Потерянный мальчик

В первые минуты пробуждения Софа с недоверием отнеслась к своему состоянию. Она чувствовала себя выспавшейся, хоть в комнате и было темно. Она полежала какое-то время, намереваясь уснуть, но все попытки оказались тщетными. Тогда девушка нехотя приоткрыла глаза и обнаружила, что никогда в ее комнате не было еще так темно, даже в глубокую ночь. Окно было плотно задернуто шторами, не пропускавшими свет. Кто их задернул – загадка, но это был явно кто-то, кто не хотел, чтобы Фишер разбудило солнце. Еще толком не придя в себя, девушка подошла к занавескам и резко смела их в одну сторону. А потом тут же зажмурилась и отшатнулась, будто на мгновение ослепла от такого яркого света. Солнце, как всегда, применила свой запрещенный прием. Отвернувшись от света, она подошла к комоду, на котором стояли небольшие часы, и обомлела. Они показывали одиннадцать и явно не ночи. Софа заметалась по комнате в поисках своей одежды, но не нашла ее. Пришлось найти в шкафу чистую. Наспех одевшись, она выскочила из комнаты, уверенная, что ее ожидало много работы. Маму она нашла на чистой сверкающей кухне за вышиванием. - Привет, - неуверенно начала Софа, придвинувшись к чайнику. - О, проснулась! – ответила она, оторвав взгляд от вышивки. – Завтрак на плите. - Спасибо. А что вы меня не разбудили? - Можешь же ты хоть когда-то выспаться. И молодец, что додумалась взять чистые вещи – Иоанн утром заправил машинку. - Иоанн здесь??? Эта новость ее окончательно разбудила. - Да. Пришел под утро и принялся убирать кухню. Я проснулась от шума и решила, что ему не помешала бы помощь. - И это он закрыл шторы в моей комнате? - Ага. Сказал, что ты слишком много работала в последнее время и заслуживаешь сегодня отдых. - И где он сейчас? - В огороде. Выкапывает ненужные кусты. Все это вызывало смешанные чувства, так как за Иоанновским добродушием могло скрываться, что угодно. - Стоп, погоди. То есть, Иоанн пришел утром сюда, отмыл всю кухню, постирал одежду и пошел копать в огороде? - Еще и завтрак приготовил. Кстати, как он тебе? Софа с недоверием посмотрела на свою тарелку. Она даже подумала, что они говорили сейчас о двух разных Иоаннах, потому что за все время, пока Сид пробыл в их доме, она ни разу не видела у него такой самоотдачи. А когда мама заверила ее, что сегодня она могла отдыхать хоть весь день, она почувствовала себя крепостным крестьянином, которого внезапно отпустили на волю. У Амелии всегда находилась работа для дочери, и потому Софья не верила, что все дела были выполнены, причем одним тунеядцем, все это время помышлявшим самобичеванием. Неспеша выпив чая и доев свой завтрак, девушка вымыла посуду (которой, к слову, тоже оказалось подозрительно немного) и направилась на улицу, где уже во всю шла работа. Иоанн выкорчёвывал пень бывшей яблони, которая, по всей видимости, загнулась после токсичного дождя. На нем были ее брюки, туго затянутые ремнем, и рубашка, по-модному заправленная в них. Рукава закатаны на три четверти, так что, делая очередной подкоп, девушка видела, как напрягались мышцы на его руках. Боб стоял поодаль и рубил дрова из бывшего дерева. Софа давно не слышала стук лезвия и свист разлетавшихся щепок. Он был настолько поглощен работой, что даже не заметил появившуюся на улице дочь. А Иоанн заметил Софу: он тут же перестал копать, выпрямился и залихватски улыбнулся. - Ну что, - протянул он, - выспалась? - Не пойму, что ты здесь устроил. Иоанна задело, что он вновь не получил заветное «Да», но виду решил не подавать. Даже ноздри не раздул. - А что я устроил? Я лишь стараюсь быть полезным. Он подмигнул, а Софа будто пропустила все это мимо ушей. - А где корова? - Была утеряна, - уклончиво ответил он. – Да и тебе она вроде не понравилась. Девушка лишь пожала плечами и уже собиралась вернуться к маме, как вдруг Иоанн схватил ее за руку, заставив подойти к нему ближе. - Соф, подожди. Он держал ее некрепко и на разговоре не настаивал. Однако, высвободившись, девушка не отошла от него. Она легонько вскинула головой, показывая, что была готова слушать. - Я подумал над тем, что ты мне тогда сказала. Я, и правда, эгоист. Все мне об этом говорили, даже Иосиф. Вчера у меня был целый день, чтоб поразмыслить над этим. Сложно было это признать, но… - Но…? - Я не знаю, смогу ли когда-нибудь измениться. Но я постараюсь подавлять в себе эти порывы. Фишер одобрительно кивнула и обняла переминавшегося с ноги на ногу баптиста. Это тут же его успокоило, и он крепко прижал ее к себе, прикрыв глаза. Софа не рассчитывала на затяжные объятья и очень быстро почувствовала от них дискомфорт, но, подумав отстраниться, она так и не решилась это сделать и вновь и вновь оплела его спину своими руками. - Что ж, приятно слышать. Надеюсь, резать себя не будешь за это? - Уж точно не в этом доме, - усмехнулся баптист, припомнив недавний случай. - Ты ж меня простишь? - Очень вероятно. Тут Фишер почувствовала, как Сид разомкнул объятья и, взяв девушку за плечи, отставил ее от себя на шаг, чтоб между ними появился зрительный контакт. - И еще кое-что. - Что же? Софа хитро сощурилась. Ее забавляла его реакция. - Скажи, неужели ты и правда не знаешь слово «Да»? Иоанн удивился, когда девушка вдруг начала заливаться смехом. - Иоанн, я ж прикалываюсь. Для меня это игра. - Ах ты! – присвистнул он, узнав, что все это время его водили за нос. - Учти, в следующий раз ты просто так не увильнешь. - Обязательно, - Софа закатила глаза. - Как только ты отмоешь все «no» со своего знака. - В смысле? Высвободившись, девушка убежала в гараж, но через минуту вернулась оттуда с большим биноклем. Сдерживая предвкушающую ухмылку, она протянула его Иоанну и сказала внимательно присмотреться к своему монументу на горе. По задергавшемуся глазу баптиста стало понятно, что он понял Софу: его огромные белоснежные буквы «Y E S» были все исчерченные маленькими «no», будто кто-то залез на гору и разрисовал их, либо краской из баллончика, либо малярной. В любом случае это так задело Иоанна, что напряжение в его теле были бы заметны всем, кто бы посмотрел на него в этот момент. Софа хотела его поддержать, так как уже поняла, что улетучила все игривое настроение, но Иоанн быканул. - Софа, отойди. Я сейчас немножечко в ярости. Возгорания ниже спины отсрочила Амелия, внезапно вышедшая на улицу и сказавшая фразу, которую никто не ожидал был услышать: - Иоанн, к тебе гостья. Все трое переглянулись. Боб был единственным, кто все это время оставался в стороне. Это заставило Сида немного успокоиться и даже немного занервничать, кто же это мог быть. Когда к ним вышла Верона, Иоанн слегка опешил – он не ожидал ее увидеть, но был к такому готов. Долгие часы перед сном и ночные прогулки вынуждали его раз за разом воспроизводить эту вероятную встречу в его голове и представлять, как бы сложился их диалог. В семидесяти процентах случаев разговор заканчивался тем, что Иоанн отрывал Вероне голову, и такой расклад имел место быть, особенно, после того, что он недавно увидел в бинокль. У него зудели кулаки. Зная, сколько несчастий эта шарлатанка принесла в долину, он не мог воспринимать ее спокойно. Крестительница занервничала, заметив, с какой силой Иоанн вцепился в лопату. Она предполагала, что он будет не очень рад ее видеть, но не настолько. «И это он еще про самолет не знает», - думала она, подсчитывая примерные шансы своего выживания. Первым раундом дуэли негласно стал осмотр друг друга. Враги молча оценивали, кто с чем пришел и какие у кого были намерения. Иоанн быстро смекнул, что девушка приехала одна и была безоружна. Скорее всего, сделала это втайне, ничего не сказав Иосифу. По всей видимости, намерения у нее были мирными, однако все эти «плюсы» перекрывала сама Верона, которую баптист на дух не переносил. В его случае она была худшим парламентером. В итоге Верона сдалась. Она робко улыбнулась и, не прерывая зрительного контакта с Сидом, заговорила: - Ваш сосед рассказал, где ты. С этого момента начался второй раунд, к которому Иоанн готовился все время с момента их первой встречи. Иоанн резко воткнул лопату глубоко в землю, а затем, деловито облокотившись о ее черенок и задрав голову под небеса, посмотрел на гостью, как на зачинщицу всех его бед. Его даже не смутило, что он был одет в простую одежду, хотя, случись эта встреча месяцем ранее, он бы вырвал девушке язык, чтоб она никому об этом не рассказала. - А вы, собсна, по какому вопросу? Софа с Амелией ретировались подальше от эпицентра скорейшего взрыва. Обе понимали, насколько напряженной была эта встреча. Сид-младший пытался вести себя расслаблено и непринужденно, но за месяц общения с ним Софа знала, что это состояние было опаснее всего. - Иоанн, мне нужна твоя помощь. - АХАХАХАХАХАХААХАХ! Он так громко расхохотался, что девушка даже отступила назад. С верхушек ближайших деревьев улетели птицы. - Что здесь смешного? – спросила она требовательно, будто это он к ней за советом пришел, а не наоборот. Ей пришлось подождать, пока Иоанн не перестанет давиться смехом. Отдышавшись, он все же ей ответил: - Мне казалось, что на замену ставят более компетентных людей, чем были предыдущие. - Это да, но… - Вот и греби отсюда! Его прорвало. Никогда еще в своей жизни Верона не слышала столько оскорблений, да еще и в свой адрес. Да еще и от крестителя. Наспех извинившись за беспокойство, она убежала к своей машине и очень скоро уехала, подняв за собой столб пыли. А Сид еще какое-то время бросал ей вслед оскорбительные шуточки, пока вдруг странным образом не замолчал. Когда Софа подошла к Иоанну, он был сам на себя не похож. Он будто глубоко задумался, не замечая жизни вокруг. Девушка несколько раз обошла его, пощелкала пальцами, позвала по имени, но он не реагировал. Тогда она взяла его за руку и попыталась увести в дом от солнцепека, но он и на это не отвечал. Когда стало понятно, что ничего не даст результат, она просто оставила его одного и ушла. Какое-то время Иоанн, действительно, стоял неподвижно, но после и сам ушел в тень, где продолжил над чем-то думать. Лишь когда Боб закончил с дровами и ушел обедать, Сид вернулся к жизни. И первой его задачей стало найти Софью. Он все проанализировал: Верона оказалась неготовой. Неясно, где ее вообще нашел Иосиф – было бы обидно знать, что она оказалась первой попавшейся ему на глаза. Иначе такую бездарность он аргументировать не мог. И вот она, оказавшись на посту, похерила все, что было результатом чужого непосильного труда и решила все же поинтересоваться у профессионала, как вести его дела! Обнаружив Софу в своей комнате за просмотром журнала, он какое-то время неподвижно простоял в дверях, наблюдая за ней. Когда она все же обратила на него внимание и поинтересовалась, все ли было у него в порядке, он вновь исчез за дверью, ничего не сказав. На ужин он не явился, и Софу это даже не удивило – она предположила, что он все еще был не в настроении после встречи с Вероной, поэтому не захотел лишних расспросов. Зато он вернулся ночью, причем очень взволнованным и уставшим. Постучавшись в комнату к девушке и получив приглашение, он вошел, плотно закрыв за собой дверь, и, наконец, выдал: - Мне пора вернуться домой.