когда Шинсо перевел сказанное.              — Вполне понятно, — кивнул Тодороки. — Ты — большое событие.              Мидория фыркнул и кивнул, снова подтянув свою маску. Может, она была неудобной?              — В любом случае, прежде чем мы зайдем… — сказала Джиро, скользнув в промежуток между дверью и Мидорией, прежде чем тот успел дотянуться до ручки. — Нам стоит объяснить…              — Ах да! — вмешалась Урарака. — Понимаешь, до того, как ты написал нам на следующий день после возвращения, нам честно казалось, что произошедшее было массовой галлюцинацией… Но ты написал «привет», и мы снова чуть с ума не сошли! И, м-м, ну, ты сказал, что вернешься через пару дней, так что мы подумали, что…              Прежде чем она успела закончить, Джиро открыла дверь, задом заходя в комнату.              — Та-да!              Шинсо ухмыльнулся, увидев шокированное выражение Мидории.              Учитель Айзава был весьма раздражен тем, что они впятером потратили столько времени на лихорадочное обустройство комнаты для Мидории вместо того, чтобы делать домашнюю работу или готовиться к экзамену на временную лицензию, который щекотал нервы своим неотвратимым приближением.              Они покрасили стены в темно-зеленый (какие еще у них могли быть варианты?) и повесили на окно старую гирлянду Джиро. Иида потратил чересчур много времени на то, чтобы полки были идеально ровными, в то время как Шинсо и Тодороки были больше сосредоточены на фотографиях, которые они распечатали и прикололи к пробковой доске над кроватью Мидории, а также на новом месте Сирены, которое Шинсо был более чем рад переместить из своей комнаты в комнату Мидории.              Мидория буквально подскочил от восторга. Он закатил чемодан в пустой угол и со слезами на глазах огляделся вокруг. В конце концов он поклонился и сказал им: [Спасибо]              — Не бери в голову! — воскликнула Урарака.              — Мы просто счастливы, что ты здесь, — добавил Тодороки, сухо принимая объятия Мидории.              — Да, и у тебя гораздо больше инструментов, чем я подозревала… — сказала Джиро, разглядывая обгоревшую гитару Мидории.              — И близко не так много, как у тебя! — подчеркнула Урарака, что было более чем правдой.              Мидория выглядел весьма заинтересованным таким поворотом, но Джиро быстро сменила тему, раскрасневшись.              — Знаете что? П-Почему бы нам не пообедать?!              — Да! — крикнула Урарака, скандируя: «Еда, еда, еда», когда выбежала за дверь и направилась обратно к лестницам.              Иида бросился за ней, крича о том, что нельзя бегать по коридорам, будь то главное здание Юэй или же общежитие.              Но когда Шинсо последовал за Тодороки и Джиро на выход из комнаты Мидории, он заметил, что тот не слишком за ними спешит.              — Ты не идешь? — нахмурился Шинсо.              — Я, м-м… — промямлил Мидория. Он потянулся к маске, закрывающей нижнюю половину лица. [Я не могу нормально есть — я лучше останусь здесь]              — Но тебе надо поесть, — настаивал Шинсо.              — Стойте, что происходит? — нахмурилась Джиро.              Чудесно, теперь Шинсо снова вернулся к роли переводчика.              Он вздохнул.              — Мидории… стало сложно есть.              — Ох… — Джиро поджала губы, — точно, я и не подумала…              Мидория пнул ногой пол, а Сирена в это время ободряюще чирикнула ему в ухо.              — Ты можешь спуститься в обеденный зал и принести еду сюда, — предложил Тодороки. — Ты не можешь вечно этого избегать.              Мидория замешкался, но в конце концов понимающе кивнул, заставляя себя пойти вперед них, вниз по лестнице следом за Ураракой. Остальные колебались, слушая, как он торопливо спускается без них.              — Я волнуюсь за него, — произнесла Джиро спустя мгновение. — Может, ему стоило остаться дома на какое-то время, а не идти сразу сюда из больницы?              — Есть вероятность, что злодеи снова нападут на него, — объяснил Тодороки. — Он должен быть под постоянным наблюдением, а это можно осуществить либо здесь, либо в больнице. И здесь, скорее всего, безопаснее.              — А что насчет девочки, Эри? — нахмурилась Джиро. — Где она?              — С учителем Айзавой, — ответил Шинсо. Он видел их вместе в комнате для персонала, когда шел утром сдавать свое домашнее задание по истории. — Потому что известно, что ее причуда опасна — нужен кто-то, кто сможет остановить ее, если что-то пойдет не так, — он засунул руки в карманы и поплелся вниз, вслед за Мидорией.              — Герои знают, какая именно у нее причуда? — спросил Тодороки, замешкавшись сверху лестницы.              Шинсо пожал плечами, не оглядываясь. Остальные двое сбежали вниз по лестнице, чтобы идти рядом с ним.              — Я знаю не больше вашего. Больше всего знает, скорее всего, Мидория. Но я думаю, что пройдет много времени, прежде чем он сможет рассказать нам. Не забывайте, что он был у злодеев всего три дня назад…              Некоторое время они шли в тишине. Мидории, должно быть, пришлось бежать, чтобы догнать двух отосланных, потому что, когда они подошли к концу лестницы, его там не было.              — Все происходит слишком быстро, — кивнул Тодороки. — Он будто пытается забыть прошлое и двигаться дальше… но на это нужно время. Шрамы заживают долго, что физические, что ментальные.              Взгляд Шинсо метнулся к пятну на лице друга. Эту историю он тоже надеялся однажды услышать. Нужно было только терпение.              — С Мидорией нужно быть терпеливым, — вздохнул Шинсо. Он продолжал повторять это самому себе. Он делал это уже чересчур много раз. — Со временем… станет лучше.              Тодороки лишь снова кивнул.       — Именно.                                     Они должны были.              

________________________________________

                    — Канари?              Послышался тихий и робкий голос. Джиро даже не узнала его поначалу. Она обернулась, Мидория сделал то же самое, и они увидели Кодай.              — Канари! — воскликнула Комори. Низкая девочка бросилась к Канари и крепко обняла его. — Мы слышали, что ты вернулся, и-и мне было страшно в это поверить, и о боже мой, я так рада, что ты здесь!              Канари показал пару жестов, робко улыбнувшись. Ого, да Джиро серьезно надо было подучить язык жестов.              Комори и Кодай просто с секунду глазели на него.              Шинсо вздохнул, его уставший взгляд метнулся к ним, когда он понял, что снова появилась проблема с пониманием.              — Он поздоровался и сказал, что рад снова видеть вас.              Канари кротко почесал затылок, явно сожалея о том, что Шинсо приходится постоянно говорить за него.              — Ох! — воскликнула Комори. — И-И мы тоже! Ты болеешь? Поэтому на тебе маска? И-Или что-то не так с твоим голосом? Я-Я слышала слухи… это в-ведь просто слухи, да? С тобой все хорошо?              Теперь настала очередь Канари глазеть. Вопросов было чересчур уж много.              — Девочки, не наседайте на него, — сказала Кендо, появившаяся в поле зрения. — Извини, Канари, и я рада, что ты в порядке.              Канари кивнул. Вокруг них уже собралась немаленькая толпа. Может, она и была одной из причин, по которым он не хотел спускаться в обеденный зал сегодня…              — Ну-ка, ну-ка, а не Канари ли это? Восстал из мертвых, как я погляжу! — о нет, только не Монома.              Канари заметно напрягся, и Джиро вспомнила, о чем Шинсо и Тодороки переговаривались по пути сюда. Сейчас Канари не нужно было напоминать обо всем случившемся, тем более когда он только прибыл, чтобы оставаться здесь в безопасности.              — Я слышал, ты больше не можешь использовать причуду! — сказал Монома, причем слишком громко. — Но это не значит, что мы не будем рады видеть тебя в классе В, вместо…              Но он не смог договорить, потому что Кендо, с искривившимся лицом, уже врезала ему по голове своей усиленной рукой.              — Прости за это, — вздохнула она. — Последнее время ему особо не выпадало возможности докопаться до класса А, учитывая подготовку к экзамену на временную лицензию…              Канари моргнул. Он резко развернулся и стал лихорадочно что-то жестикулировать Шинсо.              — Эээ, да, наверное. Не вижу причин не пускать тебя…              — О чем он? — спросила Джиро, когда они подошли к концу очереди.              — Смотреть за экзаменом, — без лишних слов ответил Шинсо. — Тебе то же, что и мне, Мидория? Ах, да, точно. Ну, тогда я возьму тоже, что и ты. Нет? С чего я должен быть против?              Джиро вздохнула. Ей невыносимо досаждало то, что она была не способна понять Канари.              Они взяли свои порции и, как только Иида и Урарака свернули к пустому столу, Канари ткнул Джиро подносом в спину.              Она обернулась и моргнула на него; он кивнул головой в сторону выхода.              — Ох, точно — ты ведь хотел поесть в общежитии? — вспомнила Джиро.              — Ах да, — сказал Шинсо. — Ладно, тогда встретимся с вами на послеобеденной перекличке.              — Нет, стойте, мы тоже с вами! — настаивала Урарака, развернувшись так быстро, что ее еда чуть не слетела с подноса.              Канари напрягся и отступил на пару шагов. Может, ему было некомфортно от мысли, что они будут видеть, как он ест?              Единственным, кто видел рану Канари, был Шинсо, и он отказался объяснять. Бакуго видел, как ее нанесли, но все произошло так быстро, что он явно не знал всего масштаба поражения. Но выражения лица Шинсо в момент, когда он вернулся из офиса Исцеляющей девочки в вечер появления Канари… было более чем достаточно, чтобы описать, насколько ужасная вещь произошла с его самым близким другом.              — Если ты не хочешь нашего присутствия, то мы увидимся на перекличке, как и сказал Шинсо! — настойчиво сказал Иида, мысли которого пошли по тому же пути, что и у Джиро. Он решительно поставил свой поднос на ближайший стол, показывая, что он останется здесь — будет поддерживать Канари на расстоянии.              Джиро совсем не хотелось этого. Ей хотелось быть с Канари. Она только-только начала примиряться с тем фактом, что ее друг мертв. Но теперь он вернулся! Но… что если он вернулся только физически? Ей не казалось, что, позволяя ему вот так отдаляться от всех, они делают кому-то лучше…              — Д-Да, — Урарака кивнула, садясь рядом с Иидой, Тодороки сделал то же самое. — Конечно, мы все понимаем… тогда увидимся!              Но Джиро осталась стоять на месте, когда Канари и Шинсо направились к выходу из зала. Только когда они окончательно скрылись из виду, она наконец-то села за стол.              — Джиро, ты в порядке? — нахмурилась Урарака. Она все еще не притронулась к своей еде.              Джиро лишь уставилась в собственную порцию, и, спустя какое-то время, она прохрипела:       — …Нет.              Она уткнулась лицом в ладони, и Тодороки неуверенно похлопал ее по плечу. Она пыталась проглотить ком в горле, но у нее не особо получалось.              Убрав руки от лица и очень аккуратно стерев слезы из уголков глаз, чтобы не смазать подводку, Джиро громко всхлипнула.              — Я-Я не знаю, почему я-я так… так… — она прервалась, рассматривая небольшой черный след на кончике пальца. Наверно, ей не стоило тратить силы на макияж в этот день…              — Разве я не должна быть с-счастлива? Канари вернулся, и он жив, но я…              — Он так и не был спасен, — прервал ее Тодороки.              Джиро медленно повернулась к нему и с тяжестью на сердце поняла, что он был прав.                     Да, эта канарейка все еще была заключена в клетке…              Но как ей освободить ее?               

________________________________________

      Шинсо сел и принялся за еду, пока она не успела еще больше остыть.              Мидория остался сидеть, на секунду задержав на нем свой взгляд.              Шинсо понял это только спустя несколько минут. Он наклонил голову, а затем постучал палочками по краю миски, что ощущалось как старая традиция.              — Ты не собираешься есть?              Мидория посмотрел на свой рис. Он не казался ему потрясающим выбором, но супов в наличии не было, да и доктора сказали, что ему не стоит до конца жизни питаться одними супами…              Он поднял руки, чтобы сказать что-то Шинсо — он не знал, что именно, но Шинсо так или иначе перебил его.              — Тебе надо поесть, — настойчиво сказал он. — Я не буду смотреть — но тебе в любом случае нельзя голодать только из-за того, что это… плохо выглядит.              Мидория сглотнул, и затем, прежде чем он успеет подумать, он протянул руку к маске и стянул ее. В карман своего пиджака он заранее засунул специально разработанный предмет, который хорошо подходил под дыру в его щеке. Он был серым и хранился в чем-то похожем на чехол для каппы. Мидория тренировался есть с ним всего несколько раз, но ему так хотелось покинуть госпиталь, что у него больше не было шанса на это. Он смог получить что-то подобное так быстро и просто только благодаря влиянию Юэй, учитывая, что операции придется ждать дольше, чем предполагалось изначально. Ну, ее провели бы скорее, если бы целью было только заделывание дыры в щеке, но им еще предстояло сделать этот… фантомный язык, и Мидории хотелось бы покончить с этим за один раз, а не проходить через череду операций.              Шинсо сдержал слово и не смотрел на Мидорию, когда тот неуклюже вставил в щеку эту штуку и приступил к еде.              Проблема была не столько в отсутствии части щеки, сколько в языке. Помимо того, что Мидория не чувствовал никакого вкуса, пока не проглотит еду, ему было очень сложно передвигать ее внутри рта, как и сказал доктор. Так что время от времени ему приходилось использовать палец, чтобы перемещать рис, и, следовательно, ел он очень медленно.              — Шинсо? Что ты здесь делаешь?              Мидория запаниковал, уронил на пол палочки и кинулся за своей маской, чтобы прикрыть ей лицо. Он с такой силой приложил ее к челюсти, что вытолкнул свой… протез, как он предполагал, прямо в рот. От неожиданности он подавился, и предмет из его рта упал в полупустую миску.              — Канари?              Теперь маска Мидории снова покрывала его лицо, но не была закреплена за ушами. Он обернулся и увидел ученика класса А, которого пока что плохо знал.              — Ты в порядке? — нахмурился Шоджи, поставив свой поднос на стол позади и переводя взгляд с куска серого пластика, который Мидория только что выплюнул, на маску, которую тот крепко держал у своего лица.              Шинсо слегка усмехнулся.              — Думаю, он просто не ожидал тебя здесь увидеть.              — Ох, прошу прощения — можно понять, почему ты немного беспокойный. Я не хотел подкрадываться к тебе, — он извинился, поднимая уроненные Мидорией палочки.              Мидория лишь выдавил улыбку, оставшуюся под маской, и махнул свободной рукой, показывая, что все нормально.              Шоджи с секунду смотрел на него, после чего сказал:              — Почему вы двое едите здесь? Я думал, что никто, кроме меня, так не делает?              — Эм, Мидория просто немного нервничал из-за нахождения в обеденном зале сразу после прибытия, — неуверенно объяснил Шинсо.              — Из-за того, что все тебя окружили? — Шоджи закатил глаза. — Понятно, но… — он посмотрел на его маску. — Я… Я слышал, что Шигараки сделал что-то с твоим ртом? Это одна из причин, по которой вы здесь?              Мидория позволил себе расслабить плечи и побеждено откинулся на свой стул.              Шоджи замешкался, но затем, к удивлению Мидории, потянулся к собственной маске, закрывающей рот, и снял ее.              Глаза Мидории расширились от удивления. Под ней скрывался ряд заостренных зубов, растягивающий губы в пугающей улыбке, которая занимала почти всю его челюсть.              С выражением, которое можно было описать только как улыбку, Шоджи протянул Мидории свою маску.              — У меня есть пара запасных, но они в стирке, — объяснил он. — Клянусь, эту я только надел.              Мидория разрывался на части, когда позволил своей неудобной, громоздкой медицинской маске упасть с лица. Когда Шоджи увидел его рану, его лицо не приобрело выражение ужаса, а просто осталось неизменным, и Мидория с благодарностью просунул голову через серо-голубую ткань. Она была ему немного велика, но материал выглядел слегка эластичным и, несмотря на то, что собирался складками на его шее, довольно хорошо сидел на лице.              — Можешь просто отрезать низ ножницами, — предложил Шоджи. — Вообще, у тебя может получиться разделить ее пополам и превратить одну маску в две, если тебе не принципиально, чтобы она закрывала шею.              Его руки тряслись, и все, что Мидория смог сделать, это с энтузиазмом показать Шоджи жест [Спасибо].              Его улыбка растянулась немного шире. На самом деле это было вовсе не страшно, когда он не волновался об этом…              — Хотите, чтобы я отнес ваши подносы обратно в обеденный зал? — предложил Шоджи. — Мне надо только забрать свою маску из стирки.              Именно это он и сделал.              Тем временем Мидория сидел и сходил с ума из-за того, что Шоджи не сходил с ума, а Шинсо был более поглощен тем фактом, что в его списке вдохновляющих жутких улыбок стало на одну улыбку больше.              Он, кстати, уже становился довольно длинным.              

________________________________________

                     Джиро была более чем удивлена, когда вскоре после обеда Канари проскользнул в класс 1-А в чем-то похожем на модифицированную версию маски Шоджи. Он выглядел куда счастливее, чем когда носил ту жесткую медицинскую маску, но вскоре Джиро поняла, что основной причиной его радости было то, что после стольких месяцев он был здесь, в классе 1-А, где и было его место.              Как только он впервые переступил порог класса, на него моментально налетели новые одноклассники.              — Канари! — воскликнула Мина, бросившись к нему и крепко обняв, несмотря на его растерянность из-за ее внезапного порыва. — Ах! Я так рада, что ты снова здесь!       — Это правда, что Шигараки раскрошил тебе пол челюсти? — разинул рот Каминари, который вечно перегибал палку со слухами. До такого, конечно, еще не доходило…              — А что с Эри? Она все еще с учителем Айзавой, ква? — нахмурилась Тсую.              — Народ! Пожалуйста, не окружайте Мидорию! — воскликнул как всегда добросовестный Иида. — Возвращайтесь на свои места, перекличка скоро начнется!              Шинсо практически протащил Мидорию через всю комнату и усадил его на свободное место перед собой, позади Бакуго… Джиро надеялась, что с этим не будет проблем. Но, по крайней мере, он был относительно недалеко от нее — слева по диагонали.              Учитель Айзава появился идеально вовремя, как обычно, и все такой же изможденный. Эри с ним не было… может, она была с другим учителем?              — Итак, — вздохнул он, — давайте покончим с этим. Аояма Юга?              — На месте!              Джиро как обычно отключилась до тех пор, пока не прозвучало ее имя. Она была занята тем фактом, что Сирена не прекращая долбила по оконному стеклу, пока Мидория спешно ее не впустил.              — Бакуго Кацуки?              — Здесь.              — Мидория Изуку?              — Мхм! — издал Канари. Джиро была рада, что теперь он стал больше походить на себя — был счастлив и энергичен, а не мрачен, как во время обеда. Джиро гадала, как долго это продлится. С ним до сих пор было что-то… не так, как будто он насильно заставлял себя принять случившееся и двигаться дальше.              — Шинсо Хитоши?              — Здесь, — с ухмылкой ответил Шинсо, расслабляясь на своем стуле. Похоже, он тоже понял, что класс стал ощущаться более полноценным со всеми заполненными партами, и Канари за одной из них.              — И Яойрозу Момо?              — Присутствует, учитель Айзава.              — Хорошо, — вздохнул их учитель. — Итак, сейчас у вас английский и после него математика. Если у вас в общежитии произойдет еще что-нибудь из ряда вон, — он взглянул на Канари, — вы знаете, где меня найти.              Он перекинул через плечо свой спальный мешок вызывающе желтого цвета и зашагал в сторону двери, остановившись прямо перед ней и ожидая…              — ПРИИИИИИИИВЕЕЕЕЕТ, ЮНЫЕ СЛУШАТЕЛИ! — во весь голос закричал Сущий Мик, распахнув дверь.              — Постарайся не порвать ничьи барабанные перепонки, — вздохнул учитель Айзава, выскальзывая из комнаты и исчезая в коридоре.              — ДА КОГДА ТАКОЕ БЫЛО?! — прокричал ему вслед Сущий Мик, пугающе саркастичным тоном. Он повернулся обратно к классу. — В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ… — он прервался, его улыбка растянулась еще шире, и он театрально указал на Канари. — МОЙ ЛЮБИМЫЙ УЧЕНИК ЗДЕСЬ, И ОН СВОБОДНО ГОВОРИТ ПО-АНГЛИЙСКИ! Но, я так понимаю, ты все равно хочешь домашнее задание?              Канари закивал, как сумасшедший.              — Что ж, тогда… давайте приступим к уроку! — восторженно воскликнул Сущий Мик, плюхаясь в учительское кресло и немного прокатившись на нем по классу.              Итак, начался совершенно обычный урок английского, единственным отличием было то, что Канари рассылал по классу грамматические подсказки, используя Сирену в качестве почтового голубя. За этим последовала совершенно обычная математика, на которой Канари решал уравнения с той же скоростью, что Яойрозу и Иида.              И все же… нет, Джиро все равно чувствовала, что что-то не так. Что будет, когда придет время геройских тренировок? Канари заслуживал быть на них, но ей уже сказали, что его там не будет… и в то же время, всего через неделю им предстоял экзамен на временную лицензию, и Канари сможет лишь наблюдать за ним — это неправильно!                      Но… что еще они могут предпринять?                Как ей по-настоящему спасти его?         «I hear the whisper underneath your breath…» Я слышу твой едва слышный шёпот… «I hear you whisper you have nothing left…» Я слышу твой шепот о том, что у тебя ничего не осталось… «I will send out an army to find you. In the middle of the darkest night it's true, I will rescue you…» Я пошлю на твои поиски армию. Посреди самой темной ночи, я не вру, я тебя спасу…        

________________________________________

________________________________________

Примечания Автора: Арт! Пристегните ремни, потому что сегодня вы увидите нечто эпичное! Pigeonat нарисовал(а) нам вернувшихся Мидорию и Эри! https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/648156371119898625/EKJGCoBXsAIyxad.png Затем, Tiramisu — автор невероятного рисунка, на котором Канари с крыльями и раной, и это просто невероятно! https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/648250705051779080/image0.png Кстати о невероятности, сегодня у нас много потрясающих работ, следующая из которых принадлежит Seris, которые нарисовали маленькую милую Сирену, но на этом они не ограничились (и здесь сто процентов должно быть предупреждение, но это невероятно) и изобразили рану Канари! (1) https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/648355349665021952/artflow_2019112418462.png (2) https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/648701796860297226/SPOILER_artflow_2019112516173.png Далее, на эту работу, должно быть, была затрачена вечность, но оно того стоило, потому что выглядит очень круто — она названа «The Sound Of Silence» (Звук Тишины), и ее автор dabmight! https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/648356694815932431/IMG_20191124_205228.jpg Далее, LeahZEEEEE (на архиве Leah1705) вернулись с милым наброском Сиалии! https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/649768475908374573/image0.jpg И Thelovypop17 нарисовала (наверное, тут должно быть предупреждение?) грустную пару Канареек :( https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/649659147062607872/image0.jpg Вы думали, что конец? А нет — потому что Melchryn вернулись с прекрасным рисунком поющего Мидории! https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/649661160555151380/Untitled112_20191126013022.png Далее, ducky сделали маленькие наброски Сирены (и Сущего Мика, и Мидории, но Сирены очаровательные) https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/649661157992300564/image0.jpg И AmyStarSmith подарили нам прекрасный комикс с реакций Шинсо на появление Мидории! https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/649719043762290745/unknown.png И наконец, последние, но не по значимости, 101 (у которых наконец появилось имя на архиве — FiveInBinaryOr101) с возвращением Мидории и Эри! https://cdn.discordapp.com/attachments/609079673992904934/649698551059709952/IMG_20191128_204927.jpg Помните, что все пользователи, чьи имена выделены жирным шрифтом, это пользователи архива! Так что зайдите на их странички, они все потрясные! Если имена не выделены жирным шрифтом, то они либо из Дискорда, либо не имеют аккаунта, либо я просто о нем не знаю XD Ссылка на Дискорд, которая названа ссылкой на хаос, в примечаниях в самом-самом конце — так что загляните, чтобы поздороваться! (П.П: Я ЕЩЕ РАЗ ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ, но я с самого начала не уловил то, что автор по-разному выделяла разные ники, поэтому у меня они все жирные. В любом случае, вряд ли вам будет полезно знать кто из них из Дискорда, а кто с архива. Но если все-таки будет, то я заморочусь и все поправлю, только дайте знать. Кстати, я использовал множественное число по отношению к большинству артеров, потому что мне было очень лень каждый раз писать в скобках другое окончание, и я использовал множественное число в качестве гендерно-нейтрального)