Бесславие

—  Нам снова просить помощь Онтара, серьёзно? — возмущенно говорил Морай, присаживаясь за кресло напротив, Карл и Фая, в то же время, присели на диван. — Это уже смешно. Каждый раз, когда мы его зовём, так после его услуг говорим: «Ладно, ладно, это был последний раз, просто ситуация требовала крайних мер». Этот «последний раз» сколько уже наступал? Три? Четыре? Я ничего не имею против Онтара, он, пускай и слишком странно выглядящий, хороший человек. Он, подобно добродушному охотнику в лесной глуши, помогает искренне, но всегда знает, когда стоит остановиться. Из-за его особенного восприятия момента, «когда надо остановиться», мы начинаем считать, что нас просто кинули, а ведь этот легионер всего лишь не хочет ставить чужие интересы выше своих… — после длительного жестикулирования левой кистью, водный сделал небольшую паузу, будто обдумывая, чем ему стоит закончить свой монолог. — Правда, я не понимаю, как такое долгоживущее существо может продолжать цепляться за жизнь. Малодушие? — Неплохой анализ, Морай. Напоминаешь моего покойного друга Донора, что возглавлял «Вестников Жизни» во времена войны. Кстати, знаешь откуда название пошло? — задал риторический вопрос Шаргон, одновременно с этим начав вращать вокруг себя потоки недопитого кофе, и, похоже, решил не отвечать на вопросы собеседника. — Когда Донор только начинал свою карьеру полевого врача, он, после одного крупного сражения, увидел полумёртвого солдата, что в агонии простонал: «Помоги мне, вестник жизни». Какое романтичное название! Да и сама ситуация не хуже, уровень театра, не иначе. Ну, а теперь к делу. Онтар придёт через час, если, конечно, сдержит слово, а пока надо чем-нибудь заняться. Дел у вас, ортусовцев, по горло. Какое-то странное выражение, как оно вообще появилось. Почему «по горло»? Это намёк на что-то? А-а-а, да, извините, снова отклоняюсь от темы. Мы, Морай, снова вынуждены просить помощи Онтара, потому что во всей стране только он равняется по своей чувствительности к энергии на уровне Рая, поэтому выбор невелик. Да даже если он дел натворит, вам как будто будет проблемно всё уладить. Что-что, а иногда мне кажется, что это власти под вас прогибаются, а не вы под них. Даже власть имущие боятся сильных полудушных! Поэтому, собственно, Анклав и был создан. Современная его концепция пока что кажется перспективной и, если ничего не изменится в структуре организации, способной создавать баланс сил. Так что у вас там по «делам»? Может и я вам с чем-нибудь подсоблю, — учёный вернул жидкость обратно в кружку. — Может Лана привлечь к заданию, м? — предложила девушка. — Он сейчас молод и силён, пускай и нестабилен после заключения в «tormentum mortis». А учитывая, что мы имеем дело с тёмным врагом, союзник такой же стихии нам не помешает. «Снова тёмный, ну, конечно. Про мою неустойчивость никто и не вспомнит». — мимолётом пронеслось в голове Карла. — Отличная идея! Я как раз хочу проветриться, — воскликнул Шаргон, вставая с кресла и хватая свою трость. — А ты кто, юноша? — обратился мужчина в синем к ветряному. — Извини, что не обратил на тебя должного внимания. Я, думаю, в представлении не нуждаюсь, — говорил водный, протягивая руку уже вставшему собеседнику. — Карл. Только вчера попал в «Ortus». — У тебя нестабильная аура, ты болен? — спросил с посерьёзневшим тоном красноглазый. — Не думаю, это просто отголоски недавнего срыва из-за тьмы, ничего серьёзного. — Ты слишком легкомысленно относишься к своему физическому и ментальному здоровью. Тебя это однажды похоронит, будь более внимательным к таким вещам. Может, мне с тобой сеанс провести? — Нет, правда, не надо, всё само наладится. Шаргон с погрустневшим выражением лица наклонил голову, посмотрел несколько секунд в глаза собеседнику, после чего направился к выходу. Когда все вышли, учёный поставил тонкий синий энергетический барьер на дверь, дабы простые люди не могли отпереть её. — А где нам Лана искать? — вдруг задал вопрос Шаргон. — Он обычно работает в южном корпусе, так что… В голове Карла прошла мысль, произнесённая неким истошным хриплым мрачным голосом: «Ларнафамская». Полудушный неосознанно произнёс название улицы вслух. Он снова почувствовал помутнение, его ноги задрожали. Левый глаз дрожал ещё сильнее, чем прежде. — С чего ты взял? — с нахмуренными бровями спросил Морай. — Г-голоса в голове, — дрожащим хриплым голосом ответил весь бледный ветряной. — Да ты весь пропитан тьмой! — воскликнул Шаргон Все оставшиеся реплики Карл не слышал, для него они представлялись как наборы звуков. Он начал терять сознание. Но вдруг он, вздрагивая, просыпается, лёжа на руке Морая, который успел его подхватить. При поддержке, Карл смог встать на ноги, слегка пошатываясь. Шаргон протянул потерпевшему закруглённый сапфир, что переливался фиолетовыми цветами. — Возьми. Этот артефакт могут использовать даже полудушные. Он впитывает тёмную энергию из твоего организма, коей у тебя слишком много. Удивительно, что ты ветряной, а не тёмный. Нам точно нужно с тобой поговорить.