Гинекологиня

Я перечитала сообщение. Может быть, все-таки она написала: «Я тебя люблю»? Нет. «Я тебя убью». Может, вредина-Т9 заменил слово? Или она снова пьяна и сама опечаталась? Ну и что я должна на это ответить? Или не отвечать? Я мучила себя принятием решения минут двадцать. «Изабелла, душа моя, за что вы вознамерились меня убить?» — написала я в сообщении и отправила. Ответ пришел через полчаса. -«Ой, прости я не тебе это писала ». -«Тогда позвольте спросить, кого вы намерены убить? Надеюсь, мужа? Помочь вам спрятать труп? Еще я могу обеспечить вам алиби. Ну, а если вас вычислят, я возьму вину на себя. Но только если вы станете моей женой и будете носить мне вкусные передачки. По рукам?». -«Это очень мило с твоей стороны. Но я пока решила не убивать свою подругу, которой было предназначено сообщение. Мужа убивать не за что. Он идеальный. Спокойной ночи. Завтра жду на прием.» -«Доброй ночи. Ждите-с.» Идеальный муж. Это она просто похвасталась или намекнула, что мне ничего не светит? С этими мыслями я улеглась спать. В ту самую кровать на которой не так давно спала Изабелла. Интересно, на белье остался ее запах? Я понюхала наволочку и простынь. Есть немного аромата. Но он едва уловим. А может, это лишь обонятельная галлюцинация. Утром я проснулась рано, в семь часов, и что логично, совершенно не выспалась, ведь уснула около часа ночи. Но мозг решил больше не спать, так что пришлось покинуть кровать. На прием нужно было идти к двум часам, так что времени у меня было полно. Я решила потратить его на изучение астрономии. Читая статьи о небесных объектах, я напомнила себе, что нужно купить телескоп. Разумеется, когда финансы мне это позволят. Несколько часов пролетели незаметно. И вот я собралась и направилась в женскую консультацию. Когда я подходила к кабинету гинекологини, увидела, что она разговаривает с высоким симпатичным мужчиной в белом халате. Они друг другу улыбались. И в конце беседы он поцеловал ее в щеку. Как раз в этот момент она заметила меня. Скользнув равнодушным взглядом по моему лицу, она ушла в кабинет. Мужчина ушел в соседний кабинет, на котором красовалась табличка «Заведующий отделением — Имперский Глеб Тарасович». Так это и есть ее идеальный муж? Главный врач. Все ясно. Изабелла любит генералов. Отсидев у кабинета срок будто в тюрьме, я, наконец, смогла в него проникнуть.  — Здравствуйте. — Здравствуйте. Проходите. Я села на стул рядом с Изабеллой, поймав недовольный взгляд Серафимы Ивановны.  — Мы, наконец, получили результаты ваших анализов.  — Хорошо. -Да ничего хорошего. Плохие они.  — Это, наверно, потому что я плохой человек. Изабелла посмотрела на меня непонимающим взглядом.  — Продолжайте, госпожа врач.  — Есть подозрения на опухоль. Но нужно еще сделать несколько анализов, так что я даю вам направление в больницу, к онкологу. Там проведут полное обследование. Опухоль? Жизнь кончена? А у Изабеллы идеальный муж…  — А раньше не могли сказать?  — Каким образом? Мы же с вами не подружки.  — Ну, в карточке есть номер телефона.  — О таких вещах по телефону лучше не говорить.  — Ну да. Вы правы.  — Слушайте, я понимаю, диагноз пугающий, но не надо мне грубить. И сильно переживать не стоит. Может, не все так плохо. Надо иметь позитивный настрой.  — Ага. Я, пожалуй, пойду. Спасибо за все. Давайте направление. До свидания. Впрочем, с моим диагнозом, наверно, надо говорить «прощайте». Я начала вставать со стула, но ноги ушли в отказ. Мое тело рухнуло обратно на стул. Изабелла испуганно вскочила начала щупать мой пульс. — Серафима Ивановна, найдите тонометр. Наверно, понервничала, давление упало. Серафима Ивановна выбежала из кабинета. Изабелла взяла меня за руки и посмотрела мне в глаза. — Эй, Соня, слышишь меня? Как ты себя чувствуешь? — Бывало и лучше. Да, наверно, давление. — Ты меня испугала. — Простите. У меня не было такого намерения. Я и сама струхнула слегка. В кабинет быстрым шагом вошли Серафима Ивановна и Глеб Тарасович, который спросил.  — Ну что у нас тут? Вот выпейте воды. Или может чаю?  — Нет, спасибо. Воды достаточно. Серафима Ивановна измерила мне давление.  — 90 на 60. Пульс 100. Ляг на кушетку, полежи.  — Нет, спасибо. Мне уже лучше. Я в коридоре посижу, а домой на такси доеду. Все будет хорошо. Не беспокойтесь. Благодарю за заботу.  — Нет, я тебя так не отпущу. Глеб, ты сейчас не занят? Отвези девочку домой.  — Хорошо, дорогая. Как хоть зовут девочку?  — Соня. Сил спорить у меня не было, так что Глеб Тарасович взял меня под руку и вывел из кабинета, посадил в машину. — Соня, какой у вас адрес? Я назвала ему адрес. Мне было неприятно, что муж Изабеллы так добр ко мне. Если бы он знал, что я положила глаз на его жену, вряд ли он был бы так добр. А, может быть, сказать ему? Но разум победил. И я не стала совершать подобную глупость. Мы подъехали к моему дому. Глеб Тарасович проводил меня до квартиры, убедился, что я вошла, пожелал скорейшего выздоровления и распрощался. Я добрела до кровати и рухнула в нее, обессилев. Я зарыдала так, будто в моих глазах прорвало бобровую плотину. У меня рак, а у Изабеллы идеальный муж. Ну и зачем теперь мне жить? Еще некоторое время я ревела и предавалась грустным и эгоистичным мыслям, затем решила позвонить маме и рассказать о своих проблемах. Держать все в себе было невыносимо. Мама приехала по первому зову. Мы поговорили, она настроила меня на чуть более оптимистичный лад и осталась на ночь, чтобы мне было не так одиноко. Ночью мне пришло сообщение от Изабеллы. -«Надеюсь, ты в порядке?» -«Нет. Я в хаосе.» -«Я могу чем-то помочь?» -«Не знаю.» -«Если что-то понадобится, пиши. В любое время.» -«Хорошо. Спасибо. Вам. И вашему мужу.» -«Это наша работа.» Дом, работа — их многое объединяет. Мне места в ее жизни нет. И зачем я встречаю людей, в чьей жизни мне нет места? Мир такой огромный, и так сложно в нем найти свое место…