Очень хороший мальчик

***

      Первый день весны они встретили очень даже хреново. И не просто так, прошу заметить. На них сразу свалилась куча проблем связанных с девушками и погодой. Вместо снега, у них теперь дождь. И не нужный ранее зонт наконец мог проявить себя как предмет крайней необходимости. Мистику конечно же, на погоду было кратко говоря плевать, а вот противоположный пол его донимал.       У всех теперь началось обострение, жёсткое такое. Все почему-то резко задвигались туда сюда, ища что-то, вынося лишний раз мозг и раздражая своим очень хорошим настроением. Особенно с этим встретился бедный Колбая, которому, буквально недели две назад, за то что он встретился с какой-то девушкой подстрелили руку, когда он потянулся чтобы обнять её.       И теперь сидит мучается. Ведь прекрасно понимает, кто это такой был. Слава и Андрей же наоборот. Их аура просто отпугивала. Они сидели вместе и молчали, параллельно поедая пиццу или сухарики. Они как братья теперь садятся одновременно поближе и включают компьютеры, синхронно так, что аж блевать хочется. Будто парочка какая, или ещё что похуже.       Ронжин расстроился что к нему девушки как раз не лезут, а вот Андрей уже второй день марта хочет убиться. На улице было тепло, «все» радовались ранней весне, резкой смене температуры, геморрою… Но это другая история. Шавель просто не представлял, что оказался таким популярным в офисе придурком. Нет, ну он кончено красивый мальчик, тот ещё милашка, но…       Ему принесли кофе, обед даже приготовили, мол ветер ещё унесёт такого худенького красавчика и вся эта бредятина продолжается очень давно. Ещё с февраля месяца. Юноша уже в принципе не удивляется, но его работоспособность сократилась, раза в два. Дело хоть и продолжалось, очень даже неплохо если так посмотреть, но два главных «продвигателя» можно сказать сдохли.       Один морально, другой физически. Улик сейчас никаких найти невозможно. Их смывает ливень каждый божий день. Снег то давно растаял, ещё в феврале. Но несмотря на это, всем было более менее нормально. И вот, в кабинете, какой час уже стояла напряжённая атмосфера. Слава пил лимонад параллельно строча на этом чёртовом компьютере, Андрей сделал рожу кирпичом.       Фляжка молча валялся на своём столе и играл в пасьянс, а Косухин занимался какими-то там документами. Но в дверь постучался молодой рядовой, которого на работу от силы неделю назад взяли. Он был неуклюжим, чуть нервничал, но всё же смог представиться. — Джонни Колбая, вам доставили посылку буквально полчаса назад, меня лишь её к вам отнести попросили.       Он поставил коробку рядом с «трупиком» и поспешил удалиться из кабинета. Названный сразу же чуть оживился и сел нормально, смотря на коробку. Ярослав лишь косо, но заинтересованно смотрел на это чудо, но комментировать походу отказался. Двое из ларца, как жрут так и работают. Достав раскладной ножик, он вскрыл её и посмотрел внутрь.        А там было… Куча сладостей, какой-то плюшевый мишка, маленький, но милый. А на глаза сразу попалась чёрная, выделяющаяся открытка. Там было ровным и красивым почерком написано от кого же пришла эта радость. «Роман Фильченков». У него даже глаз задёргался от этой надписи. Он просто сел смотря в одну точку. Тут уже заинтересовались и остальные.       Подошли так сказать, посмотрели, Андрею впервые в жизни захотелось застрелиться на месте. Шавель даже пистолет вынул, но его сразу отобрали. И тут вновь заходит рядовой, занося ещё коробку и аккуратный маленький подарок, красиво перевязанный чёрной бархатной лентой. Ну тут он уже просто поставил их на пол и пожал плечами. Мол не указано от кого и для чего.       Просто ушёл куда подальше. Ронжин отобрал нож из рук Колбая, подходя к новому грузу и открывая его прямо на месте. Пару штрихов и все вещи были выставлены на обозрение. В первой, средних размеров коробке, оказалось куча чипсов и бутылка лимонада. Так же, там красовалась чёрная открыточка. Думаю, имя на неё читать не надо. Шавель же открыл маленькую, вопрос один, зачем? Потому что внизу была надпись кому это адресовано. — Ну мне кажется, тут уже без комментариев. Либо над нами шутят, либо это очередной настигший нас пиздец. Даже не знаю, радоваться нам, или плакать.       Ярослав, стоявший до этого момента в полном шоке, лишь активно закивал. И помолился чтобы ему ничего не прислали. Походу помогло. Взяв с собой эту красоту, он сел за стол и развернул обёртку груза. Красивые, красные, парные медальоны сверкали на её дне. И на клочке бумажки внизу, было выведено знакомым подчерком: «Подари дорогому тебе человеку». Остался вопрос: кому?

***

      Андрей как пришёл к себе в кабинет, как вызвал к себе «двух попутчиков и одну собутыльницу», так и начал их грозно ждать. Грозно… ждать?.. да, именно так. Кстати, таким дуэтом их назвали не просто так. Пока Андрей неделю был без настроения и просто так сюда не приходил, Виктория напилась в хлам, вместе с Фильченковым, который тогда на весь квартал орал песни Аллы Пугачёвой.       А Киселёв, вместо ругани, решил к ним присоединиться. Как позже оказалось, он споил и охрану. И сейчас, благодаря этому, только один может продолжать работать. У Шавеля просто слов не было, одни эмоции, где присутствовали лишь возмущение и негодование. Ну как так можно то вообще было? И при этом, сказать он им может многое, но увольнять их не хочется.       Работнички то ценные оказались. Только, иногда выбешивали своего начальника из-за таких поводов напиться. А последних то в принципе и не было. Ну, так думал Шавель. Дверь открылась как-то слишком резко, он хотел было начать орать, но как заглянул в их милые глазки, будто они вот-вот расплачутся, захотелось на них плюнуть и выгнать. Но не сегодня. — Вы какого хуя устроили, ублюдки?! Который раз замечаю от вас самодеятельность! Сказал по плану действовать, а не вот это вот всё! — Его пыл почему-то сразу стих. А где-то внутри он понял что перебарщивает. Он сразу взял свои слова обратно. Андрей очень даже доволен такой ситуацией и его можно спокойно теперь звать мазохистом. — Ещё раз такое увижу, на месте застрелю, не подумаю даже…       Юноша деловито уселся в кресле, как настоящий мачо, сверля их своими белыми глазками. Мол всё, я злой, скажите что-то не то и вам капец. Хотя это больше напоминало людей у которых рост в метр пятьдесят и они стоят с ножичком под твоим окном, зная, какой ты всё-таки пидор. Те лишь активно закивали, убирая своё милое личико. «Ну хоть с первого раза поняли, уже хорошо…»       Подумал юноша, как Виктория облокотилась об его стол, сначала нагло рассматривая, а затем попыталась что-то сказать. Было понятно, что её что-то интересовало. Но спрашивать почему-то девушка не решалась. — А кому ты подарил парный кулон? — Она замялась на пару секунд. — Или ещё не решил, кому?       Андрей взял газетку и как вдарил ей по башке от смущения и вновь вы пустившегося наружу — возмущения. Да как она смеет то вообще?! Девушка сразу отпрянула от стола и спряталась за спиной Киселёва. Шавель встал, взял ещё одну газетку и скрутил её. — А что вчера было то вообще? Может мне уже кто нибудь скажет? Не помню нихера… Что?       У шефа сразу начался нервный тик. Глаз дёргался, а в руке уже была не газетка, а пистолет. Все молча смотрели на до этого молчавшего Рому. Тот лишь потёр виновато затылок. Через две минуты раздались выстрелы и крики, троица выбежала друг за другом прячась от разъяренного начальника по разные стороны. Через пару секунд, из кабинета выскочил и сам Андрюша.       Он ещё пару раз пальнул, промазав и попав в бедную, не виноватую ни в чем таком стенку. Впрочем, она уже не в первый раз страдает от Андрея, но и походу не последний. Андрей побежал по коридорам за ними попутно матерясь. — Пить надо сука меньше! Или вообще не пить! Чёртовы выродки! Урою вас когда нибудь!