Origins of the New Uchiha

      Настоящий момент, Сакура похищена. Саске просыпается в личных апартаментах Хокаге.       Проснувшись вновь, Саске тут же ощутил, что с чувствами его, однако, на сей раз всё было в порядке. Ни сонливости, ни усталости — только всепоглощающий страх внутри: если он чувствовал себя отдохнувшим, то проспал он несколько часов. Тех часов, в которые похищенная Сакура, беременная и беззащитная, была совершенно одна в руках тех мужчин в масках, которые наверняка желали их с Сакурой смерти, если не хуже.       Он подскочил, и с жгучей болью, распространяющейся по рукам его и ногам, с губ его сорвался резкий вздох, а глаза на несколько мгновений застлали слёзы. Проигнорировав это, он поднялся на ноги. Перед ним на высоком стуле, облокотившись на спинку, сидела Госпожа Хокаге, свет одинокой свечи мерцанием своим играл на её лице — выглядела она мрачно.       — Г-где?.. — выдохнул Саске, не в силах закончить свои слова именем Сакуры.       — Её увели через северную границу. Но ты, конечно же, в курсе. Мы проследовали за ними до моста Новаки, но там и потеряли след. Тебя нашли пару минут спустя. Наруто настаивал на том, чтобы отправиться за ней, но я, как Хокаге, должна заботиться о безопасности Будущего Хокаге, так что мне пришлось запретить ему это. Сейчас клан Инузука пытается выследить её, но мне прекрасно известно, что им её не найти.       За секунду обдумав услышанное, Саске свесил ноги с края кровати и стал натягивать чёрную рубашку, висевшую на стуле рядом с Хокаге. Останавливать его она не стала, чем слегка его удивила.       — И куда это ты собрался? — спросила она со вздохом, будто в вопросе этом и вовсе не было нужды, как Саске, собственно, и считал.       — Найти Сакуру.       Она ухмыльнулась:       — Наруто сейчас на встрече с кланом Инузука. Скоро вернётся, чтобы сообщить, что все попытки найти её были тщетны. Чтобы сказать, что она просто исчезла. Почему ты так уверен, что найдёшь её?       И лишь на секунду Саске, направившийся в сторону двери, замер, слегка склонив голову, чтобы она расслышала:       — Потому что она моя жена.       Много лет назад, в кабинете Хокаге.       В маске ястреба и с ног до головы облачённым в чёрное боевое снаряжение АНБУ Саске чувствовал себя легко и даже по-своему взволнованно. Его чёрные волосы, зачёсанные назад, убранными за уши виднелись из-за маски, а татуировка АНБУ на руке, свежая и совсем недавно набитая, слегка зудела. Ещё ни разу до этого он не участвовал в спецоперациях, но признание его в качестве уже бывшего предателя говорило о том, что он наконец возвращает себе расположение родной деревни. Он и правда хотел, чтобы его вновь приняли. Тогда ему предоставят больше свободы и даже возможность вернуться обратно в район Учих в деревне. Саске хотел восстановить клан, даже если бы это означало восстановление одного лишь дома. Уже давно он понял, что процесс этот будет долгим и подчас утомительным, но Саске верил, что ради всех Учих ему придётся поплатиться не только за собственные, но и за те преступления, что совершил Мадара.       Как только он ступил в кабинет Хокаге, по венам его огненным потоком пронеслось некое предчувствие. Перед ним за своим столом сидела Госпожа Цунаде, нахмурившаяся и выглядящая далеко не счастливой, и непочатая бутылка саке на краю стола — одна из наиболее вероятных причин. За спиной у неё стоял Наруто, одетый в свой жёлтый плащ ещё только проходящего обучение Хокаге, тот слегка развевался на ветру, доносящемся из приоткрытого окна. На лице его красовалась лёгкая ухмылка — Саске был уверен, что Наруто узнал бы его даже несмотря на маску.       В комнате было ещё двое: оба одеты в ту же форму, что и он, хоть и меньших размеров. Тот, что был повыше, определённо был мужчиной с длинными каштановыми волосами, убранными в небрежный пучок, из которого торчали грязные пряди, хаотично свисающие на его плечи и маску собаки. Он был мускулист и подтянут, но что-то беспокойное чувствовалось в его поведении и позе; что-то, что слегка тревожило Саске. Его коллега поменьше, однако, источала уверенность и авторитет. Это девушка, хоть и очень крепкая: изгибы её бицепсов и мышц спины проглядывали сквозь плотную ткань водолазки. Волосы её были спрятаны под капюшоном, который плотно крепился к её маске, искусно украшенной символом огненной лисицы. От узости глаз её маски у Саске на шее волосы встали дыбом — казалось, будто сама лиса смотрит на него так холодно.       Он поклонился Хокаге, не сказав ни слова, как и было принято во время секретных операций АНБУ.       Хокаге окинула взглядом каждого, прежде чем убрать руки от губ и тихо заговорить:       — Перейду сразу к делу. Это, конечно же, миссия S-ранга. Вы все отправитесь в Страну Неба и поможете местному правительству избавиться от нескольких Ниндзя-Отступников, которые причастны к бедствиям, произошедшим с местными жителями.       Она достала папку-скоросшиватель и швырнула её на стол. Внутри были фотографии нескольких ниндзя, каждый из которых был преступником S-уровня.       — Их лидер — Шин Намура. Разведка доложила нам, что он хочет захватить Страну Неба и начать аннексию других небольших стран, из-за чего мы решили вмешаться, пока ситуация не вышла из-под контроля. Вы отправитесь туда в качестве команды, найдёте Ниндзя-Отступников — в частности Шина Намуру — и позаботитесь о них соответствующим образом. Всё ясно?       Все трое АНБУ стояли смирно и всё так же продолжали молчать.       Хокаге обернулась в сторону маленького тельца — девушки из их группы, — располагавшегося меж двух фигур, которые были явно гораздо крупнее её, что, на самом деле, никак не повлияло на неё: уверенности в позе ни капельки не убавилось. Несмотря на недостаток в росте, она сохраняла свой авторитет, отчего Саске мгновенно проникся к ней уважением.       — На время этого задания каждый из вас получит кодовое имя, — продолжила Госпожа Цунаде; она обратилась к девушке: — Ты будешь Ханой, а также лидером этого отряда. Ты. — Она повернулась к другому мужчине, стоявшему рядом с Ханой. — Тебя будут звать Тору. А ты… — Настала очередь Саске. — …ты будешь Така. Есть вопросы?       Саске знал: вопрос этот был просто формальностью, так что отвечать на него не стал. Впрочем, ему было любопытно, почему ему дали имя его прошлой команды, Команды Така? Он посмотрел туда, где за спиной у Цунаде стоял Наруто, и обнаружил, что глаза его друга потускнели, словно он окунулся в те мрачные времена. Несмотря на маску, Саске старательно сохранял невозмутимое выражение лица. Ему казалось, что даже позволить какой-нибудь эмоции отразиться на его лице каралось бы самой настоящей болью.       — Тору, ты можешь идти, — наконец сказала Хокаге. — Подожди снаружи своих товарищей. Мне нужно кое-что обсудить с ними.       Мужчина, которого недавно нарекли Тору, поклонился и вышел из комнаты; эхо от закрывшейся двери на мгновение разорвало царившую тишину.       — Хана, — обратилась Цунаде к девушке, — у Таки особая ситуация: на его руках и ногах есть определённые печати, предназначенные для того, чтобы вывести его из строя в случае, если у него будут какие-то… сторонние мысли, если ты понимаешь, о чём я.       Хана слегка напряглась, и Саске заметил это; она наклонилась, чтобы лучше рассмотреть его. Эти острые лисиные глаза с подозрением взглянули на него.       — Предатель?       Вопрос из её уст прозвучал кратко, чётко и совсем не женственно, но вместе с тем Саске не почувствовал в её голосе ни капли вины. И у неё было полное право быть скептиком.       — Конечно нет! — громко возразил Наруто. — Я бы жизнь ему свою доверил!       — Наруто! — предупредила его Госпожа Цунаде.       Молодой человек прикусил губу и вернулся к своему прежнему молчаливому самообладанию за спиной у женщины.       — Хана, мне сообщили, что ты вполне способна воспользоваться этими печатями, чтобы нарушить поток чакры Таки. Сделаешь это — и он будет обездвижен. Я доверила тебе командование этой миссией не только потому, что ты блестяще руководишь, но и потому, что я знаю, что ты без колебаний можешь выполнить это на своём товарище по команде.       В ответ Хана поклонилась.       — Така. — Госпожа Цунаде обратила своё внимание на Саске. — Никогда не отходи от Ханы. Она твой командир и глава на время этой миссии. Всё, что она скажет, — закон для тебя. Хана, Така очень силён. И хотя он не обладает столь же превосходным интеллектом, что и ты, у него есть сила, которой тебе никогда не постичь. Используй его как оружие, если хочешь. Ему стоит поучиться смирению.       Хана вновь поклонилась. Хоть под маской у него и кипело всё, Саске вслед за ней опустил голову. По какой-то причине его очень задело, что его втоптали в грязь перед столь талантливым ниндзя. У Саске на программном уровне было заложено отстаивать собственное превосходство перед любым другим человеком — будь то друг или враг, — но именно перед этой девушкой он хотел предстать сильным.       Цунаде наконец потянулась рукой через весь стол и откупорила бутылку саке, которую она до сих пор оставляла нетронутой. Наполнив стакан, она поднесла его к губам.       — Свободны.       …Любой нормальный человек, проведший в бескрайнем лесу четыре дня, замучился бы от сильнейшего зуда и давно бы одичал от одиночества, но Саске под маской оставался бесстрастным. Тору, парень, в котором Саске узнавал молодого и импульсивного ниндзя, ему было видно, жаждал разговора со своими товарищами по команде АНБУ, но такое было нарушением протокола и, соответственно, запрещено. АНБУ должны быть полностью сосредоточены на выполнении миссии, переговариваясь между собой лишь для того, чтобы обсудить стратегию. Для каждого члена отряда было важно сохранять анонимность даже между собой. Свободное общение, привычное для обычных отрядов, могло раскрыть их истинную сущность. А они ведь жили в одной деревне. И всё для того, чтобы в случае их поимки можно было убедительно всё отрицать; так что Саске никогда не суждено узнать настоящую личность Тору. Или Ханы.       Что, по правде говоря, было проблемой; и весьма тревожащей. Саске никак не мог связать очарование Ханой с чем-то конкретным. Она, конечно, ничего не говорила. Её действия были тщательно спланированы и ещё более тщательно исполнены. Мудрой защитой постоянно меняющихся планов Ханы направлялся каждый этап их маршрута. Иногда по вечерам она объясняла их нынешний курс направления, а на следующее утро тот слегка изменялся. Это была надёжная стратегия, оберегающая след АНБУ от врагов; Саске знал это, но иной раз ему казалось, что это было даже слегка излишне. Как будто она меняла планы лишь для того, чтобы покомандовать им. И действительно, с Саске она обращалась как с каким-нибудь охотничьим псом: часто посылала его на разведку, разбивать лагерь, иногда выполнять, казалось бы, бессмысленные задания. Саске, конечно же, повиновался каждому её приказу, но не без толики пренебрежения, особенно когда она оставила его чистить её оружие вместо того, чтобы отправить на разведку. Как слугу.       К тому же она странно двигалась, что Саске разглядел за те дни, что без всякого стеснения наблюдал за ней из-под маски. Её мышцы сжимались и сокращались, как будто бы она всегда была напряжена, а в следующую же секунду, хоть и через силу, расслаблялись. Саске никак не мог понять этого.       — Така, — сказала она на сей раз тихим голосом, и Саске поднял голову, чтобы послушать её, — мы приближаемся к Стране Неба. Как прибудем туда, я уверена, что нас сопроводят к дворцу лорда. Когда это произойдёт, тебя рядом с нами во дворце быть не должно. Спрячешься и будешь ждать снаружи.       Сбитый этим с толку, Саске вздрогнул.       — Из нас троих у тебя, наверное, лучше всех получится спрятаться бесследно. Боюсь, что Страну Неба уже захватил Намура. Были признаки того, что за нами приглядывали последние два дня, и отнюдь не по-дружески. Когда нас отведут во дворец, Тору и я будем вести себя как ни в чём не бывало. Ты же отыщешь способ, как осторожно спрятаться и помочь нам извне. Я дам тебе инструкции изнутри.       Саске медленно кивнул, хотя его рассердил тот факт, что она заметила слежку, а он — нет.       — Печати, — сказала она, и голос её стал почти похож на шёпот, — в течение первых месяцев после нанесения могут иногда не позволять владельцу использовать свою чакру. Я прекрасно понимаю, что из-за этого ты не сможешь выложиться на полную.       Глаза Саске, скрытые маской, расширились, и он прошептал:       — Ограниченная чакра?       — Ограниченная, — кратко повторила она, поднимаясь из сидячего положения, чтобы возвыситься над ним.       Тору, который нетерпеливо расхаживал по поляне, теперь стоял обращённый лицом к деревьям.       — Слышал меня, да? — спросила она его.       Тору кивнул осторожно и продолжил топтаться, отчего Саске нахмурился. Должно быть, паренёк ещё совсем зелёный, раз уж у него столько энергии, чтобы неугомонно тратить её во время миссии.       Словно подбадривая, Хана сказала:       — Успокойся, Тору. Не пройдёт и полдня, как мы доберёмся до Страны Неба. Выдвигаемся.       Передвигались они в основном по деревьям, чакра их была подавлена, да так, что даже животные не чувствовали их присутствия. Саске наслаждался ощущением скорости и невидимости, окружавшим его подобно чёрному плащу в эту чернильную ночь. Двигаясь отточенно под руководством Ханы, с лёгкостью перелетая от дерева к дереву, Саске позволил своим мыслям блуждать. И мысль первая никак его не удивила: он думал о Сакуре, хохочущей подобно оборванцу из бара, выпивающей стакан за стаканом саке, как чемпион по выпивке. Грустно улыбнулся, вспомнив, какой дикой и чувственной была она, чертовски пьяная и подавленная из-за Наруто, их общего лучшего друга, который женился на Хинате, а не на ней.       Ведь с тех пор он Сакуру не видел, а прошли уже месяцы после их…       Саске оборвал поток этих мыслей прежде, чем они бы полностью охватили его сознание. Он снова и снова прокручивал, что же произошло тогда с его сердцем и телом, раз он позволил этому случиться, но ответа на свой вопрос так и не обнаружил; вместо этого — лишь воспоминания: как сладок (по иронии судьбы) был горький смех Сакуры и как будоражил его запах её, оставшийся на простынях утром после. Он был благодарен, что миссия занимала все его мысли, но иной раз — какой был сейчас, — когда ему было позволено думать о своём, он думал о ней; думал всегда. Её похоть и сила — вот что удерживало фокус его мыслей на ней. А ещё то, как она изменилась. Когда они были детьми, она была всего лишь помехой — не больше, хотя он и считал её за одного из самых близких своих друзей.       Но по его возвращении в деревню Сакура, как правило, не обращала на него никакого внимания, предпочитая проводить время вместе с Наруто. И теперь Саске допускал, что, даже когда он был вместе с ней, мысли Сакуры были только о Наруто. На самом деле, в размышлениях своих он зашёл так далеко, что сам стал воспринимать ту проведённую с ней ночь как замену ночи, что Сакура так отчаянно желала провести с Наруто.       Хотя и мысль эта всё никак не давала ему покоя.       Чьё-то присутствие впереди отвлекло Саске от этих мыслей, и он снова заставил себя сосредоточиться на миссии.       — Тору, будь внимателен, — услышал он, как быстро пробормотала Хана, а голова Тору, облачённая в маску, резко повернулась лицом вперёд.       Саске снова показалось, что поведением своим парень напоминал ему новичка, но он воздержался от каких-либо комментариев.       Незаметно прояснилась граница леса, а у подножия извилистой реки проступил образ тропинки, по которой, значительно замедлив шаг, пошла Хана, оставив деревья позади.       — Усиль свою чакру, Тору, — приказала она, — но ты, Така, оставь свою замаскированной. Как только почувствуешь присутствие приветствующего отряда, оставь нас.       Саске кивнул и удвоил контроль над своими чувствами, чтобы затемнить чакру. Несмотря на то, что он шёл рядом с Ханой среди бела дня, для ниндзя он оставался невидим.       Когда деревья поредели и расширилась тропа, Саске почувствовал, что лёгкий её уклон стал больше. Когда они, казалось, достигли вершины склона, дорога внезапно, как перед обрывом, закончилась. Перед отрядом АНБУ была Страна Неба — гигантский кратер, расположенный в центре круга деревьев. А в центре кратера на высоте нескольких тысяч метров возвышались три больших платообразных шпиля, соединённых меж собой естественными каменными мостками. Зрение у Саске было острым — он мог различить небольшие здания, усеивающие вершины плато, но из-за белёсых облаков, мешающих ему рассмотреть всё, обзор был перекрыт. Ветер стегал их своими резкими ледяными потоками, которые пробирали Саске до костей, а дрожь как от температуры, так и от надвигающегося чувства обречённости сотрясала всё его тело.       — Така, — донёсся до него тихий голос Ханы, — теперь уходи. Отряд, который встретит нас, уже в пути. Жди сигнала. Понял?       Он безмолвно кивнул и посмотрел в сторону Тору, который бездвижно и бесстрастно стоял перед Страной Неба. Саске счёл странным, что молодой человек, который ранее показался ему беспокойным, теперь не выказывал никакого беспокойства, коим он был охвачен до этого.       Прищурившись, Саске посмотрел на него и, собираясь уходить, положил руку на плечо Ханы:       — Береги себя, Хана.       Она наклонила голову в его сторону, и он заметил, как свет заплясал в капельках пота на её шее, но тут же отогнал эти мысли.       — И ты тоже, Така.       А затем он исчез, спрятавшись вновь за деревьями. Он сознательно решил оставаться в пределах видимости, чтобы была возможность внимательно наблюдать за своей командой. Вскоре прибыла та приветственная группа, приблизившаяся к отряду из двух АНБУ так быстро, что Саске едва успел заметить её. Он стиснул зубы, страстно желая вызвать свой Шаринган, что повлекло бы за собой всплеск чакры, чего допустить было никак нельзя.       В этом отряде было по крайней мере полдюжины ниндзя, все они были на голову выше Ханы, но миниатюрная куноичи не выглядела растерянной: её плечи были расправлены и источали уверенность, когда она отвесила церемониальный поклон, прежде чем последовать за ними в ногу с Тору. Через несколько мгновений они скрылись из виду, поднявшись в Страну Неба.       Назад в настоящее, в залах здания ниндзя.       Учиху, передвигающегося по коридорам устрашающей тенью, никто не смел остановить; глаза его кровоточили от ярости. Никто не осмеливался задержать его, кроме Будущего Хокаге, Наруто Узумаки. Они столкнулись, как две невидимые волны энергии, Саске отчаянно попытался пройти прежде, чем Наруто успокоил бы его своим быстрым и отнюдь не лишённым логики шёпотом:       — Куда ты собрался? Ты не можешь уйти, пока я не сниму с тебя печати, придурок!       Саске замер на мгновение.       — Тогда снимай их.       Наруто вздохнул:       — Саске, нет и следа её. Даже если я отпущу тебя, есть вероятность, что ты не найдёшь её…       — Похититель сказал, что я могу найти его. Он оставил мне какие-то зацепки.       — Тогда дай я пойду с тобой! — взревел Наруто.       Саске покачал головой:       — Ты не можешь. Ты теперь Хокаге. Нельзя тебе покидать деревню ради одного ниндзя. И Сакура… моя проблема.       Наруто видел, как отразилась в глазах Саске боль, хотя он только что понизил положение своей жены до какой-то там проблемы. Но так Саске разбирался со своими делами. Даже если он был женат, он всё ещё боялся признать, что Сакура значила для него столько же, сколько и его родители. Он установил связь с ещё одним человеком, и теперь расплачивался за это угрозой потерять её навсегда.       Наруто сложил руки на плечи Саске, крепко сжав их:       — Боль будет нестерпимой. Но если ты сможешь не потерять сознание, то выдвинешься пораньше.       Волна красной и белой чакры пронзила болью всё тело Саске; и боль эта была такой силы, что в этих же объятиях он и потерял свой рассудок.