Танцы на стёклах

Первый порыв — развернуться и бежать. Но я не мальчик, который проработал здесь неделю, я профессионал. Даже, когда на кожаном диване сидит старый школьный враг и медленно потягивает Лонг-Айленд. — Привет, - произносит он, и от одного этого слова в ушах начинает шуметь. Привет? Привет, блять? Поттер, ты неисправимый придурок. Я впервые вижу, чтобы кто-то здоровался со стриптизером. Прикладываю палец к губам, прикасаясь к холодной маске, в очередной раз благодаря Мерлина за ее наличие. Включаю первый попавшийся трек и подхожу к нему ближе, медленно проводя рукой по своему торсу. — Слушай, это необязательно, я просто.. Я сажусь на холодный подиум напротив него и вопросительно поворачиваю голову. Что он опять несёт? — Друзья настаивали на том, что мне нужно расслабиться, они бы не отстали, поэтому я решил спасти от этого шума тебя и себя, - он обворожительно улыбается, и от этой улыбки предательски сжимается желудок. Конечно, Гарри Поттер решил всех спасти. Опять. Но он не первый, кто несёт такую чушь, оставшись наедине с полуголым парнем, поэтому я подхожу ближе, снова прикладываю палец к губам — уже его, и сажусь к нему на колени, сжимая упругие бёдра своими. С губ национального героя срывается полувздох-полустон, а я довольно улыбаюсь, хоть он этого и не видит. Мягко разжимаю его пальцы и забираю коктейль, ставлю его на столик, пока зелёные глаза, спрятанные за стёклами очков, пристально следят за каждым моим движением. Его ладонью провожу по своему торсу и начинаю медленно двигать бёдрами в такт музыке. Рука Поттера такая горячая. Чувствую, как его дыхание учащается, и начинаю двигаться чуть интенсивнее. — Как тебя зовут? Из последних сил сдерживаю желание закатить глаза. Ну конечно, может, сначала дадим друг другу клятву в вечной любви, а только потом позволишь тебе подрочить? Отрицательно качаю головой, но он не унимается. — Когда я снова приду сюда, то как тебя найду? Не «если», а «когда». Серьёзное заявление. Вместо ответа провожу его рукой по своей маске. Ну же, не заставляй меня сомневаться в интеллектуальных способностях гриффиндорцев. В зелёных глазах отражается искреннее желание понять. — Ты всегда в этой маске? Кивок. — Хорошо. Хорошо. Он откидывает голову на диван, открывая доступ к своей шее. Я провожу по ней холодными пальцами, а она в ответ покрывается мурашками. Отгоняю позорные мысли о том, как безумно мне хочется впиться в неё губами, оставив алый след — это уже слишком даже для тебя, Малфой. Поттер снимает очки, расстёгивает ещё одну пуговицу своей рубашки и - ого! - кладёт ладони мне на ягодицы, начиная легко толкаться бёдрами в мои. А он быстро сообразил, что - к чему. Стриптизеры - не проститутки. Они не подставляют зад кому попало, но при большом (и хорошо оплаченном!) желании могут довести до кульминации без непосредственного физического контакта. Мы оба до сих пор одеты. Все под контролем. Я скольжу взглядом по его лицу — без очков он такой беззащитный, щеки раскраснелись, губы приоткрыты будто навстречу поцелую. Не знаю, о чем я думаю, но, поддавшись порыву, я едва поднимаю маску, обнажая нижнюю часть лица, упираюсь ладонями ему в грудь, наклоняюсь и накрываю его губы своими, чувствуя сладко-горький вкус колы и рома. Мгновение — и я чувствую, как его тело натягивается, словно струна, он хрипло стонет мне в губы, а через несколько секунд полностью расслабляется, и я отстраняюсь. Поттер пытается сфокусировать взгляд изумрудных глаз на мне и развратно улыбается. — Не знал, что вы целуетесь. Я пожимаю плечами и больше всего на свете хочу одного — провалиться сквозь землю.