Итак, если свет, который в тебе, - тьма, то какова же тьма?

…кто прельстил вас не покоряться истине? (Галл.3,1)

      Видимо, я была недостойна оправданий, когда, указав рукой в сторону двери, Люцифер послушно поплёлся к крыльцу. Такой высокомерный, бесчувственный… он будто нарочно пытался казаться омерзительным.       — Люци?       Заставив себя оторваться от широкой спины, я покосилась на Меви, что тихонько примостилась неподалёку и почти слилась с диваном. В мёртвой хватке она держала пиалу с джемом и недоверчиво поглядывала на Люцифера. Явно ждала от него команды, приказа какого-никакого, а он наотрез отказывался выходить на связь.       — Люци? — не выдержав, вновь пискнула Меви.       Напугана была, как забитое камнями животное. Готова была ринуться к мужчине, вот только тот неожиданно для всех остановился возле порога. Это насторожило её ещё больше. Я же… из последних сил сдерживала горькую обиду, которая уже на треть преодолела путь к освобождению.       — Убирайся, — куда тише проскрипел Дьявол, мотнув головой в отвращении. — Ты здесь больше не нужна.       — Но Сатана…       — Я сказал, убирайся! — рявкнул он, обернувшись на неё через плечо.       Меня его крик пробрал до костей, заставил прошлое вспомнить, а Меви… Она глаза закатила и, театрально выронив из рук пиалу, процедила уже другим, но знакомым голосом:       — Наконец-то, а то от глаз твоего папочки у меня начались мигрени!       С силой несколько раз она мотнула головой, после чего цвет её волос медленно стал насыщаться тёмными красками, а сам образ девушки начал смазываться, пока не приобрёл для себя новые очертания: пышная грудь, округлые бёдра и роскошные пёстрые крылья. Неужели?.. Прочитав на моём лице неподдельное удивление, Ости недовольно фыркнула и мысом туфли зарядила по посуде, благодаря чему та отлетела в стену и оставила на ней следы джема.       — Угощайся! — съязвила она. — Эт…       Её речь оборвал щелчок, который изгнал девушку если не с этой планеты, то из моего дома точно. Остался только Дьявол, что плавно перебрался из главных героев во второстепенные слушатели этого балагана.       Не уходил, не двигался и, к сожалению, не воспламенился на солнце, что едва выглянуло из-за соседских домов. Лучами своими оно добралось до моего порога, мужчину облепило, но… он их дальше не пустил: свет так и не смог пробраться в дом. Зато тень Дьявола росла на глазах. Уже через считанные секунды края её добрались до ковра и медленно стали подкрадываться к моим стопам.       — Убирайтесь оба! — обронила я, едва мне показалось, как что-то коснулось моей ноги.       Я оступилась, из-за чего чуть не поперхнулась собственной обидой. Грудь всё ещё болела, тело бил озноб. Душа же просилась к тому, кто, стоя ко мне спиной в дверях, как-то странно кивал в знак согласия.       — Уби…       — Как скажешь, дорогая.       Без спроса из лёгких вырвался вздох, который тут же разлетелся по гостиной. Он добрался до мужчины, я уверена была в этом, ведь Дьявол на мгновение оцепенел. Неужели собственные слова сковали его мурашками? Навряд ли, он бы и близко их ни за что не подпустил.       Он уходил долго. Что не шаг, то очередная пауза, продолжительностью в немыслимое количество времени. Отдалялся, пускай и медленно, а я продолжала смотреть ему вслед. Дошло до смешного: настолько смазали слёзы его образ, настолько я заучила эту бескрылую спину, что, когда меня кто-то одёрнул, я в удивлении шире открыла глаза, ведь оказалось, Дьявол давно покинул порог моего дома, оставив мне на память подобие иллюзии.       — Ви…       Не сдержала улыбку, услышав этот голос. Всё вмиг стало абсурдным, ненастоящим, таким… Таким поддельным, что верить в это уже не хватало сил. А может, виной всему те эмоции, что я безуспешно пыталась скрыть изо дня в день?       — Ты… что…       Я вздрогнула, чем явно испугала Мими. Благо не видела её лица, когда, не выдержав, я рухнула на пол. Коленям пришлось несладко, хоть боль их и пытался сгладить ковёр. Ох, но если бы всё было так просто...       Слёзы катились непроизвольно. Поток стекал по щекам, подбородку и разливался по ладоням, которые я зачем-то поднесла к лицу. Я его не хотела прятать, не думала в тот момент об этом. Наверное, я просто надеялась на то, что каждая слеза, упавшая на рубцы, чем-то неприятным отзовётся в Дьяволе. А по итогу она просто испарялась, оставляя после себя тонкую струйку почти бесцветного дыма.       Всё то время, пока я пребывала в дерьмовом состоянии, Мими находилась рядом. Она извинялась, хотя я не помнила за что, несколько раз насильно притянула меня к себе и стиснула в своих объятиях. Только когда её крыло коснулось моего плеча, а после сама девушка мокрым носом уткнулась в него, я поняла, что и та давно плачет.       Она была тёплой. Наверное, это то немногое, что я позволила себе запомнить в то утро. Остальное же было если не столь важным, то чересчур разрушающим, чтобы выделять этому место в голове. Так что для себя я сохранила несколько моментов: сцена в коридоре, тихое перешёптывание, пока мы пытались перебраться на кухню, и огромный чемодан, который я не раз видела под кроватью бывшей соседки.       — Переезжаешь? — кивнула я на него и смахнула с ресниц последние солёные капли.       Волей случая задела натёртое веко и зажмурилась, испытав неприятное чувство боли. Несильное, к счастью, но на сегодня можно было закончить с такими подарками судьбы.       — В эти развалины?       Она хмыкнула, чем заразила и меня. Не стоило говорить о том, что, не продержавшись и секунды, мы пускай тихо, но рассмеялись. Правда, из-за того, что на душе всё ещё было паршиво, радость моя отчасти была наигранной.       — Кстати, у меня пополнение! — радостно взвизгнула Мими и с силой дёрнула вниз молнию чемодана. Её действия были такими быстрыми, что я едва успевала следить за ними. Она мельтешила, словно приставучая бабочка, пока не вытащила из недр громадной сумки увесистую бутылку. — Стащила у Демиана!       Хихикнув, Мими подлетела к столу и принялась откупоривать свой трофей вилкой, лежавшей возле давно остывших блинчиков. Взглянув на них в последний раз, я как бы невзначай задела блюдо локтем и даже искренне удивилась, когда раздался звон разбитой посуды.       — Ты слышала? — нахмурилась Мими и огляделась.       — Нет, — пожала я плечами и упала на спинку стула. — В отсутствие двери я привыкла не обращать внимания на шум.       — О, я только хотела спросить про это!..       Однако стоило нашим взглядам встретиться, как девушка тут же прикусила язык и уткнулась носом в бутылку. Я же мельком покосилась на ладонь, что до сих пор предательски ныла, и нарочно расслабила пальцы. Этим жестом я хотела показать ему своё безразличие, которое он сам породил в нас обоих. Надеялась, что ему тоже станет больно, что он на стену полезет от того, что кому-то плевать на него! Вот только Дьявол так и не появился, да и на улице не было слышно мужских криков. Отзывалась мне только нескончаемая вязкая боль в ладони, что неспешно распространялась выше и на тот момент добралась до локтя.       — Так ты надолго? — мотнула я головой в попытке избавиться от неприятного чувства. — Я не прогоняю, нет, просто в школе тебя не хватятся?       Я уставилась на стол и поймала себя на мысли, что каждое слово, каждое действие моё давалось с таким трудом, что ежесекундно я грозилась рассыпаться на сотни тысяч песчинок. Мне было неуютно, мне было… паршиво. И даже девушка, что присутствием своим всегда сглаживала мои переживания и тревоги, теперь была для меня ничем иным, как помехой.       — Не обижайся, — попыталась улыбнуться я, глядя в пустоту. — Я рада тебя видеть, просто…       — Мне страшно.       — Тебе с…       Не договорив, я тут же оторвалась от стола и обернулась на Мими, что с опущенной головой смотрела на откупоренную бутылку. Образ её был поникшим и таким маленьким, что я не на шутку заволновалась.       — Почему? — осторожно поинтересовалась я. — Почему тебе страшно?       Ответ я получила не сразу. Для начала Мими пришлось взять себя в руки, а в этом ей помог украденный алкоголь: без доли сомнений она припала к нему и сделала несколько глотков, после чего скривилась. Видимо, пойло оказалось ужасно кислым либо чересчур крепким. Она протянула его мне, угоститься предложила, на что я лениво замахала руками.       — Я отвыкла от выпивки Демиана, — натянуто усмехнулась я.       — А что насчёт Геральда? — тут же отозвалась Мими. — Тебе не показался он… другим?..       — Что ты хочешь этим сказать?       Вновь Мими отхлебнула от бутылки и как-то невесело улыбнулась. Я же боялась что-либо предположить, поэтому молча стала ждать продолжения того, что явно должно было разрушить и так разбитое утро.       На лице девушки были написаны все переживания, вся их тяжесть. И чем дольше она таила в себе что-то донельзя мрачное, тем активней оно сжирало её изнутри. Если бы не алкоголь, успешно развязавший ей язык, велика была вероятность увидеть на полу дохлого демона, от которого осталась бы только красивая оболочка.       — Фенцио мёртв, — чересчур тихо, дрожащим голосом начала Мими. — Говорят, он в Коцит сбросился.       Воспоминания об услышанном тут же пронеслись перед глазами, из-за чего в одночасье мне стало нестерпимо холодно. Я поёжилась, обхватила себя за локти и принялась слушать дальше.       — В это не поверили. Ангелы ведь не способны на самоубийство, это же смешно! Поэтому разбирательство вышло на новый уровень. На тот, — испуганно покосилась на меня Мими, — где даже Серафимы считаются никчёмными пешками.       Её зашуганный взгляд слишком быстро скрылся от меня. Подумала, что она вновь выпьет для храбрости, однако её дрожащие пальцы так и не смогли обхватить горлышко бутылки, поэтому в какой-то момент она выпала из девичьих рук и разбилась прямо под её ногами.       — Ничего страшного, — постаралась я успокоить и себя, и её.       Из-за мыслей, что роились в голове, мне становилось дурно. Я заставляла себя не фантазировать, не думать наперёд, но эти чёртовы паузы!.. Геральд не мог быть предателем.       — Вики, за ним пришли на следующий день. Им хватило суток, чтобы найти убийцу.       — Это ошибка! — вырвалось у меня.       — Они не те, кто размениваются на ошибки, — с горечью в голосе произнесла Мими. — Они их не прощают.       Но это глупо! Всё это не могло быть правдой!       — Сказали, что у Геральда был мотив. Им двигало то, что произошло между ним и Фенцио ещё до моего создания…       — Дино?..       Я ахнула и так и не смогла закрыть рта. Удивление было колоссальным, оно превзошло все ожидания!       — С ним тоже всё несладко, — хмыкнула Мими, чем отчасти привела меня в чувства. — Мы ссоримся из-за всяких… пустяков…       Ей ведь до сих пор неизвестно, что Дино — сын Геральда! А если бы она узнала, то… всё сложилось бы. Все шансы на то, что демон, который был даже не похож на него, мог быть невиновен, канули бы в то бездонное озеро.       — Мне надо проветриться! — вскочила я с места и засеменила в коридор.       Правда, путь мне ненадолго преградил крайт, который, как оказалось, всё это время был с нами. Я на него мельком взглянула. Почти не остановилась, ведь если бы я срочно не вышла на воздух, не могла представить, чем бы закончилась наша беседа с Мими.       Мне удалось выбраться к дороге, где почти не проезжал местный транспорт. Вокруг не было ни души, не считая шумных соседей через несколько домов. С их стороны всегда слышались крики и нескончаемая ругань, поэтому я даже не сразу заметила их. Из-за волнения и боли в теле, что только росли, я стала ходить вдоль забора, бубня себе под нос что-то отдалённо созвучное с «он не мог», а на самом деле думала далеко не о ситуации, возникшей между Геральдом и Фенцио. Меня разрывало на части чувство недосказанности и дикое разочарование. Сама себя в сотый раз огорчила тем, что поддалась эмоциям в коридоре. Не стоил он этих слёз. И он обязан был об этом узнать.       Не сразу поняла, откуда донёсся визг битой посуды. Поначалу подумала, что показалось, не придала этому значения. Но, услышав его повторно, всё-таки обернулась на ближайший дом. Почти не удивилась, когда поняла, что я вновь вернулась к собственному порогу, и что шум исходил откуда-то с кухни. Мельком я бросила взгляд на соседский дом, потом опять на свой и, пожелав удачи Дино, пошла туда, где намеревалась найти Дьявола.       У него оказалось незаперто. Стучаться я и не думала. Крадясь я прошла внутрь и огляделась по сторонам. Признаться честно, я поначалу не узнала ни гостиной, ни остальных комнат, ведь все они были разрушены. Мебель, цветы, посуда и даже части стен были поломаны и валялись на полу. Пришлось идти прямо по ним. Заглянув в ванную, я зачем-то дошла до перевёрнутой корзины с грязным бельём и ногой постаралась вытащить одну из тряпок, что была покрыта размашистыми тёмными пятнами. Как оказалось, это была чёрная атласная рубашка, вся перепачканная кровью. Отпрянув от неё, как от огня, я быстрым шагом направилась на выход.       Старалась не оглядываться, глаза зажмурила и уткнулась носом в пол. Но стоило мне выйти за порог, как острая боль пронзила ладонь и заставила меня обернуться. Только благодаря ей я увидела мужчину: Дьявол сидел на крыше, вцепившись пальцами в собственные волосы. Сгорбился, из-за чего через ткань его футболки даже отсюда были видны тонкие порезы на лопатках. Неизвестно, как не заметила Люцифера раньше, ведь эта бескрылая пташка слишком уж выделялась на фоне безоблачного неба.       Во мне боролись два человека: один хотел высказать всё этому уроду, который посчитал себя неплохим актёром и заодно слишком уж вжился в роль; а другой ни слова вымолвить не мог и мечтал поскорей убраться подальше от этого места. Не знала, к счастью ли, но победу вырвал первый.       — Соврал бы, что тебя заставили! — крикнула я тому, кто тут же встрепенулся. — Свалил бы всё на папочку, делов-то!       Мой голос эхом разошёлся по округе, благодаря чему даже та сумасшедшая парочка поумерила свой пыл. И только Дьявол неизменно остался восседать на кровле дома в прежнем положении, защищаясь от меня надоедливым молчанием.       — Ты трус! — обиженно выплюнула я и тут же разжала ладонь, когда она занялась с новой силой. — И в этом признаться не можешь, да?       Даже дыхания его не слышала. А шрамы на руке… Они не унимались ни на секунду и после каждой моей реплики заливались с новой силой.       — Знаешь, ни к чему устраивать здесь очередное представление! — всплеснула я руками, после чего голос мой дрогнул. — Или ты опять отыгрываешь роль по заказу отца? Он тебе хоть платит за это?       Не слушал. Не хотел слушать, но для чего-то продолжал мозолить глаза. А во мне уже гореть было нечему, поэтому чувство сожаления настигло меня слишком быстро. Надо было выбирать второй вариант, для чего я осталась?!       — «Я бы уничтожил себя, чтобы спасти тебя», — хмыкнула я. — Какая наглая ло…       Он возник передо мной так неожиданно, что я и среагировать не успела. Ладонями коснулся моих щёк, к себе притянул и жадно впился своими губами в мои. Этот немыслимый жар, потерянное тепло… Мне бы вырваться, но слишком крепко он держал меня в своих объятиях. Дышать забывал, то и дело надкусывал губу и ближе меня притягивал. И не мешало ему ни моё сопротивление, ни мои жалкие слова, которыми я пыталась сравнять его с грязью. Помогло только одно: поддавшись поцелую на долю секунды, я обернулась в змею и рухнула на землю. В планы мои входил побег без лишней импровизации, но настолько меня обуяла злость, что, не выдержав, я укусила Люцифера за руку, когда тот потянулся за мной.       Я юркнула в знакомую щель в заборе и только после этого вернула себе облик человека. Сорвалась на бег, ведь боялась, что по собственной воле захотела бы вернуться в те чёртовы объятия. А они мне были не нужны… Я пыталась заставить себя в это поверить! Добравшись до крыльца, я остановилась, чтобы перевести дыхание.       — Ты не собиралась мне рассказывать, я прав?       Глаза подняла и тут же пуще прежнего растерялась, увидев перед собой крайта.       — Мими…       — Ушла, — сухо ответил он и распустил кольца. — Занятие на Земле подошло к концу.       Взглянув в сторону кухни, заметила край её чемодана. Не забрала, а это говорило о том, что девушка намеревалась заглянуть ко мне не один раз.       — Я хотела.       — Ты врёшь, Вик.       — Думаешь, я бы и дальше пыталась скрыть от тебя смерть Фенцио? — произнесла я, искренне удивившись. — Это… Это ведь неправильно! Он твой отец, и ты просто обя…       — Мы чужие друг другу…       — Он тебя воспитал! — не выдержав боли в руке, повысила я голос.       Мы оба были злы. Возможно, друг на друга. Грудь ходуном ходила, всё тело трясло. Я на солнце стояла, оно мне своими лучами буквально в спину било, но я тепла его не чувствовала! Зато запах… Поначалу он был ненавязчивый, я даже подумала, что это очередные проделки мутного сознания, поэтому значения ему не придала, но теперь… он был явным, и он был повсюду. Взглянув на крайта, я увидела в его глазах тот же вопрос.       — Ты тоже?..       — Не хоте-е-е-е-е-ел меша-а-а-ать.       Дино зашипел и принял оборонительную стойку, я же отступила на шаг и плечом вжалась в стену. Никак не могла привыкнуть к внезапному появлению чёрта, что примостился на диване.       — Пора-а-а-а-а-а-а-а.       — Куда он тебя тащит?! — вмешался Дино.       — Пора-а-а-а-а прове-е-е-е-ерить по-о-о-длинность её сло-о-о-о-о-ов.       Крайту это ни о чём не сказало, поэтому он пополз ко мне, а вот я догадалась сразу. Дорогу помнила нечётко, ночь была, но кого бы это волновало?! Да и не время, сил почти не осталось.       — Хозя-я-я-я-я-я-яин не бу-у-у-у-удет жда-а-а-ать.       — Будто у него выбор есть, — прошептала я.       — Жа-а-а-а-а-а-аль, что у тебя-я-я-я-я его нет.       А он начинал мне нравиться. Ему бы кожу кое-где подклеить, и можно оставлять в виде домашнего питомца.       — Что ему нужно от тебя, Вик?       — Правда, — сползла я по стене и взяла крайта на руки. — Надеюсь, не более.       Стоил мне это сказать, как бес заюлил на диване и плавно сполз на ковёр. Хвост тащился за ним шлейфом, и, возможно, именно он был той самой причиной едкого запаха, ведь с него то и дело сыпалась омертвевшая кожа. Быстро нечисть подобралась к моим ногам, встала на дыбы и растянулась в безобразной улыбке.       — Знако-о-о-о-о-о-о-омая ца-а-а-а-ацка.       Не поняла его, но зачем-то шеи коснулась. Цепочку нащупала и тут же пальцами сжала горошину. А после — щелчок.