Бесславие

- Я думал, что сражения между сильными полудушными более динамичные, - начал Карл, нестабильно шагая вслед за компаньоанми. - Да ты еле успевал за ударами Лазира. На самом деле, думал, что ты не среагируешь вовремя после той небесной молнии Рая, но, все таки, превзошел мои ожидания. По правде, никто, кроме тебя, не дрался в полную силу, - Шаргон остановился, обернувшись в сторону собеседника и слегка наклонив голову. - Твоя жизнь была на кону. Не буду строить иллюзий - мне было все равно, выживешь ли ты. В приоритете, конечно, чтобы выжил, но к чему тратить много сил? Ни я, ни Лазир, ни Рай - никто не дрался даже в четверть своей потенциальной мощи. Сильные полудушные сражаются в полную силу только тогда, когда им жизненно необходимо убить. Сейчас такой необходимости не было, - ученый положил руку на плечо ветряного. - Ты только не обижайся. Ортусовец увидел на лице водного садистскую ухмылку, будто Шаргон надменно издевался. Однако, блондин не предал этому значения и пошел дальше к месту изначального сбора. Онтар направил на пугало огромную черную морду волка с багровым контуром, она схватила за туловище призванное чудище. Пораженный бездной телепортировался, словно совершив быстрый рывок, рядом с призраком и нанес, превратив свою руку в дымящийся клинок, режущий удар по шее. Легионер отозвал свое заклинание и побежал к Иориону. Тот провел перед собой рукой, после чего прямо перед лицом Онтара прошлась темная энергетическая дуга. Атакующий не попался под удар только из-за того, что смог застопориться на месте, словно не было никакой инерции. Вслед за первой дугой пошли и последующие. Иорион резко водил рукой по воздуху, пока визави приходилось блокировать появляющиеся из ниоткуда острые силовые светящиеся волны. Когда человек с красными точками решился направить на врага цепи, то тот лишь развеял их перед собой. Теперь оставалось лишь обороняться. Тем временем голова у монстра отросла, и он присоединился к "коллеге", дабы расправиться с охотником. Михаил превращал светлячков в различные объекты, чтобы блокировать удары косами и темные лучи, извергающиеся из пастей теневых существ. Каждый раз, когда светлый как-либо повреждал пугал, те сразу начинали регенерировать. Это натолкнуло на определенную мысль. Мужчина в белом позволил окружить себя с противоположных сторон. Когда монстры атаковали одновременно, то один светлячок удержал косу пугала, стоящего сзади, пока второй удержал орудие и, когда создатель отскочил, направил его в грудь другого энергетического произведения. Эта коса словно засосала в себя монстра, поглотив его целиком. Иорион дрогнул, словно его что-то пошатнуло. Онтар моментально этим воспользовался, телепортировался и нанес серию ударов кулаками, понимая, что энергетический клинок бесполезен. Выхватив фолиант, легионер кинул его Михаилу. Когда тот схватил книгу, то получил удар древком в затылок, от чего голова закружилась. Он открыл произведение, но не мог ничего понять, перечитывал раз за разом руны, однако это не давало плодов. Светлый посмотрел выпученными глазами на легионера, кинул фолиант обратно, но тот просто исчез посреди пространства вместе с пораженным бездной, он успел схватиться за край. Иорион и Михаил оказались посреди комнаты, где сидел на кресле Дерд. Онтар стоял посреди большой пустынной впадины. Поверхность представляла собой потрескавшийся песчаник. Посреди стояли четыре статуи в доспехах и с копьями, а между ними лежал саркофаг, на котором лежал темный фолиант. Вокруг бушевала песчаная буря. Границы впадины - такие же высокие стены из потрескавшегося камня. Легионер посмотрел несколько минут на книгу, после чего куда-то телепортировался.