Два Королевства

...Он вздохнул – и почувствовал дыхание. Он слышал биение своего сердца. Он поднял кисть – и поднялся ветер. Опустил её... открыл глаза. Вихрем кружил целый мир из осколков, и осколки эти отражали бесконечное число вероятностей жизни – такой, какой она могла бы быть, если бы он захотел. Он сдунул их, разбитое шахматное поле, и просто посмотрел вокруг. И увидел свой мир. Не увидел только себя. Но он чувствовал себя – и закричал, но это было похоже на музыку. И почувствовал реки, текущие под землёй, и пещеры, зовущие его, ищущего ответы, и эхо от Зеркала, и голоса другой земли... В воде он увидел отражение своё, и казалось – целый мир смотрит на него, но вопрос в глазах встретился с вопросом – и он узнал себя. Узнал – и рванулся прочь - и начал танцевать, а когда устал – упал на собственный трон и обратил лицо к звёздам. Холодной росой упало на кожу звёздное серебро. Был первый день. Кружись, вертись, обрушься градом, Стань в один миг раем и адом, Вслед за рукой танцора струись, материя! Выпад, бросок, осколки смеха, В разбитой форме разбито эхо, В мире, что создан смехом моим, Потерян я. Хватка, удар. Смерть или память? Жизнь или мысль, лёд или пламя? Сладко дышать, когда ты – огонь творения. Руки и ноги – лезвия тела, Сила струится насквозь умело – Мир порождается снова – и прочь сомнения! Жаркая ночь, пышущий полдень, Кубок безумия кровью наполни – И её разливай по жилам жертвою Cущему. Вечный покой в сердце движения, Яд осознания – в воображении, Я всей душой опять доверяюсь случаю... ...Тёмный Паж чувствовал беспокойство и волнующий зов из самой глубины души – он должен отыскать своего Короля. И не будет ему покоя, пока взгляд его не остановится, восхищённый, на совершенных чертах тонкого лица, пока не успокоится причудливой гармонией огня и воды, ветра и музыки, пока не займёт он своё место рядом с тем, для кого пришёл в этот мир. – Дыхание мира в пульсе его крови, но до самых земель Границы – зови не зови – не найдёшь ответа в завывании ветра меж скал, если не ждёт тебя тот, кого ты искал. До самого Зеркала, что отражает Луну, я обошёл эту огненную страну, затаившую пламя своё в глубине теней – я не умею позвать сердце всех огней... Трон его прорастает из-под земли там, где ворон духа его воспарил; замок его по желанию скрылся от глаз, город явился в ответ на его приказ – Готический Город, полный волшебных снов, страшных чудовищ, арок, шпилей, ветров... – и сокрыл себя дуновением ветра фэн, что чувствует тонко токи всех перемен. За любой границей способна открыться дверь... Не могу больше ждать... О, где он сокрыт теперь?!.. И пусть зрение не могло помочь ему в поисках, сердце вело Пажа безукоризненно точно. И вот он стоит перед троном Короля, проросшим из-под земли змеистыми побегами и завитками – но не видит его, потому что Король желает оставаться один. Но он смотрит на Пажа, и в уголках его губ мягким светом мерцает улыбка. А Паж с криком отчаяния падает перед троном – и уже не замечает касание упругих лоз у подножия, лишь остужают его лоб холодные снежинки звёздного серебра.