Dangerous road

Тэхён старательно вёл карандашом по бумаге, даже не думая о том, что рисует. Он словно смотрел сквозь лист, не вглядываясь в очертания изображения. Рука двигалась, и линии сами появлялись. Чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей, Тэхён рисовал, забившись в какой-нибудь угол или на любимой скамейке с пышными кустами (вот как сейчас), где его никто не мог увидеть. До сих пор не мог. Тэхён знал, что он сейчас смотрит на него, но виду не подавал, хотя в душе разразилась настоящая буря. Всё внутри словно было не на месте, а сердце не давало покоя. Тэхён переживал за брата, чье лицо до сих пор в синяках и ссадинах. Оказывается, Чонгук мог сотворить и с Тэхёном такое, если бы захотел. Но тогда он не желал развивать конфликт с Намджуном, поэтому не сломал пальцы его младшему брату. Я не настолько глуп, чтобы ломать пальцы брату Намджуна. На самом деле, он мог это сделать спокойно, и никто бы ему ничего не сделал (хотя Тэхён не отрицает, что львы попытались бы), потому что с ними тягаться – себе дороже. Чёрные драконы превосходят львов по численности и, скажем, спектру деятельности… К тому же они потеряли деньги за наркоту, так и не получив её. То есть они оказались в проигрыше вдвойне. Естественно, Чон был зол и мог выбить дурь из любого, даже из брата Намджуна. Но не сделал этого. Почему? «Можешь мне не верить, но я не хотел причинить тебе боль». «Такое больше не повторится». Повторилось. Тэхёну снова больно. Из-за брата. Ведь Намджун просто пытался его защитить. Пусть Чонгук не первым начал, но он мог бы не отвечать на удар. Он мог бы не разукрашивать лицо его брату. Он знал, что Намджун был не в себе, что тот попрёт до конца, но не остановился. Неужели Чонгук не понимал, что, избив брата Тэхёна, он не произведёт лучшего впечатления? О чём он вообще думал? Тэхён зол. И прежде всего на себя. Несмотря на то, что Чонгук избил Намджуна, он снова не возненавидел его. Робкое сердце все ещё трепетало при виде него. Оно все еще рвалось к Чонгуку. Каждый раз, когда Тэхён устремлял свой взгляд на лицо Намджуна, и всё начинало закипать от ярости, да такой, что ему хотелось прикончить Чонгука своими руками, сердце начинало болеть и умолять простить его. Как бы Тэхён не старался, но вырвать Чонгука из своих мыслей он не мог. Чувство безысходности и загнанности держали в силках. Тэхён в ловушке. В ловушке Чонгука, который сейчас смотрит на него с другой стороны от парадной лестницы учебного заведения. Он сидит на мотоцикле и мнёт в руках кожаные перчатки. И Шуга рядом на своем байке залипает в телефон, ухмыляясь. Может, с кем-то переписывается? Черт его знает. Прошла уже целая неделя, и лицо Намджуна почти пришло в норму: отёки спали, ссадины начали затягиваться, но всё равно они продолжали напоминать Тэхёну о том, кто такой Чонгук. Намджун, увидев Тэхёна, который появился из ниоткуда и кинулся защищать его, почти не удивился, потому что знает своего младшего брата. Когда Тэхён вцепился в куртку Чонгука, он понял, что эти двое ещё через многое пройдут, и это уже не остановить. Процесс пошёл, столкновение было неизбежно. Только сам Тэхён не знал пока об этом. Всё, чем он занимался — это самобичеванием, пытаясь при этом заставить себя ненавидеть Чонгука (хотя ни хрена у него не выходило). Тэхён после учебного дня сразу отправлялся в «Золотую гриву» и сидел как можно дольше с братом и его друзьями. Он чувствовал на себе вину и не знал, как искупить её. Намджун видел, как его брат страдает, и старался как можно больше приободрять его и себя, конечно, ведь он не меньше чувствовал себя виноватым: проигрыш на гонках сильно ударил по нему. Он был уверен в своей победе, но Чонгук стал лучше, чем был раньше. Пять лет назад этот парнишка только учился управлять мотоциклом, сейчас же ему нет равных… Прошло каких-то пять лет, а кажется, что вечность. Чонгук хоть и имел лицо мальчика, но взгляд и аура, что окружала его, делали из него опасного и непредсказуемого мужчину. Тэхён думал, что Чонгук снова начнёт приставать к нему в университете, но, на удивление, он держался в стороне. У него же всего месяц, чтобы доказать Намджуну, что Тэхён не захочет уйти от него. Хотя с другой стороны, может, это такая тактика? Он надеется переждать бурю, а потом начать действовать? Вообще ничего не понятно. Сколько бы Тэхён не ломал голову, он не приходил к окончательному ответу. И почему он так смотрит? Будто дыру хочет в нем прожечь. Он даст ему спокойно порисовать или нет? Тэхён снова кинул взгляд в его сторону и сразу отвёл, так как тот продолжал пялиться. Да сколько можно, Чон Чонгук?! Тэхён сжал карандаш и принялся ещё яростнее водить им по бумаге. — Тэхён-оппа! Тэхён вздрогнул, сразу же закрыл альбом и поднял голову. Сверху вниз на него смотрели милая девушка с ярко-розовыми щеками и долговязый парень. — Привет, Чживон, Сынхо! — Тэхён расплылся в своей фирменной прямоугольной улыбке. — Мы тут решили собраться с ребятами в клуб, пойдёшь с нами? — сразу перешёл к делу Сынхо. — Из нашей группы все идут? — медленно спросил Тэхён. — Немногие, — призналась Чживон. — Но мы подумали, что, может, ты захочешь с нами? — Я… подумаю. — Если что, пиши в общий чат, — сказала Чживон, — с нами будут две машины, если наберутся люди. Тебе не придется добираться одному. — Хорошо, спасибо, — Тэхён кивнул, продолжая улыбаться. — До скорого! — улыбнулась в ответ Чживон и пошла дальше вместе с Сынхо на хвосте. Тэхён неосознанно скосил глаза в сторону Чонгука и Юнги, но там их уже не было. Остались только мотоциклы. Тэхён выдохнул и открыл альбом на странице с неоконченным рисунком. Оттуда на него смотрел Чонгук. Он, как всегда, ничего не упустил: вот маленький шрам на щеке, милые родинки — одна на носу, другая под губой, по три кольца в каждом ухе и космос в глазах.

***

Выходные наступили быстро, и Тэхён всё-таки ответил согласием на приглашение в клуб. Причин было несколько: во-первых, ему надо развеяться, иначе он просто сойдёт с ума, во-вторых, Чимин на этих выходных остался со своей бабушкой, которая в последнее время чувствовала себя неважно, в-третьих, он молодой и красивый парень, и почему бы просто не сходить куда-нибудь для разнообразия? Пусть Тэхён любит рисовать, но вечно торчать дома не хотелось, поэтому… «Намджун меня убьет», — подумал Тэхён, когда к остановке, где он стоял, подъехала машина, и оттуда высунулась веселая рожа Сынхо. Ким уже раз сто успел пожалеть, что вообще решился на подобное. Обычно на тусовки он ходил с Чимином, Джей-Хоупом и Джинёном. Сейчас он почувствовал себя подростком, которому захотелось приключений на свою голову (ведь у него их и так мало). Тэхёну бы помахать ребятам и свалить на хер, оттуда, но вместо этого он попрощался с рассудком. И видимо еще в тот момент, когда натянул обтягивающие джинсы и белую футболку с большим вырезом. Сверху он надел свою кожанку, дабы не сдохнуть от холода сеульских ночей. — Запрыгивай, Тэхён! — дверца машины услужливо открылась. А может домой, в кроватку? «Поздно, — отрезал внутренний голос, — надо было раньше думать. Иди уж, а там будь что будет».

***

Машина остановилась недалеко от здания с неоново-фиолетовой стрелочкой, которая торчала на углу и указывала на пространство меж двух кирпичных сооружений. Вывесок и надписей было много, но эта стрелочка явно говорила о том, что за поворотом что-то спрятано. Например, клуб. Рядом стояло много машин и… мотоциклов (очень странно, не правда ли?). Тэхёну стало не по себе. Внутренний голос будто бы пытался предупредить о чём-то. Пока Тэхён пытался разобраться в своих мыслях, его одногруппники начали выходить из машины. В неё уместилось пятеро человек: две девушки и три парня. Ребята из второй машины прибыли чуть раньше, пока Сынхо забирал Тэхёна с остановки. Судя по всему, они уже внутри. — Идём, Тэхён-и, - сказала Чживон, нагнувшись к открытому окну переднего пассажирского сидения. Ярко накрашенные губы девушки блестели при свете неоновых вывесок, длинные сережки покачивались в такт движения головы, а коктейльное платье девушки причудливо переливалось. Тэхёну показалось в этом что-то эстетичное. Хотелось взять свой альбом с карандашами, который остался дома, и приступить к работе. Но девушка так нарядилась явно не для того, чтобы вызвать у Тэхёна чувство возвышенного и прекрасного. Невинная улыбка, которая часто появлялась в стенах университета, заменилась на соблазнительную, заманчивую, словно она говорила, что Тэхён теперь в ловушке. В ловушке… Пытаясь отогнать от себя наваждение, он аккуратно открыл дверь, чтобы Чживон могла отойти в сторону и дать ему выйти. Тэхён заметил, что несколько девушек в коротких юбках завернули за угол, куда показывала фиолетовая стрелка. Значит, и правда туда. «Пространство меж зданий оказалось не таким уж узким», — подумал Тэхён, последовав за своими однокурсниками и завернув в ту же сторону, что и девушки до них. Перед глазами снова возникла фиолетовая стрелка, указывающая на дверь, около которой стояли двое высоких охранников с лицами потенциальных убийц. Сынхо показал руку с браслетом, и те кивнули, пропуская его вперед. Чживон дала Тэхёну такой же браслет. Пока они ехали, ему сказали, что друг Сынхо дал им эти браслеты, чтобы они могли пройти мимо этих гигантов. На вопрос "зачем?" они ответили, что это элитный клуб, и туда кого попало не пускают. А так как друг Сынхо доверяет ему, он решил выдать несколько пропусков, чтобы тот привел своих друзей и хорошо провёл время. Для элитного клуба это какое-то сомнительное место, да и здания не новые, но слова Чживон звучали довольно убедительно, поэтому Тэхён постарался немного расслабиться. Когда он тоже показал свой браслет и прошел через чёрную железную дверь, приглушённый бит музыки едва доносился из кромешно-тёмного коридора со светодиодными лентами на полу, которые вели к другой двери, которую Сынхо открыл, и вот тогда громкая музыка захватила их с волной, загоняя в помещение. Вау. Клуб действительно выглядел элитным. Чживон не преувеличивала. Перед ними открылся вид на огромный зал с высоким потолком, на котором висели прожекторы, освещая танцевальную площадку, столики с диванчиками и барные стойки, стоящие в нескольких местах. Световые лучи разных цветов, преимущественно красных и зеленых, скользили по людям, которые вовсю танцевали, полностью отдавшись музыке. Иногда тела озарялись пульсирующими яркими вспышками света. Пол, стены и винтовые лестницы, которые находились по бокам от входа и вели на второй этаж, также отсвечивали мягким сиянием. Балкон огибал все верхнее пространство так, что можно было подняться по одной лестнице пройтись вдоль парапета и спуститься уже по другой. На парапете была закреплена световая установка в виде фиолетовой надписи «Treasury». Тэхён только хотел приглядеться к людям на втором этаже, как рядом раздался голос, который пытался перекричать музыку. — Давайте для начала что-нибудь выпьем? Все закивали и двинулись вглубь зала, пробираясь через извивающиеся тела. Они прошли мимо ближайших барных стоек, так как те были заняты, но вот одна из них, что стояла ближе к площадке с воспроизводящими устройствами и установкой с микшерным пультом, над которым работал диджей, была свободна. Диджей тоже вовсю танцевал, словно одержимый, и Тэхёну показалось это забавным. Лицо невозможно было разглядеть из-за маски и накинутого на голову капюшона, словно он не хотел раскрывать свою личность. — Дайте нам, пожалуйста, два джин-тоника и две текилы, — сказал Сынхо высокому бармену в черной бандане, затем спросил у Тэхёна: — а ты, что будешь? — У вас есть просто сок? — спросил Тэхён у бармена, и тот кивнул. — Дайте мне любой. — Ты не будешь пить? – спросил удивлённо однокурсник Хобин. — Тем лучше, — улыбнулся Сынхо, — кто-то же должен будет нас отвезти. — Да, и это ты, — сказала Чживон Сынхо, прислонившись к его плечу, - машина-то твоя. Не скидывай все на него. Бармен начал жонглировать шейкерами, и Тэхён завороженно уставился на него, затем он начал расставлять бокалы и готовить перед ними напитки. — Подождите, пожалуйста, сейчас я налью вам, — когда Тэхён кивнул и улыбнулся, бармен спросил: – Вас же зовут Тэхён, я правильно услышал? — Да, — он насторожился, но всё же кивнул, ведь Сынхо называл его по имени перед барменом. Но почему он спрашивает? Тот отвернулся, доставая из шкафчика из тёмного дерева какую-то бутылочку и бокал, затем развернулся уже с полным стаканом оранжевой жидкости и розовой трубочкой. — Не подумайте, — бармен слегка улыбнулся и, нагнувшись к Тэхёну, сказал, — просто сегодня пришёл важный человек по имени Тэхён, поэтому в его честь мы не принимаем плату с людей с таким именем. В смысле? Что за акция такая? Звучит, как полная чушь. Бармен встретил недоверчивый взгляд Тэхена, и рассмеялся. — Просто наслаждайтесь, — он поставил сок перед Тэхёном и пошёл ко второму бармену, который принимал заказ у других клиентов. — Что он тебе сказал? — спросила Чживон. — Ничего такого, — Тэхён криво улыбнулся, ведь ему было неловко принимать бесплатный напиток, даже если это просто сок. — Тэхён, давай ты выпьешь с нами? — сказала вторая девушка по имени Мина. — Мы же ходили вместе с Чимином, и ты тогда пил. Почему же теперь отказываешься? Тут Тэхён начал краснеть, чувствуя себя настоящим трусом. Он помнил, как пару раз уже ходил с однокурсниками на тусовки, которые чаще всего проводились у кого-то дома. Но это было дома и рядом был Чимин. Ему не хотелось признаваться, что без друга он чувствует себя неуютно. — Да, выпей с нами! — Хобин широко улыбнулся. — Тебе нечего опасаться. Мы будем рядом. Последняя фраза всё-таки заставила Тэхёна усомниться в своих необъяснимых страхах. Они ведь будут рядом? Они хорошие ребята, так почему бы и нет? Тэхён повернул голову к бармену, который снова подошел к ним. — Мне то же, что и им, — сказал Тэхён, и ребята протянули долгое «е-е-е», одобряя его выбор. Вместе они сделали несколько заходов, затем решив, что если они не остановятся сейчас, то до танцпола не дойдут. Чживон потянула Тэхёна за руку, чтобы он съехал с хокера и встал на ноги. Голова закружилась, и ему захотелось рассмеяться от чувства лёгкости и приятной неги в теле. Его повели к толпе танцующих, и он с радостью окунулся в неё. Он закрыл глаза и начал двигаться, особо не задумываясь над своими движениями. Просто позволил ритму управлять телом, а мыслям унестись прочь. Заиграла знакомая мелодия, которая в последнее время стала довольно популярной.

"Кто-то скажет, что я правильный, а кто-то, что плохой, Я не буду об этом париться, Почему бы тебе не сделать то же самое? Ну что?"

Тэхён улыбнулся, ведь она ему нравилась. Слова подбадривали его, просили расслабиться, отключиться от внешнего мира, что он и сделал.

"В каждом вздохе прячется беспокойство, Ты и так всё знаешь, На середине пути, когда ты захочешь сдаться, Крикни громче Ну и что, что, что?"

Чживон танцевала рядом, потряхивая своей шевелюрой и иногда задевая Тэхёна кончиками волос. Маленькие ловкие пальчики касались его рук, плеч, затем опускались по груди к торсу. Девушка буквально липла к парню, который, кажется, ничего не замечал. Постепенно на Тэхёна начало накатывать странное чувство, которое выталкивало его из мира ощущений и прикосновений. Он открыл глаза. За ним кто-то следил. Об этом кричало его второе «я» (хоть он и пьян, но не настолько, чтобы не чувствовать опасность). Но кто? Глаза Тэхёна начали бегать по окружающим его людям, но все они даже не смотрели в его сторону и продолжали двигаться в такт музыки. Чживон непонятно куда исчезла, но это не особо было важно для него. Что-то заставило его поднять взгляд вверх… Он стоял на балконе, облокотившись на парапет, и покачивал в руке небольшой стакан. Чёрная рубашка была закатана выше локтя, а пуговицы расстёгнуты на груди. Эбонитовые глаза словно сканировали уверенные, энергичные движения Тэхёна, которые постепенно начали замедляться, пока он окончательно не остановился. Дыхание сбилось, и вдруг стало очень жарко. На красивом лице не дрогнул ни один мускул, несмотря на то, что его поймали за подглядыванием, только глаза насмешливо сузились, словно проверяя Тэхёна на выдержку. И он проиграл битву взглядов, опустив голову. Сердце, словно пойманная птица в клетке, билось, вызывая боль в груди. О, Боже, это он. Дыши. Дыши. Приди в себя, Ким Тэхён! Он снова поднял голову, но Чонгука на месте уже не было. Куда он исчез? Песня сменилась, и световых вспышек появилось больше. Тэхён невольно бросил взгляд на диджея и едва не подавился собственной слюной. Юнги собственной персоной уже без маски говорил что-то парню с дредами, который медленно кивал. Внутренний голос замолчал, оставив растерянного Тэхёна лихорадочно озираться по сторонам. Краем глаза он заметил Джексона, сжимающего Чживон в своих объятьях, при этом что-то заговорщицки шепча на ушко, затем ещё знакомого дракона, второго, третьего. Тэхёна начало мутить. Чонгук заманил его сюда! В этом нет сомнений. Тот самый друг Сынхо случайно не Чон Чонгук? Гнев забурлил в крови, и Тэхён решительно направился к лестнице, чтобы подняться на второй этаж. Он этому Чонгуку сейчас устроит! Кем он себя возомнил, чёрт возьми? Решил теперь поиграть с ним? Еще один охранник у лестницы ростом под два метра пропустил его, даже не взглянув, словно Тэхён постоянно так делал. Оказавшись на балконе, он огляделся. Местами висели хрустальные спиральные конструкции, которые ловили лучи прожекторов, переливались, отсвечивая красивые узоры на лице парня. Чуть дальше стояли столики с чёрными кожаными диванами, где устроились более взрослые и состоятельные люди. Одежда так и кричала о дороговизне, а самодовольные улыбки только подтверждали это. Шикарные девушки в коротких платьях сверкали недешёвыми украшениями и соблазнительными взглядами. Тэхён однозначно привлек к себе внимание, и девушки, которые стояли к нему ближе всех, кидали на него жадные взгляды, словно он был самый лакомый кусочек в клубе. Несколько из них призывно улыбнулись Тэхёну, но он отвернулся от них, ища глазами другого человека. И вот на другой стороне, он всё-таки заметил знакомую фигуру. Пока Тэхён искал его, он наблюдал за ним, как хищник наблюдает за жертвой, которая вот-вот окажется в его лапах. Чонгук залпом выпил остатки жидкости в стакане и скрылся в тёмном проеме, что вёл в какой-то коридор. Тэхён последовал за ним, не обращая внимание на окружающих. Он не мог заметить Джина в углу дивана, который с улыбкой провожал его взглядом. Дракон знал, что делал сейчас Чонгук и не мог не улыбнуться ещё шире. Вот и попался львёнок в лапы чёрного дракона. Тэхён зашел в коридор и заметил, что сбоку в нескольких местах стояли стеклянные двери с затемнённой поверхностью. Все они были закрыты. Краем уха он уловил ещё одну знакомую песню. Она была в плейлисте на его телефоне.

"Shine on, diamond, Don't make me wait another day, Cause passion is passion, You know it just as well as me..."

Он пошёл дальше. Дрожь начала охватывать тело Тэхёна, как бы он не старался проигнорировать её.

"Now, let's stop running from love, Running from love, Let's stop, my baby, Let's stop running from us, Running from us, Let's stop, my baby…"

Тэхён увидел, что одна дверь все же оказалась открыта. Он зашёл внутрь, перед глазами появился длинный столик, на котором стояла бутылка, рядом ведро со льдом и два бокала.

"Oh, my, my, my! I die every night with you, Oh, my, my, my! Living for your every move,"

Дверь сзади почти незаметно закрылась, но Тэхён, уловив сквозь песню посторонний звук, похожий на щелчок, обернулся. Чонгук стоял, прислонившись к стене запрокинутой головой и наблюдая за ним из-под опущенных ресниц. Во рту резко все пересохло, весь запал пропал.

"Spark up, buzz cut, I got my tongue between your teeth"

Тэхён замер, выпрямив спину. Всё внутри словно натянулось, но если Чонгук сделает хоть шаг, он сломается и просто позорно сползет на пол. Тэхён был пьян, хоть и не так сильно, но настолько, что мог вычудить что угодно. Например, кинуться на шею Чонгука и признаться ему в любви.

"Go slow, no, no, go fast, You like it just as much as me".

На краю сознания Тэхён подумал, что песня подходит под ситуацию и, может, она не просто так включилась именно сейчас. А может, это все бредни пьяного парня, и он просто слишком много думает. Чонгук отлепился от стены и приблизился к застывшему Тэхёну. Тонкий аромат дорогого парфюма заполнил легкие, и парень невольно втянул его ещё больше. — Рад тебя видеть, — вкрадчиво произнес Чонгук. — Н-не могу с-сказать то же самое, — еле выдавил Тэхён. — Брось, — Чонгук обошёл его, пройдя к стеклянному столику. — Давай лучше выпьем и поговорим. — Нет, спасибо, я и так пьян. Чонгук бросил лёд в стаканы, открыл бутылку, наполнил каждый на одну четверть и один протянул Тэхёну. — Это лучшее виски со льдом, просто попробуй. Тэхён в очередной раз не стал спорить и принял напиток из рук Чонгука. Сделав глоток, он тут же поморщился. Послышался добродушный смешок, и Тэхён с удивлением воззрился на Чонгука, который с потаённым удовольствием в глазах наблюдал за ним. — Кажется, я получил ожог всех органов. — Тебе кажется, — Чонгук сел на диван и похлопал по месту рядом с собой. — Иди сюда. Тэхён вытаращился на него, фыркнув. — Зачем? — Похоже я буду постоянно слышать от тебя этот вопрос. — А ты упорно искать со мной встречи, — парировал Тэхён, поставив недопитый виски на столик. — Сынхо сказал, что его друг дал ему браслеты и пригласил в этот клуб. Ты случайно не его друг? — Нет, — ответил Чонгук, — один из моих парней общается с ним. — О, то есть я здесь чисто случайно оказался? И ты тут ни при чём? — с деланным удивлением протянул Тэхён. — Почему же? — Чонгук откинулся на спинку дивана, не отрывая взгляда от Тэхёна. — Я поспособствовал тому, чтобы мой человек выдал несколько браслетов, а не один, и попросил пригласить тебя. Правда, я удивлён, что это сработало. — Почему же? — Потому что губастый не отходит от тебя ни на шаг, а это стало бы проблемой, ведь я хотел поговорить с тобой. Но! Все сложилось как нельзя лучше: ты здесь. — Значит, ты не отрицаешь, что заманил меня сюда, напоил бесплатной выпивкой и хочешь поговорить, пока я не в трезвом состоянии? Чонгук поднялся и подошёл к нему сзади, и тот сразу же насторожился. — Не отрицаю, — тёплое дыхание коснулось шеи, и Тэхён, крупно вздрогнув, развернулся. — Прекрати. — Прекратить что? — взгляд Чонгука поменялся, когда он опустился на губы Тэхёна. — Ты пользуешься тем, что я не трезв, — обиженно протянул Тэхён. — Был бы ты так пьян, то не мыслил столь здраво, — Чонгук снова посмотрел ему в глаза. У Тэхёна вырвался нервный смешок. — Грязно играешь, Чонгук, — он покачал головой, — и ты это знаешь лучше, чем я. — Каков есть, — ответил тот, — иначе ты бы не разговаривал сейчас со мной. — Ты прав, — согласился Тэхён, — я бы не стал с тобой разговаривать. А знаешь почему? — и не дожидаясь ответа, добавил: — Потому что ты избил моего брата. — Он первым начал. — Но ты мог это остановить. — Твой брат сделал из меня злодея, Тэхён, — глаза Чонгука потемнели, — хотя сам не лучше. Мы с ним ничем друг от друга не отличаемся. Намджун говорил тебе, что когда попал в банду только и делал, что занимался рэкетом, избивал людей и развозил наркоту? Тэхён словно почувствовал удар под дых. Рот приоткрылся, и он возмущенно выдохнул. — Что, не говорил? — Чонгук медленно наступал на Тэхёна, и тот начал пятиться назад. — А то, что он избил школьницу, чтобы с её богатенького папаши стрясти деньги, тоже не говорил? Или… Как он смеет говорить такое про его брата? Тэхён замахнулся, но Чонгук успел откинуть его руку в сторону и толкнуть парня к стене. Но тот снова набросился, и Чон перехватил теперь обе руки и сжал их над головой Тэхёна. — Правда глаза колет? — прошептал Чонгук на ухо, что вызвало табун мурашек, и Тэхён начал дергаться, пытаясь вырваться. А ты попытайся скалу подвинуть — то же самое. Зато чем дольше Чонгук прижимал его к стене, тем больше разрастался огонь внизу живота. Горячо. Очень горячо. И это просто невыносимо. Тэхёну стало тошно от себя. Тело предавало его. — Отпусти меня, Чонгук! — прохрипел он, выгибаясь в спине. Зря, ведь теперь между ними не осталось ни миллиметра расстояния. Из горла вырвался непонятный звук, когда сухие губы коснулись кожи под ушком. Внизу поднялась новая волна возбуждения, и Тэхён едва не застонал. На этом всё не остановилось. Губы начали скользить по линии челюсти. — Хватит, — протянул жалобно Тэхён, отворачиваясь. Но это не подействовало. Рука коснулась подбородка и резко развернула лицо Тэхёна обратно. Стоп, он что, теперь одной рукой держит его запястья? Широко распахнутые глаза встретились с непривычным возбуждённым взглядом. Судорожный вздох потонул в чужих губах. Тэхён от удивления открыл рот, чем Чонгук и воспользовался: теплый язык скользнул меж зубов и коснулся другого, словно хотел приласкать. Тэхён, не выдержав, застонал, и для Чонгука это послужило сигналом: тело прижалось сильнее, губы начали двигаться ожесточённее, вызывая новую порцию стонов и размывая остатки здравого смысла. Тэхён все еще дёргал руками, но уже не с таким остервенением. Тело Тэхёна обмякло, и Чонгук, отпустив его руки, подхватил за бёдра и приподнял вверх. — О, Боже, — вырвалось надрывно у Тэхёна, и он, запрокинув голову, вцепился в плечи Чонгука. Губы начали порхать по шее, спускаясь все ниже и ниже (благо широкий ворот футболки позволял). Волосы Чонгука щекотали кожу, касаясь подбородка. Словно почувствовав сигнал, Тэхён открыл глаза и увидел своё лицо. Он едва не вскрикнул от удивления, но потом до него дошло, что это зеркальный натяжной потолок. Испугавшись собственного вида и вспомнив лицо брата в одну секунду, Тэхён со всей силы оттолкнул Чонгука от себя. Тот, видимо, не ожидав такого резкого поворота событий, отошёл на пару шагов. Тэхён был зол. Не на Чонгука — на себя. И без того горящее лицо, запылало еще сильнее. Что же он натворил? Как что? Позволил Чонгуку делать с ним, что тот хотел. — За этим ты заманил меня сюда? — прошипел Тэхён. — Чтобы трахнуть? — Нет, не за этим, — ответил Чонгук, проводя пальцем по своим губам. — Но я допускал, что это может произойти. От его слов Тэхён окаменел, а потом прорычал: — Убирайся! Пошёл вон отсюда! — Прекрати ломаться, Тэхён! — Чонгук снова приблизился. — Я знаю, что ты хочешь этого. Тэхён едва не задохнулся от его слов. — Ты сейчас предлагаешь мне… — Поговорить, — продолжил за него Чонгук, слегка улыбнувшись, — а ты что подумал? — Ты издеваешься надо мной? У Чонгука вырвался смешок, и это стало последней каплей для Тэхёна. Он схватил стакан и бросил его на пол. С громким треском осколки разлетелись, а жидкость разлилась по полу. Твердая рука схватила Тэхёна за локоть, и в угольных глазах начал разрастаться огонь. — Отпусти уже мою руку! — прокричал Тэхён ему в лицо, дергаясь в сторону. — Я тебе не девчонка, чтобы меня так хватать! — Мне это надоело, — Чонгук перестал усмехаться и стал прежним. Холодным и жестоким. Он толкнул Тэхёна на диван, и тот взвыл от боли в ноге, потому что, падая, ударился об столик. Чонгук навис тучей над растерявшимся Тэхёном и отчеканил: — Я не собираюсь за тобой долго бегать, Тэхён. С меня хватит. Я задам тебе вопрос, в первый и последний раз: ты скажешь мне «да»? Тэхён не спешил отвечать, но ему безумно хотелось выкрикнуть в лицо Чонгука «да» и прижаться к восхитительным губам, но вместо этого волчёнком посмотрел на спокойное лицо Чонгука. — Ну? — спросил он. — Чего молчишь? Да или нет? — Нет, — выдохнул Тэхён. — Хорошо, — Чонгук отстранился, поднимаясь с дивана. — Отдохни, повеселись и езжай домой, Тэхён. Больше я к тебе не приближусь. И будь осторожен — на полу осколки. С этими словами он вышел из комнаты, оставив дверь нараспашку. Плечи Тэхёна затряслись, а по щекам потекли слезы. Вот и всё. Теперь Тэхён никогда не увидит Чонгука. Дрожащими пальцами он схватился за бутылку с виски и поднес к своим губам. Он пил, морщась, пытаясь хоть как-то утихомирить боль, но сердце не успокаивалось, а еще сильнее ныло. Краем глаза Тэхён заметил вошедшего парня с щёткой и совком. Он собрал осколки и также тихо вышел. Когда бутылка была уже пуста, Тэхён поднялся и, шатаясь, вышел из комнаты.