Вечером в августе

      Фред нервно вышагивал возле окна, заложив руки за спину и изредка поглядывая на улицу: с минуты на минуту во дворе их дома должны были появиться Джинни и Гермиона, аппарировав сюда прямиком из Хогсмида. В предрождественский вечер в Норе было тихо: Отец и Перси должны были скоро вернуться из Министерства, Джордж с Анджелиной обещали быть к ужину, Гарри и Рон допоздна тренировались в Аврорате, Билл и Флер прибудут следующим утром, как и Чарли, который что-то улаживал в заповеднике и не мог оказаться в Великобритании раньше. Именно поэтому Фред в ожидании расхаживал по своей комнате, когда с первого этажа его позвала мама. — Фред, дорогой, спустись, пожалуйста. Скоро прибудут девочки, нужно их встретить. Надеясь, что мама будет слишком занята, чтобы заметить некую нервозность в его поведении, Фред чмокнул её и вышел во двор, накинув куртку. Снег покрывал все вокруг, белизной своей как будто освещая пространство. Фред медленным шагом обошел вокруг дом, все еще пребывая в своих размышлениях. С того вечера в Ирландии они с Гермионой больше не виделись: девушка была слишком занята учебой и, если случалось такое, что в выходные она покидала замок, то проводила время с родителями, но и это бывало не так часто. Сам же Фред тоже проводил большую часть дня за делами магазина: несмотря на то, что к открытию филиала уже многое было сделано, работы было предостаточно, к тому же, много времени занимали оформление патентов на сотовые телефоны и разработка концепции введения их на рынок волшебного мира. Не без удовольствия Фред вспомнил удивление в голосе Гермионы, когда он впервые позвонил ей. Затем их звонки друг другу становились чаще, а смс приходили, на удивление, в нужный момент, безмолвно поддерживая и ободряя. Постепенно они сблизились, оставив прошлое в прошлом и начав отношения с чистого листа, позволяя друг другу открыться. Именно поэтому он знал, что Гермиона любит черный чай с мятой, имбирем и лимоном, мечтает основать фонд помощи пострадавшим во второй магической войне и объехать различные страны для изучения видов магического искусства разных народов мира. Она же, в свою очередь, знала, что Фред обожает зеленый чай и несколько раз летал на драконе в заповеднике у Чарли и хотел повторить это, а также где-то глубоко в нем жил мальчишка-мечтатель, желающий узнавать все больше нового. За дальним кустом попытался незаметно от Фреда прошмыгнуть садовый гном, озираясь по сторонам и неся в руках какую-то луковицу, явно из запасов миссис Уизли. Чтобы чем-то занять себя в ожидании Фред слепил небольшой снежок и кинул недалеко от гнома, наблюдая, как тот вздрогнул от испуга и, засыпанный снегом, уже не таясь, поспешил своей дорогой, попутно бормоча что-то злое и показывая Фреду кулак. Старший близнец только хмыкнул и уже собирался кинуть второй снежок, чтобы поторопить гнома убраться из сада, как раздался хлопок аппарации. Джинни и Гермиона держались за руки и, видимо, перед аппарацией обсуждали что-то приятное, потому как на лицах их до сих пор были улыбки. Фред смотрел на разрумянившуюся от холода Гермиону, словно увидел её в первый раз. Сейчас девушка казалась ему знакомой незнакомкой, и от этих мыслей близнец ощутил как кончики пальцев закололо от желания прикоснуться к покрасневшей щеке Гермионы и заправить ей за ухо выбившуюся пружинку волос. — Вот как ты нас встречаешь? — Джинни кивком указала на уже начинавший таять в его руке снежок. Фред перевел взгляд на свою руку и поспешил выбросить подтаявший снежок, отряхивая руку от влаги. Джинни и Гермиона рассмеялись, подойдя к нему, они вручили Фреду свои чемоданы и, взяв его с двух сторон под руки, пошли в сторону дома. Он осторожно повернул голову к Гермионе и встретился с лукавством в её глазах, говорящим, что она видела каким взглядом он смотрел на нее, когда они с Джинни появились в саду. Фред подмигнул Гермионе и ухмыльнулся. На крыльце уже стояла Молли, встречая ребят. На лице женщины была счастливая улыбка, она чувствовала, что это Рождество будет особенным. Перед тем как все вошли в дом и девушки опустили его руки, Фред вновь метнул быстрый взгляд на Гермиону, приняв окончательное решение: в Рождество он признается ей в своих чувствах.

***

Нора ожила. Дом наполнился веселыми голосами, запахом пушистой, украшенной игрушками елки, ароматом готовящихся блюд, журчанием песен из приемника, атмосферой тепла и предвкушения чуда. Миссис Уизли отправилась в кладовую за новой порцией продуктов, а Гермиона доставала тарелки и составляла их в стопки, чтобы затем отнести на стол. Джинни снова куда-то запропастилась, отправившись за чем-то наверх, на что Гермиона лишь понимающе улыбнулась: Джинни и Гарри не отходили друг от друга ни на шаг, соскучившись за время учебы. Анджелина и Флер помогали в гостиной завершить все приготовления к празднику. Из гостиной, куда был перемещен стол для рождественского ужина, донесся грохот неизвестного происхождения, заставивший Гермиону вздрогнуть от неожиданности и подозрительно покоситься в ту сторону, затем последовали возмущенные голоса и плохо скрываемые смешки близнецов. На кухне появилась Анджелина, на лице которой отражались довольно спутанные чувства. — Такими темпами Джордж не доживет до нашей свадьбы: я его сама раньше прибью! — возмущенно поделилась Анджелина, взмахнув в воздух кулаком, как бы показывая, что может ожидать жениха. — А что случилось? — Гермиона с интересом посмотрела на вошедшую. — Эти умники плохо запечатали коробку со своими фейерверками, и они чуть не взорвались в гостиной! Это ведь нужно додуматься было: принести в дом! Гермиона не успела ничего ответить — из зала послышался голос Джорджа, просящий невесту вернуться. Анджелина только фыркнула, сердито сложив руки на груди, но на лице уже появилась слабая улыбка. — Ничего не могу с собой поделать: как бы ни злилась на этого балбеса… — Анджелина… — буквально пропел вошедший Джордж, обнимая любимую со спины. Анджелина передернула плечами, но больше для вида, чем, действительно, злясь. — ну пошли обратно. — руки Джорджа мягко направили девушку в сторону гостиной. — Гермиона, что можно унести? — Вот, возьмите это. — Гермиона вручила Джорджу и Анджелине вазу с фруктами и уже готовые блюда. — Скажите всем, что уже сейчас будем садиться. На кухню вошла миссис Уизли, попутно заглянула в гостиную, отмечая, что все готово для ужина, и подошла к плите, проверить индейку. Аромат мяса заполнил всю кухню, медленно, но верно, проникая в другие уголки дома и заставляя обитателей дома ждать в предвкушении. — Слышал, тут милым дамам нужна помощь. — с этими словами и ослепительной улыбкой на кухню зашел Фред, подмигнув матери, которая со смешками отмахнулась от него. — Индейка сейчас будет готова, возьми лучше тарелки у Гермионы. — миссис Уизли с затаенной радостью наблюдала за сыном и Гермионой, которая засмеялась от какой-то шутки Фреда, которую он шепнул той, когда забирал из её рук стопку тарелок. Гермиона подхватила фужеры, и они вместе с Фредом покинули кухню, оставив миссис Уизли одну. Пусть они открыто ничего не показывали, но материнское сердце видело то, что только начинало зарождаться между молодыми людьми и обретать форму. Миссис Уизли прижала руки к сердцу, позволив, наконец, счастливой улыбке расцвести на лице. Мистер Уизли нашел жену в особенно благодушном настроении и обнял её, поцеловав в губы и аккуратно проведя рукой по волосам, чтобы не испортить прическу. Он приподнял лицо Молли за подбородок и заглянул в счастливо переливающиеся глаза женщины, улыбаясь ей в ответ. Коротко чмокнув жену в губы, Артур прошептал: — Пошли за стол. — Он взял большое блюдо с индейкой, и они вошли в гостиную, где их уже заждались.

***

Когда праздничные тосты уже прозвучали, а большинство блюд было съедено, стол вновь оказался на кухне, чтобы освободить место в гостиной для разговоров и танцев. Что уж говорить — семья Уизли обожала танцы, мало какое торжество обходилось без этого развлечения, вот и в этот вечер магический граммофон выдавал одну песню за другой, чередуя веселые рождественские песни с медленными и тягучими мелодиями. На улице уже давно стемнело, и оттого теплый свет камина и мягкие перемигивания свечей, расставленных по всей комнате, делали комнату и обстановку в ней еще уютнее, погружая в счастливую негу. Гермиона подобрала под себя ноги и удобнее устроилась в кресле, из-под полуопущенных век наблюдая за всеми, но взгляд её то и дело возвращался к Фреду, который с открытой улыбкой и заинтересованностью во взгляде слушал рассказ Чарли об ожидающемся пополнении в заповеднике. Теперь она знала, как звучит голос Фреда, полный радости, а не насмешки, как умеет быть чутким и внимательным. Для нее стали полной неожиданностью их ежедневные разговоры по телефону, но чем больше они разговаривали, тем легче и естественнее Гермиона чувствовала себя с Фредом, яснее осознавала зарождающиеся чувства, так волнующие её душу в последнее время. Она улыбнулась, вспомнив их шутливый спор о преимуществах вязаных изделий, и остановила взгляд на старшем близнеце секундой дольше. Внимательный взгляд Чарли, как будто отрезвил, и она немного нахмурилась, поджав губы, от того, что её застали за рассматриванием Фреда. Усмехнувшись, старший из сыновей Уизли поднялся со своего места, кажется, даже прервавшись на половине фразы, и оглядев гостиную, сказал: — А не пора бы уже станцевать? — неожиданно для Гермионы он подошел к креслу и в приглашающем жесте протянул ей руку. — Потанцуешь со мной? Гермиона могла поклясться, что всего секунду, но на лице старшего из отпрысков Уизли была так хорошо знакомая ей шкодливая ухмылка. Неосознанно переведя взгляд на Фреда, который сидел с ничего не выражающим лицом и даже не смотрел в их сторону, Гермиона улыбнулась Чарли и приняла приглашение. Чарли умело вел её в танце, мягко придерживая за талию одной рукой и второй обхватывая запястье Гермионы. Гарри с Джинни и Джордж с Анджелиной присоединились к ним в танце. Рон, славившийся своей нелюбовью к танцам, сидел у камина, что-то обсуждая с Перси, Билл с Флер сидели и ворковали, словно новобрачные, и не замечали ничего вокруг. Мистер и миссис Уизли наблюдали за своими детьми и чувствовали себя самыми счастливыми людьми на свете. — Следующий танец за мной. — притянув жену к себе, прошептал Артур ей на ухо, целуя затем в щеку. — Давненько я не танцевал… — Чарли наклонился к Гермионе, чуть сильнее надавив на её поясницу. Гермиона подняла на него взгляд, пытаясь понять, что задумал Чарли. — Тшш… Иначе он бы так и ходил вокруг да около еще очень долго. Гермиона не успела ничего спросить. Песня закончилась, а возле них уже стоял Фред, протягивая руку и смотря так, что гриффиндорка поняла — отказа он не примет. Чарли откланялся, напоследок подмигнув, и отошел к Биллу и Флер. — Как мальчишку развел! — досадливо проговорил куда-то в сторону Фред, не встречаясь глазами с Гермионой. — Так значит ты сам не хотел танцевать? — лукаво улыбнулась Грейнджер, внимательно смотря на реакцию старшего близнеца и вкладывая свою руку в его. — Хотел! — он возмущенно посмотрел на девушку, на что та прыснула, заметив легкий румянец на скулах Фреда. — Ну хватит, я чувствую себя глупо, — юноша смущенно улыбнулся. — Давай просто потанцуем. Фред повёл Гермиону в медленном танце, теперь уже не отрывая от нее своего взгляда и улыбаясь. Она улыбалась в ответ, зная, что этот волшебный момент скоро закончится. Но пока из старенького граммофона неспешно бежали переливы мелодии далеких шестидесятых, а в гостиной медленно кружилось несколько пар. Когда празднество было окончено, часы пробили далеко за полночь и обитатели дома и гости стали разбредаться по своим комнатам. Гермиона задремала на кресле, пригревшись у камина и свернувшись клубочком. Фред подошел и присел перед креслом на корточки, аккуратно проведя по волосам девушки, он пальцами очертил аккуратное ушко, спустился к плечу и начал мягко будить девушку. — Миона, проснись. Ресницы гриффиндорки задрожали, и она открыла чуть затуманенные ото сна глаза. Пару секунд она осознавала, где находится и что от нее хотят, и, окончательно проснувшись, довольно потянулась в кресле. — Все уже разошлись? — Гермиона удивленно осмотрела пустую гостиную. — Рональд собирался лечь прямо на ковер, чтобы, как он заявил, охранять сон своей подруги, но мама его быстро облагоразумила. — усмехнулся Фред, поднявшись на ноги. Гермиона хмыкнула в ответ: — Да, ему нельзя много пить. В таком состоянии с ним способна справиться только миссис Уизли. — Это точно! — ухмыльнувшись, подтвердил Фред. Гермиона встала с кресла, и они с Фредом пошли к лестнице. — Знаешь, под елкой много подарков, но вот одного я так и не нашел... — невзначай заговорил Фред, останавливаясь и с улыбкой смотря на девушку. — Потому что я хотела вручить свой подарок тебе лично в руки. — вернула ему улыбку Гермиона, — Подожди здесь. — и с этими словами вспорхнула по лестнице в комнату Джинни. Фред смотрел на гриффиндорку, пока та не скрылась за дверью, а затем отвернулся от лестницы и положил руки в карманы брюк, в ожидании перекатываясь с носка на пятку и обратно. Послышались легкие шаги, и Гермиона спустилась по лестнице, предвкушающе улыбаясь. Она встала перед Фредом и вручила ему свой подарок. Развязав подарочную ленту и развернув упаковочную бумагу, старший близнец увидел свитер. Фред развернул его, рассматривая со всех сторон и улыбаясь. Этот свитер был чем-то похож на традиционный свитер от матери, но все же отличался: юноша восхищенно наблюдал, как по груди свитера темно-бирюзового цвета пролетел белый вязаный дракон и скрылся на спине. — Я сама связала его. Ну что, теперь ты изменил свое мнение о вязаных подарках?-  вопросительно подняв бровь и ухмыляясь, спросила довольная Гермиона. — Как ты это сделала? — пропустив реплику девушки мимо ушей, спросил Фред, кивком головы указывая на примостившегося на плече отдохнуть дракона. — Фредерик, мы ведь живем в волшебном мире! Я просто нашла нужное заклинание. — пожав плечами, фыркнула гриффиндорка. — Грейнджер, ты зануда. Ты знала об этом? — подняв глаза к потолку ехидно спросил Фред, — Но я люблю и такую тебя. — Что? — Гермиона удивленно смотрела на старшего близнеца, до сих пор улыбавшегося ей. — Классно я проговорился? — смущение все же взяло верх, и Фред одной рукой взъерошил свои рыжие волосы, ощутив в полной мере неловкость и некую нелепость ситуации. — Это точно… — на автомате подтвердила Гермиона. Фред положил подарок на перила лестницы и повернулся к Гермионе, положив руки ей на плечи и мягко сжимая. — Послушай, — он всматривался в глаза девушки, стараясь донести свои чувства не только словами, но и взглядом — я влюблён в тебя. И очень сильно. Да, были моменты, когда я вел себя, как дурак, но сейчас я искренен. Мне нравятся наши беседы и наши прогулки. Хоть ты не всегда понимаешь мои штуки и иногда бываешь редкостной занозой, мне нравится это в тебе. И, если у меня есть шанс, то я хотел бы узнать тебя ещё ближе. Первый раз в жизни Гермионе признавались в любви. С Роном у них вышло все как-то скомкано и без слов о чувствах. И сейчас она чувствовала себя немного растерянной, но в то же время знала, что и она хочет быть с этим человеком, узнать его. Фред Уизли — ее личная загадка и находка. Гермиона открыто улыбнулась Фреду, кивнув и принимая его чувства. — Фредерик Уизли, ты иногда совершенно несносный, и иногда мне хочется дать тебе оплеуху, — на этих словах Фред понимающе ухмыльнулся, не собираясь отрицать ничего из сказанного. — но то, что ты отвёл меня в свое секретное место, когда мне было плохо, что подарил телефоны… Всё это очень дорого мне. И я хотела бы полетать на драконе с тобой. Справедливо расценив сказанное Гермионой как ответ на его признание, Фред стал медленно опускать свои руки, скользя ими от плеч к запястьям девушки. Он на секунду прервал контакт с её телом, но и этого хватило Гермионе. Вот старший близнец тянется к ней, чтобы поцеловать, но его встречает озорная ухмылка, а дальше только щелчок по носу и хлопок аппарации, и вот он стоит один в коридоре. Растерянность сменилась пониманием: он вспомнил зимний вечер, когда аппарировал перед носом у Гермионы, чуть не поцеловав её. — Ведьма! — рассмеялся Фред и аппарировал следом, точно зная, где найдет Гермиону Грейнджер. Когда позади послышался хлопок аппарации, а затем крепкие мужские руки прижали ее к груди, согревая и крепче притягивая к себе, Гермиона ничуть не удивилась, улыбаясь и откидывая голову с закрытыми глазами на плечо Фреда. Теперь все было правильно, и они оба это знали. — Умнейшая ведьма своего столетия, а так опрометчиво сбегаешь на холод в одном платье. — если бы Фред не говорил эти слова своим тихим успокаивающим голосом ей на ухо, вызывая при этом тягучую дрожь в девичьем теле, шум бушующего океана непременно заглушил бы все сказанное. — Нужно возвращаться домой. — в ответ на это гриффиндорка лишь пожала плечами и, освободившись из его объятий, повернулась к Фреду, обхватывая его лицо уже замерзающими руками. — Мне повезло, что ты знал, где меня найти. — карие глаза сияли, когда Гермиона говорила это. — Нам обоим повезло. — прошептал Фред за секунду до того как их губы, наконец, встретились.