Синий лотос

Шаги очень трудная наука, в которой нужно следить за ногами, переносом центра тяжести и думать о попытке деть руки в нужном положении. И смущала наравне с попытками есть, кусая собственный язык. Хорошо хоть не зубами. Они ещё прорезались и лишь возможно воспалены. Приходилось искать грызунки и терпеть горечь в попытках ослабить эту мучительную боль. А ведь они молочные! И совсем скоро придётся расшатывать и их, в ожидании коренных. Невольно также подкрадываются мысли слишком странные для взрослого человека. Так просто быть маленькой. Незначительной. Никто дважды не посмотрит, если она, Зуко, учидит с первыми шажками в этот мир. Зуко едва слышно шипит. Ползком уходить от нянек многим проще, потому передвижения заканчивались перебежками и ползаньем за понравившейся вещичкой назло этим курицам. Вот и ваза с плюющим пламенем дракон, мигая золотой чешуёй. Какая же прелесть. Зуко возбуждено взвизгивает, склонив вазу ещё ближе. Перебирая толстыми пальчиками можно нащупать интересную фактуру узора на спинке и морде этого величественного существа. Красивого, что руки так и чесались повторить. Возможно визг её и выдал, раз одна из этих курочек перехватывает предмет изучение, сурово хмурит брови и уносит прочь. Нет, такая красивая ваза и без неё. Девушка... девочка заливается громкими слезами. У неё украли её прелесть. Её дракончика, у которого столько всего интересного, что он мог рассказать, изучив краски, форму, линии и углы... Но вместо этого неразборчивая речь женщины, что наказывает её за естественное любопытство. Когда же она что-то била? Вот именно, никогда! Но кого это интересует? Точно не эту наседку. Зуко недовольно хрипит и сопит под нотации столь суровой женщины. Унизительно. Но с её разумом определённо случился казус, что подстраивается под окружающий мир и физический возраст. Что-то странное, на чём она старается не зацикливается в стремлении изучить и понять мир огня. Оно кошмарное... Во взрослом возрасте пугающие под пытливым взглядом принца Огня Озая, что ждал от дочери неведомых высот. Принцесса же Урса представляло создание нежное и далекое. Приторное. Эти люди ужасные родители, что разрывали собственную дочь кардинально противоположными взглядами на мир. И этого, кроме взрослой "я" Зуко никто не понимает, значит и помощи следует ждать лишь от себя. Нянюшка разомкнула цепкие объятия и принцесса с недовольным писком уселась на одну из подушек. Время детского завтрака. Одна из самых отвратительных периодов времени за целый день, исключая обед, полдник и ужин в компании недовольных супругов, гордо именуемых себя родителями. Один тесный и ужасающий в своих масштабах плен. Не для тела. Разума. Досадно иметь маленькое тельце, с маленькими ручками и такими же непослушными ножками. Особенно в стремлении побыстрее усвоить урок ходьбы, бега и прыжков. Досадные мышцы, что дрожали после многочисленных попыток сделать первые шаги. Зуко остаётся лишь сердито пыхтеть и чуть слышно рычать, когда колени подгибаются, отказываясь держать тело больше минуты. Нет, она прекрасно осознаёт, что скоро, достаточно скоро она перерастёт и станет значительно крепче... Да, но это столько времени, что следовало бы тратить на тренировки время. Что мешало дружное умиление нянек и их пустые разговоры с ней. Нет никакой возможности быть лучше от рук, что несли её в неведомые дали, не давая ей ступить и лишнего шага. Мать также не отличалась от них и тем же нежным голосом вторглась в нежное и нужное личное пространство. Личное пространство, что у детей не бывает или же весьма условно если подумать погодя. Но её уже достали руки, что держат её тельце или же ткань, мешающая её движениям. Отец же Зуко нервировал, ведь в отличии от попыток проявить нежность к дочери, мужчина проявлял негативные стороны с редкими проблесками симпатии. Кнут и пряник во всей красе с попытками привязать любовь собственной ребёнка через жестокость. Через возможность манипулировать, без возможности понять другой жизни. Потому Зуко жалела всё то, что было бы с тем, другим ребёнком, что мог бы познать этот мир и попытками заслужить принятие этого отвратительного мужчины. Айро же, её дядя, был достаточно мил и внимателен к её персоне. Чем-то напоминая её бабушку с дедушкой в прошлой жизни, он дарил ей столько любви, сколько мог. Чем несказанно радовал. Вот он, образец хорошего родителя. Он не любил просто потому что так надо, любил не жёстко с редкими проявлениями симпатии. Нет, его любовь была щедрой. Разве что чувство юмора казалось немного жестче привычного и бесконечного потока чая с улыбчивым сыном поле него. ... Чудный сын, прекрасный, внимательный и любящий. Чисто идеальный принц из сказок. Он любит играть, он проявляет интеллекта вокруг неё больше других, позволяя играться кистями и многообразием красок для её высочества. Не все вели с ней так же, как он. Они едва ли не считали её существом неразумным. Потому очередной побег в поисках неведомых красот неведомой культуры. Она ребёнок. И это можно изменить лишь прошедшими годами, обучении... Если конечно подобное общество не считает женщин ущербными, а детей многим младше тебя глупыми. Тогда ей с ним не по пути. Слишком сильно она оценивала собственную значимость и насильственное принижение общества кажется дикостью после "современного примера свобод"... Удручающая мысль, что Зуко невольно нахмурилась и резко ударилась лбом об пол. Тело, это досадное тело очень сильно её расстраивало. Двинуть ни влево ни вправо без возможных падений не вдохновляло. А потому она лишь горько плачет, потирая лоб. Нянюшка, что отстала от неё после многих манёвров, от которых малышка билась почти об каждый угол испуганно подбежала к принцессе, что заливалась слезами с редкими плывущими искрами гнева. Нет, с этим точно нужно делать что-то значительней внезапных побегов. И внимательность прокачать следует тоже. Хорошее же зрение, в отличии от её посаженного в прошлом, почти ястреб. Это плюс. То, что её любой проходимец может унести в пещеру страданий именуемая детской комнатой её высочества Зуко минус. Её послушание к взрослым и обязательно примерным поведением так же минус, даже если практически невозможно с её стороны. А ей очень хочется изучать магию огня. Она такая горячая, важная и нужная для множества невероятных идей. Экспериментов. Кто бы не пытался? Но она в очередной раз ребёнок, что может устроить хаос своими искрами и пожарами. Даже стоит очень неправильно и стихия проснулась не как у всех детей. -Жизнь моя жестянка. - с противным детским лепетом, едва выговаривает принцесса на ином языке, неизвестный этому миру и послушно терпит лечение. Очень... Очень странная жизнь с редкими возможностями. Скорее бы ей вырасти.