Изнутри

Погожий весенний денёк, какие только бывают в наших краях в самом начале этой прекрасной поры года. Солнышко постепенно вставало из-за горизонта, лепестки луговых цветочков тянулись к праздным, тёплым лучам живительного тепла. Совунья первой вышла из своего домика на дереве и принялась делать утреннюю зарядку. - Раз-два-три, раз-два-три, - приговаривала себе сова и потягивалась на крылечке, у входа в своё жилище. Намечалась масленица по случаю окончания зимы и женщина набирась сил, перед готовкой множества яств, главным из которых, были конечно же блины с маслом. Ещё с вечера, сова замесила большое количество теста и запряталась в укромное место. Необходимо было ещё обучить свинку Нюшу азам готовки, а сегодняшнее мероприятие было как раз кстати. - Доброго утречка! - донесло внизу дерева, когда Совунья собиралась заходить обратно в дом, закончив последнее упражнение. Под деревом стоял медведь Копатыч и держа за ручки перед собой тачку с большими снопами сена. - Доброе, доброе, - ответила сова. - А что это у тебя? Никак заготовка материала для чучела? - А как же! - улыбнулся медведь. - Сено-то, хорошо горит. Мы ещё соломы туда напихаем и будет замечательно. Копатыч жестом попращался с Совуньей, сняв свою соломенную шляпу и покатил тачку дальше по своему пути. Сова помахала ему вслед и скрылась в домике. Пора было начинать готовить еду. Копатыч дотолкал тачку до своего дома, где его уже ожидали ворон Кар-Карыч, лось Лосяш и пингвин Пин. - О! Гуд! - воскликнул пингвин. - То что нужно! - А вы точно уверены, что из-за сена и соломы, мы не подожжём всё вокруг? - спросил Лосяш, подавляя волнение в голосе. - По моим расчётам, солнце будет греть аномально тепло, а ведь только начало весны. - Успокойся, Лосяш, не паникуй, - сказал Кар-Карыч, - это обычный ритуал, проходящий ежегодно, когда заканчивается зима и уступает место весне. Ты ведь помнишь, что было в прошлом году? - Э... Да, конечно, - усмехнулся нервно лось, - тогда мои расчёты меня подвели и всё прошло гладко, но теперь, я абсолютно уверен, что беды не избежать. - Предлагаете строить чучело поменьше? - ворон вопросительно взглянул на друзей, каждого обводя взглядом. Лосяш почесал карандашом свой лоб, поглядывая то в блокнот, то на тачку с сеном, Пин пожал своими крыльями и покачал головой, Копатыч растерянно озирался по сторонам, выжидая ответа. - Ну, вот что, друзья, - сказал Кар-Карыч, после минутного молчания. - Сделаем как в прошлом году, а что бы обезопасить себя от непредвиденных опасностей, - ворон кашлянул, глянув на лося, - то я схожу за баллончиком с газом. Он против огня. Мне знакомые привезли из заграницы. С этими словами, ворон направился к своему дому. В это время, Крош и Ёжик готовили петарды для чучела. - Зачем нам петарды? - спросил Ёжик, когда Крош рассмотрел коробки с необходимыми припасами. - Как зачем? - удивился Крош. - Сжигать чучело - это скучно, будет лучше, если мы забабахаем его. И красиво и по-новому! - А если будет как в прошлом году? - заволновался Ёжик. - Мы чуть Бараша не погубили. - То были технические неурядицы, - посмеялся кролик, - на этот раз, всё будет иначе. У Лосяша спросим, если. Он у нас гений! К Ёжику и Крошу подошёл Бараш, насвистывая мелодию себе под нос. - О, привет, Бараш, - первым заговорил Крош. - А ты сегодня навеселе, как я погляжу. - Ко мне пришло вдохновение, - улыбнулся Бараш, - и я готов прочитать свою новую поэму в честь окончания зимы. - А... а можешь прочить нам сейчас? - спросил Ёжик. - Прорепетировать. - Нет, - махнул рукой Бараш, - я уже подготовился и зачитаю её за праздничным столом. И кстати, наверное уже пора. Поможем заодно Совунье. - Так ей же Нюша помогает, - сказал Крош. - С самого утра должна была придти. - Ничего страшного, мы можем пойти и помочь, - поддержал Ёжик Бараша. - Быстрее сядем за стол. Крош вздохнул и кивком дал понять, что согласен. Взяв в охапку несколько петард, он направился вслед за друзьями. Тем временем, в доме Совуньи кипела жизнь. Сова обучала молодую свинку прелестям приготовления блинов. - Главное, что бы тесто равномерно разложилось по сковородке, - приговаривала Совунья, поглядывая, как Нюша мешает тесто и аккуратно выкладывает его на горячую сковороду. - Ничего сложного, - хихикнула девочка, - у меня получается. Сова одобрительно хмыкнула и порылась в своих припасах, в поисках дополнительных ингредиентов. Нюша потихоньку пекла блины и выкладывала готовые на большую, вместительную тарелку. На соседней конфорке варился бульон, в который Совунья незамедлительно кинула несколько листочков лаврового листа. - Ах! Потрясающий аромат! - пробурчала себе в клюв сова и черпаком помешала закипающее варево. Запах готовой похлёбки разнёсся по всей кухне и прорвался в открытое окно, где спустившись ниже, пощекотал нос приближающимся Копатычу и Лосяшу. - Ух! Что за запах? - принюхался медведь и его живот громко заурчал. - Никак Совунья вкуснятину приготовила. - О, другой мой, ещё рано думать о еде, - сказал Лосяш. - Нужно выбраться площадку для размещения нашего чучела. Предлагаю поместить его на тот холм. Лось указал на небольшую возвышенность, на которой практически не было снега. Солнышко за столь короткий промежуток времени, расправилось с белым, холодным "покрывалом". Медведь поспешил с тачкой с холмику и выложил туда сено с соломой. Лосяш что-то записывал в свой блокнот, посасывая кончик карандаша. К нему уже направлялись Бараш, Крош и Ёжик. - Ого! - крикнул Крош. - Столько сена и соломы приволокли! Чучело будет что надо! Он сложил свои петарды рядом с заготовкой для чучела. - Нет! Ни в коем случае! - замахал руками Лосяш. - Взрывчатка недопустима. Мы же не хотим устроить погром! - Вот и я говорил Крошу, но он решил иначе, - встрял в разговор Ёжик. - Да какой погром, - махнул рукой кролик. - Будет красота! На небе будут сверкать огоньки, яркие краски и запах огня. Красота! - Твои огоньки, - заговорил Бараш, - никто не увидит. Их хорошо видно ночью, а сжигать чучело будут днём. Крош насупился и шмыгнул носом. Было видно, что он расстроен. - Ребятки, чего вы? - спросил Копатыч. - Это же праздник, не стоит печалиться. А салюты можем и вечером посмотреть, отдельно. Меведь улыбнулся и как бы невзначай погладил кролика по голове. Тот и сам улыбнулся: - Ладно. Ты прав, Копатыч. Давайте ставить чучело. Друзья тут же принялись складывать из сена и соломы большого размера чучело. Всего за каких-то пару минут, главный "экспонат" праздника был готов, отбрасывая большую тень, закрывая землю от яркого солца. - Быстро же вы, однако, - Совунья вышла своего домика и спустилась вниз. - У меня почти всё готово. Время накрывать стол. Совунья жестом поманила за собой Кроша и Ёжика, дабы те помогли вынести стол. Бараш вынес скатерть, Нюша выносила блюда и расставляла их по столу. Подсуетился и подошедший Пин, смастерив на ходу парочку лишних стульев. За полчаса было всё готово и друзья сели за стол. - Минуточку, - сказала Совунья, разливая морс каждому в стакан. - По моему, кого-то не хватает. Мы явно кого-то забыли. - Не хватает Кар-Карыча, - сказал Ёжик. - Он обычно первым приходит. - Наш старый друг, решил, что совершенно необходим какой-то там баллончик с газом, - хмыкнул Лосяш. Тут компания за столом услышала приближающиеся возгласы. Это был Кар-Карыч. Старый ворон бежал, чуть ли не летя на всех парах. - Мы в опасности! - закричал он и остановился у стола, тяжело дыша. Было видно, что ему не хватает воздуха а на лице застыло выражение ужаса. - Ох! Быстрее! Надо... Надо уходить! - Что случилось, друг мой? - насторожился Лосяш. - Вы такой напряжённый. Нашли баллончик с газом? - К чёрту! К чёрту! - вновь закричал старый ворон. - Надо уходить! Бегом! Нам всем угрожает опасность! Сидящие за столом переглянулись. На лицах каждого было непонимание и волнение. - А что такое? - спросила Нюша. - Может ты нам просто объяснишь в чём дело? Ворон лишь моргнул и тяжело вздохнул: - Просто поверьте мне. Нет времени объяснять, - говорил он едва ли не шёпотом. Просто идём ко мне. Нужно запереться и не выходить на улицу. Это не шутки. Карыч замолчал переводя дух. Его всего трясло и он готов был свалиться на землю. Пин первым подскочил из-за стола и подхватил ворона. - Ну, что ж, - сказал пингвин, - нам лучше пойти в дом Кар-Карыча. Он мог перегреться на солнце. Остальные так же поднялись из-за стола и все направились в дом ворона. Идти до него пришлось не долго и вот, вся компания была уже у порога дома. Лосяш открыл дверь и вся компания вошла внутрь. Тут же Совунья и Копатыч уложили Карыча на кровать. - Перегрелся на солнце, - заключила сова, щупая лоб ворону, - так бывает. Жаркий выдался денёк для начала весны. - Нет-нет, - сказал Карыч, - вы не понимаете. Я не вру. Там действительно происходит ужасное. Будет лучше, если мы останемся дома и не будем выходить отсюда. Он попытался встать с постели, но Копатыч уложил ворона обратно в постель. - Не кипятись, Карыч, - усмехнулся медведь, - полежишь немножко, Совунья принесёт тебе сиропу и будешь как огурчик. От солнца надо защищаться. - Не надо выходить на улицу! - закричал ворон и глубоко вздохнул. - Просто... Просто не выходите на улицу и закройте дверь. Все переглянулись между собой. Пожав плечами, Крош закрыл входную дверь и даже подпёр её близстоящей тумбочкой. - А это ещё зачем? - спросил Бараш. - Да так, для безопасности, - ответил кролик и присел на пол у двери. - Раз Карыч хочет, что бы мы не выходили из дому, значит так тому и быть. - Быть может ты нам объяснишь, что происходит? - спросила Нюша, повернувшись к Карычу. Ворон покачал головой и махнул крылом. Вид у него был по прежнему неважный. Остальные, кроме Кроша, собрались у кровати. - Сделаю я чай, - сказала Совунья, после минутного молчания. - Сделаю всем. Сова отошла на кухню. Было слышно, как она гремит посудой выискивая свободные чашки. К этому добавились звуки добавления в чайник воды и зажигания плиты. - Минуток десять и будет готово! - крикнула Совунья из кухни. - А я подышу свежим воздухом, - сказал Бараш и направился к выходу. Крош хотел было встать с места и пропустить барашика, но Карыч подскочил со своей постели и в один прыжок перегородил путь к выходу. - Нет! - вскрикнул он. - Нельзя на улицу! Мы должны быть в помещении! - Почему? - спокойно спросил Бараш. - А если я захочу в туалет? У тебя же только ночной горшок есть. - Я... Я просто чувствую, что нельзя, - с шумом выдохнул ворон. - Моё чутьё меня никогда не подводило. И... Я видел кое-что. Карыч отступил от двери и присел на кровать. Тут же вышла Совунья. - Что за крик? - спросила она. - Что-то случилось? - Карыч не желает нас выпускать из дома, - Нюша поднялась на ноги и подошла к сове. - Говорит, что видел что-то. У него чуйка какая-то. - Я и правда видел, - сказал Карыч. - Это было на море. Я решил прогуляться перед тем, как идти за баллончиком. Пошёл значит к морю, прогуляться вдоль берега и услышал какой-то гул. Он шёл со стороны моря. Я не придал этому значения. Может быть там был пароход или самолёт пролетел, но я ничего не увидел. Пройдя дальше, я обнаружил странные следы на песке. Их было немного и они начинались с пустого места, будто кто-то приземлился в одном месте и прошагав немного вперёд, улетел. - Может это был мой Биби? - спросил Пин. - На что был похож след? - Я не знаю, как описать это, - продолжил Карыч. - они были похожи на мои, но пятка напоминала коготь. И сами следы большие, очень большие. - Пин, - насупился Лосяш, - ты опять выпустил гулять своих чудесных роботов? - Найн! Я всех запер в гараже! - замотал головой пингвин. - Никто не может выбраться. В комнате повисло молчание. Каждый обдумывал сказанное вороном. Тишину нарушил свист чайника доносящегося из кухни. Совунья мигом понеслась отключать горящую конфорку. Разлив кипяток по чашкам и бросив в них чайных листьев, сова вынесла каждому горячий напиток. - Вот, попейте, - сказала она, - сейчас отдохнём, соберёмся с мыслями и пойдём. Ещё же стол накрытый остался стоять без нас. - Надо оставаться в помещении, - сказал Карыч, осушив наполовину свою чашку. - Я просто чувствую, что так будет лучше. - А может ну её, эту чуйку? - спросил Крош. - С чем мы только не сталкивались на нашем пути. Мы вместе и сможем преодолеть трудности. Тут снаружи послышался грохот, да такой громкий, что его можно было бы сравнить с одновременным лопанием нескольких тысяч воздушных шаров. Нюша вскрикнула и дёрнувшись, пролила на себя горячий чай. Карыч подпрыгнул на кровати, едва не ударившись головой о потолок. Лосяш упал на ноги и озирался по сторонам, безумно вращая глазами. Остальные замерли на месте и прислушивались. - Ох, мамоньки, что это было? - шёпотом спросил Копатыч и сняв свою соломенную шляпу, прижал к груди. - Может, это тот монстр, о котором говорил Карыч? - Крош подошёл к входной двери и приложился к ней ухом. На улице была полнейшая тишина. Было очень тихо: ни шума ветра, ни пения птиц, ни стрекотания кузнечиков - вообще ничего. - Что бы это ни было, оно ушло, - сказал Крош и почесал лоб, - надо проверить что там такое. Мне вот жутко интересно. - Крош, не надо! - крикнул Карыч. - Я бы не стал выходить на твоём месте. - Как-то ты быстро поменял своё мнение о попытке выйти из дома, - нахмурился Бараш. - А если будет ещё один подобный хлопок? - Я успею убежать, - усмехнулся кролик, - я же быстрый! И ничего не боюсь. На улице раздался громкий гул, похожий на томное мычание музыкального хора, но если бы подобный эмбиент исполняли люди с очень низким тембром голоса. Было похоже, что гул шёл будто из-под земли и нарастал рывками. В одно мгновение всё затихло, так же быстро, как и началось. - А! - вскрикнул Крош и нырнул под кровать. - Это оно! - сказал Карыч и поёжился. - Именно его я и слышал на берегу моря! Остальные начали паниковать: кто схватился за сердце, кто лежал под кроватью (Крош) а закрыл лицо руками и старался их не открывать. - Надо закрыть шторы, - шепнул Лосяш и на четвереньках пополз к первому окну. Резким рывком он задёрнул шторы и часть комнаты погрузилась в сумерки. - Хорошо, что они достаточно плотные, - сказал Лосяш и пополз дальше к следующему окну. Закрыв шторы всюду в доме, он присел на стул у небольшого столика в другом конце общей комнаты. - Но мы не можем сидеть здесь вечность, - сказал Бараш. - Мы можем проголодаться и что тогда? Вдруг, это просто самолёт пролетел и всё? Чего мы панику устроили? Копатыч хмыкнул и подняв глаза к потолку, что-то шептал себе под нос. Совунья покачала головой и махнула крылом. Карыч сидел на месте и не двигался. Его взгляд был направлен в одну сторону. Нюша сидела у края кровати и потирала себя за плечо. Бараш сидел возле неё и хотел как-то утешить, но не мог подобрать нужных слов. Ёжик растеряно стоял рядом с Пином и переглядывался с ним взглядом. - Карыч прав, лучше нам побыть здесь, - неожиданно произнёс Лосяш. - Это точно был не самолёт. Это что-то за гранью понимания. Внезапно, в комнате потемнело и привычные глазу сумерки, стали более непроглядными. Свет сквозь занавешенные шторы пробивался уже менее отчётливо, будто у солнца понизили яркость. - Облака что-ли солнце заслонили? - спросил Копатыч. - Надо бы... это... свет включить. Он подошёл к выключателю и нажал на клавишу, но ничего не произошло, только лампочка слегка сверкнула очень слабой искрой и треснула, разлетевшись на множество маленьких осколков. - Вот те раз! - воскликнул Копатыч. - Да что же это такое? - Я принесу лампу, - сказала Совунья и ушла на кухню. Оттуда уже они вернулась с большой керосиновой лампой и поставила на стол около окна. - Нет-нет! Они не должны видеть свет! - крикнул Лосяш и отодвинул стол вглубь комнаты. Все уставились на лося. - Кто не должен видеть? - спросила Нюша. - Ты кого имеешь ввиду? - Ну... Этих... - учёный замялся, - тех кто ходит за окном. Мы же все слышали грохот и гудение, так? А если они поймут, что мы внутри? - Тогда нелогично, - Крош вылез из-под одеяла. - Если бы они, кто бы они ни были, хотели нас найти, то подавно нашли бы нас. Мы же кричали тут. Все остальные, кроме Лосяша, согласились с доводами Кроша. Кролик улыбнулся довольный собой. - Получается, что опасность нам не грозит, - дополнил он, - а значит можно будет выйти. Что думаешь, Карыч? Ворон ничего не ответил, только мрачно смотрел в одну точку и не моргал. Похоже, что он пребывал в состоянии шока, от которого не смог отойти. - Карыч? - Совунья потрясла ворона за плечо. - Ты чего? - Нам. Нельзя. Выходить, - сказал ворон, делая паузы после каждого слова и всё так не отрывал взгляд от одной точки. После чего он закрыл глаза и опустился полностью на кровать. Такой вид бывалого друга, сильно ошарашил остальных. - У него шок, - тихо сказала Совунья. - Он и в первый раз был очень напуган а теперь, словно отключился. - Но он так и не сказал, что видел, - развела руками Нюша. - Мне кажется, Карыч чего-то не договорил. Там было что-то ещё, кроме больших следов на песке. Просто... Мне кажется, что если оно такое огромное, то мы все бы увидели. Между тем, на улице стало совсем темно и керосиновая лампа стала единственным источником освещения в помещении. - Что вообще происходит? - свинка подошла к окну и отдёрнув штору, всмотрелась в густую темноту. Тут же она отпрыгнула от окна и упала на пол. - Нюша! - Бараш подбежал к девушке на выручку. - Ты чего? С тобой всё хорошо? - Там было какое-то движение, - шёпотом сказала Нюша. - Я увидела, как что-то промелькнуло во тьме. Оно... было ещё более тёмным. Девушка тихо выдохнула и закрыв личико руками, тихонько заплакала. Только сейчас, когда она смогла выдавить из себя слова, её отпустило. Бараш, воспользовавшись случаем, обнял подругу и прижал к себе, поглаживая по голове. Никто больше не произносил ни слова, но у каждого на лице застыл страх. - Значит, мы умрём? - тихо спросил Ёжик. - Нет, никто не умрёт, - сказал Лосяш. - Нам нужно просто выбраться отсюда, из этого дома. Что бы там ни было снаружи, оно знает что мы здесь и надо покинуть это место, пока есть возможность. - Но как? - спросила Совунья. - Выходить на улицу сейчас опасно. Там ничего не видно и вряд ли всего одна лампа нам поможет. - Зажигать её была не лучшая идея, - фыркнул Лосяш. - Мы только привлекли внимание. Так что мы пойдём не по поверхности, а под землёй. - Это как так? - удивился Копатыч. - Подземный ход? - Как будто у тебя такого нет, а? - ехидно усмехнулся учёный и направился в кухню. Уже там, он убрал ковёр с пола, на котом красовалась крышка от люка. Немного света от лампы проникало в кухню и Лосяш разглядел старую, проржавевшую ручку, прибитую к деревянному выступу. Учёный дёрнул на себя, вызвав протяжный и звонкий скрип петель. Все метнулись на кухню (кроме Карыча) и Совунья, державшая лампу, осветила чёрную, прямоугольную дыру с лестницей, что вела вниз. - И куда он нас выведет? - спросила сова. - Ведь это же прост погреб. - Нет, это не совсем погреб, - вздохул Лосяш. - Там есть ход. Точнее, несколько ходов, один из которых ведёт в мой дом. Учёный тут же поймал на себе недоумённые взгляды его товарищей. Все смотрели на него с удивлением и каким-то подозрением. - Там не может быть никакого подземного хода! - возмутилась Совунья. - Это же абсурд! У Карыча всегда был только самый обычный погреб. Я сама лично спускалась туда и раскладывала там соленья на зиму. - Всё не так просто, - сказал Лосяш, - этот ход появился здесь недавно. Были и другие, но мне пришлось их перекрыть. Не без помощи Пина. Остальные бросили взгляд на пингвина. Тот отчаянно замахал крыльями: - Найн! Зачем ты им рассказать? Это наша тайна! - Всё! Довольно! - крикнула Совунья. - Мы пойдём туда, куда ты там скажешь! - она ткнула крылом в сторону лося. Забрав Карыча из спальни,который несмотря на подавленный вид, всё же мог передвигаться на своих двоих, вся компания поочерёдно спустилась вниз. Шествие замыкал Копатыч, закрыв за собой крышку люка. - Ребятки, - сказал он, полностью спустившись с лестницы, - мне кажется, или люк с этой стороны, какой-то не такой? Более старый. - Конечно, - ответил Лосяш, взяв лампу, намереваясь возглавить колонну. - Здесь давно не ходили. - Минуточку, - Нюша подошла к лосю и дёрнула его за плечо. - Ты же сказал, что этот... тоннель новый. Недавно появился. - Он появился недавно, но никто по нему не ходил, - с раздражением в голосе ответил учёный. - Просто идите за мной и мы выйдем куда надо. Все молча последовали за Лосяшем. В тоннеле было темно, сыро и холодно. Местами на земляных стенах виднелись следы прокопа, будто кто-то намеревался прокопать ещё дальше, но не успел и бросил это дело едва начав. Кое-где торчали корни деревьев и нет-нет, да задевали чью-нибудь макушку головы. - Не нравится мне здесь, - нарушил тишину Крош, - как-то здесь тихо и дурно пахнет. - Мы под землёй, - шепнул Ёжик, - здесь маловато воздуха, вот и пахнет странно. Я читал в книжках про шахты и добычу полезных ископаемых. - А ещё здесь холодно, - стуча зубами, сказала Нюша. - Скорее бы добраться до твоего дома, Лосяш. - Скоро должны быть на месте, - ответил лось, - только, понять не могу, почему тоннель стал шире. Он был более узким. - Ничего страшного, он мог осыпаться, - сказал Пин. Остаток пути, друзья более не обмолвились словом. Каждый думал о своём и просто шагал за Лосяшем. Спустя какое-то время, учёный остановил своих друзей и повернулся к ним лицом. - А вот и выход, - указал он на люк вверху, - как видите, тоже немного проржавел, но это нормально. Я не пользовался этим ходом. - Тогда быть может объяснишь, зачем тебе эти подземные дороги? - спросил Бараш. - Или может лучше Пин расскажет? Пингвин отрицательно покачал головой и только махнул крылом, давая понять, что не собирается обсужать данную тему. - Будет тебе, Лосяш, - сказал Копатыч, - ты ведь никогда не делаешь что-то просто так. У всего есть свой... ну этот... научный подход, во! Лосяш закатил глаза и отвернулся. Подойдя к лестнице и взобравшись на неё, он отворил крышку люка. Громкий и протяжный скрип эхом разнёсся по тоннелю. Лось поставил лампу около проёма в полу и огляделся. Это действительно был его дом с одной единственной комнатой, больших размеров. Лосяш хотел именно так, ведь ему нужно было одно большое помещение, где будет всё необходимое для проведения различных опытов. Лосяш намеревался было полностью залезть наверх и ступить на пол, но обнаружил в своих руках большие комья пыли. - Что там такое? - спросила Совунья снизу. - Ничего, - быстро ответил Лосяш, - я просто забыл, как давно не делал уборку. Пыльно здесь. Лось старался подавить волнение в голосе и искренне надеялся, что никто не почуял подвоха в его ответе. - Мы вроде помогали тебе прибираться накануне, - сказала Нюша. - Наводили порядок перед праздником в твоём доме. Лось лишь тихо вздохнул и поставил лампу на пол. Подошёл к окну и понял, что шторы плотно задёрнуты. На счастье, это было единственное окно в его доме и Лосяш мысленно благодарил себя, что додумался прикрыть его перед уходом. - Поднимайтесь, - сказал он, подойдя к проёму в полу, - только аккуратнее. Один за другим, друзья поднимались вверх. Последним поднялся Копатыч и захлопнул за собой люк. Только теперь все поняли, о чём шла речь, когда Лосяш заявил о беспорядке. Все вещи лежали на месте: стопка бумаг на столе, монитор для компьютера, сам компьютер возле, кровать всё так же аккуратно заправлена. Дело было в обильном количестве пыли, лежавшем повсюду в несколько слоёв. Воздух в помещении стоял тяжёлый и Карыч даже закашлялся, впервые за время спуска, издав хоть какой-то звук. - Тут будто столетиями никого не было, - завороженно сказала Совунья, разглядывая потолок, под которым было немереное количество паутины, оставшиеся без своих законных хозяев. - Да, похоже на то, - поддакнул ей Копатыч и посмотрел на пол, где виднелись свежие следы лося идущие к окну и обратно. - Нас не было здесь где-то сутки, - сказала Нюша. - И что бы комната вот так... заросла? - А сколько на самом деле мы шли по тоннелю, Лосяш? - спросил внезапно Крош. - Мне показалось, что не так уж и долго. - От дома Карыча до моего дома небольшое расстояние, - ответил учёный. - Максимум полчаса. Крош хотел сказать что-то ещё, но запнулся на полуслове, обдумывая услышанное. Ёжик непонимающие смотрел на него, силясь понять мысли Кроша, но быстро понял, что не угнаться ему за быстрыми размышлениями друга. - На улицу по прежнему опасно выходить? - спросил Бараш, держа Нюшу ручку. - Может быть здесь оно нам не достанет? - Я бы не стал рисковать, - возразил Лосяш и взяв лампу, направился к столу перебирать имеющиеся бумаги. - А ты можешь узнать, что это вообще такое? - Совунья подошла к учёному. - Что происходит снаружи и почему мы не должны выходить наружу? Лосяш молча смахнул кипу бумаг на пол и нажал кнопку питания на компьютере. Тот громко загудел и экран загорелся синим светом и показался привычный рабочий стол. - Всё ещё работает, - пробормотал себе под нос лось и принялся копаться в файлах по разным папкам. - Это всё замечательно, - прервал бормотание учёного Копатыч, - но меня беспокоит другое. Тут его голос стал более грубым и напряжённым. Медведь встал сзади Лосяша и громко, чётко задал вопрос: - Откуда у Карыча дома появился подземный ход? - Мы с Пином его сделали, - ответил учёный, - всё для вашего же блага. - Нашего? - переспросил Ёжик. - Хочешь сказать, что таких ходов несколько? - Они есть под каждым вашим домом, только доступа к ним нет, - снова ответил Лосяш. - У вас же нет погребов или подвалов, иначе бы вы прознали о наших с Пином планах. - Это каких ещё? - возмутился Копатыч. - Что вы собирались сделать? - Не твоего ума дела, - грубо сказал Лосяш, сам от себя не ожидая подобного тона. - Просто... дай мне сделать мою работу и всё будет хорошо. - Так ты знаешь, что творится за окном? - Совунья положила крыло на плечо лося. - Пожалуйста, расскажи. Лосяш повернулся с друзьям лицом. Каждый смотрел на него внимательно и жаждал получить ответ. Даже пребывающий где-то в себе Карыч, пристально смотрел на учёного. Наконец, после недолго молчания, лось опустил голову и тихо произнёс: - Я не знаю. Я не знаю, что происходит. Я впервые столкнулся с подобной вещью. Послышались разочарованные вздохи. - А у тебя хоть что-то поесть осталось? - спросила Нюша. - Я проголодалась. Свинка подошла к холодильнику и открыла его. Тут же в ужасе отпрыгнула от него, издав быстрый и тихий вскрик. Комнату заполнил сладковато-тошнотворный запах гнили и плесени. На полках лежала непонятная субстанция коричнево-зелёного цвета, испускающая из себя длинновидные, тонкие грибы. По некогда белым стенкам расположились наросты, обволакивая всё свободное пространство и собирающееся вывалиться наружу. Бараш поспешил на помощь и захлопнул дверцу холодильника, подперев её стулом. - Там всё сгнило, - замахала перед лицом Нюша, - а ещё большие и длинные грибы! Как такое возможно?! Все в шоке уставились на Бараша, держащего стул и не отпускающего его. Первой подошла Совунья и отцепила руки барашика от спинки стула. - Тише, всё хорошо, - сказала она и погладила Бараша по голове. - Там просто плесень. Просто плесень. На удивление, сова умудрялась как-то сохранять спокойствие и даже находила в себе силы поддержать других в особо тяжких ситуациях. Нынешняя обстановка была самой тяжёлой на её памяти. Нюшу всё ещё трясло. Она никого не видела такого огромного количества испорченных продуктов и настолько сильно прогнивших. - Они там пролежали не меньше сотни лет, - дрожащим голосом сказала свинка. - Это просто невозможно... Мы же... мы же вчера тебе продукты свежие принесли, Лосяш. По её щекам потекли слёзы и она закрыла глаза руками. Нюша была на грани и готова была разрыдаться перейдя на истерику. Тут же воскликнул Крош, только не от страха а от того, что вспомнил, о чём хотел спросить. - Я подумал, - сказал кролик, - кое-что мне не даёт покоя. Мы шли по тоннелю от дома Карыча до дома Лосяша. Я точно помню, что наверху, на этом участке пути, нет никаких деревьев, но я видел торчащие корни. Послышались вздохи и мычания. Каждый про себя согласился с Крошем. Пин неодобрительно покачал головой и подойдя к Лосяшу, зашептал ему что-то на ухо. Учёный шикнул на пингвина и тот кивнув, отступил назад. - Может настало время рассказать правду? - спросила Совунья. - Да, я тоже хочу знать, - заявил Копатыч. - Мы все хотим знать. Лосяш шумно выдохнул через нос и встав со стула, прошёл по комнате туда-сюда сюда-туда. - Я не знаю, что творится за окном! - громко сказал учёный. - Я даже не уверен, что причастен к этому. - Тогда зачем ты с Пином рыл подземные тоннели, словно кроты? - спросил медведь. - Это было для вашего же блага, - сказал Лосяш. - Для вашего блага, что бы в случае черезвычайной ситуации, мы могли не ходить по поверхности, а перебираться друг к другу под землёй. - Что-то не вериться, - махнул рукой Крош, разглядывая пыль в своей ладони. - Такие вещи так просто не делаются. - Ладно-ладно, хорошо. Хорошо. Всё не так просто, действительно. Я предполагал, что будет что-то не хорошее и специально, совместно с Пином, соорудил такие тоннели, что бы до каждого можно было легко добраться. Пока вы были в неведении, я соорудил машину, способную ускорять время. Я хотел приблизить весну, ведь зима мне не по душе. И что бы действие машины не оказало на вас никакого влияния, мы и сделали эти подземные ходы, в которых время протекает в обычных условиях. Энергия перепала на вас и ускоренное время не оказало на вас никакого эффекта. Пин согласно кивнул, подтверждая слова Лосяша. Остальные были шокированы и даже разинули рты. - А что тогда за окном? - спросил Ёжик. - Это как-то связанно с твоей машиной? И где она? - Устройство на улице, - сказал Лосяш. - Не знаю, связанно ли это с моими экспериментом. Простите, если я виноват. Учёный опустился на стул и виновато опустил голову в пол. - А почему твой дом покрылся пылью а дом Карыча нет? - спросил Крош. - Мы были в его доме, - сказал Лосяш, - пока мы там были, время текло нормально. Где мы - там и норма. - Выходит, что теперь в пыли и дом Карыча? - Если не хуже. И не только дом Карыча. Лосяш продолжал смотреть в пол и походил на Карыча, когда друзья были ещё у него дома. Крош опустился на пол и лёг, подняв и в без того пыльный воздух, вихрь из серых клубков грязи. - Чего разлёгся? - Совунья уставилась на кролика. - Пол же грязный. - Какая разница, - ответил лежавший, - всё равно это конец. Можно я хоть полежу напоследок? - Погодите! - Нюша подошла к Лосяшу и потрясла того за рога. - Если от нас исходит энергия той штуки, которую ты построил, то время для нас идёт как обычно. И место, в котором мы находимся, так же идёт обычно, верно? А значит ли это, что если выйти на улицу, то для нас всё будет хорошо? Лосяш вскинул голову и посмотрел на Нюшу: - Что ты имеешь ввиду? - То, что твоя машина имеет таки отношение к происходящему на улице. Мы же пробовали выйти наружу, когда стемнело. А что если попробовать сейчас? - Но снаружи ходит огромное нечто! - возразил Бараш. - Карыч видел след и мы все слышали шум! - А сейчас ты что-то слышишь? - спросила Нюша у друга. Все замолчали и прислушались. Было тихо. Очень тихо. В комнате было слышно только тихий шум издаваемый компьютером Лосяша. - Ну вот что, - сказала Нюша. - Надо что бы кто-то сходил и проверил, что там такое, снаружи. Кто готов пойти? Никто не издал ни звука. Никому не хотелось проверять теорию девушки. Копатыч и вовсе сделал шаг назад. - Я пойду, - решительно сказал Лосяш и встал со стула. - Если происходящее там, действительно связано с моим изобретением, то это полностью моя вина. Значит мне её необходимо искупить. - Но там же темно и ничего не видно! - воскликнула Совунья. - Как же ты пройдёшь в такой густой тьме? - Давайте повяжем верёвку вокруг ноги или руки, - предложил Копатыч. - Если что, так вытянем Лосяша оттуда. - И где мне найти такую длинную верёвку? - спросил Лосяш. - Сомневаюсь, что такая вообще найдётся. - А длинная и не нужна, - сказал медведь. - Ты вокруг дома своего обойди и этого достаточно будет. У тебя ж где-то тут была. Копатыч порылся в шуфлядках тумбочки, ящиках стола и полках полупустого книжного стеллажа. Поиски принесли успехи и в руках у медведя оказалась сложенная в большой круг длинная верёвка. Один её конец привязали к руке Лосяша. Учёный проверил, насколько хорошо затянут узел и открыл входную дверь. Тьма стояла плотной стеной, густая, чернеющая. Через неё не было видно ни зги. Лосяш обернулся назад, окидывая взглядом своих друзей. Те обеспокоено смотрели на него, выжидая, когда начнётся самое страшное. Лось повернулся назад к дверному проёму и сделал шаг за порог дома. Темнота словно обволакивала его, как купальщика заходящего постепенно в воду. Лосяш чувствовал, как тьма словно ложиться по его коже, подобию лёгкой шёлковой ткани. Он сделал ещё шаг, уже двумя ногами стоял снаружи и только сейчас заметил слабое свечение вокруг себя, похожее на контур вокруг его тела. - Ого! - донеслись голоса из дома, на что лось обернулся. - Что?! - крикнул он, сам не понимая, почему решил повысить голос. - Ты... светишься! - воскликнул Крош. - Наверное, это из-за энергии моей машины, - быстро сообразил учёный. - Если это так, то мне нужно найти её и отключить! Лосяш двинулся дальше, ориентируясь на свет из дверного проёма. Кто-то раскрыл шторы и свет лился ещё из окна, но ничего не освещал за его пределами. Лось прикинул в уме, где примерно он находился и двинулся направо. Вслушался в окружающую его пустоту. По прежнему тихо. Единственные звуки доносились из дома. То были вздохи, нервные хождения туда-сюда и невнятные бормотания. Учёный нащупал в темноте стену дома держась за неё, двигался вдоль, пока не вышел к окну. Постучал в него, от чего Нюша нервно встрепенулась, но тут же успокоилась, когда Лосяш улыбнулся. Он двинулся следом и исчез из поля зрения друзей. Дальше было труднее и приходилось действовать наугад. Свечение тела не освещало местность вокруг ни на миллиметр. Стена дома закончилась и Лосяш едва не упал, когда опора для его руки закончилась. - Так-так... - глубоко вздохнул учёный, - спокойно, где-то здесь должна быть площадка с моим изобретением. Лось шёл медленно и осторожно. В голове прошла мысль, что возможно следовало бы взять с собой фонарик, но вспомнил, что вряд ли бы он заработал здесь, в особой тьме. Тут Лосяш нащупал рукой что-то деревянное. Проведя по этому неопознанному объекту, учёный понял, что это забор и уже хотел было идти вдоль него, но понял, что это невозможно. Привычная сетка рабица, являющаяся завсегдатай частью забора, полностью отсутствовала. - Что за... - надоумённо пробурчал Лосяш, пытаясь понять, на что такое он вообще наткнулся. То что это была часть забора, не было сомнений. Крючки для сетки были на месте, но не все. Оставшиеся на ощупь, оказались какими-то странными и будто были готовы рассыпаться в труху, а сама деревяшка была куда прочнее железных крючков. Лосяш почувствовал, как на него накатывается паника и лишь вспомнив про верёвку на руке, ему стало гораздо легче. Быть может, стоило вернуться назад и всё таки найти фонарик. Из этих раздумий его вывело свечение, чуть поодаль от остатков забора. Недолго думая, учёный двинулся туда. Свечением оказался маленький, мигающий экран миниатюрного монитора, в котором лось узнал панель управления своей машиной для контроля времени. - Слава Богу! - едва не переходя на крик, вымолвил Лосяш и даже перексрестился, чего доселе ранее никогда не делал, уповая лишь на факты и научные доказательства. Руки учёного бережно перебирали сенсорную панель на наличие необходимых функций. Сам факт того, что машина каким-то образом работает до сих пор, удивил Лосяша не сильно и осознал он значительно позже. Позади послышались шорохи, будто что-то пробежало за спиной лося. Он немного дёрнулся и хотел было обернуться, но по понял, что ничего не увидит и только в его силах сделать что-нибудь, пока он на ногах. Пока он ещё жив! На маленьком экране то и дело появлялись какие-то надписи и Лосяш лихорадочно нажимал на нужные. Страх того, что во тьме скрывается кто-то или что-то, придавал скорости учёному и даже трясущиеся руки, не сбивали его темп. Тут на экране появились нужные иконки. Одна из них была подписана как "Самоуничтожение". Больше устройство никак не реагировало и даже кнопка выключения питания предательски отказывалась выполнять свою предписанную ей функцию. Не до конца понимая, чем может сулить сделанный выбор, Лосяш выбрал пункт "Самоуничтожение" и отошёл назад на несколько шагов. Экран сразу стал тусклым, будто кто-то понизил его яркость почти до нуля. Машина издала механический писк. Затем ещё один. И ещё. Учёный понял, что начался обратный отсчёт и нащупав верёвку в руке, поспешил удалиться назад, в спасительный дом. - Быстрее! Быстрее! - почти во весь голос молил Лосяш громким шёпотом, хватая ртом воздух. Он шёл вслепую, ничего не видя перед собой и потерялся в кромешной темноте. Перебирая верёвку руками, он действовал менее аккуратно, нежели в прошлый раз. И вот лось уткнулся носом во что-то деревянное. Ощупав препятствие, Лосяш понял, что это стена его дома и начал двигаться вдоль неё. Холодная стена, как часть его жилища, пусть и снаружи, казалась Лосяшу чем-то спасительным, как брошенный спасательный круг в глубоком море. Он подумал, что если машина будет уничтожена, то всё на этом закончиться и он вернётся к нормальной жизни. Ни за что на свете он больше не возьмётся за свои эксперименты и будет жить как все: ходить на прогулки, дышать свежим воздухом, наблюдать за бушующим морем и больше времени проводить с друзьями. С такими мыслями, Лосяш и не заметил, как совершил круг и с ужасом понял, что нет никакого света. Может он не заметил его? А может просто лампа потухла? Как знать, сколько он провёл времени снаружи. И только теперь он вспомнил про верёвку, что должна была быть на его руке. Должна была, но её там не было! Паника окутала лося с головой и он опустился на колени. Сердце бешено стучало в груди, в голове всё гудело и Лосяш почувствовал, как теряет сознание. - Давай! Сюда! - послышался хриплый голос и чья-то рука коснулась плеча Лосяша. Учёный только и успел охнуть, как понял, что лежит на деревянном полу. Он поднял голову и осмотрелся. Это была его комната, но она была какая-то другая. Привычный ему стол у стены теперь стоял посреди комнаты, шторы на окнах отсутствовали полностью, одна из стен была расписана разными словами чем-то красным, холодильника нигде не было. Свет от включённого экрана монитора освещал лишь малую часть огромного помещения. - Что? - охнул Лосяш и поднялся на ноги. - Спасибо, что спас меня. Я очень... Лосяш осёкся и его будто парализовало от макушки головы, до самых пят. Перед ним стоял Ёжик. Тот самый Ёжик, в привычных очках и фиолетовых иголках, но в нём было что-то не так. - Ага, - сказал хриплый голос, - я тоже рад, что ты вернулся. Только теперь до учёного дошёл весь ужас. Ёжик постарел и весьма существенно. В тусклом свете экрана сложно было оценить возраст друга, но по голосу можно было понять, что Ёжик был уже преклонного возраста. Тот немного закашлялся. - Я уж думал, что мы тебя потеряли, - усмехнулся он. - Ты как ушёл, так и исчез. - Что? - только и спросил Лосяш. - Я же... Я же вышел ненадолго и... и... Ёжик обнял Лосяша и прижал к себе. Учёный слышал тяжёлое дыхание своего товарища и хриплый свит с каждым вдохом. - Ёжик, - Лосяш обнял в ответ друга и тут же отстранился, разглядывая его. Сам Ёжик точно постарел. Всё его худое тело покрывали морщины, иголки стали длиннее и почти потеряли свой естественный цвет, очки были были сломаны и в них присутствовало лишь одно стёклышко. - Я думал, что никогда тебя не увижу, - снова закашлялся Ёжик. - Эх, думал, что потерял тебя навсегда. Лосяш огляделся. Комната стала будто больше. Исчезли полки с книгами, несколько тумбочек так же не было и один бумажный столик так же нигде не виделся. - Что произошло? - спросил учёный. - Где все? - Все? - переспросил Ёжик и присел на стул у компьютера. - Что значит все? Ты так и не понял, да? Как я вижу, ты ни капли не изменился за эти десятки лет. - Десятки лет?! - в ужасе крикнул лось. - Что значит десятки лет?! - Не кричи, - спокойно сказал Ёжик, прикрывая рот рукой, пытаясь подавить кашель. - Я объясню. Когда ты вышел за дверь, тогда, семьдесят шесть лет назад, мы думали, что ты скоро вернёшься назад. Помню, как промелькнула твоя голова за окном и ты дал понять, что всё хорошо. Спустя немного времени, поступил какой-то сигнал от компьютера. Мы решили проверить, что там. Оказалось, что твой компьютер как-то связан с твоей машиной. Тогда на экране появилась надпись, что машина готовиться к уничтожению. Мы обрадовались, что у тебя всё получилось и скоро ты вернёшься и что кошмар закончиться... Ёжик запнулся и покачал головой. Лосяш присел на холодный, деревянный пол. На удивление, он был чистый. - Но ты не вернулся, - сказал Ёжик. - Мы подумали, что ты погиб, когда машина была уже уничтожена. Тогда, стали надеяться, что тьма отступит, что появиться свет, но этого не случилось. Когда мы тебя потеряли, то стало ясно, что ничего не измениться. И спустя немного времени началось выживание. Он покачал головой и закрыл глаза. Было видно, что ему тяжело вспоминать произошедшие события. Лосяш слушал друга с замиранием сердца и почти не дышал. - Началось выживание. Нам же нужно было что-то кушать, верно? Было решено отправить экспедицию по тоннелям в наши дома и раздобыть чего-нибудь съестного. У Совуньи и Копатыча были хорошие запасы. Мы даже смогли пробиться к дому Совуньи, пробурить скважину вверх, внутри ствола дерева. Хорошо, что были закатки и соленья. Мы смогли на них продержаться. Потом пробовали выращивать фрукты и овощи. Немного получалось, но без солнечного света плоды выходили мелкими и невкусными. Пришло осознание, что так долго мы не продержимся. В один момент... это где-то спустя лет пятнадцать, мы съели Нюшу. По щекам Ёжика потекли слёзы и он задрожал, подавляя в себе рыдания. - Я не хотел этого! - всхлипывал Ёжик. - Я не хотел... Но они были голодные а меня не пускали в расход, ведь я был единственный, у кого были знания как у тебя, Лосяш. Так... Так продолжалось долго. В конце концов, остались мы с Крошем. Он просил меня, что бы я его... Но я не мог и попросил его уйти к себе домой. Дал ему немного припасов и отправил домой. Тоннель я засыпал и теперь никто не сможет придти ко мне. И я тоже не могу выбраться. Да и не надо никуда. Я научился выращивать необходимые мне питательные вещества. Лосяш затрясло и он закрыл голову руками. Он не до конца осознавал произошедшее. - Понимаю, ты потерян, - уже спокойным голосом сказал Ёжик. - Но надо как-то двигаться дальше. Благо, нас теперь двое и будет легче. Вместе мы сила, два мозга. Я могу показать, чему научился. - Я не хотел, что бы всё произошло именно так. Я просто хотел нас всех спасти, - тихо сказал Лосяш. - Я же уничтожил эту машину! Уничтожил, чёрт побери! Тут раздался чудовищно громкий гул. Он доносился снаружи и будто набирал силу из-под земли раскатывался волнами. - Я такого ещё не слышал, - прошептал Ёжик. - Что это? Лосяш понял, что это было. То напоминало то самое гудение, когда учёный находился в доме Карыча. Внезапно потух экран монитора. - Чёрт! Чёрт! - закричал Ёжик и в темноте ударился ногой и ножку стула. - Я же настроил генератор! Лосяш сидел неподвижно и приготовился к самому худшему. Он закрыл глаза и обнял себя руками, вслушиваясь в гул, что становился то громче, то тише. Тут же гул прекратился и стало тихо. Долго учёный не хотел открывать глаза, но не выдержав открыл один и поспешно открыл второй. В комнате было светло и то был не вновь работающий монитор. Нет. То был свет из окна. На улице было светло! Лосяш встал с пола и подбежал к окну. Серое небо, коричневая земля с редкой травой, звук дуновения ветра - всё это предстало перед учёным. - Этого не может быть! - он рывком открыл входную дверь и выбежал на улицу. Вокруг и правда было светло. Дул прохладный ветер, серое небо отсюда казалось гораздо светлее, травка насыщено-зелёной. Лосяш не мог поверить своему счастью и упал навзничь на землю, серым цветом неба. - Получилось! Получилось! - захохотал во всё горло учёный и поднявшись на ноги бросился в дом. - Ёжик! Ёжик, всё получилось! На учёного накатил очередной приступ ужаса. Его друг лежал около стола и не дышал. Открытые, не выражающие каких-либо эмоций глаза, говорили лишь об одном: он мёртв. Лосяш опустился на колени и заплакал. Сейчас, когда всё закончилось, он осознал всю утрату. Его друзей больше нет и он остался совсем один. Не будет больше занудства его собрата по духу пингвина Пина, не будет нравоучений от Совуньи или Карыча, к нему не буду приходить Ёжик и Крош с просьбами посидеть за компьютером, не будет больше угощать свежими овощами его лучший друг медведь Копатыч и не будет больше у него под окном выяснений отношений между Барашом и Нюшей. Выплакав все слёзы, Лосяш отнёс тело Ёжик на кровать и накрыл его одеялом. Сам учёный сел за компьютер и попытался включить компьютер. Нужно было узнать, что происходит сейчас и осталась ли хоть какая-то жизнь на этой планете. - Давай! Работай, железяка! - в сердцах крикнул Лосяш и пнул генератор стоящий около стола. Экран монитора загорелся, компьютер подал признаки жизни. Лосяш пытался получить доступ к всемирной паутине, но это не принесло результата. Интернет не было вовсе. Тогда учёный попробовал подключиться к базе данных спутника. Долгое время компьютер ничего не выдавал, но спустя непродолжительное время, когда Лосяш уже отчаялся хоть что-либо найти, на компьютер "прилетел" один увесистый по объёмам файл. Не долго думая, Лосяш открыл его. Там был текст, много текста. Учёный читал его долго, разбирая каждое слово по букве. Дойдя до самого конца, Лосяш отодвинулся назад и откинувшись на спинку стула, уставился в потолок и смотрел на него не моргая. "Согласно собранным данным данным, на текущее время 23 апреля 2689 года, на земле полностью отсутствуют признаки разумной жизни. Начавшаясь в 2104 году ядерная катастрофа, унесла за собой свыше 7 миллиардов населения Земли. Оставшийся оплот жителей Земли покинули планету и исчезли за пределами солнечной системы." - гласил последний абзац текста на экране монитора, который тут же потух, а компьютер выключился, не подавая более признаков жизни, оставив в тишине остатки некогда процветающего мира.