Одноглазый

Вокруг была тишина. Точнее, нет, не совсем так. Вокруг кипела жизнь — улицы кишели людьми, спешащими куда-то, машины проносились по проезжей части с бешеной скоростью, а где-то, чуть поодаль, молодая парочка вела оживленный спор. Парень и девушка устроили дискуссию на очень заезженную и уже давно ставшую обыденностью тему — измена. При чем обсуждали они это настолько громко, что прохожие с отвращением морщились, проходя мимо них, а некоторые даже бросали косые взгляды и ускоряли шаг. Но для Ацуши все звуки, в том числе и подробности ситуации, которые рыжеволосая девушка с ожесточением сообщала, похоже, всей улице, потеряли всякое значение. В голове пульсировала одна-единственная мысль — «бежать». Так быстро, как это только возможно, не останавливаясь и не допуская даже мысли о том, чтобы сдаться. Правильно говорят — первый раз всегда самый страшный. Несмотря на то, что это, должно быть, обыденность для гулей — скрываться от неугомонных агентов CCG по укромным уголкам Токио — тигру все равно было не по себе. До дрожи в коленках. Бешено стучавшее сердце отвлекало, мешая сосредоточиться на дороге, да и сбившееся дыхание тоже не способствовало развитию скорости. Но Ацуши не мог ничего с собой поделать. Особенно в этой ситуации было неприятно то, что он не мог обратиться. Это помогло бы вероятности быть пойманным стремительно уменьшиться, но привлекло бы слишком много внимания к его персоне. Потому все, что оставалось новоиспеченному гулю — старательно пробиваться сквозь толпу вслед за Асаки, оказавшимся на порядок более проворным. Похоже, доктору такой побег был далеко не впервой — уверенно проскальзывая между прохожими, он ухитрялся делать это настолько легко и быстро, что ни один даже не обернулся, чтобы бросить вслед ему непонимающий взгляд. Тигру же все это давалось куда сложнее, и парочка глаз уже успела проводить его с явным подозрением. Но даже не это было хуже всего. Хуже всего было то, что он, кажется, мог уловить какие-то крики позади себя. Они ярко выделялись на фоне остального шума, характерного для больших городов. Один голос был довольно грубым и властным, в то время как другой — задорным, и даже немного веселым. Агенты CCG. Собственными персонами. Но у Ацуши не было времени задумываться об этом, так как доктор внезапно юркнул в какой-то переулок, практически незаметный на этой широкой, людной улице. Притормозив — что далось ему с большим трудом и ценой нескольких царапин на ладони, которой он уперся в стену — парень свернул вслед за ним. Он не знал, сколько они так бежали. Петлять по темным — даже в дневное время дня, что уж говорить о вечерах — улочкам оказалось намного сложнее. Ветер шумел в ушах и заставлял глаза слезиться — казалось, что он заполнил собой абсолютно все пространство вокруг. Деваться было некуда. Но Ацуши не останавливался — даже идеи такой не мелькнуло, хоть голоса за спиной и стали тише во много раз, если не пропали вовсе. Ему все еще было страшно. Страшно попасться, только вступив на этот опасный, полный приключений путь токийского гуля. Жизнь менялась слишком стремительно, и тигр решительно не поспевал за ней. Его сносило течением, и все, что оставалось — попытаться не утонуть в этом сумасшедшем омуте новых возможностей и таких же новых проблем. Не утонуть так, как утонуло множество до него. Но вот Асаки постепенно сбавил темп, и, наконец остановившись, устало оперся о стену. Ацуши последовал его примеру, но быстро сполз на пол, уронив голову на руки. Дыхание все еще оставалось учащенным, а сердце стучало даже быстрее, чем прежде. Сил на то, чтобы встать, не осталось — что уж говорить о каких-то вопросах. Но все же пульсирующая тревога в голове сменилась радостью — они оторвались. Они смогли. Им это удалось. Минуты шли, а дыхание постепенно восстанавливалось, как и сердце, уже менее ожесточенно бившееся о ребра, и вот, спустя какое-то время, тигру наконец удалось поднять голову и слабо улыбнуться доктору. — У нас получилось? Вопрос, совершенно ненужный. Все и так было ясно, как день — агентов на горизонте не наблюдалось, соответственно, миссия была выполнена. Можно сказать, что это был вопрос ради вопроса. Но все же Асаки улыбнулся в ответ и кивнул: — Да. У нас получилось. А ты молодец, — оторвавшись от стены, он протянул руку новому знакомому. — Вставай. Приняв помощь, Ацуши с трудом поднялся на ноги, что тут же подкосились от усталости — получасовой марафон по оживленным улицам вечернего Токио давал о себе знать. Но, несмотря на это, он все же устоял, пусть и с некоторым усилием, и тут же осведомился: — Почему я молодец-то? Доктор усмехнулся и пояснил: — Ты первый, кто прошел это так скоро после обращения, если, конечно, не учитывать тот факт, что полу-гулей не так и много. Хотя даже настоящие не всегда сталкиваются с CCG раньше лет так двадцати, — и, поправив хвостик, снова грозившийся распуститься, он задал встречный вопрос. — Тебе, кстати, сколько? Напомни. — Мне? Мне девятнадцать, — ответил тигр. — Тогда ты не так-то и далеко ушел, — констатировал Асаки. — Но это не так и важно. В любом случае ты молодец. И, надеюсь, теперь ты понял, что и с людьми сюсюкаться не стоит? — доктор насмешливо фыркнул. — Они раздавят тебя, как букашку, если продолжишь так относиться к ним и к себе. Настало время ставить свою жизнь выше чужих, Ацуши, ты же это понимаешь? Парень обреченно вздохнул. О да, он прекрасно все понимал. Особенно после произошедшего. Но и отступаться от своих принципов Ацуши не собирался. Как бы то ни было глупо, но он стоял на своем — убивать тигр не собирался. Ни при каких условиях он не собирался отнимать чужие жизни ради собственной выгоды — не ради спасения друзей и близких. Ему это казалось настолько омерзительным, что даже мысль о таком исходе вызывала неистовое отвращение. Отвращение к себе и к собственной слабости. Для себя Ацуши решил — он никогда не ступит на этот путь. Никогда и ни за что. Но это только для себя — вслух же парень лишь покорно кивнул: — Да, я все понимаю. — Это отлично. Я рад, что ты освоился, настолько быстро, — Асаки улыбнулся и подмигнул ему. — Пришло твое время, Ацуши! Не разочаруй меня. Ты достаточно умен для того, чтобы обвести CCG вокруг пальца, так что не пропадешь. Надеюсь, — последнее было сказано тихо, возможно, даже в шутку, но от этих слов все равно пробежался холодок по коже. Словно в этом мире никогда нет гарантии. Все может оборваться в любой момент. Абсолютно все. Даже жизнь, казавшаяся абсолютно безопасной, спокойной и счастливой — и она может внезапно прерваться, оставив в недоумении всех, кто был свидетелями. Ацуши нервно сглотнул. Такая перспектива казалась ему очень, очень жуткой. Но доктор не дал ему раскиснуть — мигом вернув лучезарную улыбку, он добавил: — Ах, точно. Я чуть не забыл. Ты ведь не умеешь контролировать свои глаза, ведь так? — и, не дав тигру времени на ответ, который скорее стал бы встречным вопросом, он полез в карман и выудил оттуда повязку. — Тогда тебе пригодится это. — Зачем? — Ацуши повертел подарок в руках, с некоторым недоумением разглядывая его. Обыкновенная медицинская повязка на глаз. Такие используют пациенты, недавно пережившие операцию, и тигр решительно не понимал, на кой она нужна гулю. В ответ Асаки лишь фыркнул: — Знай ты о гулях хоть немного больше — не задавал бы этих тупых вопросов, — но все же пояснил, — глаза могут выдать твой голод. До такого лучше не доводить, но если вдруг случится, то глянь в зеркало — поймешь о чем я. Но лучше носи на постоянной основе. Никогда ведь не знаешь, когда твоя сущность решит напомнить о себе. — Да? Тогда спасибо, — еще с минуту подумав, тигр все же решил последовать рекомендациям, но столкнулся с новыми трудностями. — А на какой глаз надевать? — Мне откуда знать? — хмыкнул доктор. — Ну, чаще всего у таких, как ты — не природно обращенных — правый. Но будь настороже. — Хорошо… — и, все-таки надев повязку, скривился. — Непривычно… — Придется привыкнуть, — пожал Асаки плечами. — Понимаю, — вздохнул Ацуши. И могли бы они еще долго так беседовать, но тут их светский разговор был прерван. — К чему привыкать собрался, тигр? Парни одновременно повернули головы в сторону источника звука. Рядом, как всегда хитро ухмыляясь, стоял Дазай. Несмотря на теплую погоду, его любимое бежевое пальто оставалось неизменным, как и слегка длинноватые кудри. В целом он выглядел как всегда — такой же надменно-веселый, с уже ставшей привычной язвительностью. в голосе. Махнув рукой доктору в знак приветствия, он подошел поближе к Ацуши и повторил вопрос: — Ну так? К чему это ты тут привыкать будешь? — Э… Это твой друг, Ацуши? — несколько сконфуженно осведомился Асаки. Манера речи Дазая несколько смущала его, что и не удивительно — наглости парню было не занимать, и он тут же доказал это еще раз. — Да, я его друг, — отозвался Осаму вместо тигра, и, схватив его за запястье, улыбнулся. — Ну же, Ацуши, не молчи. К тебе же обращаются. — А… Да, — наконец выдавил из себя все еще не до конца пришедший в себя после такого внезапного появления Дазая парень. — Он мой друг. Коллега. Зовите, как хотите. Доктор сориентировался довольно быстро: — Хорошо, приятно познакомится, — скорчив подобие улыбки, он представился. — Асаки Фуегучи. — Осаму Дазай, — вторил его примеру парень и тут же добавил. — А теперь, если вы не против, я заберу Ацуши. У нас есть небольшое дельце к нему. Увидимся! — и, не дав им ни шанса попрощаться нормально, он увел Ацуши в сторону агенства. Приключения продолжались.