Поцелуй дементора.

Калиона, третья старейшина народа Лартури, со странным выражением смотрела на обнаженное тело новой королевы. Как старейшине, ей раньше приходилось помогать королеве Эане, в том числе временами заменяя служанку. Эана была красива, даже очень. Черные волосы, которые королева заплетала в косу, могли использоваться как оружие, двигаясь по велению мысли королевы. Благородного, светло-серого оттенка кожа в серебристых узорах, покрытая защитными письменами. Стройное, но очень сильное тело, которым королева владела лучше чем сильнейшие чистокровные мужчины Лартури. Голос, легкий и мелодичный, которым она пела колыбельные для собирающихся в башне. И глаза, глубокого золотого цвета, притягивающие взгляд и показывающие внутреннюю силу. Королева Эана была совершенством. Да, она мертва и этого не исправить. Но перед собой, Калиона видела почти полную копию Эаны, которой прислуживала с тех пор как ей исполнилось двадцать три цикла. Почти полная копия. Молодая королева отличалась от Эаны, всего двумя вещами. У лежащей на каменном ложе королевы в центре живота мерцал защитный рисунок, который королева-мать смогла пробудить только перед смертью — оберег Рода. И у новой королевы, в костяной короне на лбу, было то, чего не удостаивалась ни одна королева — материнский кристалл. Камень, который на Талари, передавался от одной королевы-матери, к другой. Порожденный Праматерью Лартури, он не менялся в течение тринадцати тысяч циклов, даруя королевам возможность производить потомство. А здесь, он рос прямо в центре костяной короны, мягко пульсируя энергией и цветом показывая, что зачатие все же произошло. Фиолетовый. Кристалл был фиолетовым, в отличие от общепринятого перламутрово-алого, показывающего зачатых детей. Насыщенность свидетельствовала о силе, а цвет указывал пол. Синий для руш* и красный для алу*. А судя по цвету, в этот раз родится много лартури, с перевесом в численность алу. И правильно, а то женщин осталось всего пятеро на всю колонию, из-за чего среди воинов часто вспыхивали конфликты. От созерцания кристалла старейшину отвлек стон новой королевы, которая дернулась, резко сгруппировавшись и раскрыла глаза. И в глазах этих, была ярость. Девушка. Сначала было больно, потом темно и тихо. Совсем. Ни звука, ни запахов, ни изменений температуры — словно я висела в чем-то, что люди называют пустотой. Странно, а почему я говорю о людях так странно? Я же человек. Человек? А человек ли я? А кто я? А что я? Вдруг раздался красивый женский голос. -Так стоп! Вечно вы думаете о всякой ерунде. Чем старше становитесь, тем больше шансов услышать какую-нибудь глупость. Ты была человеком с кровью моего народа. Сейчас ты Лартури, та, кого ты зовешь дементорами. Так понятно? -А... - Пусто и я думаю, что у меня галлюцинации. Стоп. А что такое галлюцинации? Голос сокрушенно вздохнул и заявил. -Нет, так не пойдет. Темнота рядом со мной словно порвалась и меня куда-то выкинуло. Потому как осознала я себя на коленях, перед невероятно красивой женщиной в простом темно синем платье. Черные волосы заплетенные в простую косу венчал металлический треугольник, слишком напоминавший нож, чтобы им не быть. Проследив за моим взглядом, женщина улыбнулась. -И ты туда же. Что вам всем так мои волосы нравятся? Пожимаю плечами, а красавица(нет, ну правда!) помогает мне подняться. И тут я понимаю, что на мне такое же платье, только фиолетовое, с алыми вставками на рукавах. А женщина, помогает мне сесть на кресло, садится напротив и представляется. - Я Эана, мать народа с которым тебе довелось познакомится. И так получилось, что я твоя прабабушка. Все. Ступор. Занавес. Дурку мне, дурку! Добровольно поеду. Видимо на лице у меня все написано, так как она вдруг начинает смеяться. -Ну хи-хи-хи, ты хи-хи и даешь-хи... Я правда, хи-хи, кхм! Я правда твоя прабабушка. Но не по вашим меркам, а по чистоте крови и силе. Ты чистокровная лартури, поэтому гены и проснулись, вместо того чтобы дать тебе погибнуть. Твоим прародителем, стала моя дочь, которую я отправила вместе с выжившими в ваш мир. Она, к сожалению была слишком слабой, поэтому не пробудилась как королева, а стала человеком. Если так конечно можно назвать наших сородичей. Но в любом случае, спустя несколько поколений получилось так, что ты попала в другое время, столкнувшись с магическим миром и попала в Азкабан. Да, я видела это в твоей памяти. Я благодарю милостивого Араисависа*, за эту возможность. Да, тебе было паршиво в тюрьме, куда тебя засунул тот проклятый старик, но ты проснулась. И я рада, что ты оказалась настолько сильной, что смогла попасть сюда. У меня голова кругом. Я что, попала сюда неслучайно? Убью всех нахрен! -Нет, пока никого убивать не стоит, маленькая. Лучше я введу тебя в курс дела, все-таки ты теперь последняя надежда нашего народа. И она показала мне ужас. Красивый мир, с сильными воинами и магами. Зеленый, с такими редкими животными, что у нас точно бы не прижились. К примеру зверек похожий на крылатого зайца и переносящий почту, своим криком заставляющий лопаться стекло. Или единорог, серого цвета питающийся падалью. Или крокодил, который в момент опасности выращивает ноги и уносится со скоростью гепарда. Талари была красива, а её жители удивительны. Там были люди, отличавшиеся от наших только наличием хвоста. Там были эльфы, у которых были кожистые крылья. Там были гномы, любящие металл, драки и выращивающие красивейшие цветы. Там было много кого, сильных красивых и опасных. И там была алчность, злоба, ненависть и презрение, столь сильные, что последствия её, простирались выжженными пустынями на многие километры. Многотысячные армии, сцепившиеся ради красивой статуэтки понравившейся правителю или реки крови из-за пророчества, говорящего о приходе конца света, принесенного ребенком. И наконец момент, когда началась мировая магическая война, начатая из-за отказа королевы Лартури и её народа, стать рабами. Да, в ультиматуме была другая формулировка, но означала она именно рабство. Полное магическое рабство, с полным лишением воли и самосознания. А все из-за возможности Лартури вырабатывать магию собственными эмоциями. Не просто магию, а очищенную от каких либо враждебных эманаций, сильнейшую магию жизни. Да, темные существа, дающие сильнейшую магию жизни. Началась война. Жестокая, кровопролитная, беспощадная. Лартури попадали в рабство, лишались воли и после унизительного ритуала становились живыми аккумуляторами. Насилие правило миром. Насилие и алчность. И королева приняла решение которое её убило. Она запечатала материнский кристалл в фальшивке, способной создавать боеспособных лартури, с другим полюсом магии. Если чистокровные вырабатывали магию жизни, то эти забирали её из мира, превращая некоторых, особо устойчивых в себе подобных. Мир захлебнулся кровью. Во время этих действий, пробудились две младшие королевы, рожденные потомками слабых лартури, покинувших страну. Эана отправила их на другой материк, где за лартури не шла охота, но опоздала. Охота началась и там. Тысячи, были убиты тысячи чистокровных, тогда как десятки тысяч воинов вытягивающих магию из мира, оставались в живых и продолжали размножаться подобно чуме. И магия мира начала умирать. Воинов было некому остановить, так как вместо борьбы с ними, маги продолжали ловить лартури и превращать в батарейки для заклятий, запираясь в цитаделях и надеясь отсидеться до конца войны. Лартури тоже были виноваты, вот только выхода у них не было. Воины были единственной защитой, которую могли позволить себе эти существа. Но все перетягивали одеяло друг на друга, продолжая отлавливать темный народ и превращая его в рабов и инструменты для защиты. Магия умирала. А с ней умирал и мир. Сначала высохли озера и реки близ людских поселений, потом пострадали аэлвэ(крылатые эльфы) — у них начал умирать Лес, а потом и рошшхи(гномы) — их сады начали медленно умирать. Но вместо того чтобы объединится, они устроили междоусобную войну, убивая последние шансы на спасение своего мира. Эана была в отчаянии. Мир погибал, а её детей становилось все меньше. Оставался последний шанс. Дело в том, что лартури были отправлены в этот мир в самом начале его зарождения и способствовали выработке магии. Потом, на Талари оказались аэлвэ, спасавшиеся бегством из мира, где магия покинула его. Рошшхи пришли вместе с аэлвэ, приведя две человеческие семьи, спасенные ими в междумирье. Так, спустя пять поколений, мир напитавшийся магией принял еще несколько мелких народов и стал заселяться. Десять тысяч циклов мир процветал. Были и войны, и вторжения иномирян. Было все, но мир залечивал раны и продолжал жить. А в последнюю тысячу лет все словно сорвались с цепи. Сначала были притеснения аэлвэ, которых Лартури, пусть и немногих, но удалось спасти. Потом была полностью стерта с лица Талари раса кеур(демоны). А спустя триста лет началась охота на самих лартури. И именно к началу войны, пришлось готовится со всей тщательностью. Именно тогда, королева и вспомнила о свитках, оставленных первой королевой. Праматерью. И как раз в них, был найден ритуал, позволяющий перейти в другой мир. Для его осуществления, действующая королева мать должна была уйти из жизни, забрав с собой добровольцев и как ни странно порабощенных и солдат. Уйти из жизни, выработав все ресурсы тела, восстанавливая магический баланс мира, в качестве последнего дара. И ритуал был воссоздан. Триста девять тысяч, девятьсот семнадцать лартури, добровольно приняли в нем участие. Только три сотни, самых сильных и самых способных, были буквально изгнаны в другой мир против их воли. А умирающая Талари, получившая мощнейшую подпитку, начала возрождение. Сотни тысяч погибли, уничтоженные её гневом. Выжили лишь по нескольку сотен от каждого народа. И именно они были свидетелями, как оставшиеся в живых лартури исчезают в воздухе, а фигуры стоящих вокруг них обращаются в мерцающую пыль. По последним воспоминаниям Эаны, на месте их массового жертвоприношения, проросла красивейшая роща. Но это воспоминание было не последним. Следующие образы, были памятью кристалла, который продолжал преображать некоторых из способных выдержать его силу. Но, только в воинов. К счастью, в этом мире нашли способ противостоять воинам лартури, не сумев найти способа навредить самим чистокровным. Но этого было слишком мало. Первые сто лет мир потерял сто пятьдесят лартури ушедших из жизни добровольно, не в силах вынести боль от воспоминаний. Еще сто, погибли за последующие двести лет. А оставшиеся, продолжая терять силы и надежду, держались как могли. Некоторым, пришлось даже стирать память, чтобы не уходили. Но все равно, с каждым десятилетием их становилось все меньше, пока в конце не осталось шестнадцать мужчин и пять женщин. И именно сейчас, повторялась ситуация с Талари, когда воинов было больше, чем тех кто мог их контролировать. Да и память магов, превращенных в воинов, не могла порадовать. Мир устал бороться, не в силах восстановиться, без поддержки людей, которым была дарована возможность создавать магию. А все силы лартури уходили на сдерживание тех, кого породила сфера и воины. Политика, проводимая Британским правительством, привела к тому, что в этом регионе начала формироваться сильнейшая аномалия. На Талари было подобное. Целые области, в которых не действовала магия, даже природная. Там умирали магические животные, заболевали люди и разрушалась земля. И здесь, уже вот двадцать лет как начала истощаться магическая оболочка мира. Осталось максимум пятнадцать — двадцать лет и этот регион станет воротами в какой-нибудь мирок, с существами питающимися магией. Они придут на запах агонизирующего мира и поглотят его, оставив лишь пыль и пустоту. Даже спустя сотни тысяч лет на этом месте ничего не возникнет. Этот участок мироздания будет уничтожен. -Это наша история и выводы, которые мы из неё извлекли. Наш народ должен изменится, скрыться среди остальных так, чтобы нас не смогли отличить от остальных и не уничтожили. Мы должны будем попытаться сохранить магию так, чтобы никто ничего не понял. Мы должны будем не дать истории повториться. - Взгляд у Эаны мрачный, но в то же время полный болезненной, я бы даже назвала её агонизирующей, надежды. -Я не буду агитировать, предлагать деньги или лгать. Ты видела принятые нами решения, видела реакцию на них других народов. Ты чувствовала эмоции каждого. Поэтому я просто приму твой ответ, каким бы он ни был. Ты защитишь лартури, став его королевой? Я долго думала. Вспоминала свою жизнь, попадание, опасность увиденного мной магического мира и понимала — я не позволю сотворить подобное с народом, для которого стала надеждой. Да, возможно меня используют и убьют, но, я хочу жить ради тех, с кем мне хоть краткий миг, но было тепло. И потому я отвечаю. -Да. А в ответ, мне раздается облегченный выдох, список указаний и фраза, от которой я искренне зверею. -Не думала, что это окажется правдой, но судя по моим ощущениям ты беременна. Тьма выпустила меня, а в следующий миг я осознала что лежу голой, а надо мной стоит женщина и странно смотрит. Вкупе с тем, что её рука лежала у меня на груди я взбесилась. Очнулась я, тогда, когда женский голос в голове хихикнув, сообщил. «Между прочим, тебе сейчас кланяются выказывая уважение» И когда я перевела взгляд на отброшенную к стене женщину, то поняла. Глаза, сверкающие восхищением и не просто вынужденный поклон,а настоящее поклонение — я нажила себе последователя. -Упс. Руш - мужчина алу — женщина Араисавис — божество мира Талари, покровитель Лартури.