мой любимый девственник.

Прошло три дня с того ужасного момента. Хосок все также работал у Юнги, уже не обращая внимания на то, что каждый день, будь это утро, день, вечер, ночь. Не важно. Он всегда делает минет своему брату. А все почему? Потому что любовь накрыла с головой. Она снесла ему крышу. Она запрещала отказываться, от пошлых просьб хитреца. Она просто сводила с ума каждый божий день. Ему звонили Чон с Тэ. Он отвечал что занят. Отвечал что позже встретимся. Врал что у него все хорошо. И отцу тоже врал. Он готов соврать всему миру. Лишь бы никто не узнал о его симпатии. А Юнги в свою очередь, просто наслаждался. Этими звуками. Этими движениями. Этой атмосферой. Но ждал он лишь одного. Течки своего, пока что, невинного братика. Он отмечал дни в календаре. Он следил за состоянием. Он ожидал. Ожидал день, минуту, секунду, когда сможет услышать первые стоны от своего мальчика. Первые тяжёлые вздохи и выдохи. И все таки, этот день настал. Обычное утро. Пасмурная погода за окном. Грустные люди. Радостный Хосок, поливающий цветочки. Хмурый Юнги, сидящий в своем прокуренном кабинете. Подписывая очередные бумаги, с бессмысленным содержанием, альфа не мог сосредоточиться. В мыслях это имя. Хосок. Эти ключицы. Упругая задница. Темные глаза. Манящие губы. Очерченная талия и бедра. Острые плечи. Все. Все хотелось покрыть красными засосами. Укусами. Следами от шлепков и ударов. POV "Хосок" День за днём. Секунда за секундой. Я влюбляюсь в него все больше. Я не могу думать,о чем либо. Разве что о нём и цветах. Он ассоциируется с самым красивым цветком. С шипами. Которые все больше царапают кожу рук. Ладони начинают иметь красные следы от крови. А всего лишь хочется сорвать этот цветок. Вдохнуть прекрасный цветочный аромат. Чтобы навсегда засел в лёгких. В одной руке у меня, как всегда пузырек с водой, для поливки сухой земли в горшках. В другой тряпка и разбрызгиватель. На ногах кеды, выше черные джинсы, ещё выше белая футболка, с черной надписью: "Forever", что в переводе означает Навсегда или Вечно. На лице яркая улыбка. Подойдя к очередному растению я протянул руку, чтобы опылить его водой, как вдруг сильная боль охватила низ живота. Пластмассовый пузырек упал на кафель. Ноги стали подкашиваться. Я оперся рукой о стену, держа равновесие. Понял что это течка. Вспомнил слова Юнги на собеседовании о работе. Достал телефон и стал набирать Дахена, так как находился на втором этаже. End "Хосок" Ким стоял и глядел в окно. В его кармане завибрировал телефон. Он посмотрел на дисплей и сразу все понял. Запах манго разносился по всему громадному дому. Юнги сидел в своем просиженом кресле. Как вдруг, в нос ударил запах манго. Он вскочил как бешенный и выбежал из кабинета. Шел по запаху, усилявшегося с каждой секундой. Он увидел Дахена что аккуратно помогал Хосоку спускаться с лестницы, подхватив за локоть. Мин пулей побежал к ним и как дикарь, схватил Чона за руку. С озлобленным и озабоченным лицом, потащил парня к себе в спальню. Он был доволен. Просто доволен. И ужасно возбуждён. Этот запах манго, что так щекочит ноздри, просто напросто сносил крышу к хуям. Хитрец дерзко бросил Хосока на гладко выглаженую, аккуратно застеленную с  бежевым оттенком, кровать. Мальчик привык помогать себе самому, но только в редких случаях. Так он просто терпел боль. Дикую боль в низу живота. Но сейчас, он так хотел, чтобы в его заднице, оказался чей нибудь член. Но Мин любит дразнить. Любит издеваться. Поэтому он просто ложится на одетого Хосока и упирается стояком о его ширинку джинс. Тот извивается и стонет от нехватки секса. -Мой братик хочет меня? - Голос слишком возбуждает. Он такой грубый. Низкий. Прокуренный. В ответ лишь слышно хныканье, мычание и стонущие звуки. Хосок решается снять с себя всю одежду и хоть каплю помочь себе. Но старший не разрешает. Он просто хватает омегу за запястья и пристегивает к кровати. Его руки буквально разрывают эту чёртову футболку с надписью. Он начинает целовать каждый участок тела. Проводит языком от горло до пупка, заставляя тело парня покрыться мурашками. Останавливаться на джинсах, которые уже почти пропитаны спермой. Осторожно расстёгивает ширинку и резко спускает джинсы вместе с нижним бельем. Мин отходит от слишком сексуального Хосока и оперевшись спиной о стену, спускает с себя брюки с боксерками. Его член уже стоит колом. Хитрец начинает медленно водить рукой по своему органу, заводясь ещё больше. Взгляд устремлен на омегу, что уже выгибался в спине, лишь бы засунули член в его зад и утихомирили ноющее очко. -Я хочу...твой член...в своей заднице, Юнги! - Голос, переходит на нытье. Так умоляет. Так просит. Что готов сейчас же выбежать и отдастся любому альфе по дороге. Или же засунуть хотя бы вибратор или фалоимитатор. -Не так быстро, братик - Юнги уже стоит с пошлой улыбкой. В глазах чертики. В руке свой же член. Он удовлетворяет себя, как может, но пока что без Хосока. Омега до него сейчас некая порнуха, чтобы вздрочнуть и унять возбуждение. Хосок уже лежит весь в своей же сперме. Он кусает губы до крови. Он стонет, представляя Юнги. Он хочет его. Хочет до изнеможения. Но в данный момент не может смотреть на то, как он просто стоит и дрочит себе, ухмыляясь. Это возбуждает ещё больше. Руки уже затекли. Хитрец кончил себе в руку с тихим рычанием и подошёл к почти умирающему Хосоку. Положил пальцы на губы омеги, немного надавив. Рот брата предательски открылся и в рот попали три пальца старшего. Парень стал покорно сосать каждый палец. -Ммм... братик, ты такой пошлый. Всю простынь мне испачкал. Ну ничего. Бывает. Скоро привыкнешь - последние слова, будто по спине ножом прошлись. Стало немного больно. Одевшись и отцепив Хосока, Юнги понес омегу в ванную комнату. Он включил теплую воду и положил брата в узкую ванную. Сам ушёл в спальню, где сменил постельное белье. Взяв для брата сменную одежду. Потом поставил чайник. И снова пришел к Чону. Тот просто лежал в воде и смотрел в одну точку, иногда меняя гримасу лица. То ли от боли, то ли от удовольствия. Ведь теплые объятия прозрачной жидкости, понемногу успокаивали, обволакивая каждую клеточку тела. -Прости меня...я поступил глупо. Я больше так не буду. Я хороший - словно каждое слово сказанное Мином, излучало тепло, что было теплее, той самой воды, в которой лежит омега. Хочется верить, во все что говорит Юнги. В каждую букву. Он поверит ему. Отдаст свое сердце. Каждое слово - сладкая ложь...