Отблеск призрачной любви

Глава

25

Новая семья.

Ты знаешь, так хочется жить! Наслаждаться восходом багряным. Жить, чтобы просто любить Всех тех, кто живёт со мной рядом. Ты знаешь, так хочется жить! Просыпаться с тобой на рассвете. Взять, и чай заварить, Пока ещё спят все на свете. Ты знаешь, так хочется жить! Даже в миг, когда жизнь задавила. Подняться и всем объявить: «Я вернулся! Любовь, — моя сила!» Когда Патрик вышел из портала, к нему тут же кинулись Джон, Джек и Роберт. Старики с беспокойством крутили своего мальчика в разные стороны, осматривая на предмет каких-либо повреждений, хотя прекрасно знали, что их, по сути, быть не должно. Посмеиваясь, граф терпеливо позволил им убедиться, что с ним всё в порядке. Он никак не мог истребить в них страх за себя. Сколько раз им приходилось смывать кровь с его растерзанного любвеобильным супругом тела и бледнеть от ужаса, когда их глазам открывались следы жестоких побоев, синяки, глубокие царапины, укусы, ожоги. А иногда и сломанные конечности. Будто он побывал в лапах дикого зверя. Всё это навсегда запечатлелось в их памяти, и даже то, что Патрик обладал даром самоизлечения, никак не могло унять их постоянной тревоги за него. Когда старики успокоились, он по очереди обнял их, расцеловав каждого в обе щёки. А вокруг них радостно скакал Роберт, ожидая своей доли внимания. Граф не заставил себя долго ждать, и прижал юношу к груди, ласково погладив по спине. И тут же до него донёсся тихий рык. Он повернул голову, и едва не расхохотался. Поодаль стоял Дэмиан, сверля их ревнивым взглядом. Но эта ревность не была обидной. В ней не было недоверия, подозрительности или гнева. Патрик это чувствовал. Просто Дэмиан не хочет потерять хотя бы каплю внимания к себе. Не желает делить его ни с кем. Эгоистично? Да! Приятно? О, да-а-а… Лишь бы это не перешло в паранойю. Почему- то у сильных мужчин быстро просыпается инстинкт собственника, а из него и рождается ревность. Страшное чувство, очерняющее душу. Когда из глубины вылезает нечто злобное, тёмное, мстительное. Когда ярость затмевает разум. Нет, нет! Дэмиан не такой! Однако, его обнимашки с Робертом смотрелись как-то двусмысленно. Ведь со стороны они выглядели ровесниками. Тут можно домыслить всё, что угодно. Особенно, если ты человек новый и никого ещё не знаешь. Это надо быстренько исправить. -Мой принц, — улыбаясь, сказал граф, — позвольте вам представить моего приёмного сына и наследника. Виконт Роберт Коултер. А это мои названные дедушки, Джон и Джек. -Рад познакомиться, — с облегчением выдохнув, проговорил Дэмиан. Братья с достоинством склонили головы. -Благодарим, Ваше Высочество, — выступил вперёд Роберт и изящно поклонился, соблюдая правила этикета, — за то, что вы приняли участие в спасении моего отца. Он покосился на Патрика, и тот одобрительно кивнул. -Чтож, торжественную часть по обмену любезностями объявляю закрытой, — рассмеялся граф.- Пора домой. До бала осталось не так уж много времени.- И тут Дэмиан заметил, как на лицо его мальчика набежала тень, а в глазах мелькнула тревога.- Да и на ужин не стоит опаздывать, а то Агнесс будет недовольна. Принц невольно задумался, что бы это могло значить. Все тепло распрощались со старостой Киреем и его сыном Вилли. В подарок те получили повозку с провиантом, тканями, коврами, тёплыми одеялами, постельным бельём и прочим конфискованным у контрабандистов добром. От лошадей мужчина отказался. -Это ж боевые кони, — замахал он руками.- Куда они нам. Не в плуг же их запрягать! А вот луки со стрелами и ножи пригодятся. На охоту ходить. -О, этого добра навалом, — хохотнул Жан, указывая на вторую повозку, забитую оружием.- Идите и выбирайте всё, что вам нужно. Довольные подарками, отец с сыном скрылись в портале, на прощанье помахав руками. -Осенью приезжайте на новоселье, — донёсся голос старосты и проход схлопнулся. -А теперь домой, — воскликнул граф. -По коням! — крикнул принц. Патрик открыл проход, и сделал знак Дэмиану возглавить обоз. Рядом с ним поехали Марк и Роберт. Следом двигалась карета принца Урбана, внутри которой, на бархатных подушках расположились Элла, крошка Лили и несколько девочек, державших на руках малышей. Жан правил лошадьми, а рядом с ним пристроился Ричи. За каретой следовали повозки с детьми и трофеями. Воины принца Дэмиана сопровождали табун гвардейских скакунов. Вышколенные оказались животинки. Их не надо было ни подгонять, ни понукать. Они спокойно шли стройным рядом, как на параде. Замыкали шествие отряды Жако и Конрада. Выйдя из портала, они оказались на ухоженной липовой аллее. Густая листва над головой дарила приятную прохладу. Из-за жары деревья зацвели раньше срока, и вокруг разливался сладковато-нежный аромат. Принц глубоко вздохнул и улыбнулся. Как же хорошо! Ещё толком ничего не видя, он уже знал, что будет поражён и восхищён замком Патрика. А как же может быть иначе? Для такой редчайшей жемчужины и обрамление должно быть соответствующим. Аллея закончилась у широкой бурной реки, через которую был перекинут разводной мост. С двух сторон возвышались столбы, украшенные тонкой резьбой. Вершины каждого венчали фигуры горных орлов со слегка распахнутыми крыльями. Эти пернатые хищники были, как живые, и, казалось, вот-вот взлетят. А опаловые глаза строго смотрели на приезжих. Створы моста были подняты, и принц, натянув поводья, поднялся на стременах и взмахнул рукой, давая отмашку. Обоз остановился и замер в ожидании хозяина. А Дэмиан, с любопытством окинув взглядом открывшуюся панораму, едва не задохнулся от восторга. Всё было гораздо великолепней, чем ему представлялось. На фоне величественных гор с заснеженными пиками возвышался сказочный замок из белого камня. Изящные шпили с развевающимися флагами, широкие мозаичные окна, сверкающие в лучах солнца всеми цветами радуги, невольно вызывали в душе чувство вечного праздника. Полукруглые балконы, увитые яркими вьюнками, крытые галереи, мостики с ажурными перилами, перекинутые от башни к башне, всё было красиво и гармонично. Замок казался воздушным, невесомым и каким-то приветливым, что ли. От него веяло теплом и уютом. Никакой помпезности, холодной роскоши, вычурности. Настоящий дом, в котором хочется жить и любить. Это чувство не оставляло Дэмиана, пока он любовался прелестным замком. Сердце замирало от предвкушения счастья, которое он непременно обретёт в этих стенах рядом со своим сокровищем, и от благодарности за шанс на это нежданное счастье. Нахлынувшая мощной волной любовь, заставила сердце Дэмиана затрепетать, забиться, словно готовясь выскочить из груди и упасть к маленьким ножкам прекрасного графа. Жизнь играла яркими красками, наполняя её смыслом. Спасибо тебе, душа моя, за то, что ты есть! С трудом вырвавшись из сладких грёз, принц осмотрел окрестности живописной долины, в которой везде, куда доставал взгляд, стояли уютные двухэтажные дома, крытые черепицей. Открытые террасы были увиты какими-то растениями, из густой листвы которых виднелись яркие бутоны, готовые вот-вот распуститься. В застеклённых… О, Небеса! ЗАСТЕКЛЁННЫХ окнах, украшенных резными наличниками, отражались солнечные лучи. Извилистые дорожки, мощёные светлым камнем и обрамлённые аккуратно подстриженными кустами, разбегались в разные стороны. И вся эта пасторальная красота утопала в море цветущих садов. Перед замком, на центральной площади, выложенной мозаичными плитами, окружённой забавными клумбами в виде рыбок и лавочками с гнутыми спинками, находился огромный бассейн с фонтаном, низвергавшим ввысь прозрачные струи воды. И в этом водоёме, под присмотром нескольких женщин, весело плескалась малышня. Их задорные вопли доносились даже сквозь грохот бурной реки. Эта картина навевала почти забытые детские воспоминания, когда мир вокруг ещё казался полным беззаботного счастья. Дэмиан вздохнул и грустно улыбнулся… Патрик, на своём белоснежном жеребце, пролетел вдоль колонны, остановился рядом с Дэмианом и замер, прижав ладонь к учащённо бьющемуся сердцу. Дома! Наконец-то, он дома. Как же он соскучился! Твёрдой рукой сдержав коня, нетерпеливо перебиравшего копытами, граф Велейский полной грудью вдохнул свежий горный воздух, такой сладкий, такой щемяще родной. Прошло всего-то около суток, как он помчался на помощь погорельцам, а казалось, что прошла целая вечность. Столько событий за такое короткое время! А ведь он мог и не вернуться сюда. Если бы не все эти благородные и отважные люди, пришедшие ему на помощь… Нет! Он никогда не забудет своих спасителей. Каждый из них будет вознаграждён. Для начала, капрала Выгу, пока они прощались, Патрик через рукопожатие наградил отменным здоровьем и долгими годами жизни. Тем же способом одарил и старосту Кирея. Немного смешно было смотреть, каким молодым козликом тот скакнул в портал. Счастья вам, друзья мои! А теперь всё! Жажда возмездия за погубленные детские жизни и разрушенные судьбы, так долго терзавшая душу, утолена. Его война окончена. Скоро он станет супругом самого потрясающего мужчины на свете. Оставив позади мрачные тени прошлого, Патрик всем сердцем отдастся счастливому будущему. На этот раз он не ошибётся. Вот только мысли о предстоящем бале скручивались внутри в неприятный комок. Граф посмотрел на Дэмиана, восторженный и слегка ошеломлённый взгляд которого говорил о многом. Принцу явно нравилось то, что он видел. В его глазах сияло чистое, немного наивное восхищение, будто он окунулся в волшебную сказку. «Да, мой принц! Ты попал в сказку, но счастье в ней будет реальным. Это я тебе обещаю.» Патрик оглянулся на обоз. Люди спокойно стояли, словно понимая, что ему надо придти в себя, отдышаться. Наверное, думают, что после таких подвигов, которые он сегодня совершил, у него не осталось сил. Ха-ха! Да в нём энергия бурлит, как эта река. И всё благодаря сероглазому воину и нежданной любви, которая обрушилась, как лавина, растопив заледеневшее сердце и оживив умершую душу. Да, любовь иногда творит чудеса! Граф не стал томить народ, особенно детей. По сравнению с ним, все они были вымотаны событиями этого длинного дня. Он взмахнул рукой, глаза крылатых стражей вспыхнули, и створы моста стали медленно опускаться, при этом не издавая никакого шума. Не было слышно ни скрипа каких-либо механизмов, ни лязга цепей, как это обычно бывает. Такого Дэмиан никогда не видел. -Это ещё одно чудо, сотворённое нашим магом, — сквозь шум волн строптивой реки прокричал Марк ошарашенному принцу.- В целях безопасности мы настояли на возведении зачарованного моста, который подчиняется только доверенным лицам. Теперь на территорию поместья ни один чужак не проникнет. Ведь Патрик такой доверчивый, когда речь идёт о помощи страждущим. Раньше двери замка всегда были открыты для посетителей. Бывало, когда к нему обращались, приглашал в дом каждого. Днём ли, ночью ли, без разницы. А ведь всякое могло случится! Принц Урбан не единственный, кто жаждал обладать «Ледяным Цветком». -А что, были прецеденты? — нахмурился Дэмиан. -Ещё бы! Желающих было хоть отбавляй. Кто только не пробирался к нему под видом больного. О нём мечтали все, кто хоть раз видел его. Сватались, клялись в вечной любви, умоляли, даже грозили. Бросали золото и драгоценные каменья к ногам. Однако, постепенно вынуждены были смириться с тем, что граф Велейский абсолютно неприступен. И мало кто из этих озабоченных вертопрахов понимал, что за ледяной маской надменного красавца скрывается не пустоголовое, капризное создание, а Личность. До сих пор на балах по нему втихомолку вздыхают, не спускают жадных взоров, слюни пускают, но опасаются подкатывать с различного рода предложениями. Не сразу, но до них дошло, что на роль красивой игрушки он не годится. Слишком гордый, холодный, своенравный. И опасный в гневе. Одним взглядом ставит на место зарвавшихся поклонников. Эти неудачники и прозвали его «Ледяным Цветком». А кто знает Патрика со времён войны, относятся к нему с огромным уважением. Гордятся тем, что сражались рядом с ним, плечом к плечу. Этот маленький герой спас тысячи и тысячи жизней, и, не побоюсь этих слов, способствовал изменению хода войны. На поле боя граф в полной мере использовал свои необычайные способности, действуя жёстко и беспощадно. Эргадцы боялись его, как чумы… -Господин Марк, — прервал излияния мужчины принц, и в его голосе послышались ревнивые нотки, — а ведь вы любите Патрика. У вас глаза блестят, когда вы о нём говорите. Марк добродушно рассмеялся. -Конечно, люблю! А как можно не любить это очаровательное создание! Я проникся к нему всей душой с первого взгляда, как только познакомился с ним семь лет назад. Он был таким милым, наивным, доверчивым ребёнком. Да… Когда мой сын погиб на войне, мне казалось, что умер и я. Но Патрик вдохнул в меня жизнь и искренним состраданием зарубцевал кровоточащую рану в моём сердце. Дал понять, что я не одинок, принял в свою семью, как родного. Как же мне не любить его?! А ещё я им очень горжусь! Как отец может гордиться своим сыном. -Простите, — сконфуженно пробормотал Дэмиан.- Я плохо ориентируюсь в ваших внутренних отношениях. Но эти объятия, поцелуи, это панибратство кажутся мне чрезмерными. Всё-таки он граф. -Разберётесь, Ваше Высочество, — улыбнулся мужчина.- Знайте только одно. Патрик для нас, как луч солнца. Его обожают и почитают все без исключения. Жители поместья относятся к нему не как к своему господину, а как к другу, покровителю, защитнику. Он создал свой идеальный мир, в который я, честно говоря, сначала не поверил. Но, прожив здесь полгода, понял, что у него всё получилось. Люди, покорённые его обаянием, добротой и искренней заботой, прониклись к нему любовью и доверием. Он стал центром их мира. Чтобы заслужить его уважение, они учились быть лучше, добрее, честнее.- Марк засмеялся.- Один старик сказал мне как-то, что для них самым страшным наказанием было увидеть боль и разочарование в глазах их «маленького принца». Выражение его милого лица делалось таким растерянным и беспомощным, что всех охватывало раскаяние и жгучий стыд, будто они несправедливо обидели ребёнка. И жители старались изо всех сил сделать так, чтобы чудесные глаза Патрика всегда светились гордостью за них. Постепенно они забыли, что такое зависть, дрязги, сплетни… Графу удалось объединит людей общей целью, и за пять лет разорённое войной поместье превратилось в процветающий край, где каждый житель чувствует себя нужным, защищённым. Ради благоденствия, счастливого будущего своих детей они трудятся с полной отдачей. Кто-то скажет, что это утопия, что так не бывает. Но факт остаётся фактом. Все мы, жители этого чудесного поместья, стали единым организмом, а наше сердце — граф Велейский. Ну, вы и сами скоро всё поймёте… И, да, чуть не забыл! Прислушайтесь к моему совету, Ваше Высочество. Не выказывайте открыто свою ревность. Никогда! Для Патрика это весьма болезненно. Не надо его расстраивать. -Это как-то связано с его прошлым? Марк вздохнул и отвернулся, пожав плечами. -Он обещал мне что-то рассказать. — Значит, поверил в искренность ваших чувств и доверяет вам. Никогда, слышите, никогда я не видел у него таких сияющих глаз… Мальчик влюбился, и мы все рады за него. Он достоин счастья. Так не обманите его надежд. -Ни за что! — Дэмиан серьёзно посмотрел на мужчину.- Патрик дорог мне, как сама жизнь, и я положил её к его ногам. Он мой свет, моя душа, моё дыхание. Драгоценный подарок судьбы! — Принц смущённо кашлянул. Не привык он так откровенно говорить о своих чувствах. Да и не перед кем ему было изливаться. Да и чувств таких он никогда ни к кому не испытывал. Но Марк нравился ему своей спокойной мудростью. Нравился Жан своим неистребимым оптимизмом. Роберт, — своей юношеской порывистостью и искренней привязанностью к Патрику. Понравились ему и братья, Джон и Джек. Он видел, с какой заботой и нежностью все они относятся к графу. Ну, точно, как наседки. Вот перед ними всеми не стыдно было бы открыть своё сердце. Ого! Кажется, он уже чувствует себя причастным к этой странной семейке. И от этого на душе становилось тепло. До слёз тепло и радостно. -Но, простите, я прервал вас, — сказал Дэмиан, с трудом выходя из задумчивости.- Вы говорили о поклонниках Патрика. Но если здешние аристократы больше не претендуют на благосклонность графа, это значит, что опасность идёт из других стран? Как в случае с Урбаном? -Совершенно верно! — Марк понимающе улыбнулся, словно прочитал его мысли.- Молва о прекрасном целителе растёт, как снежный ком. Кто только не оббивал порог замка! И все желали только одного, — завладеть этим редчайшим сокровищем. Наивные! Если Патрик чего-то не хочет, никто не в силах его заставить. С его-то магической силой! Поэтому вылетали отсюда вместе со своими дарами. Наконец, всем нам, в том числе и графу, надоело это паломничество. Теперь пробраться на территорию поместья нет никакой возможности. Мост всегда поднят, а через реку, сами видите, не переплыть. Она служит естественной преградой от всяких незваных гостей. Нечего тут шастать всем кому не лень. Когда в доме такая драгоценность, о законах гостеприимства можно и забыть. Однако у Патрика обширные торговые связи, поэтому для купцов построили постоялый двор, чуть в стороне от дороги. Раньше там был пустырь. А для страждущих возвели трёхэтажную гостиницу. Ведь за помощью едут не только со всех концов нашего королевства, но и из других государств. И Патрик каждый день, естественно в сопровождении охраны, посещает больных, а отсюда они уезжают, сами понимаете, абсолютно здоровыми. -Неужели он не понимает, что всем помочь невозможно. Нельзя объять необъятное. -Но он к этому стремится, — хохотнул Марк.- А если вы хотите сохранить с ним тёплые отношения, то ни в чём ему не препятствуйте. Помогать людям, — его предназначение. Вам надо это осознать и принять. Тем временем мост опустился, и Патрик тронул поводья. Конь ступил на мост, и его копыта гулко зацокали по деревянному настилу. Все неспешно двинулись следом. Дэмиан, с интересом разглядывая кованные чугунные перила с тонким цветочным орнаментом, поражался искусству мастера. От созерцания этой удивительной красоты его отвлёк шум, почти полностью перекрывший грохот бурного течения реки. И тут он понял, что всё, о чём ему рассказывал Марк — истинная правда. Им навстречу с громкими криками бежали орава детей и толпа народу, в основном мужчины. Все приветственно махали руками и радостно смеялись. Граф Велейский в ответ смущённо улыбался и кивал, прижимая руку к груди. Их окружили со всех сторон, и в сопровождении этого почётного караула обоз продолжил движение. Они съехали с моста на выложенную каменными плитами широкую дорогу, ведущую к замку. И там пространство вокруг было заполнено людьми. Все улыбались и почтительно кланялись. Зрелые девахи стреляли глазками на незнакомых светловолосых всадников и хихикали, перешёптываясь между собой. Дэмиан оглянулся на своих солдат, ставших центром их внимания, не замечая, что большинство жарких взоров было обращено именно на него, и насмешливо хмыкнул. Те, как по команде, выпрямились, забыв об усталости, расправили плечи, выгнули грудь дугой. Ну, прямо, женихи на смотринах! А почему бы и нет? Вон какие невесты! Кто захочет мирной жизни, вполне могут найти здесь своё счастье. Принц будет этому только рад. Сколько можно проливать свою и чужую кровь?! Наконец, они подъехали к замку и спешились. Лошадей тут же увели шустрые подростки. Площадь заполнилась народом. Наверное, здесь собрались все жители деревни. На беломраморных ступенях графа и его гостей встречал высокий солидный мужчина. Он с достоинством, без всякого раболепия, поклонился. -С возвращением, Ваша Светлость, — почтительно сказал он, а в его глазах Дэмиан уловил медленно тающую тревогу.- Что-то вы подзадержались. Мы ожидали вас ещё вчера. Уже волноваться начали. -Это староста Арон, — шепнул Марк.- Кстати, он отец Жана. Не успел Патрик ничего ответить, как в дверях появилась красивая женщина средних лет, державшая за руку золоволосого мальчугана лет шести, с огромными зелёными глазами. -Наша домоправительница Агнесс и её сын Эмиль, — поспешил проинформировать принца мужчина, а потом в его голосе прозвучала добродушная ирония.- С ней вам надо в первую очередь подружиться. А мальчонка, увидев Патрика, радостно завопил, стремглав сбежал вниз по лестнице, и, легко подпрыгнув, повис у него на шее. -Па! Па! — укоризненно залепетал он.- Я ведь предупреждал тебя. А ты не послушал. Говорил же, не ходи на зов, а ты пошёл. Ну, что мне с тобой делать, а? -Не сердись, мой птенчик, — отвечал Патрик, нежно целуя ребёнка.- Я виноват! Прости! Теперь я всегда буду тебя слушаться. Обещаю! Пока эта парочка ворковала, Дэмиан не спускал с них ошарашенного взгляда. Кто этот очаровательный малыш? Почему у него такие знакомые черты лица? Точёные, совершенные. Эти соболиные брови и трепетные ресницы. Эта фарфоровая хрупкость, это изящество и грация в каждом жесте. А родинка! Игривая, кокетливая родинка в уголке розовых губ. И этот неповторимый тёплый свет во взоре. Подобное сияние он видел только в одних глазах, самых прекрасных и самых любимых. Что это?.. Наваждение какое-то! Нет, парнишка не может быть сыном этой простой женщины. -Эмиль обладает даром предсказателя, — прервал его размышления Марк, загадочно усмехаясь.- Он предупреждал Патрика об опасности, но когда речь идёт о спасении чьей-то жизни, у него полностью отключается инстинкт самосохранения. Вот и в этот раз помчался на зов якобы раненого ребёнка, да попался в ловушку. Дэмиан лишь скорбно покачал головой. Ну как граф может быть таким доверчивым, зная, что на него идёт охота озабоченных поклонников. Надеется на свою магию? Но против хорошего удара по голове любая магия бессильна. А там только и останется, что покрепче связать за спиной руки, и всё. И ты беспомощен, как котёнок. Ведь руки Патрика являются проводниками его магической энергии, его оружием, его инструментом. Люди, которые устроили похищение, прекрасно об этом знали… Но что потрясло принца больше всего, это явление огромного рыжего мужика, напористо пробиравшегося сквозь толпу. Этот лохматый великан смотрелся настолько колоритно, что только жёсткое воспитание не позволило Дэмиану разинуть рот, как какому-то простолюдину. -А ну, расступись, народ, — громогласно заявила эта ходячая гора, поводя могучими плечами.- Дайте-ка и мне поприветствовать нашего графа. Люди со смехом прыснули в разные стороны, а богатырь в два шага оказался возле Патрика, без всяких усилий подхватил его на руки вместе с Эмилем и слегка подбросил вверх. Оба восторженно пискнули и захохотали. -Привет, конфетка! — пробасил мужик, аккуратно ставя графа на ступеньку лестницы, рядом с Агнесс.- Прости, маленький, что не встретил. В кузне заработался. Хорошо, мальчишки сообщили о твоём возвращении. -Я тоже рад тебя видеть, дружище, — сказал граф, встав на цыпочки и хлопнув рыжего по плечу.- Над новым заказом трудишься? -Да уже почти доделал. Чутка осталось… -Это Питер, наш кузнец и муж Агнесс, — поспешил доложить Марк, широко улыбаясь.- Очень искусный мастер. Он не куёт, а творит шедевры. -Значит, это отец Эмиля, — подумал Дэмиан.- Ничего общего! Что-то здесь не так.- А вслух спросил.- Он всегда такой… э-э-э… порывистый? -Всегда! — хохотнул мужчина.- Питер чудесный, добрый человек и верный друг… Вот теперь вы знаете всех членов нашей семьи. А так народ встречает нашего графа, когда он уезжает по делам на день-два. Не любят они его долгого отсутствия. Очень за него переживают. А Дэмиана опять одолели сомнения. Он никак не мог опомниться от всего увиденного. Это было выше его понимания. Патрика встречали не вышколенные слуги, как это положено в аристократических домах, а не пойми кто. Члены семьи?! Но между этими людьми нет кровного родства, однако они ведут себя раскованно и без должного почтения. Обыкновенная домоправительница запросто прижимает к себе ГРАФА и что-то строго ему выговаривает, а он покорно её слушает, понурив голову. Что это такое?! На глазах у всех простой кузнец осмеливается таскать его на руках и называет «маленьким» и «Конфеткой». Какая непозволительная фамильярность! А Эмиль, по сути сын прислуги, нахально бросается на шею своему господину, зовёт его по имени, да ещё сокращённо и на «ты», будто имеет на это право. Непостижимо! Да за такое поведение его бы в детстве угостили розгами… Во, Роберт, виконт, наследник огромного поместья, кружит этого озорника, а тот обнимает его за шею и хохочет во всё горло, дрыгая маленькими ножками. И все умильно лыбятся, довольные и счастливые. А Патрик не спускает сияющих глаз с малыша. Принц задумался. Либо он чего-то не понимает, либо за этим что-то кроется. Какая-то тайна… Тем временем Агнесс, выпустив немного помятого графа из своих крепких объятий, с интересом посмотрела на Дэмиана. И её по-матерински тёплый, ласковый взгляд проник в самую душу, подобно весеннему потоку вымывая всё ненужное, наносное, пустое, ставшее вдруг таким неважным. Действительно, какая разница, как ведут себя близкие люди. Главное, они искренне любят друг друга. А ведь это самое ценное! -Ой, — спохватился Патрик, порывисто кидаясь к возлюбленному и сжимая тонкими пальчиками его руку. — Познакомься, ма. Это принц Дэмиан Итландский и… -Жених Па, — завопил Эмиль, радостно прыгая и хлопая в ладошки.- Я говорил ещё зимой, вспомните: «существуют души, настроенные на одну волну. Как звёзды в бесконечности вселенной они блуждают сотнями дорог, чтоб встретиться однажды непременно, но лишь тогда, когда наступит срок». Па, наконец, встретил свою звезду! Они будут жить долго-долго и очень счастливо. Я так рад! — и звонкий смех малыша колокольчиком разнёсся над площадью. Толпа ахнула. По ней, как шум прибоя, пронеслись слова ребёнка, передаваемые из уст в уста. А потом раздались крики, слившиеся в единый ликующий хор. Люди смеялись и плакали, обнимались и пожимали друг другу руки. Дэмиан видел радостные лица, глаза, полные слёз счастья, сияющие улыбки, до него доносилось многоголосое: «Свадьба! Свадьба! Свадьба!», и его сердце вдруг радостно забилось. И он почувствовал свою принадлежность к этому чудесному месту, к этому дому, к этим потрясающим в своей искренности людям. Его приняли! Он свой! Прочь этикет, прочь эти светские условности, которые вдалбливают с детства строгие учителя. Здесь он может быть самим собой. Это почти как на посиделках у дружеского костра со своими соратниками, со своими братьями по оружию. Когда нет ни рангов, ни званий, когда все равны, и ты можешь говорить о чём угодно, шутить и смеяться, чувствуя себя свободно, легко и комфортно. Сейчас он понял, как ошибался. Ведь эти люди так и живут. Открыто, без притворства, фальшивых улыбок, лицемерия… -Добро пожаловать в семью, сынок, — услышал он голос женщины, и опомнился, и встряхнулся, жадно впитывая в себя её одобрительный и горделивый взгляд. Было видно, что выбор Патрика ей понравился. У принца защипало в глазах, и он низко опустил голову, едва сдерживая готовые пролиться слёзы. Агнесс смотрела на растерявшегося красавца и улыбалась. А вокруг неё, доказывая истинное единение, стояли Роберт с Эмилем на руках, Жан, Марк, Джон и Джек, староста Арон. И так же тепло смотрели на него, и так же искренне улыбались. И Дэмиан всей душой поверил, что эти люди станут его семьёй. Люди, давно знающие друг друга. Люди, которые никогда не предадут. Люди, умеющие ЛЮБИТЬ! А скоро и он войдёт в их круг, потому что щедрая судьба свела его с самым прекрасным созданием на свете. -Добро пожаловать домой, мой принц, — тихо добавил граф Велейский, сверкая своими колдовскими глазами. И его одухотворённые черты в этот момент дышали мягкой нежностью. Дэмиан заметил, что такого выражения лица удостаиваются только те, кто по-настоящему дорог Патрику. Их не так уж много. И он, принц-бастард, входит в этот круг избранных… А Патрик, глубоко вздохнув, вернулся к насущным проблемам. Он поднял руку, призывая народ к тишине и коротко объяснил, указывая на повозки, из которых выглядывали любопытные мордашки, что дети, которых привёзли сюда, перенесли много горя и страданий. Что они сироты, и нуждаются в заботе и участии. Зная о доброте и отзывчивости селян, вещал граф, он уверен, что никто из них не останется равнодушным к судьбе несчастных, обездоленных ребятишек. -Заранее благодарю за помощь, — добавил Патрик, низко кланяясь. И, взяв Дэмиана за руку, увлёк его вверх по лестнице.- Теперь я спокоен за детей. Сострадание — одно из самых лучших достоинств жителей нашей деревни. Ни один ребёнок не останется без внимания. А моя дорогая Агнесс за этим проследит. В доказательство слов Патрика, до принца донёсся спокойный голос женщины. С поразительной скоростью и поистине хозяйской хваткой, Агнесс сориентировалась в обстановке. Когда жители взволнованно стали спрашивать у неё, чем они могут помочь несчастным сироткам, она попросила их взять детей в свои дома, чтобы они могли поесть и отдохнуть. И люди с энтузиазмом ринулись к повозкам, помогая ребятишкам выбираться наружу. -Когда вернёмся с бала, — произнеся это слово, Патрик поморщился, будто съел лимон, — соберём общий сход и решим вопросы по размещению детей. Уверен, многие захотят взять в семью хотя бы одного ребёнка. У нас нет и никогда не будет сирот. А Дэмиан, не сводя обожающего взгляда с любимого, лишь молча кивал, соглашаясь с каждым его словом. Всё правильно! Он не приказал, не потребовал. Он попросил! Так просят друзей о помощи. Так просят людей, знающих не понаслышке, что такое сострадание. Да, Патрик пользуется своим чарующим обаянием, чтобы достичь определённой цели. Но это происходит непроизвольно. Не ради корысти, не из хитрости, или лукавого притворства. Это получается интуитивно, по зову сердца, которое не приемлет равнодушия к чужой беде. И люди, покорённые этим обаянием, всей душой открываются навстречу. Дэмиан видел, что ради благодарной улыбки прекрасного графа они готовы на всё. Даже его суровые воины, которых ни чем не удивишь, ни чем не растрогаешь, смотрят на Патрика чуть ли не щенячьими глазами. С умилением и восторженной преданностью. И только более проницательные люди понимали, что под воздушно-легкомысленной внешностью юного прелестника скрывается характер сильного, решительного, умного человека. Ведь сплотить вокруг себя столько верных людей дано единицам. Это талант от Богов. Если б не его предназначение быть целителем, из него получился бы великий правитель. Вот такой бесценный подарок судьбы ему достался! Тем временем Жан помог Элле выйти из кареты, подхватил на руки Лили, сделал Ричи знак идти рядом, и стал подниматься по лестнице за Патриком и Дэмианом. Марк, Роберт, так и не спустивший Эмиля с рук, Джон, Джек и староста Арон потянулись следом. На пороге граф вдруг остановился, и что-то шепнул Жану. Тот понимающе кивнул, передал Лили в руки Арону и поскакал вниз. Вскоре он вернулся в сопровождении Жако и Конрада. -Сегодня, капрал, вы не отвертитесь от приглашения разделить с нами трапезу, — сказал Патрик.- И вы, Конрад, с этого дня имеете право сидеть за нашим семейным столом. И это пока самая малость того, чем я могу отблагодарить вас за своё спасение. Знаете, мне очень дорога моя жизнь, особенно теперь, поэтому это только начало. И не вздумайте возражать. За всё в этой жизни воздаётся! За благородство и верность, за подлость и низость. За всё! Прошу в наш дом, друзья. Эти двери всегда открыты для вас. А за своих воинов не беспокойтесь. Их не оставят без внимания. Смущённые словами графа, мужчины неуверенно затоптались на месте, но тот, подхватив их под руки, увлёк за собой. И никто, кроме Дэмиана, на заметил, как с пальчиков целителя потянулись золотистые нити. Вот и основная благодарность, усмехнулся принц, видя, что слегка ссутулившиеся от усталости спины мужчин распрямляются, а походка становится лёгкой и упругой. -Это честь для нас, Ваше Сиятельство, — бормотал Жако, поводя плечами. -Это честь для меня, сидеть за одним столом с героями, — возразил Патрик. В холле их встретили молодые девушки и парни, и быстро развели гостей по комнатам, чтобы те могли привести себя в порядок. Дэмиана в покои проводил сам граф. Распахнув перед ним белую дверь, украшенную цветочным орнаментом, Патрик пропустил принца вперёд, а сам остановился на пороге. -Ужин подадут к восьми, — улыбаясь, сказал он.- Думаю, часа тебе хватит на принятие ванны и небольшой отдых. Мужчина молча склонил голову в знак согласия, а Патрик, воспользовавшись этим, быстро чмокнул его в щёку, положив ладошки на могучую грудь своего принца, и, лукаво хихикнув, ускакал в противоположный конец коридора. Дэмиан какое-то время постоял, прижав руку к месту поцелуя и мечтательно прикрыв глаза, потом встряхнулся и с любопытством стал осматриваться. Покои состояли из гостиной, спальни, гардеробной и туалетной комнаты. Интерьер помещений был выдержан в тёмно-синих, с перламутровым отливом, тонах. От этого казалось, что стены, шёлковая обивка мебели, атласное одеяло на широкой кровати покрыты лёгкой изморозью. Всё было лаконично и по-мужски сдержанно. После ярких солнечных лучей и раскалённой зноем улицы, здесь было немного сумрачно и прохладно. Вся обстановка дарила покой и отдохновение. Дэмиан стянул с себя одежду и сладко потянулся, играя мышцами. Пройдя в туалетную комнату, он только сейчас заметил, что огромная ванна уже наполнена водой. На низком диванчике стояла его седельная сумка, а рядом была аккуратно разложена запасная одежда без единой складочки, словно её только что выгладили. Дэмиан смущённо хмыкнул. Не привык он к такой заботе, но благодарность откликнулась в душе приятным теплом. Немного понежась в тёплой, душистой воде, принц тщательно вымылся и, обернувшись огромным мягким полотенцем, подошёл к зеркалу. Откинув влажную ткань, он протянул руку за одеждой и вдруг замер, уставившись на своё отражение. Его мускулистое, стройное тело поражало чистой, гладкой кожей с оттенком золотистого загара. От застарелых рубцов и шрамов не осталось и следа. Дэмиан покачал головой. Вот же маленький хитрец! Приведя себя в порядок, все, кроме Эллы и детей, которых уложили спать, напоив свежим молоком с пирогами, собрались за большим столом. Когда мужчины утолили голод, Агнесс строго посмотрела на Патрика. -Ну, а теперь расскажи-ка, сынок, куда ты опять вляпался. Зная твой неугомонный характер, можно предположить всё, что угодно. Где ты набрал столько детей, а? И откуда эти обозы с добром. Вы кого-то ограбили? Кто-то из присутствующих закашлялся, скрывая смех, другие сдавленно хихикали, а Жан откровенно гоготал, утирая слёзы. Патрик показал ему кулак, и виновато посмотрел на Агнесс. -А чего я-то, ма, — жалостливо заканючил он, скрывая под ресницами искрящиеся в глазах смешинки.- И, вообще, некогда мне. Вот! Нам надо к десяти быть в королевском дворце. А времени на сборы осталось совсем мало. Пусть Жан расскажет обо всём… э-э-э, когда мы уедем. Жан поперхнулся вином и свирепо посмотрел на ехидно ухмылявшегося друга. -Вывернулся, хитрец, — улыбнулась женщина, с обожанием глядя на Патрика.- Ладно, всё равно своё получишь… э-э-э, когда вернёшься. Тут уже не сдержался никто, огласив столовую громким хохотом. Дэмиан, поддавшись общему веселью, тоже смеялся, не спуская влюблённых глаз с лукаво-невинной мордашки своего несравненного графа. Ему было так хорошо и уютно в компании этих людей, как никогда и ни с кем прежде. Принц не чувствовал ни неловкости, ни скованности, которые иногда бывают в компании чужаков. Царящая за столом атмосфера общей доброжелательности, непринуждённых отношений, безобидного подтрунивания друг над другом расслабляла, даря ощущение причастности к этой удивительной семье. Когда все успокоились, Патрик медленно поднялся. -Извините, друзья мои, но я вынужден вас покинуть, — серьёзным тоном сказал он.- Нам с принцем Дэмианом надо кое-что обсудить. Мужчины притихли, сразу поняв, о чём пойдёт речь. Все заметили, что в глазах их маленького графа застыли неуверенность и какая-то тоскливая обречённость. Они видели, каких трудов ему стоит перешагнуть через свою недоверчивость, но он мужественно решил открыть принцу свою душу. И доказать, что между любящими сердцами не должно быть никаких тайн. Агнесс прижала руку к груди, с беспокойством взирая на своего любимца. Она понимала, что, раз Патрик привёл в дом своего избранника, значит искренне любит его. Но как тот отнесётся к тому, что узнает о прошлом графа? Сейчас Дэмиан смотрит на него, как на божество, идеальное в своей безупречной чистоте и невинности, и даже не подозревает, через какую грязь пришлось пройти этому прекрасному созданию. Не превратится ли его слепое обожание в презрительную жалость? Всё-таки он принц чужой страны, где свои обычаи, законы и порядки. Тем не менее, Патрик настроен рассказать Дэмиану всю правду о себе. Агнесс чувствовала своим материнским сердцем, как страшно их мальчику. Как нелегко будет обнажить душу перед дорогим ему человеком. Но лгать и изворачиваться граф не хотел, да и не умел. А если любовь настоящая, она пройдёт через любые испытания. Если же нет, тогда зачем такая любовь. Однако, её женская интуиция подсказывала, что всё будет хорошо. Она видела, с какой нежностью Дэмиан смотрит на Патрика. Он покорён не только красотой их мальчика, но и его открытым сердцем и чистой, светлой душой. Принц умный, проницательный человек. Не какой-то легкомысленный паркетный шаркун, а воин, прошедший суровую школу жизни. Его трудно обмануть внешним лоском, за которым часто скрывается пустота. Нет и нет! Такую любовь ничто не может разрушить. Она будет ещё сильнее, ещё преданнее, потому что её скрепит полное, безоглядное доверие. Молодые люди вышли в холл. Патрик открыл внутренний портал, и они оказались в Западной башне. Заходящее солнце купало последние лучи в бурлящей реке, окрашивая брызги воды во все цвета радуги. Они ярко сверкали и переливались, словно драгоценные каменья. Зрелище было настолько красивым, волшебным, завораживающим, что Дэмиан застыл на месте, широко распахнув глаза. -Нравится? — тихо спросил граф.- Я часто прихожу сюда, особенно, если душу одолевают тоска или грусть. Закат солнца, как ни странно, рождает во мне надежду на счастье и придаёт сил, потому что, любуясь этой красотой, я каждый раз осознаю, что тьма не вечна, что завтра непременно будет рассвет, который развеет все печали, что жизнь продолжается… Патрик слегка вздрогнул, почувствовав тёплые ладони на своих плечах. Он запрокинул голову, коснувшись затылком мощной груди, и замер, глядя в серебристо-серые глаза склонившегося над ним принца. Юный маг ласково провёл ладошкой по гладкой щеке любимого, а тот обвил его талию сильными руками и осторожно прижал к себе, уткнувшись носом в белоснежные волосы и глубоко вдыхая их неповторимый аромат. -Необычные мысли бродят в твоей прелестной головке, — прошептал Дэмиан.- Но соглашусь с тобой. В этом есть что-то правильное, жизнеутверждающее. Я ведь сегодня испытал нечто подобное, когда после долгой ночи, в которой жил все эти годы, вдруг увидел своё Солнце. Увидел тебя, мой свет! Жизнь моя, счастье моё. Я буду жить ради тебя, для тебя. Потому что люблю до сердечной боли, и сделаю всё, чтобы ты забыл свои тревоги и печали. Ты мне веришь? И он развернул Патрика лицом к себе, накрыл его губы своими губами, застонал от их нежной сладости, едва не задохнулся от восторга, почувствовав, как в ответ они раскрываются, словно лепестки, и жадно впился в них, впитывая в себя нектар лёгкого дыхания. Этот почти невинный поцелуй заставил их забыть обо всём на свете. Тело к телу, сердце к сердцу, душа к душе. Они слились в невероятно мощном порыве чувств, которые вознесли их на вершину полного единения. В голове стоял туман, а горячая молодая кровь набатом била в виски. Их глаза сияли, как звёзды. Они не могли оторваться друг на друга… Первым опомнился граф. Слегка отстранился, набрал воздух в лёгкие, и облизнул зацелованные губы. Дэмиан недовольно рыкнул, жадно следя за розовым язычком и мечтая взять в плен этот юркий соблазн, чтобы насладиться его влажной прелестью. Но шанс был упущен. Патрик уже отвернулся и поправил волосы слегка дрожащими пальчиками. -У нас мало времени, мой принц, а мне ещё нужно кое-что рассказать тебе, — медленно, будто оттягивая неприятный момент, проговорил граф.- Я бы отложил этот разговор, если б не сегодняшний приём в честь помолвки твоей сестры. -Не понимаю, — удивился Дэмиан.- Какая связь между приёмом и нами? -Самая прямая, — граф замолчал, собираясь с мыслями. Как же ему хотелось послать в Бездну этот бал! Там, наверняка, будет Эдгар. Уж он не упустит возможности попортить Патрику нервы. Это в лучшем случае. О другом даже страшно подумать. Ведь предсказал когда-то Эмиль, что «злой дядька придёт за ним». Похоже, это сбывается. Бывший супруг точно что-то задумал. Поэтому Дэмиан должен узнать о прошлом своего избранника, чтобы быть готовым к любым неприятным сюрпризам. Но как тяжело ворошить то, о чём так хотелось забыть навсегда. И граф малодушно подумал, а что, если кратко, не вдаваясь в подробности, рассказать о своём неудачном браке и побеге от мужа. Ну, вроде как не сошлись характерами. Но тут же отмёл эту мысль. Ему не хотелось, чтобы принц посчитал его легкомысленным, избалованным мальчишкой, который подвержен глупым капризам. И тайну происхождения Эмиля придётся раскрыть, поскольку Дэмиан уже догадался, что малыш не сын Агнесс и Питера. О, Боги! Какой же вывод тут напрашивается? Что юный супруг таким бесчестным образом за что-то отомстил мужу. Мало того, что сбежал, так ещё скрыл свою беременность. А несчастный отец до сих пор не знает, что у него есть ребёнок. И принц, в силу мужской солидарности, может ещё посочувствовать ему. Нет-нет-нет! Патрик совсем не желал, чтобы любимый человек так плохо думал о нём. И чтобы этого не случилось, придётся рассказать всю правду. Но как же стыдно! Граф обнял себя за плечи и содрогнулся, как от озноба. Снова пройти через позор, грязь, унижения. Снова почувствовать себя жалкой, беспомощной жертвой звериной похоти садиста. Фантомная боль в некогда раздробленных пальцах отозвалась мучительной судорогой, от которой потемнело в глазах. Онемевшие руки бессильно упали вдоль тела. Что же делать? Как поступить? Встретив Дэмиана, граф думал, что ступил на порог новой жизни. Светлой, чистой, полной любви и доверия. Да! Именно доверия! Так почему же он сейчас сомневается в своём принце? Потому что боится увидеть в его глазах оскорбительную жалость? Нет, только не это! Патрик совсем запутался. Давно у него не было такой мешанины в мозгах. С тех самых пор, как «любящий» супруг лишился возможности испытывать на прочность предметы интерьера его головой. Граф горько усмехнулся. Этот монстр снова попытается испортить ему жизнь, не смотря на данную клятву. У него нет ничего святого. Тем более, что он зол на бывшего супруга и за побег, и за постыдную правду о королевском «благородном» семействе, которую открыл ему Патрик, тем самым поглумившись над ним и унизив его гордыню. Эдгар точно захочет взять реванш. Он ничего не забывает и не прощает… Дэмиан терпеливо ждал, когда Патрик вынырнет из глубокой задумчивости. С чуткостью, присущей только истинно любящим, он видел, что граф пребывает в каком-то смятении. Что-то терзает его. То ли застарелая боль, то ли страх. Что же так пугает его отважного котёнка? Нежность, сочувствие, желание укрыть в своих объятиях это хрупкое создание, ставшее для него таким родным, охватило принца с неодолимой силой. -Ничего не бойся, — прошептал он, сильными ладонями огладив поникшие плечи любимого.- Я смогу защитить тебя от любой беды. Граф резко развернулся и пристально посмотрел в серые глаза, излучающие теплоту, преданность и твёрдую уверенность в своих силах. И ему стало стыдно, что он позволил себе усомниться в этом человеке. Мужественный, благородный, отважный воин не предаст, не отступит, не отвернётся, какую бы правду он сейчас не услышал. На сердце стало легко и радостно. Все тревоги и страхи развеялись, как утренний туман. Патрик, звонко рассмеявшись, повис на шее своего принца и прошептал ему на ухо: «Знаешь, мне так хочется жить, чтобы любить тебя вечно». Продолжение следует. **************************************************************