Путь лунных дорог

      Всплеск воды. Блесна уходит на глубину, леска режет волну. Я хороший рыбак, я договорился с рекой, и скоро она отдаст мне свою большую, умную рыбу. Я принесу её тебе, крепко держа обеими руками. Ты примешь моё приношение и уважишь её последнее желание – умереть не напрасно.       Уилл стоял по колено в воде и удил. Ганнибал смотрел на него с берега и грелся, разувшись под лучами осеннего солнца и босыми ногами ощущая холодок влажной земли. Удачей было найти место возле реки, удалённое от дороги и любопытных глаз. В доме, скрывавшемся за деревьями, раньше жил охотник, и старый спиннинг, хранившийся в гараже, сейчас помогал подопечному доктора прийти в себя. Ганнибал видел Уилла таким, каким часто себе представлял – сосредоточенным и спокойным, собранным и отрешенным. Вода лизала мелкие камни у берега, тихонько журчала и блестела на свету. Большинство листьев облетело с деревьев, и только у самого берега на рябинах догорали длинные красные язычки и гроздьями свисали яркие ягоды. Много мелких птиц пело и прыгало по ветвям, земля, увядающая трава и корни пахли влагой, цедили прохладу зябких ночей. Ганнибал смотрел на Уилла и понимал, что видит его без игры и притворства, без ножа, без тайного плана, окончившим свою борьбу. Он вновь был спокойным и сосредоточенным, и вода мирно текла вокруг его ног, спрятанных в резиновые сапоги. Леска напряглась, Уилл выждал мгновение и подсёк, ведя упрямую рыбу на мелководье.       Крупный карп с длинными усами оказался на камнях. Лектер оттолкнулся от дерева, служившего ему опорой, и встал у самой кромки воды. Уилл подцепил добычу рогатиной под жабры. Ветка сгибалась под весом рыбы, бившей хвостом. – Какое прекрасное создание, Уилл. Оно борется за жизнь и презирает своих врагов. Уилл поднял на Лектера глаза. Удивительное чувство проникало в него: полный спокойствия взгляд доктора больше никуда не направлял его, только созерцал. Солнечный свет, деревья, шум реки, умелая победа над рыбой… так спокойно ему не было уже очень-очень давно. Но это спокойствие было вместе с тем иного рода. Уилл понял, что возможно он больше не будет просыпаться от кошмарных снов, в давящих стенах одиночества. Он опустил глаза. В воде дрожали отражения двух царственных оленьих фигур, стоявших друг напротив друга, соосных, сплетённых рогами.       Ганнибал шагнул в воду. Ледяная река впилась в лодыжки, и именно это, полное ясности, ощущение было ему сейчас необходимо. Он, взял Уилла за подбородок, вновь ловя его взгляд, помедлил мгновение, словно решая последний вопрос в своей голове, и затем прильнул губами к его губам. Река объединила их, унося в прошлое все сомнения. Она лизала круглые камни, изгибалась в повороте русла, обтекала две пары ног, и смирившийся пятнистый хвост жертвенной рыбы больше не сопротивлялся своей судьбе.