Покажи мне любовь

      Юнги на дне.       Это вижу я, и это видят все.       Я вижу это по тяжелым цепям, которые он стал носить на своих исцарапанных руках, вижу по мятой одежде (преимущественно черного цвета).       В его рюкзаке всегда звенят какие-то банки, а иногда и стеклянные бутылки; а от волос Юнги всегда теперь пахнет сигаретным дымом.       Его голос изменился, - стал грубым, хриплым, - и слова часто перебиваются матами.       Раньше он не был таким. Раньше он мало чем отличался от других учеников - отличником, правда, не был, но был очень творческим… Не знаю, что это значит, но я слышал, как о нем такое говорили взрослые, и они так и говорили - «творческий человек». Но лично я думаю, что дело не в «творчестве», и не в «потере вдохновения», и не в «переходном возрасте» - мало кто из нас вообще сейчас понимает смысл этих выражений, - в случае с Юнги дело совсем в другом, я думаю.       Раньше у него был кто-то, раньше был смысл… Быть хорошим. Я думаю, его обидел этот «кто-то», и теперь Юнги злится. Потому что ему больно. Это как раненные животные, которые не подпускают к себе никого, а только забиваются в угол и рычат. Потому что им страшно и больно, и они не знают, что делать. Наверное, Юнги тоже сейчас страшно и больно, хоть он и не признается в этом никому. Наверное, раньше у него был кто-то… Раньше у него был смысл       Ныне утраченный.

***

      Он вытравливает из себя воспоминания.       Смотреть на это невыносимо - но тут уж ничего не поделаешь. Я читал в книжках и видел в кино, что некоторые особенные воспоминания врастают корнями в самое сердце, и вырвать их потом совсем не просто. Практически невозможно. Единственный способ, который может сработать - это попытаться уничтожить самого себя.       И Юнги решил попробовать. Кажется, именно это он и делает - сейчас он вытравливает из себя эту память. Вот что я думаю.

***

      По вечерам он гуляет по железной дороге - я обычно в это время возвращаюсь с тренировки, и как раз прохожу по мосту над ж/д путями. И поэтому я не раз видел, как Мин Юнги бредёт куда-то по заброшенной ветке - шатается на ржавых рельсах, идёт куда-то в никуда. Не знаю, чем он занимается, но на следующий день он отсыпается на задних партах первые два урока.       Потом ему становится скучно, и тогда он либо болтается по школьным коридорам, либо ввязывается в какие-то драки, что ли… Я не могу точно сказать, что он делает. В общем, его можно застать в классе только на одном-двух уроках, потом он вечно сбегает куда-то.

***

      Я бы хотел ему помочь. Правда. Не из любопытства (хотя мне и правда интересно было бы узнать, что у него случилось), и даже не из-за того, что учительница попросила меня подтянуть его по школьной программе (я побоялся даже объявить ему об этом, не то что уж…) Я хотел бы подружиться с ним. У него нет друзей, а это грустно, когда человек один. Даже такой человек, каким стал мой одноклассник Мин Юнги.       Девочки говорили, что он влюбился в кого-то, но его бросили потом. Я лично в такое не верю. Еще кто-то говорил, что Юнги «попал в плохую компанию». Это уже больше похоже на правду, но где же тогда эта «плохая компания»? ..       - Мин Юнги!       Учительница зовет его к доске уже третий раз. Я оборачиваюсь - и вижу, что Юнги спит на задней парте, сложив руки и уткнувшись в них лицом. Весь класс смотрит на него, кто-то хихикает, кто-то даже бросил в него бумажку… Мне его жалко.       Наконец его растолкал сидящий впереди мальчик. Юнги поднимает заспанное лицо - и мы все видим большую царапину на его щеке.       - Бог ты мой! - Учительница прикрывает рот рукой. - Это что? Это что такое?       - Где?.. - Хмурится Юнги.       - Что у тебя с лицом?..       - Ну родился я с таким, что теперь? Утопиться?       Он шутит (наверное), но никому не смешно. Все молчат.       - Иди… Иди в травмпункт. Пусть медсестра обработает тебе царапину. И возвращайся к нам.       Он хмыкает и встает с места, закидывая рюкзак за спину.       - Так, вещи оставьте!       - Нет.       - Что?       - А я вам не доверяю.       Зачем, ну зачем он делает только хуже?..       Юнги молча выходит из класса, даже не смотря ни на кого. Не смотрит он и на меня. Все эти удивленные взгляды со всех сторон его как будто совсем не волнуют.       Через минуту я не выдерживаю и прошусь выйти. Меня отпускают.       Как я и думал - ни к какой медсестре он не пошел; я вижу, как он курит в углу внутреннего дворика школы. Я хмурюсь и зачем-то шагаю вниз по лестнице, к выходу во двор. «Зачем? Он же меня убьет…» - думаю я, но во мне откуда-то берется странная решимость, и вот я уже вижу его недоумевающий взгляд…       - Почему ты не пошел к медсестре? - Понятия не имею, зачем я вообще с ним заговорил!       - Мне делать, по-твоему, нечего?       - Такую рану надо обработать, а то… Ну… Откуда она вообще у тебя?       - Со скейта упал.       Я молчу - не знаю, как закончить этот дурацкий разговор. Юнги - тоже.       - Ну, ты… - Я опускаю взгляд и начинаю рыться в карманах брюк. - Ты… Вот, возьми.       Я протягиваю ему пластырь - остался после того, как вчера я заклеивал им разбитые коленки моей младшей сестры.       - Чего?..       - Заклей… хотя бы… этим… вот… - Мой голос звучит все тише с каждым словом.       Юнги смотрит на меня как-то странно - я не понимаю, что он про меня думает. Он молча докуривает свою сигарету и швыряет ее мне под ноги. Я отпрыгиваю:       - Ты что делаешь, мне эти ботинки только вчера купили!       Юнги проходит мимо, и выдыхает мне в лицо дым - я кашляю, и я боюсь, что мама подумает, что я курил…       - А ты нажалуйся на меня, - слышу я крик за спиной. - Давай, сделай мне хуже!       Я тру глаза - глаза режет этот ужасный вонючий дым. Как вообще можно хотеть курить?!

***

      Я возвращался одним вечером с тренировки, и ждал автобус, как обычно, но тот почему-то не приходил. Было уже темно - небо стало темно-синим, и зажглись фонари. Я покосился в сторону - у другого края автобусной остановки стоял какой-то парень, который закурил, но тут же закашлялся. Я узнал этот хриплый кашель - это же Юнги!       - Если будешь курить так много, то не вырастешь, - я стараюсь улыбнуться, показывая, что шучу.       - Нах*й сходи, - бросает Юнги в ответ и отходит на несколько шагов.       Вот и поговорили.

***

      Я ложусь спать в 10 часов - в своей уютной пижаме, в свою мягкую кровать.       - Спокойной ночи, - говорит мне мама и выключает свет.       Я поворачиваюсь на бок и натягиваю одеяло повыше. Но сон совсем не идет.       Интересно, где сейчас Юнги?       Не думаю, что он так же, как и я сейчас, лежит в кровати у себя дома. Наверняка бродит где-то по темным улицам… Там холодно. Холодно и страшно. А еще там можно попасть в неприятности.       Я сворачиваюсь в клубок, подтягивая колени к груди.       «Где же ты сейчас? Надеюсь, у тебя все хорошо… Или хотя бы нормально. Пусть никто о тебе и не думает в эту минуту - знай, что я думаю», - я закрываю глаза и стараюсь уснуть, желая всего лучшего, что только может сейчас получить Мин Юнги. Правда.       У каждого должен быть дом, я так считаю. Особенно в такие ночи. И спать дети должны в своих кроватях, а не на улицах, и не за партами в школе. Вот.       Жаль, что он не мой друг - я позвал бы его к себе… Я бы и так позвал, конечно, но он ведь не пойдет. Он меня ненавидит. Так же, как и всех остальных.

***

      Я сегодня опять его видел. На путях, вечером. Только в этот раз что-то пошло не так. Он шел, как всегда, но вдруг у него как будто оторвалась лямка рюкзака - и рюкзак свалился прямо на землю. Я немножко замедлил шаги и продолжал глазеть - казалось, я подглядываю, но… Юнги разворачивается и смотрит какое-то время на валяющийся рюкзак, потом поднимает его и осматривает. А потом… Бросает его снова. И пинает со всей дури, а потом… Продолжает идти.       Я глазам своим не верю. Он что, с ума сошел? Там же все его вещи! Надо что-то сделать, наверное… Даже если я закричу ему, он не услышит. А если услышит - то не повернется. И что делать?..       Я топчусь на месте, но все-таки решаюсь спуститься. Подхожу к краю моста, где железные лестницы - высокие, в несколько пролётов - ведут вниз. Эти лестницы такие ненадежные… Они кое-где даже ржавые, и через сетчатые ступеньки я вижу землю и рельсы - так высоко… Ох, наконец я внизу.       Бегу по шпалам - это труднее, чем я думал, я быстро устаю. Но все еще неуклюже прыгаю вперед. Надо торопиться, скоро совсем стемнеет… А вдруг поезд?..       Наконец-то вижу перед собой черное пятно - на железнодорожных путях валяется большой черный рюкзак. Я поднимаю его - кажется, он совсем пустой, такой легкий. Замираю в нерешительности - я как-то не подумал, что буду с ним делать… Серьезно.       - Юнгиии! - Кричу куда-то вперед - его силуэта давно не видно. - Эй, Юнгиии!       Ничего.       Что же делать? Мне ведь надо возвращаться домой… Может, взять эту сумку к себе домой? Наверное… Что еще мне с ней делать, я не знаю.       Прижимаю довольно большой рюкзак обеими руками к груди и неуклюже бегу обратно к лестницам. Одна широкая черная лямка болтается из стороны в сторону. Я чувствую себя дураком.       Но… Думаю о том, что все-таки сделал хорошее дело, позаботившись о чужих вещах. Это лучше, чем пройти мимо… А Юнги ведь все равно пожалеет потом, что бросил его… Да, от этих мыслей чувствую себя как-то лучше.       Надо бежать скорее домой, а то меня точно убьют.

***

      Следующим утром я не нахожу себе места. Большой пакет у моей парты не дает мне покоя. Одноклассникам - тоже.       - Эй, Чимин! Что это там у тебя?       - Да так… Это не мое… Это я должен отдать кое-кому.       - Яяяяснооо… - Но никому ничего не ясно. И на меня все смотрят.       Первый урок - Юнги нет. Второй - его нет. Проходит еще два. Он не приходит. Я начинаю беспокоиться.       Юнги не приходит сегодня вообще. Пропускает контрольную, пропускает решение задач… Пропускает свой рюкзак! Я не могу с ним вернуться домой. Я должен вернуть его сегодня. Я маме обещал.       После уроков я набираюсь смелости и подхожу к учительнице.       - Извините, можно… Спросить…       - Да?       - А вы не могли бы мне сказать… Где живет Мин Юнги? Мне надо ему кое-что из вещей передать… Срочно. А он сегодня не пришел.       Учительница отвечает, хотя и не сразу:       - Как кстати, что ты идешь к нему! Передай ему его задание, я сейчас тебе выдам… Я и сама хотела тебя попросить…       - Спасибо… - Теперь я думаю, что вся эта затея не такая хорошая, какой казалась раньше.

***

      Я знаю этот район. Мне сюда нельзя ходить.       Но я выхожу из автобуса на нужной остановке, и осматриваюсь… Кажется, я понял, куда нужно идти. Прохожу пару домов, перехожу дорогу и сворачиваю налево - вот и нужный дом.       Я поднимаю руку, чтобы нажать на звонок… Но звонка нет. Осматриваю дверной косяк по всему периметру - и вижу только дыру в стене и торчащий из нее кусок проводов. Я озадаченно смотрю на эти оборванные провода, моя рука все еще поднята. Может быть, у них идет ремонт? Да, наверное… Предпочитаю думать именно так. Неуверенно стучу в дверь.       Ожидание кажется таким долгим. Мне становится всё страшнее с каждой секундой - я ведь до сих пор не придумал, что скажу.       Мне никто не открывает, но я слышу, что внутри кто-то есть. Поэтому стучу еще раз, чуть громче. И дверь резко распахивается, едва не оторвав мне руку.       Передо мной возникает какой-то незнакомый парень. Он выше меня и явно старше. Может, это старший брат Юнги? Хотя они совсем не похожи... Но точно не отец.       - Да?       Его голос очень низкий - он точно взрослый, ему наверняка лет двадцать пять. Он смотрит на меня как-то злобно, и его глаза как-то слишком сильно блестят. Со лба свисают мокрые черные волосы.       - Здравствуйте, - бойко начинаю я, - а можно позвать Мин Юнги?       Парень осматривает меня с ног до головы и с усмешкой говорит:       - А ты кто, мальчик?       Мне кажется, что он сказал это с какой-то издёвкой, но мне не обидно.       - Меня из школы прислали, передать кое-что…       - Так давай я передам, - он протягивает вперед руку, и я вижу черные рисунки на его коже - какие-то цепи, какие-то буквы, лилия… Ого. Я сам не замечаю, как уставился на его руку. Это, конечно, невежливо... Они ведь настоящие, наверняка настоящие? Татуировки делают только преступники! А если он преступник?..       - Нет, - я сам удивляюсь тому, насколько уверенно звучит мой голос, потому что в душе я совсем не уверен. «Я даже не знаю толком этот район… И не знаю, куда бежать, если...» - Мне сказали - только Юнги. Лично в руки.       Стоящего в дверях парня это рассмешило. Он крикнул куда-то назад: «Эй, ты! Иди сюда!» Я почувствовал себя немного спокойнее, когда к дверям, шаркая, подошел и сам Юнги.       - Чего тебе? - Бурчит он, исподлобья косясь на меня.       - Привет, - я, улыбнувшись, протягиваю вперед пакет с его рюкзаком внутри, - я принес тебе кое-что, ты потерял вчера, а я увидел и подобрал… Вот, держи! Я зашил…       Юнги хмурится и выдергивает мою ношу, едва не оставив ручки пакета в моих пальцах. Кажется, он совсем не слушает.       - Ага.       Я растерялся, не зная, что еще сказать. Тут вспомнил про задание.       - А, и еще вот, - быстро достаю из сумки несколько аккуратно сложенных белых листочков. - Сегодня контрольная была, тебе сказали передать…       - Мне не надо.       - Что, прости?       - Я говорю, мне плевать. Не буду я ничего делать. - Юнги переводит взгляд на ручку двери, явно собираясь ее закрыть прямо перед моим носом.       - Как это? Если не решишь до завтра, то тебе же за это…       Вдруг из-за двери появляется тот парень с жуткими татуировками и нагло перебивает меня:       - Тебе же сказали, что «не надо».       Я все еще стою, протягивая вперед контрольную с вариантом Мин Юнги, окончательно растерявшись. Сам Юнги молчит и смотрит в пол.       - Себе оставь, - тот парень опускает свою жуткую разрисованную руку прямо перед лицом Юнги и втаскивает его за шею обратно в квартиру. Дверь передо мной захлопывается.