Хотя бы раз

      После целого дня беспокойства за юную госпожу Хэ Су, беготни за ней и немного излишних эмоций, дом Восьмого принца смог, наконец-то, спокойно вздохнуть. Служанки по приказу Мён Хи отвели девушку в её комнату, переодели, умыли и уложили в кровать отдыхать, не забыв предварительно напичкать Су лекарством. Которое, к слову, пришлось госпоже совсем не по душе, и она взяла на заметку в следующий раз закосить от него. Лечиться – это, конечно, дело нужное, однако, едва ли эти травки помогут ей вернуть голос. Кстати, о нём – её это волновало столь сильно, что поток мыслей, беспорядочно бегущий в голове, буквально разрывал её изнутри. Ждать больше она не могла, нужно было хорошенько все обдумать.       Хэ Су резко поднялась на кровати, приняв сидячее положение, что взволновало хлопочущих в комнате служанок. Юная госпожа повернула к ним голову, чуть склонив её вперед, закусила нижнюю губу и сощурила глаза. Несколько секунд она смотрела на двух молоденьких девушек, испуганных таким странным и непривычным поведением леди, а после указала взглядом на дверь – медленно, в следующий миг вновь воззирая на девчушек. Она проделала этот жест еще несколько раз, уже быстрее. Служанки нехотя поплелись к двери – им было наказано проследить, чтобы госпожа отдохнула. Дабы поддать пинка под зад этим трусихам, Су зевнула, прикрывая рот рукой, намекая, что будет спать. «Черта с два я смогу сейчас уснуть».       Но служанкам, уже скрывшимся за дверью знать об этом совсем не обязательно. Стоило двери скрипнуть, оповещая о том, что в комнате более никого нет, Хэ Су подскочила с кровати, кинулась к двери и заперла её. Лучше местным не знать, чем занимается их госпожа – не подобает особе её положения выставлять себя в плохом свете перед прислугой.       Дабы привести мысли из беспорядочных обрывков воспоминаний, снов и реальности в нечто связное, и решить, как действовать дальше исходя из всего этого, ей предстояло знатно так напрячь себя. Потому, собрав для начала найденной на комоде лентой волосы в пучок, да закатав рукава, Су уселась на пол в позе лотоса. А то не дай Бог еще уснёт в мягкой кроватке.       Хэ Су подставила левый кулачок к подбородку, подперев локоть правой рукой и слегка ссутулившись. Она тяжело вздохнула. «Итак, как бы понять все это?..»       Хэ Су до сих пор слабо верила в реальность происходящего. Хотя, если быть точнее, она боялась вновь открыть себя и своё сердце этому миру. Припоминая прошлый ход и исход событий в груди больно кольнуло, и девушка тихо зашипела, прикладывая руку к сердцу. «Видимо, я… В смысле Хэ Су была больна еще до того, как я попала в её тело».       А это значило, что, даже если в этот раз ей и удастся изменить ход истории, то нет никакой гарантии, что и она сможет выжить. В конце концов, болезнь, возможно, вновь возьмет своё и… Су помотала головой, не желая думать о своей смерти. Она все еще помнила те тяжелые последние несколько месяцев. Как тяжело было даже вздохнуть, как прерывисто она дышала, едва держась на ногах, буквально раскачиваясь из стороны в сторону. В такие моменты она прикладывала руки к животу, склоняла голову и слабо улыбалась, говоря в своих мыслях с тем, от кого была столь далеко, но с кем желала быть столь сильно.       Припомнив тяжелые последние дни своей жизни в Корё, Су судорожно выдохнула, тихонько всхлипнув. Страх буквально сковал её, не позволяя вдохнуть. Вокруг было как-то слишком тихо, будто она вновь погрузилась во тьму, преследующую её во снах столь долгое время. Стиснув зубы, Су опустила голову, запустив пальцы в волосы. «Нельзя. Нельзя бояться».       В прошлый раз именно страх был причиной того, что все пошло не так. Страх и недоверие. Как же она корила себя за это! Она была так виновата перед Ван Со, что, казалось, она не имеет права даже просить о прощении. Ведь он был единственным лучиком света в той жизни. Тем, кто всегда хранил её от любых невзгод несмотря ни на что, ни на какие трудности, ни на козни обитателей дворца. Ни мать, ни отец, ни братья не были преградой для Четвертого принца, когда он решил для себя, что будет защищать эту маленькую девушку всегда, ценой даже собственной жизни. И он защищал. Но как же она могла усомниться в нём? «Простите меня, Ваше Величество».       Су обхватила колени руками, уложив на них свой подбородок. Она не плакала, нет. Она всё время, прожитое здесь в прошлый раз, позволяла себе быть слабой, бояться, сбегать, и не доверять. Никому. В этот раз она решила всё изменить. До этого дня она никогда не обдумывала события, произошедшие в той жизни. Су боялась погрязнуть в своей тьме еще больше. Но сейчас она отчетливо понимала причину черноты своей души. Как и сказал тот светящийся огонёк… «Я сама загнала себя сюда».       Хэ Су крепко сжала кулачки. Раз уж ей был дан шанс прожить свою жизнь еще раз, она не может его упустить, она будет хвататься за любую веточку, лишь бы остаться здесь подольше. «Ваше Величество…»       В голове вдруг всплыл его нежный образ, его взгляд, прикосновения, и Су блаженно улыбнулась. «Точно, я здесь не для себя. Я здесь для Вас».       Она мягко улыбнулась, прикрыв глаза, прижимая кулачок к груди. Ей вдруг вспомнился юный Ван Со – то, каким колючим ежом он был поначалу, никому не доверяя и никого не подпуская к себе. Он был всего лишь ребенком, лишенным ласки, но так желающим её получить. Су, не видящая уродства в его шраме, была нужна ему тогда, а значит, нужна и сейчас.       Хэ Су решила, что пора прекращать бродить во тьме, жалея себя и оплакивая свою потерянную жизнь, пора запереть прошлое далеко внутри себя, вспоминая о нём лишь изредка, чтобы не повторять уже совершенных ошибок. Раз уж она сама загнала себя туда, где оказалась, то и выбираться придется самой. «Пора стать чуточку храбрее».       С этой мыслью юная госпожа, шурша юбками, поднялась с полу, сжав кулачок правой руки перед собой и, в предвкушении грядущих изменений, улыбнулась.       Вернувшись, наконец, в реальность, Су осознала, что в её дверь кто-то с силой стучит. В следующий момент за дверью послышался кашель, и Су буквально подскочила на месте. «Мён Хи!»       В памяти всплыло воспоминание. В прошлый раз она так же рассуждала о втором шансе на жизнь, правда, немного в другом ключе. Мотнув головой, девушка схватилась за ручку двери, открывая её. Стоило ей это сделать и попытаться шагнуть из комнаты, как она чуть не врезалась в кого-то. Сумев скоординироваться и встать ровно, Су подняла глаза на незваного гостя и в удивлении приоткрыла рот, встретившись со взглядом Восьмого принца. На какое-то время повисло молчание, а Су лишь затаила дыхание, в попытке совладать со своими чувствами. — Хэ Су, — голос Ван Ука вернул юную госпожу к реальности.       Она в момент выпрямилась, сложила руки у живота и почтенно поклонилась, прикрыв глаза. — Ты в порядке? — продолжил мужчина, на что Су лишь коротко и плавно кивнула, не поднимая головы.       В следующий момент леди выпрямилась, слабо улыбнулась и еще раз склонила голову, тут же подходя к кузине и хватая её под локоть. Су заглянула в её глаза, проверяя, все ли хорошо. Мён Хи была явно измотана, слишком много переживаний ей пришлось испытать за один день – леди Хэ тяжело дышала, едва находя в себе силы, чтобы держать осанку и не согнуться прямо на месте.       Су стиснула зубы, отгоняя мысли и воспоминания, всплывающие в голове одно за другим, стоило ей лишь взглянуть в глаза Восьмого принца. Сейчас было совсем не время и не место все это вспоминать. Хотя это тоже предстояло обдумать. И главное - придумать, что с этим делать.       Юная госпожа взглянула на Ван Ука. Она поднесла руку к груди, едва заметно кивнула и улыбнулась, намекая, что с ней все хорошо, после чего перевела взгляд на кузину. Су несколько раз кивнула в её сторону, призывая принца подойти и поддержать Мён Хи. Ван Ук, прибывающий до этого в некоем шоке от поведения подопечной, вдруг отмер, спешно подойдя к жене. Принц мягко взял её под руку с другой стороны от Хэ Су, продолжая внимательно смотреть на девушку.       Мён Хи уже успела кратко объяснить принцу ситуацию о том, что Су ударилась головой и о том, что потеряла голос. Однако, верилось в это с трудом. Решив разобраться с этим как-нибудь в другой раз, Ван Ук переключил все внимание на жену. — Ваше Высочество, — слабо проговорила леди Хэ, — я в порядке, Вы не должны…       Но Мён Хи осеклась, когда почувствовала мягкую ладошку младшей сестры на своей щеке. Она удивленно посмотрела на Су, которая в этот момент по-доброму и так светло улыбалась, что на сердце стало вдруг легче.       Хэ Су чуть склонила голову на бок и отстранила руку от лица кузины. Девушка вновь уважительно склонилась. «Со мной все хорошо, Мён Хи. Я справлюсь, лучше позаботься о себе».       После этого юная госпожа плавно развернулась и направилась в свою комнату, оставив дверь приоткрытой, призывая тем самым прислугу проследовать за ней и помочь подготовиться ко сну.       Уже вечерело, солнце медленно спускалось за горизонт, а холод, окутывающий все дома в поместье Восьмого принца, лишь усиливал желание быстрее забраться под теплое одеяло и уснуть крепким сном. Су сомневалась, что ей это удастся – она уже и забыла, когда в последний раз по-настоящему спала в мире Морфея. Но очень надеялась, что теперь сможет это сделать. Ведь теперь она отпустила все прошлые сожаления и решила, что искупит свою вину перед Ван Со во что бы то ни стало.

*      *      *

«Я вспомнила!»       Едва распахнув глаза Хэ Су подскочила на ноги. Девушка немного пошатнулась, не успев даже толком прийти в себя, но умудрилась не встретить утро носом об пол. Тут же забыв об этом случае, она бросилась к двери, с силой распахивая её и с радостью осознавая, что утро наступило, и солнце светит вовсю. Лицо обдало холодным ветерком, от которого кожа на руках покрылась мурашками, но улыбка на лице стала лишь шире. «Это случится завтра! Завтра!»       Хэ Су поднесла руки к губам и подпрыгнула на месте, крепко-крепко сжав кулачки. Давно она не чувствовала себя столь хорошо. Су вернулась в комнату, решив дождаться служанок, которых она приметила с веранды – девушки уже спешили к госпоже, дабы помочь ей умыться и одеться. А юная госпожа крутилась из стороны в сторону, едва не сияя от счастья.       Радость вдруг захватила её всю целиком, поднимаясь внутри теплой волной, охватывая всю её сущность. Су даже поймала себя на мысли, что перегибает палку с излишним проявлением эмоций. Она вдруг поняла, что прошлой ночью не видела беспокойных снов и не бродила во тьме, ища выход. Хотя, она скорее дремала, чем спала, заново привыкая к обстановке вокруг, но и тому была благодарна. Тело было лёгким, привычная тяжесть исчезла, и Хэ Су была готова скакать сутки напролет. «Видимо, детское тело так сказывается?»       Этим оправдывала себя молодая леди Хэ, на самом же деле в глубине себя понимая, что именно это настоящая она – та она, которую придворная дама Хэ заперла глубоко в себе, еще в первый раз столкнувшись с жестокостью этого мира. Тогда, когда она сломалась, превратившись в куклу, поступающую так, как сулит это время и место, но никак не так, как желает её сердце. «Хватит».       Она так долго сдерживала себя, не позволяя чувствам к Четвертому принцу захватить её целиком. Долго сковывала себя страхом, не позволяя открыться и довериться ему полностью. Долго страдала вдали от него, вынашивая его дитя, стремясь защитить их малышку, до последнего вздоха думая лишь о нём, желая встречи или хотя бы письма. Она уже сто раз пожалела обо всем этом, и в этой жизни ей нечего терять. «Больше я не сбегу. Я справлюсь».       Юная госпожа стойко вытерпела все утренние процедуры. Она недовольно фыркала, словно в первый раз, когда на неё одевали все эти слои платьев благородных дам. Сейчас она даже радовалась всему этому – она чувствовала, что сейчас она там, где её место. «Я дома».       В который раз повторила про себя Су, прикрывая глаза, расплываясь в блаженной улыбке. После всех приготовлений юную госпожу отправили на прогулку под руку с Че Рён – доктор велел проводить побольше времени на улице, якобы, свежий воздух более полезен, чем постоянное нахождение в комнате.       По дороге Че Рён без продыху тараторила что-то – Хэ Су особо не вслушивалась – и где она только брала столько тем для разговора? Самая настоящая болтушка-сплетница. Юная госпожа с восхищением оглядывалась вокруг, рассматривая каждый куст – все казалось таким ярким. Совсем не таким, как там – в Сеуле, в котором Ха Чжин была скорее ходячим призраком, чем настоящим человеком. Предвкушение роковой встречи захватило её целиком, и Су не могла успокоить себя, едва не прыгая на месте от радости. — Хэ Су, — из радостной эйфории вывел знакомый голос.       Су остановилась, пару раз моргнув. Перед ней стоял Восьмой принц в привычной ему манере – заведя руки за спину. Он, кажется, ждал её ответа, и девушка, опомнившись, плавно поклонилась, вторя служанке, что, уже давно завидя господина, стояла в таком положении. — Я хотел бы поговорить с тобой, — кажется, принц ждал, что девушка ответит. Ему все еще не верилось, что кузина его жены не может более говорить, — пойдем со мной.       Хэ Су сначала растерялась – о Ван Уке она старалась не думать, стремясь воспринимать его, как предмет окружения. Как комод в её комнате. Он, вроде, и является её неотъемлемой частью, но можно и не обращать на него внимания. Су не была еще готова решать проблемы, которые норовят появиться, стоит только дать слабину и позволить мыслям о Восьмом принце гнездиться в голове. А ей так не хотелось омрачать первую встречу с любимым. Но девушка быстро взяла себя в руки, смиренно склонив голову, готовая следовать за Уком. Тот с минуту смотрел на подопечную, после чего шумно выдохнул и развернулся, направляясь в библиотеку.       По дороге мужчина не проронил ни слова, находясь где-то в своих мыслях. Су и не стремилась его тревожить, тихонько семеня следом. Вскоре молодые люди прибыли в место, что было смутно знакомо леди Хэ. В конце концов, она бывала здесь, однако, очень и очень давно. «В прошлой жизни».       На этой мысли Су едва заметно улыбнулась, ощущая приятное чувство дежавю. Все-таки время, проведенное в доме Восьмого принца, было самым беззаботным. Тут она была маленьким любимым сорванцом, просто живя и радуясь жизни, стараясь справиться с уловкой, так ловко подкинутой судьбой. — Как ты, Хэ Су? — из раздумий вновь вывел голос Ван Ука.       Су встрепенулась, буквально напрягшись всем телом. Ей очень не хотелось привлекать внимание Восьмого принца. Лучше бы было, если бы он вообще не замечал её, но он ведь был добрым. «Добрым?...»       Точно, рыцарем на белом коне, как казалось сначала.       Девушка по-доброму улыбнулась принцу, подняв на него свои большие глаза, и он просто замер, поняв, что никогда не замечал, как мила эта девчушка. — В столице трудно жить людям с изъянами, — вернулся в реальность Ук, двинувшись вдоль стеллажей с книгами, — если ты захочешь покинуть Сонгак, я пойму. Позволю тебе, что пожелаешь.       Ван Ук на момент остановился и кинул взгляд на собеседницу. Взгляд её изменился – она была явно напугана. — Но, если ты захочешь остаться здесь, препятствовать я не буду, — подойдя ближе к Хэ Су мягко проговорил он.       Су облегченно выдохнула, и принц слабо улыбнулся, в глубине души радуясь, что его подопечная останется «под боком». Девушка склонила голову в благодарности, и принц слегка приподнял брови, по-доброму улыбаясь. Подняв глаза, Су опешила. «Восьмой принц…»       Сейчас в памяти возник светлый образ её защитника, её спасителя – доброго и теплого Ван Ука. «Во что же Вас превратил дворец? Или я?...»       Хэ Су подняла печальные глаза на мужчину, с головой окунаясь в воспоминания. Она всеми силами старалась сохранить в памяти лишь светлый образ Восьмого принца, считая, что Ван Ук, которого она встречала под конец своей жизни – вовсе не Восьмой принц, а какой-то другой, совершенно незнакомый человек. Ведь как же такой благородный, умный и внимательный к своей семье принц мог стать озлобленным и алчным преступником, готовым на все, ради… Ради чего? Ведь он в итоге запутался настолько, что и забыл, ради чего плел все свои интриги и выдумывал коварные планы.       Совершенно точно, человек не может столь просто измениться. «Значит, жажда власти жила внутри Восьмого принца всё это время?»       Но своей вины Хэ Су отрицать тоже не могла. Именно она была той, кто подтолкнул Ван Ука к тому, чтобы отбросить рациональность и здравый смысл и отдаться полностью своей жестокой натуре. В этот момент девушка свела брови, чуть сощурив глаза и закусывая нижнюю губу. «Восьмой принц, Вы не заслуживаете такой судьбы. И Мён Хи тоже. Мён Хи не заслуживает того, что произойдет». — Почему ты так смотришь на меня? — принц нахмурился, заметив, с каким сожалением девушка посмотрела на него.       Хэ Су медленно опустила глаза. Она несколько раз отрывисто вздохнула, после чего качнула головой и вновь мягко улыбнулась. В этот момент ей подумалось, что, может, и к лучшему, что она не может говорить? Например, ей не нужно объясняться в подобных неловких ситуациях. Отведя глаза, юная госпожа хихикнула, слегка вжав голову в плечи. — Скажи мне, — прочистив горло, снова обратился к ней Ван Ук, — а что ты делала в купальне?       Хэ Су опешила, чуть не подавившись от такого вопроса. Она подняла на принца удивленные глаза, выставив вперед обе руки, махая ими – словно говоря, что ни при чем. Действительно, она уже во второй раз попадает в эту ситуацию, но и понятия не имеет, что молодая госпожа Хэ Су делала в купальне принцев. Скорее всего, ей стало плохо, и она упала в бассейн с валунов вокруг купальни. Но вот, что она вообще там делала – было весьма интересным вопросом. На который у неё не было ответа. — Ладно, не буду тебя мучить, — издав смешок и искренне позабавившись реакцией подопечной, после некоторой паузы проговорил Ук, — только не беспокой Мён Хи.       Это он сказал с тёплой улыбкой на губах, и Су поняла, что внутри этого человека действительно существует любовь к её кузине. Самая настоящая любовь! Нужно лишь слегка подтолкнуть этих двоих, чтобы любовь эта раскрылась и расцвела.       Хэ Су склонила голову с радостной улыбкой на лице. — Можешь идти.       И девушка не стала более задерживаться в компании Ван Ука, поспешив покинуть библиотеку. Выйдя за дверь и пройдя некоторое расстояние, Су облокотилась о стену и шумно выдохнула, стерев выступившие крупинки пота со лба тыльной стороной ладони. «Фух. Еще немножко, и я бы рухнула прямо там».       Простой разговор с Восьмым принцем воспринялся молодой госпожой словно допрос и предъявление обвинений в тяжком преступлении, а она, будучи немой, даже оправдаться не могла. Решив больше не волновать своё больное сердечко Су направилась в свою комнату, собираясь хорошенько отдохнуть.