Второй шанс

Мартин взволнованно поглядывал то на дверь, за которой скрылся его супруг, то на Коррина. Тот выглядел так, как будто его лицом вниз протащили по мощёной каменной дороге. Лицо ученика лекаря было опухшим, местами сине–фиолетовым, а одежда была порвана в нескольких местах. Ной отделал его хорошо, правда, было, за что, только это не повод решать вопросы кулаками и драками. И почему у Шакалов всегда принято отвечать насилием на насилие? Король мог наказать своего ученика за избиение младшего супруга бывшего короля и по-другому, но в порыве неконтролируемой ярости не смог, а может, и не хотел сдерживаться. – Как он? – спросил Мартин у выходящего из спальни Кайлина. – Кризис миновал, и он идет на поправку. К счастью, с малышами все в порядке, и они не пострадали. Король перевел взгляд с любимого супруга на ученика, и его взгляд зажегся ненавистью. – Благодари Богов за то, что все они остались живы, иначе… иначе ты последовал бы вслед за ними. Я лично отправил бы тебя в Ад. Ты хоть понимаешь, что натворил? У мальчишки почти все тело было покрыто синяками, сломаны несколько ребер, и открылось кровотечение, когда мы прибыли сюда, чтобы навестить кузена Мартина. И он еще оказался беременным. Кроме того, ты знал об этом, и тебя сей факт не остановил, наоборот, ты захотел избавить своего супруга от ненужных тебе Волчат. Кто ты после этого? Человек или зверь? Мой ученик или всё-таки шакал? – Простите, учитель, демон попутал. Я сорвался и вспомнил те слухи, что ходили про Кайлина, когда он впервые приехал к нам. Тогда все шептались, что он достался королю с чужой меткой и клеймом шлюхи. Я не верил, сомневался. А когда понял, что белый Волк бременен, то решил, что все это правда, и мальчишка взялся за свое и залетел от первого встречного альфы. Ревность и позор для моего имени сделали свое грязное дело, и я сорвался. Я все понял и осознал, простите, я больше никогда и пальцем не трону своего супруга. Только я так и не понял, чьи это Волчата? – виноватым голосом спросил Коррин. – Конечно же, не будешь! Я аннулирую твой брак! А малыши - мои племянники и дети Арена. Кроме того, это в корне меняет все. Кай должен вернуться в столичный замок, как только окончательно поправится, и занять свое положение при дворе, пока не родятся крошки. Они являются принцами крови и должны расти и обучаться при дворе. – Пожалуйста, учитель, не отбирайте у меня ангелочка, я же люблю его! – взмолился Ринн. – Мы уже убедились в твоей любви к супругу. Ты подтвердил старую истину безродных: бьет – значит, любит. Ты опустился до их уровня. Стыдно! Избивать и насиловать беременного омегу - это преступление. Я должен взять тебя под стражу и посадить под домашний арест вместо Кайлина. Хотя в нашем королевстве мало кто считал омег за людей. Это не снимает с тебя вину, ведь он ждет будущих принцев Шакалов. А с Кая снять все ограничения по перемещению. Мне придется уехать, ведь королевские дела не могут долго ждать, и уехать уже после обеда, но здесь останется Мартин, а ты будешь продолжать дальше лечить и заботиться о мальчишке до его полного выздоровления. А после того как вы все вернетесь в столицу, буду решать, что с тобой делать дальше. Все ясно? Отвечаешь за парня своей головой! – Да, учитель. Сделаю все возможное и даже невозможное, чтобы он поправился, и малыши родились сильными и здоровыми, – ответил Коррин. – Кайлин - сильный парень и, несмотря ни на что, борется за свою жизнь и место под солнцем для себя и своих детей. Держится за жизнь зубами, цепляется из последних сил, что бы на него ни свалилось, и как бы тяжела ни была его ноша, не теряет смысла жизни и продолжает верить. Верить в любовь, в истинную пару, и не оставляет надежды, что Арен жив. В нем есть стержень, его не так просто сломать, и я его за это уважаю. Не потому, что он мой кузен, а потому, что он, даже стоя на коленях, не прогибается под обстоятельства, а продолжает бороться за собственные идеалы и веру. Веру в хороших людей, дружбу и любовь, в то, что добро восторжествует и победит любое зло. Даже такое, которое живет внутри всех Шакалов, и они поймут, что только любовь спасет их королевство и принесет долгожданный мир Волкам и Шакалам, – сказал Мартин с гордостью за своего кузена. – Именно так, любимый. Я тоже уважаю этого мальчишку и сделаю все, чтобы исправить свою ошибку: что, не спросив его самого, заключил его брак с Коррином. А сейчас пойдем, у меня так мало времени осталось, и я так буду скучать по своему любимому в разлуке, – сказал Ной и увлек Мартина за собой в сторону их спальни. Не дойдя до самой двери несколько шагов, они остановились и стали нежно целовать друг друга. Мартин легонько укусил супруга за ушко, пробежал кончиком языка по шее. Пару движений руки, и крючки, прятавшие такие соблазнительные плечи и шею, больше не мешали ему. Он легонько куснул за плечо Ноя и затем вернулся к таким манящим, чуть припухшим еще от утренних поцелуев и ласк губам. Оба короля не стеснялись ни слуг, бегающих мимо, ни стражников, расположенных на каждом углу, а продолжали легкие ласки как прелюдию к чему-то большему, понятному только им двоим. Разве любовь выбирает место? Разве чувства двоих любящих друг друга постыдны? Эти двое принадлежат друг другу без остатка, их души переплелись и стали единым целым уже давно, как только они осознали, что они пара. И разве этого нужно стесняться? Пусть завидуют! Может, завистников это подтолкнет к поискам своей второй половинки и сделает счастливыми, такими же счастливыми, как Мартин и Ной. Дыхание обоих супругов сбилось, они часто дышали, а глаза были затуманены нежностью, страсть набирала обороты, а возбуждение росло и давно рвалось наружу из тесных штанов. Еще несколько мгновений, и они начнут срывать одежду прямо тут, в коридоре. Объятия становились крепче, а в груди бушевал огонь страсти. Тела горели от нежных и обильных ласк и стремились к близости и единению тел. Оставалось преодолеть несколько шагов, чтобы скрыться за дверью и поддаться порыву любви. – Любимый, нам нужно зайти внутрь, иначе мы своим примером воспитаем из подданных развратных и озабоченных людей, желающих только спариваться в общественных местах, – сказал Мартин и увлек за собой супруга в спальню. И свидетели ласк двух королей могли только догадываться, что потом происходило в спальне этих двух влюбленных. Бурная фантазия рисовала им яркие картинки их похоти и страсти, а стоны и хриплые крики подтверждали, что те там явно не в шахматы играют.

***

Утро выдалось солнечным и жарким, несмотря на то что всю ночь лил дождь, и временами небо озарялась яркими вспышками молний. Ночная влажность и прохлада отступили и отдались в руки победителя – солнца. Птички весело щебетали и летали в таком чистом и голубом небе. Облака причудливых форм и размеров медленно плыли по небу и делали утро сказочно–неповторимым. Кайлин и Мартин сидели на крыльце и наслаждались новым днем и хорошей погодой. Мальчишка быстро шел на поправку, но все еще был бледным и худым. Тем, кто его видел еще до брака с Ареном, не узнать в нем того младшего принца, которым он был раньше. Кроме бледности кожи после болезни добавлялась некая усталость и мудрость, словно он был не семнадцатилетним парнем, а мужчиной, прожившим длинную жизнь. Он изменился и повзрослел, и глаза его стали совсем другими, в них читались боль и разочарование, обман и предательство, нежность и надежда. В его-то возрасте? Подростки его лет были совсем другие. Романтичные, веселые, озорные проказники. Вряд ли они думали о смысле жизни, предательстве тех, кто убивал больнее и мучительнее, чем острый нож. Они не успели еще разочароваться в жизни, любви и тех, кого любили. А этот Волчонок хлебнул всего этого и хлебнул немало, но не шел ко дну, а барахтался, не сдавался, ведь у него теперь есть те, ради кого он должен жить! Всем назло и вопреки Судьбе, которая так старалась заставить его сдаться, подкидывая самые неразрешимые и сложные задачи. – Мартин, можно мне одному пойти к мосту, что недалеко от водопада? – спросил парень и умоляюще уставился на кузена. – Обещаю, что не сбегу и не наделаю глупостей! – Малыш, стоит ли? Ты слишком слаб еще и сможешь ли дойти один так далеко? Может, мне пойти с тобой? – спросил русоволосый кузен. В его голубых глазах парень прочитал волнение за него. – Нет, я должен сам. Понимаешь? Сам! Вернуться туда и все хорошенько обдумать. Знаешь, мне не хочется возвращаться в столицу и жить там у всех на виду. Они все ненавидят меня, осуждают, поливают грязью. Боюсь, что все это заново я не вынесу. Раньше там был Арен, и каким бы он ни был, он защищал меня от всех. Я ощущал его присутствие даже в пустой комнате, ночью и во сне. – Я понимаю тебя малыш, но… Ты носишь детей альфы королевской крови, а значит, твоя жизнь уже не принадлежит тебе, а принадлежит всем Шакалам. До тех пор, пока они не родятся, ты не можешь распоряжаться ей. Прости меня, я подписал брачный договор, не спросив тебя, но в тот момент мне казалось, это было самым лучшим для тебя выходом. Ты обрел почти свободу и перестал быть бельмом на глазу королевского двора и членов десяти благородных домов. Все Шакалы ненавидят нас, Волков, и готовы порвать на кусочки зубами и руками, только из-за того что мы есть и существуем. Я боялся за тебя и твою жизнь, – стал оправдываться король. – Я сам там за себя боялся, – честно признался кузену Кай. – Тогда тем более я должен туда пойти один на мост и попрощаться с Ареном. Если что-то пойдет не так, обещаю кричать и звать на помощь так громко, как смогу. – Только будь осторожен и помни: любое неосторожное движение, страх или любой другой фактор может привести к выкидышу, ведь после того что устроил тебе Ринн, угроза выкидыша все еще осталась. – Обещаю, – сказал Кайлин и медленно побрел в сторону моста. Омега шел осторожно, внимательно смотря под ноги и по сторонам, и собирал цветы. Ему хотелось принести цветы на мост и проститься с Ареном. Ведь если ему прикажут, то он уедет в столицу и, возможно, больше никогда не придет сюда. В лесу пахло хвоей и грибами, а цветочный аромат лесных цветов лишь вплетался и дополнял все эти запахи и делал их тонкими и неповторимыми. А еще здесь был особенный запах. Запах свободы. Как же давно Кайлин не гулял один по лесу и не наслаждался свободой. Словно это было не с ним, а если было, то в прошлой жизни, которую уже и не вспомнить. Сегодня он дышал полной грудью, стараясь надышаться и головокружительными лесными запахами, и пьянящей свободой, которая останется здесь, как только он вернется в столицу. Он опять станет марионеткой в чьих-то сильных руках, мнения которой спрашивать не обязательно, но будет бороться за свои права и права своих детей. Грустно, что этот день закончится, а вместе с ним закончится и сказка, а впереди ждет лишь жестокая реальность. Мальчишка издали заметил лесные колокольчики, а когда подошел к цветам, то увидел, как смешной и большой шмель пытается залезть внутрь цветка, а у него не получалось, он падал вниз и с упорством раз за разом повторял свои попытки снова и снова. Смешной, он долго так пытался, пока с довольным жужжанием не пролез в цветок. Как же сейчас этот неугомонный труженик напоминал Каю его самого. Он так же в жизни лез, чтобы занять свое место под солнцем и то и дело срывался и падал на самое дно, но с упорством идиота поднимался и пытался взлететь, снова падал, теряя веру в людей и все хорошее, не терял надежду и продолжал свой нелегкий путь. Может, Судьба, наконец, сжалится над ним, и он найдет свой цветок и вернет все то, что растерял по пути? А тем временем довольный своей работой шмель вылетел из цветка и полетел дальше, весь перепачканный пыльцой, громко и довольно жужжа. Кайлин смотрел на него с улыбкой и, поддавшись порыву, поверил, что однажды в его жизни все изменится – будет хорошо… пусть это только мечты… мечты. Уже подходя к мосту, парнишка очень устал, и каждый шаг давался ему нелегко. Тяжело не только от физических нагрузок и долгого пути к мосту, а от осознания того, что именно здесь и именно из-за него погиб Арен. Та ночь все перевернула в его жизни, вынудила переосмыслить все с момента рождения и до той самой ночи. Перечеркнула, исправила, заставила простить и оставить только лучшее в памяти из их совместной жизни с Ареном. Кайлин чувствовал себя виноватым и готов был отдать что угодно, лишь бы вернуть жизнь своего супруга. Воспоминания той ночи нахлынули, внезапно погрузив сознание Кайлина во тьму. Слезы полились из глаз, а в душе или где-то там внутри тела больно кольнуло виной и утратой. Словно в грудь вставили острый нож и провернули несколько раз. Больно! Снова вернуться в прошлое и все пережить сначала. – ААарррреееен! – закричал парень, как тогда, в ночь самой большой и страшной потери. Словно его душу и сердце разорвали на две части и по одной половине и души, и сердца выбросили в пропасть с моста. Теперь его всего половина, которая продолжает жить, выполняя все повседневные дела автоматически, а разорванные части души и сердца кровоточат, не останавливаясь, вот уже несколько месяцев. Силы уходят, и жизнь потеряла смысл, но продолжается, стараясь увлечь в круговорот других событий то, что осталось от когда-то целого Кайлина. Кайлин посмотрел на мост: там стоял сильный и крепкий мужчина, судя по фигуре, и смотрел вниз. Лица его не было видно, слишком много шагов еще до него и слишком сильна боль, чтобы идти дальше. Но когда белый Волк закричал, мужчина повернул голову на звук и посмотрел в сторону кричащего, а затем развернулся и быстро, не оглядываясь, ушел прочь. Только что-то в его походке, жестах и фигуре показалось Кайлину знакомым. Сердце бешено застучало в груди, стремясь вырваться наружу и полететь за тем странным человеком. – ААААААААААААААреееееен! – снова позвал мальчишка, но мужчина больше не обернулся и вскоре и вовсе скрылся из виду. Руки и ноги задрожали, а сильный ветер, прилетевший от реки, вырвал цветы из дрожавших рук парня, и они рассыпались по земле и полетели, гонимые ветром. Первой мыслью было побежать следом, нагнать и вернуть, чтобы убедиться, что это именно он. Но сил практически не осталось, и Судьба, внезапно подарившая шанс на встречу с любимым, насмехаясь, мгновенно забрала его обратно. – Ареееееееен! Вернись ко мне! Умоляю! Не уходи! – собрав последние силы, закричал Кай как можно громче, но тень из прошлого не вернулась, а может, ее и вовсе не было? «Просто померещилось? Показалось? Или я сошел с ума?» Мост опять выглядел устрашающим и пустынным, вроде как и не было там никого. Кай полз по земле, чтобы попробовать догнать наваждение или понять, что он и правда сошел с ума. Сил хватило доползти до середины моста, а дальше парня накрыла тьма…