Шкатулка Правды

Гарри пожалел о том, что проснулся. Он мог вечно летать в своих снах, отбиваясь от привычных образов кошмаров. Ведь для того, чтобы они пропали, нужно было перевернуться на другой бок и отвлечься от неприятной картины. Когда ты спишь, все кажется таким умиротворяющим, твое сознание затуманено, тело расслабленно, а перед глазами проносятся цветные сюжеты. Ты спишь с чувством, что в любой момент можешь прекратить взорвавшаяся фантазию твоего мозга. Когда ты спишь, тебя обнимает Северус и ты знаешь, что если сильно вздрогнуть, он непременно погладит по руке или спине, поцелует в плечо и скажет, что это всего лишь сон. Он найдет своими теплыми губами твои, и прядь его волос щекотно коснется щеки. Какой бы ни был сон, он всегда заканчивался Северусом с начала сентября. Тесно прижавшись, он мурлыкал в ухо, что во сне Гарри переместил его руку туда, куда больше всего хотело проснувшееся тело парня. Теплое колыхание его выдохов над ухом Гарри, издаваемое Снейпом при добром смехе, выводило его из приятного сна. В черных глазах, отражались лампы и фонари, полная луна. Именно в них Гарри привык видеть первые лучи солнце за окном. Мягкие и гибкие кончики пальцев царапали его щетину, сопровождаясь указанием, что ему пора побриться. Гарри и раньше знал, что в мире есть магия. Но после Северуса, он понял это как никогда. Например, то, что щетина на лице росла очень медленно, если ее мазать зельем из Сколопендр и Гибискуса, настоявшимся лунные сутки без света. Можно было бриться раз в неделю и экономить утреннее время лежа в кровати. Зелья для выпадения волос – очень подходило для разных менее доступных мест. Заклинание Дентес Меос чистит зубы. Фейс Пургарет – дает действие умывания лица, оставляя после себя приятную свежесть. И еще куча разных заклинаний приводящих мага в надлежащий вид прямо лежа в кровати. Убрать мешки под глазами, покраснения глаз, отбелить кожу лица и пр. Несколько ленивых слов и ты встаешь утром с кровати начищенный, вылизанный и да, к сожалению непричесанный. У Снейпа явно были проблемы с заклинаниями касающихся волос. Он однажды чуть не полысел после неудачных экспериментов, поэтому обходился маггловскими методами. Естественные нужды организма тоже приходилось совершать самому. Если бы не это, они бы лежали в постели до обеда. Большой орлиный нос таранил его в плечо, а сильные пальцы ритмично сжимались на его ребрах. Это обычно означало последнее предупреждение для Гарри, если он не встанет с постели. Вскрикивая, охая, Гарри смеялся, пытаясь, увернуться от длинных рук и защищался одеялом от мучителя, что злобно хохотал не меньше его. Воспоминания растворились в голове у Гарри, как если бы это был один сплошной сон. Он проснулся один и никому не было дело до того, что сейчас 3 часа дня и он спит. Никаких ласковых пальцев пощипывающих его грудь. Черные глаза испарились вместе с солнцем за окном. Ничто не могло заставить Гарри радоваться новому дню. Он сидел на кровати, держа перед собой записку от Снейпа, и вглядывался в буквы, не в силах разобрать слова. Шкатулка лежала на столе, ненужная автору этих строк. Сначала Гарри ничего не чувствовал, если бы на него наложили Ступефай. Оглушительная, бесчувственная тьма. Ему казалось, что он умер и его душу высосали Дементоры. Пустота, отрицание, безмолвие. Тело превратилось в кусок холодного камня, безжизненного и никчемного. Никому не нужного, даже самому Гарри. Зачем ты это сделал, Северус? Зачем ты убил меня? Ты все, что у меня было. Зачем ты вырвал мое сердце, не убедившись, что оно остановилось? Почему ты не дал мне еще раз увидеть твои глаза перед этим? За что ты меня так жестко наказал? Как мне теперь жить без тебя? Как мне перестать чувствовать этот нож в своем сердце? Почему мне так больно? Почему боль не прекращается, а только нарастает? Смогу ли я когда-нибудь почувствовать что-то кроме боли? Пергамент в руках Гарри постепенно стал намокать от вспотевших рук и капель стекающих у него по щекам. Он бессмысленно смотрел в одну точку и ничего не хотел. Ни есть, ни пить, ни двигаться, ни дышать, не видеть ничего перед собой. В горле застрял комок дрожащих нервов. Только через несколько минут он понял, что душит себя рукой, стараясь удержать крик рвущийся наружу. Воздуха катастрофически не хватало. Он был не нужен, Гарри не хотел больше им дышать. В глаза начало темнеть и это подействовало успокаивающе, он хотел перестать чувствовать свое тело. Все потеряло смысл. Его тело было сухим, но ему казалось, что его поразила Сектумсемпра и он истекает кровью сидя в кровати Снейпа. Того самого, кто наложил на него эти чары и оставил медленно умирать, не позаботясь о том, что простыни потом придется выкинуть. Возможно ими укроют тело Гарри и закопают подальше от глаз. А Северус Снейп никогда не придет на то место, потому, что ему всегда было безразлично жив ли Поттер или нет. Шкатулка найдена, убийства прекратились, виновники за решеткой. Можно отвязаться от наивного Поттера и выкинуть его из своей жизни, как банановую кожуру. Огрызок от яблока с червивой сердцевиной. Гулкий звук застрял в ушах Гарри от недостатка кислорода. Задушить себя рукой еще никому не удавалось. Мышцы пальцев ослабли, как раз в тот момент, когда вместо темных мушек, его зрение накрылось чернотой. Упав на мягкие подушки, он пожалел, что они не сотканы из иголок, чтобы хоть как-то заглушить рвущую грудь боль. Слезы противно текли по вискам и капали на подушку, от чего становилось еще омерзительнее лежать на влажной ткани. Мускулы на руках стали сокращаться против его воли, ноги дергались в нервном тике, так что потеряли чувствительность. Казалось, он сплошной комок истерзанных нервов после Круцио. Непроизвольно дергаясь, он давился безудержными всхлипами, скулил и прятал лицо в подушку, потому, что снова ясно видел перед собой. Судороги не заканчивались, они только нарастали, прокалывая тело насквозь яркой вспышкой боли. Свернувшись, как эмбрион, Гарри закрыл лицо влажными руками. Все, что он сейчас хотел это исчезнуть, никогда не рождаться, раствориться в бесконечной боли и в последний раз заглянуть в черные глаза. За окном моросил редкий весенний дождь и капли медленно стекали по стеклу, увеличиваясь при сливании с друг другом. На улице стали зажигаться первые вечерние фонари, освещая мелкие лужи между каменной брусчаткой. Молодая пара бежала по дороге, шлепая по лужам и прикрываясь одним большим пальто над головой. Почтальон, гневно стряхивал капли упавшие на письма, провожая с едкой ухмылкой молодежь. В комнате, где лежал Гарри, было темно и душно. Он впервые в жизни пожалел, что проснулся.

***

Собрание Ордена Феникса состоялось в положенное время. Каждому члену была отправлена сова с местом и временем проведения. Туда пришли все кроме Малфоев, которые находились в больнице с сыном. И Гарри с Северусом, которых последний раз видели в Министерстве с их вызывающим поцелуем. - Вы не можете вернуть Снейпа в Орден! – настаивал Артур. – Это немыслимо, что такой как он будет рядом с детьми. Очевидно же, что у него поехала крыша и он переманил Гарри на свою сторону. Пронзительные глаза Кингсли были устремлены на Артура. Ему не было никакого дела до личной жизни членов Ордена и он не считал Гарри таким уж и ведомым, чтобы Снейп мог его одурманить. Он сам видел Гарри и тот был совершенно вменяем. В магическом обществе не одобряли однополые связи, но и не было закона препятствующему этому. - Это не вам решать, Артур. Орден Феникса это секретное сообщество авроров. Мне нужны талантливые и сильные маги в нем, а Снейп один из них. Если я не ошибаюсь, это из-за его зелья, которое выпил Люциус Малфой, мы все здесь сидим и дышим ровно. Виновные сидят в камерах и ждут суда. Если бы не он, я бы до сих пор ходил под Империо, - скривился в улыбке. – Знаете ли, мне больше нравится самому решать, что делать. Никто не стал с ним спорить. Конечно, Снейп был молодец, но все придерживались мнения о том, что он растлил Гарри и должен понести наказание в стенах Азкабана. Пусть только явится сюда и на него начнется настоящая травля от всех Уизли. Особенно был взбешен Рон. Честь его сестры находилась под большой угрозой. Если общественность узнает, что Гарри предпочел спать со старым уродом вместо его молоденькой сестры, это будет клеймо на их семью. Что касается самого Гарри и его гомосексуальные наклонности, то у Рона это вызывало настолько сильное отвращение, что он напрочь отказался от мысли впредь пожимать ему руку. С такими как Гарри, он не хотел иметь ничего общего. Джордж придумывал шутки на ходу, как Гарри стал геем и только по просьбе матери не отправил голубые миниатюры Поттера в свой магазин. Один Билл хмурил брови при таких разговорах и переводил тему на Пожирателей и Амбридж. Кингсли поздравил Орден с успешной работой и вскользь упомянул, что многие подробности дела должны остаться в этой комнате. Все должно выглядеть так, что Пожиратели выкрали шкатулку и убивали людей. Нельзя пугать всех, что Министерство настолько слабо, что не способно контролировать своих сотрудников. Тем более тот факт, что убийства были совершенны в их стенах, как и жуткие пытки. Перед ними сейчас стояла другая задача: найти способ снимать проклятье крови придуманное гоблинами. О них тоже надо умолчать. Посеется паника и маги станут забирать свои вложения, а там и покидать Британию. Дверь в комнату открылась, прервав речь Кингсли и все обернулись в ее сторону. На пороге стоял бледный Гарри. Его кожа была такой светлой с серыми отметинами, что он напоминал призрак. Он в упор не видел собравшихся, чувствуя, что Снейпа здесь не будет. Болотистые красные глаза смотрели только на Министра Магии. В руках у Гарри был сверток, желая получить который погибло немало людей. - Гарри, - позвала его Гермиона, ощущая укол вины за свое резкое поведение в Министерстве. Он не ответил и двинулся к началу стола, где сидел Кингсли. Встав рядом с ним, министр кожей ощутил холод шедший от Гарри. Казалось, этот парень никогда не улыбался. Кингсли не мог найти объяснение этой перемене, но был уверен, что у него будет на это время. - Вы просили, сэр, - охрипшим голосом сказал Гарри и протянул пергамент. – Только прошу копировать при мне, а затем вернуть. Голос Гарри проявился четче и от этого сиповатый звук стал слышен остальным. Члены Ордена беспокойно переглянулись, даже Рон, что сидел насупившись, заинтересованно приподнял голову. - Гарри… - отозвался Артур и тут же умолк. Жестокие, яростные глаза припечатали его к стулу. Артур мог поклясться, что на несколько секунд был лишен возможности двигаться. - Но не здесь, мистер Бруствер, - презрительно сощурился Гарри. – Желательно побыстрее, мне нужно в больницу к Малфою. Теперь оторопел Кингсли. Гарри говорил прямо, жестко и уверенно, не скрывая ничего и не боясь. То, что он силой магии уложил такое количество авроров, пугало и настораживало всех. Сейчас же, когда Гарри был такой жесткий и требовательный с Министром Магии, подкрадывались не самые лучшие мысли на сей счет. Он был очень похож на Волдеморта. Сильный, бесчувственный, желающий беспрекословного подчинения. Новый Гарри Поттер. - Хорошо, - спокойно сказал он, не позволяя понять парню своих страхов. Гарри пришел один на собрание и это было странным. Если он был с Северусом, то тот непременно знал о нем. - Где Северус? – поинтересовался Кингсли, следуя за Гарри в коридор, чтобы перейти в комнату с камином. Гарри обернулся, окинул взглядом собравшийся Орден и на его лице не было ни одной морщинки указывающей на эмоции. - Понятия не имею, - покачал отрицательно головой. – Отныне у него своя жизнь, у меня своя, - смотрел он на каждого. – Не слышу аплодисментов и фанфар. Ну же! Улыбнитесь хотя бы! – маги взволнованно стали переглядываться. – Не делайте вид, что вы не рады! – перешел на рык Гарри. Его плечо схватили и Кингсли тут же отдернул руку. Его ладонь запекло так, будто он положил ее на раскалившуюся плиту. Гарри обернулся на него, его скулы дергались от гнева. Было видно, что он из последних сил сдерживает себя. Переборов внезапную ярость, он резко дернулся с места и ушел в коридор, оставив волшебников в гнетущем ужасе.

***

Еле выдержав два часа, пока сотрудники Министерства, зачарованно изучали дела Пожирателей Смерти и неудачливой злодейки Амбридж, которая выжила после того, как Гарри отразил ее не до конца выговоренную Аваду. Гарри свернул свиток пергамента, под завораживающие полуоткрытые рты и сунул его в карман, как обычный список покупок. Одного взгляда потемневших болотистых глаз, хватило, чтобы два сотрудника Министерства закрыли рты и не трогали его с дополнительными вопросами. Взъерошенный, как дикий зверь, он вылетел из комнаты и ощутил в воздухе знакомый шлейф запаха полыни. Ему казалось, что он видел, как за углом скрылся лоскут черного плаща. Сердце больно ударилось о грудную клетку и стало рассыпаться на куски стекла. Нужно срочно уходить отсюда. Он не выдержит, если увидит Снейпа.

***

Северус его не видел, он прошел по коридору за минуту до появления Гарри. Ему предстояло важное дело, которое как он думал, хотя бы немного загладит его смертные грешки. Суд над Пожирателями Смерти был назначен завтра в 12, после которого их увезут в Азкабан под строгим конвоем. Одному Мерлину известно, как Северусу удалось уговорить Кингсли проститься с Марсией перед ее заключением, которое непременно ждет эту особу. 10 лет? 20? Пожизненное? Северус не хотел об этом думать, он знал, что список преступлений у Марсии примерно такой же, как у него самого, который вырос вдвое после службы Темному Лорду. Когда он зашел в комнату с камерами, из решеток показались злые лица. Они как змеи шипели на него, выкрикивали ругательства и проклятья. Самое неприятное из них было «собачонка Поттера». Нет, не из-за слова «собачонка». Любая мысль и воспоминание о Гарри окрашивалось в красный и ему было трудно дышать. Сейчас не время. Он должен быть максимально закрытым от всех. Сосредоточенный и серьезный, он остановился напротив камеры, где сидела блондинка с детским невинным лицом. Почему оно осталось у нее таким? Северусу казалось, что каждый год у него за три. А сегодня утром он расчесывая свои жалкие тонкие волосы увидел седую прядь. Марсия подняла на него взгляд и растянулась в манящей улыбке. Дрожь пробежала по спине у Снейпа от беспалочковой магии этой ведьмы. Но ее было недостаточно, чтобы выбраться из клетки. Он подошел к ней ближе и обхватил рукой толстый прут. - Завтра у тебя суд, - сказал он, понимая, что говорит очевидность. – Я приду. Я попробую сделать так, чтобы тебе смягчили наказание. - Не старайся, Северус, - печально засмеялась она. – И лучше не приходи. Толку от тебя там не будет. У меня нет желания видеть предателя на моей казни. Он не знал на какую реакцию она рассчитывала и рассчитывала ли вообще, зная, под каким контролем Снейп умеет держать свои эмоции. Заведя руку за мантию, он вынул пенсне, чем сразу привлек внимание охраны. - У нее плохое зрение, - пояснил Снейп. – Это поможет ей скоротать время в Азкабане. Молодой парень в форме, взял в руки очки, провел по ним палочкой и она показала, что магии на них нет. Он отдал их обратно Снейпу и занял свое место у стены, следя за заключенными. - Возьми, - попросил Снейп, видя, что девушка не смотрит на него, недовольно скрестив руки. Она по-прежнему оставалась сидеть на грязном полу, игнорируя скрипучую койку. Не дождавшись, Снейп бросил их в камеру, как бумеранг и те приземлились возле ее ног. - Прощай, - сказал он напоследок и скрылся. Марсия хитро улыбнулась, а потом недовольно стянула губы, зная, что охранник сейчас на нее смотрит. У нее было отличное зрение и Снейп это прекрасно знал. Когда охранник потерял к ней интерес, Марсия подцепила пенсне и провела пальцем по стеклу. Она дождалась момента, чтобы стражник переключился на кого-то из других заключенных. Увидеть Снейпа гуляющим на свободе, кому-то из ее друзей было невыносимо. Пока охранник бил их током из палочки чтобы утихомирить, Марсия склонилась над очками и подула на них горячим дыханием. На одном стекле появилась надпись "возьми". Она снова провела по нему пальцем мысленно повторяя "прощай" и палец провалился вглубь. С другой стороны стекла он не появился. Кончик пальца уперся во что-то тонкое и длинное. Девушка не смогла сдержать ликования. - Романтик.