мой любимый девственник.

А знаете, мы так мало говорим о наших руках. Ведь наши руки, ладони, кисти, запястья, помнят и хранят многое. Например то, как мы впервые прикоснулись к маме, как только родились. Или как становясь старше, мы щупали все, что попадалось под руку. А уже в более взрослом возрасте, эти прикосновения, значат немного больше. Прикосновение любимого человека. Это так волшебно. Вроде в этом нет ничего такого, просто ладошка с 5 пальцами. Но если все обдумать, то можно понять, что руки - это не просто часть нашего тела, а источник воспоминаний. Тёплых воспоминаний... Чимин аккуратно касается прохладными кончиками пальцев, запястья Чона. Тот слегка вздрагивает, но потом тут же улыбается, так как чувствует, что пальцы даёт некий "теплый холодок". А Хосок просто взбудоражен. Он не знает что делать. Если Мин, разойдется в разговоре с родителями и скажет то, чего категорически нельзя говорить, то Хосок просто его возненавидит. Но омегу тоже перестанут уважать. Особенно папа, которому он врал. Очень много раз. И Тэ с Чоном. Что скажут они? Они разорвут связи общения? Хосок в западне. -Хось~, с тобой все хорошо? - Увидя некоторое волнение и задумчивость парня, спросил Пак. Он все также улыбался своему истинному, потому что именно его улыбка успокаивала душу. Она так цепляла. Притягивала. -У меня все хорошо, просто задумался - Сделав короткую паузу, отвечает Хо - давай закажем что-нибудь? - Тихо спрашивает омега, взглянув на Чимина. Альфа поднимает уголки губ и выдает такое тёплое "хорошо, котёнок". Чон опускает ресницы, смущаясь от этого "котёнок". Ведь его так никто не называл. Даже папа. Пак встаёт из за стола, и снова подходит к той девушке, что уже растеклась как лужица, от няшности парней. Он заказывает кимчи и клубничный коктейль с мятой в виде сердечки, для своего омеги. Тот ожидает Чимина за их столиком, смотря на него. Хо внимательно рассматривает его структуру тела. Оно такое пропорциональное. Глаза омеги плавно переходят с одной части тела к другой, залипая на каждой по несколько секунд. Вот альфа уже возвращается к их столу с заказом. Он поставил поднос на поверхность и сев за стол, снова взял руку Чона в свою. Его мягкая кожа так была похожа на бархат или шёлк. -Как мило~ - Приподнося другую руку к лицу, воодушевился Хо. Внезапные милашности от Чимина, радовали омегу и он улыбался. Не наигранно. Не фальшиво. Не натянуто. А искренне, открыто. Потому что с альфой абсолютно другая атмосфера. Как будто Пак с каждым днём, прикосновением, словом, взглядом, улыбкой, потихоньку открывал свой мир. Мир, в котором царит тишина, покой, уют и тепло. Там пахнет печеньем. Там пахнет счастьем. Там есть любовь. Чон начал кушать, поглядывая из подлобья на Чимина. Тот в свою очередь просто листал новости в соц.сетях. Хосок видит мяту в виде сердечки. Снова. Этот. Юнги. И снова болит сердце. Болит душа. На их совместной встрече, Хосок будет просто дрожать от страха. *** Солнце садится за горизонт. На улице темнеет с каждой минутой. И с каждой минутой, Хосока бросает в дрожь. Он боится хлопка двери. Боится этого повелительного и хмурого взгляда. Омега плавно водит карандашом по белому листу. На бумаге виднеется маленький человек, с грустным лицом и держащего в руках розовое сердце. А рядом, ещё один человек. Он угрюмый и раздражительный. В руке у него молоток, что сейчас должен попасть в то самое сердце человечка. Так паршиво осознавать, что рисунок, который ты рисуешь, оказывается правдой. Ведь малыши в первом классе рисуют то, чего нет на этом свете. Делают солнце с огромными лучами, красят траву в красный, возвышают дома в 180 этажей, озаряют лица людей огромнейшей улыбкой и яркими глазами. Они рисуют добро. Но ведь такие рисунки рисуют либо от  неумения в рисовании, либо из-за скуки. Как жаль, что это реальность, которую нельзя потом стереть ластиком. Звонок в дверь. Хосок вздрагивает, роняя альбом с листами. Его ноги стали ватными. Он аккуратно кладет руку на ручку двери и защёлка предательски издает громкий звук. -Здравствуйте, я Пак Чимин, истинный вашего сына - слышится внизу голос альфы. Хосок слегка улыбается. -Хося! Спускайся вниз! Тут Чимин пришел! - Кричит старший омега сыну. Чон закрывает глаза и выходит из своего места укрытия, тут же наступая на первую ступеньку. Виднеется три макушки, что стоят около стола. Ещё пару шагов, как Хо уже стоит на первом этаже. Чимин улыбается. Омега тихо подходит к Паку и крепко обнимает, слыша шёпот на ухо: -Я скучал, котёнок Омега делает смешок в грудь Чимина и вдыхает аромат корицы. Джин улыбается и уходит к столу. Пак садится рядом с омегой. Звонок в дверь Хосок поджимает губы и сжимает кулаки под столом. Страх. Сокджин кивает головой со словами -Сына, иди открой, это наверное Юнги пришел. Омега резко встал и молниеносно пошел к двери. С выдохом открыв дверь, он стал жертвой звериного взгляда хитреца. На лице альфы идиотская недоулыбка. Мин прошел на порог дома и поклонился хозяевам. Чимин рассказывая о себе, отвлёк родителей Чона. Поэтому Юнги, зря момент не терял. -Скучал, сладкий? - Прикусив мочку уха омеги, прошептал альфа. Хосок тихо проскулил, все также сжимая кулаки - Я уверен что да...- продолжил хитрец, проведя рукой по паху омеги. Тот сжал челюсть и развернулся к столу, быстрыми шагами уйдя от Юнги. Мин подошёл к Джину с отцом и пожал руку, будто все что бы до, вообще не было. На Чимина он даже не повел бровью, а лишь кивнул в знак приветствия. Старший омега, просто был в восторге. Альфа садится тоже рядом с Хосоком , по левую сторону. Сокджин положил всем еды и начал разговор. -Юнги, мы тебя не отвлекли? Просто Хосок рассказывал, что ты частно занят - Спросил Джин, отправляя палочку с рисом в рот. -Сегодня меня заменил мой помощник. Поэтому я был рад, что вы пригласили меня - Улыбаясь ответил альфа. Чон лишь скалил зубы. Он просто молился всем богам, чтобы Мин не рассказал о их совместных утехах в кровати. Юнги незаметно положил руку на ляжку омеги и начал поглаживать. Хо начал кусать губы. -Чимин, о чем ты мечтаешь в будущем? - Задал вопрос отец. Альфа сначала подумал о кафе и его продвижении. Но потом, вспомнил Хосока. -Я хочу счастливо жить с Хосоком - Одна фраза разрушившая нервную стену Юнги. Хитрец поднял руку вверх на пах, слегка сжав. Омега выгнулся в спине и как будто ничего не заметил. Возбуждение возрастало все больше. -Хочу видеть прекрасную улыбку Чона каждое утро - Ещё одна фраза, из за которой лицо Хитреца становилось все страшнее и страшнее. Он был просто зол. Взбешён. Сильнее сжимал уже вставший член омеги, который чувствовался через тонкую ткань джинс. -Оу, это так мило - отвечал папа с отцом, следя за речью Пака. Чон держался до последнего. Но не выдержал и внезапно встал из-за стола, ударив кулаком по мебели. -Пап, я пошел за десертом. - Выдал омега и вышел из круга общения. Сокджин удивился, но не стал предавать этому значение. Юнги улыбался и решил рискнуть. -Простите, Сокджин, а где уборная? - Подняв брови вверх, спросил Юнги. Старший омега показал в левую сторону и Мин ушел. Только не в уборную. А на кухню...