Очень хороший мальчик

***

      Андрей с Джонни ехали искать улики с прошлого «завоза». Андрей просто знал, что там ничего не было, так что упорно, всеми своими фактами пытался доказать, что ну как там оно может быть, если даже нормальной дороги нет, вообще это произошло в другом конце города и пиздец, что ты несёшь. Мистик махнул рукой и отправил их вдвоём. Чтоб наконец от него отстали и они занялись чем-то полезным, а разбором документов он займётся сам.       Да и у Ронжина выходной был. Андрей едет с Колбая в первый раз куда-то по расследованию. Поэтому, ему это всё как-то и не нравилось. Он конечно, хотел увидеть как они там ищут какие-то следы, но не жарким, наступившим пару дней назад — летом. Душно, нет, не так — ужасно душно. Тонкая шёлковая кофта липла к бледной коже, так же как и чёрная, длинная до жути — чёлка, которую он пытался убрать уже раз так пятый.       Но позорно сдался и сидел скуксившись на переднем сидении, открыв с помощью заедающей в служебной машине кнопки — окно. К середине пути, юноша всё-таки не выдержал и достал себе из чёрной глянцевой упаковки, что была в заднем кармане джинс, сигарету и красную, яркую зажигалку. Джонни вопросительно, даже с долей возмущения посмотрел на него.       Шавель хмыкнул и затянул высовывая своё прекрасное и божественное личико ближе к открытому окну, чтобы едкий запах не попал лишний раз в машину. Вдруг, Колбая не курит, такое тоже бывает. Лаггер наконец расслабился, как из его кармана, чужая рука, нагло так, вытащила упаковку и украла оттуда последнюю сигарету. Андрей дал парню зажигалку и снова уставился на живописные пейзажи полей, что быстро мелькали перед его лицом. Пока Колбая не решил начать диалог. — Я думал ты за ЗОЖ, культурный, а ты, оказывается, заядлый любитель. Ещё и не делишься.       Юноша улыбнулся краешком губ и выкинул бычок в окно, садясь на сидение нормально, как полагается. Оказалось, что они просто друг друга ещё плохо знают, а то что у него мутное прошлое, его интересовать не должно, ведь он оказался очень даже хорошим в процессе разговора по душам. Они начали болтать о всяком, что им только придёт в голову. Начиная маркой сигар, которую курил следователь, оканчивая историями из личной жизни.       А так как парень был легко читаемым в эмоциях, то было видно, что он был сейчас расслаблен и очень честен с собеседником. Шавелю это даже чуточку льстило. Оказалось, ранее, они с Ромой очень даже хорошо дружили, работали вместе. Да что там, дружили с самого детства. И на самого Шавеля даже работал около месяца. И теперь, когда юноша работал на благо страны.       Расследовал дела, искал улики, ему стало как-то не по себе. Ведь давнего друга, а как позже оказалось — любовника, рядом нет. Вот он и начал делать всё, лишь бы заработать внимание у Фильченкова. Даже доставал его на старой работе, старался что-то сделать. Но как-то, пока безрезультатно. Почти. Он рассказал ему про всё, что случилось за этот год.       Шавель поперхнулся за эту поездку впервые, как Фляжка заговорил об его лучшей технике, как даже пытался проверить её на застенчивом снайпере, так и продолжалось в течении почти всего времени, но юноша всё равно пытался остаться спокойным. Его трепали по голове, мол «девственник что ли так краснеть?» В том то и дело что да. Шавель выглядел совершенно не свойственно себе.       Алые горевшие щёки, растрёпанный в край вид. А это всего-то пару минут разговора. «Извращенец…» Всё что крутилось в голове Шавеля. Но он всё равно слушал его, стараясь не перебивать более, ну и не пытаться ему врезать. Фильченкова то жалко. Его сотрудник как никак. — Мне вот кажется, что ты должен оставить всё как есть и просто плыть по течению. В будущем, всё обязательно наладится. Ты сделал всё что нужно.       Лаггер пожал плечами и посмотрел в серый, до неприязни потрепанный потолок служебной машины, хмыкнув. Да, он и правда не думал, что всё настолько глубоко у них в этом деле. Надо так бы ещё и со Славой поболтать. Хотя, это наврятли. Он обычно уходит от таких тем. — А мне казалось, что ты как раз всё и разрешишь. — Он почувствовал удивлённый взгляд, что прямо-таки прожигал его. — Ну, не пойми неправильно, но ты уже кучу дел против закона совершил, лишь бы добиться своих целей. Я увидел пару жучков на Киселёве. — Колбая косо посмотрел на него, стараясь не ляпнуть лишнего. — Ну не у одного же меня такое хорошее прошлое?.. Можешь и не рассказывать…       Шавель ухмыльнулся, молча смотря на своего товарища по несчастью. Он даже и не думал, что так странно выглядит со стороны. А ведь и правда. Он порезал Вику, пришёл на встречу к преступности, ходит, как думает Мистик и Слава на какие-то встречи, с которых, узнает, или пытается узнать — информацию. После двухминутного молчания, он лишь чуть улыбнулся и задумчиво ответил. — Всё может быть, Джонни. Всё может быть… Но Рому я знаю не хуже твоего. Так что, можешь положиться на меня.       На такое приятное известие, Колбая широко улыбнулся. А у Шавеля будто камень с плеч слетел. Стало намного легче.

***

      Так и прошло начало июля… Юноше начало казаться, что время пролетает слишком быстро. Он смотрит безэмоционально на календарь, на яркое и чёрное число, что было помечено почему-то красным кружком. Этот пластик, неприятно блестел под светом бледной настольной лампы. Юноша находился у себя в кабинете, в своём кабинете. Киселёв суетился рядом с ним с какими-то документами.       Белые глаза смотрели куда-то в пустоту, давая даже так понять, что их обладатель сейчас ни в чём не заинтересован. Андрей не слышал бессмысленную болтовню его правой руки, задавая про себя лишь один вопрос — «Почему всё произошло так быстро?» Год протиснулся очень быстро, унося все хорошие воспоминания, в прошлое. И к сожалению, то время, уже нельзя было вернуть.       А Лаггер очень сильно хотел. Он не раз вспоминал как пришёл туда, как увидел эти голубые омуты, как завёл себе наконец-то лучших друзей, которым, он очень даже доверял. Настолько, что готов был отдать им свою жизнь. Он может и обезумел, но для него это было обычным днём. Это — был обычный период его жизни, с которым, к его огромному удивлению, он не хотел прощаться. — Может просто выпьем? Не хочу загружать себя информацией. — Шавель резко обрывает его и достаёт виски, с двумя хрустальными рюмками, оставляя всё это добро на столе. — Мы давно так не сидели.       Сначала, юноша долго сомневался и мялся на месте, забывая, о чём он говорил пару минут назад. А потом, всё же успокаивается, уверенно беря одну из рюмок и открывая стеклянный сосуд с жидкостью. Андрей расслабленно улыбается, откидываясь на спинку чёрного, кожаного стула. Бока отблескивают от лампы, пуская слепящие отблески. Равномерно выливается алкоголь, а они уже на другой волне. Ведь теперь, Лаггер мог поговорить с ним по душам. — Я так больше не могу. Я не смогу даже притронуться к оружию, пока рядом Мистик. Мы с ним так хорошо проводили время. Ты даже не представляешь…       Он начал их диалог с самого важного, подчёркивая, что он не сможет, он не справится. Андрейка усомнился в себе и своих способностях, думая лишь об одном человеке в его ничтожной жизни. Киселёв выпивает рюмку залпом, ставя её с звонким стуком на тёмный стол. — Я тоже не смогу. Хоть я и догадываюсь, что Слава мне просто мстит за прошлое и играется со мной, не смогу. Какой бы сволочью он не был. И что же нам делать?       Андрей берёт тонкими бледными пальцами хрупкую рюмку, так же выпивая содержимое залпом. Он утёр чёрным рукавом бледно-розовые, пухлые губы, смотря на собеседника и улыбаясь, нервозно постукивая каблуком по полу. От их безвыходности хотелось выть. Уж не думал он, что всё пойдёт совершенно не так, как ранее ожидалось. Он был полностью уверен в себе, вновь доверяясь тонкому чутью. — Мои цели должны быть приведены в реальности, к полному их исполнению. А значит, нам придётся.       Он взял и вновь наполнил рюмки, наполовину опустошая сосуд с алкоголем, как-то грустно улыбаясь. Карие глаза смотрели на него с неким вопросом, мольбой и прощением. Грусть смешалась с чувством долга, не давая первое время что либо ответить своему другу, а по совместительству — шефу. Он не смел с ним спорить, но и не мог не возразить. — Но разве ты не можешь отменить все свои же планы?       Это был риторический, ненужный вопрос, на который он в любом бы случае получил бы один короткий ответ. Другому быть не дано. Чувства съедали душу Шавеля с каждой минутой. Андрей не мог колебаться, ведь — это его давняя мечта. И он не может отступиться от этой отговорки. Поэтому, ответ был так очевиден, что резал последние кусочки сознания. — Нет…