Вечером в августе

      Профессор Мэри Силк с едва заметной улыбкой направила палочку на столы в кабинете ЗОТИ, и те, повинуясь воле волшебницы, освободили пространство в середине комнаты. Оправив мантию и опустив палочку вдоль тела, преподаватель вышла на середину класса и обратилась к семикурсникам: — Друзья, я прекрасно понимаю ваше воодушевление, ведь довольно скоро Рождество, однако это не отменяет того факта, что вам сдавать экзамены, — по классу прокатился тихий шепоток негодования, — поэтому, до тех пор, пока я не уйду в отставку по понятным всем причинам, я не собираюсь давать вам спуска. — Тонкие губы женщины растянулись в еще более приветливую улыбку, что не сулила ничего хорошего. — Что ж, профессор сегодня явно в боевом настроении. — Хмыкнула Джинни и встала наизготовку напротив Гермионы. — Не думаю, что это плохо. — Гермиона сосредоточилась на движении палочкой и первая атаковала, однако движение вышло не совсем точное, и Джинни с легкостью блокировала заклятие, молниеносно атакуя в ответ. — Гермиона, сосредоточься, иначе нашлю на тебя что-то, не входящие в программу экзамена, но ужасно неприятное. — Дерзко стрельнув глазами, подтрунивала над подругой младшая Уизли. Гермиона досадливо сдула со лба прядь волос, выбившуюся из хвоста, и крепче сжала палочку, сомкнув губы в тонкую линию и нахмурив немного лоб. Гермиона злилась и досадовала сама на себя, но никак не могла собраться с мыслями и от этого приходила в еще большее смятение. Последующие атаки также не возымели результата, и от исполнения Джинни ее угрозы Гермиону спас голос преподавателя: — Мисс Уизли, встаньте отрабатывать заклинание в тройку с Лавгуд и Долгопупсом. Мисс Грейнджер, мне нужно поговорить с Вами, отойдем, чтобы не мешать никому. Гермиона чуть не дала себе по лбу, когда последовала за профессором Силк к преподавательскому столу, провожаемая чуть насмешливым взглядом Джинни, который так и говорил: «Не знаю наверняка, но догадываюсь из-за кого ты так рассеяна». — Прошу, присаживайтесь, — предложила Силк и сама села напротив ученицы, -Гермиона, я понимаю, что Вы не собираетесь избрать ЗОТИ своей основной специальностью, однако обычно Вы собраны во время уроков и хорошо справляетесь с поставленными задачами. Но сегодня Вы очень, я бы сказала, возмутительно, рассеяны. Возможно, для этого есть причины, и Вам нужно обсудить это с кем-то? — Профессор наблюдала за притихшей Гермионой, крепко сжавшей ткань мантии и не поднимавшей на неё взгляд. «Молодец, Грейнджер! Сделай свои растрепанные чувства всеобщим достоянием, начни с профессора Силк!» — досадливо думала гриффиндорка, коря себя за то, что позволила чувствам взять верх над разумом и повлиять на поведение и учебу. — Извините, профессор, я, действительно, непозволительно рассеяна сегодня. Но уверяю, что ничего серьезного не произошло, просто сегодня я не собрана абсолютно, — подняв глаза на преподавателя, Гермиона натолкнулась на внимательный взгляд женщины и смущенно пробормотала еще раз, — извините. — Хорошо, мисс Грейнджер, но на сегодня Вы отстраняетесь от занятий, иначе, боюсь, что с такой концентрацией Вы навредите либо себе, либо кому-то еще. Баллы снимать не буду, однако жду Вас сегодня после ужина, мне будет нужна помощь в моем исследовании.— Миссис Силк улыбнулась Гермионе и поднялась со своего места, тем самым показывая, что разговор окончен. Вздохнув, Гермиона встала и вышла из класса, решив скоротать время до обеда в библиотеке. «Необходимо сосредоточиться, так больше не может продолжаться!» Гермиона в сотый раз за несколько дней вспомнила Фреда Уизли, проклиная вечер, когда согласилась с ним выпить, и все те редкие последующие встречи, когда, к её удивлению, ей было так комфортно в компании рыжего шутника.

***

Как Гермиона ни пыталась сосредоточиться на учебнике по нумерологии, вместо четкой и понятной структуры формул в голову лезли непрошеные мысли о поцелуе с Фредом. Она до сих пор пребывала в шоке о того, что вспомнила, но как ни пыталась, не могла выбросить все чаще всплывающие в сознании детали. Бывали дни, когда она расстраивалась из-за особенностей своей памяти, позволяющей запоминать все в мельчайших подробностях, но не в этот раз. Никто не мог раскрыть секретов мозга, почему по той или иной причине воспоминания могут быть сокрыты и что может быть стимулом к тому, что человек вспоминает происходившее много месяцев назад. Гермиона подозревала, что в её случае этим стимулом оказался вечер в компании Фреда где-то в Ирландии. Вечер, что оказался поразительно похожим на вечер в августе неподалеку от Норы. Конечно, до этого они с Роном целовались, и в том поцелуе с Фредом не было ничего особенного — просто легкое, даже изучающее, соприкосновение губ — но что-то все же глубоко засело в душе гриффиндорки. Сами собой в памяти всплывали детали, которые вызывали у Гермионы невольную улыбку. Вот глаза Фреда, в которых отражается его внутренняя борьба, а затем появляется решительность. Гермиона поняла, что его голубые глаза были совершенно другого оттенка, не такие, как у Рона. Глаза Фреда — это синева весеннего неба, с крапинками наливающейся силой зелени и отблесками первых отгремевших гроз. Вот его аккуратное прикосновение к её щеке — теплое и просящее разрешения. Вот его губы — шероховатые, но мягкие, соприкасаются с её, и думать ни о чем не хочется, потому что проваливаешься с головой в этот момент, полный неизведанной нежности, открывающий так много. — Так и думала, что ты будешь здесь! — раздался за спиной довольный голос Джинни, которая подошла к Гермионе и закрыла её учебник. — Джинни, я же читаю! — Возмущенно протестовала Грейнджер, повернувшись и встретившись глазами с подругой. Где-то у дальних стеллажей недовольно пробормотала мадам Пинс о соблюдении тишины в библиотеке. — Ага, видела я, как ты читаешь: уже несколько минут одну страницу гипнотизируешь. - иронично подняв бровь, хмыкнула Джинни. — Ты со спины не видела меня. — пробубнила Гермиона, чтобы хоть как-то возразить. — Герм, ты страницы не переворачивала, — младшая Уизли закатила глаза, но не стала ничего больше говорить, а потянула подругу за руку, — пошли уже на обед. Вздохнув и в сотый раз пообещав себе выкинуть из головы все отвлекающие мысли, Гермиона убрала учебник на полку и последовала за Джинни, рассказывающей о том как они втроем с Невиллом и Полумной отрабатывали заклинания оставшуюся часть урока. Когда они практически подошли к Большому залу, младшая Уизли остановилась и взяла Гермиону за руку. — Я очень рада, что тебе помогла та прогулка с Фредом. Грейнджер почувствовала, как против воли щеки опалил жар, а перед глазами снова стоял образ старшего близнеца. Джинни на подобную реакцию со стороны подруги только удивленно подняла брови, но не стала ни о чем спрашивать. — И я рада, что на эти выходные ты отправишься к родителям. Надеюсь, все пройдет хорошо. — Джинни ободряюще улыбнулась и обняла подругу. Гермиона утвердительно кивнула. — Я тоже надеюсь. Оставшуюся часть дня Гермиона пребывала в раздумьях, мысли от родителей переключались на Фреда и обратно. Сосредоточиться удалось лишь, когда она переступила порог класса по ЗОТИ, и миссис Силк сразу же вовлекла её в рабочий процесс по изучению редких заклятий. «Всё идет своим чередом. — подумала Гермиона, позже возвращаясь в башню. — В следующий раз обязательно поблагодарю Фреда за прогулку по Ирландии.» Она легко улыбнулась, представляя реакцию Фреда на свой рождественский подарок, который был практически готов.