Двое из Аркаима

Лев и змея

      Гермиона вскоре придумала очень остроумный способ оповещать всех участников о времени и дате собрания, когда надо было неожиданно его перенести. Если бы ученики с разных факультетов стали слишком часто ходить по Большому залу и сговариваться, это выглядело бы подозрительно. Всем членам ОД Гермиона дала по фальшивому галеону (Рон чрезвычайно возбудился, когда увидел корзинку и решил, что раздают золото).       — Видите цифры по ребру монеты? — сказала она, показывая образец в конце четвертого занятия. Монета зажиточно блестела золотом при свете факелов. — На настоящих галеонах это серийный номер, указывающий, каким гоблином она отчеканена. На этих фальшивых цифры будут меняться — они показывают дату и час следующего собрания. Когда дата меняется, монета делается горячей, так что, если вы носите ее в кармане, вы это почувствуете. Все берем по одной; когда Гарри назначает дату, он меняет цифры на своей, и, поскольку я навела на них Протеевы чары, с вашими произойдет то же самое.       Ответом ей было недоуменное молчание. Гермиона обвела взглядом смущенных слушателей.       — Я подумала, это хороший способ, — неуверенно пояснила она. — В смысле, если Амбридж прикажет вывернуть карманы, то ничего подозрительного не увидит. Ну... если вам не хочется...       — Ты умеешь наводить Протеевы чары? — спросил Терри Бут.       — Да.       — Вообще-то, протеевых чар существует как минимум три вида. Каким ты пользовалась?       — А что, существуют ещё какие-то? — удивилась Гермиона. Чары уровня ЖАБА и она была рада, что достала хоть какую-то информацию...       — Блин! — выругалась Лина. — Три базовых вида. Независимая копия, зависимая копия и полузависимая. Первая просто выдаёт одной вещи свойства другой, вторая связывает копию и оригинал так, что изменения оригинала влияют на все копии, и изменение любой копии влияют и на другие копии, и на оригинал, ну и наконец, третий вид, оригинал управляет копиями, а обратного действия нет.       — Эмммммм... — Гермиона сопоставила это с тем, что читала сама: по крайней мере, полузависимую копию она вспомнила: в книге не было заклинания для этого действия, сказано лишь, что кастуется по аналогии. — Тогда второй вариант. А почитать про остальные дашь?       Лина со вздохом написала на бумажке библиотечный код.       Между тем, приближался матч по квиддичу. Как всегда, сезон открывал матч Гриффиндор-Слизерин. А поскольку в прошлом году из-за Турнира Трёх Испытаний, кубок школы не разыгрывался, то ажиотаж перед матчем был как перед позапрошлогодним финальным.       Ради тренировок даже приостановили занятия в Отряде Дамблдора.       Линда, кстати, числилась в команде запасным ловцом и охотником, на тренировках неплохо разыгрывала и позицию «голевой пас из под кольца» в паре с Кэти Белл получалось особенно чисто: Линда атаковала кольцо с угла «невозможно забить», но вместо броска, наверняка неудачного, отдавала пас и вратарь отвлёкшийся на неё, не успевал прикрыть другие кольца, куда в атаку шла Кэти без мяча получавшая пас за мгновения до пролета колец и почти верный гол.       Слабым местом команды гриффиндора был вратарь, отобранный в команду в сентябре месяце Рональд Уизли. Поттер к оскорблениям со стороны Слизеринцев за 4 года уже притерпелся, а вот Рону доставалось...       «Эй, Поттер, Уоррингтон поклялся сшибить тебя с метлы в субботу» не пугали его, а только смешили.       «Уоррингтон тот еще снайпер, — отвечал он, — если бы он целил в соседа, вот тут бы я струхнул». Рон и Гермиона хохотали, а с лица Пэнси Паркинсон слезала дурацкая ухмылка.       Линда хоть и не была в команде, тоже получала свою долю насмешек.       «Эй, мелкая, не боишься, что тебя с Квофлом перепутают и в кольцо забросят?»       — Так я же не квофл! За меня очков не дадут!       Или       — Это ваши-то бабуины? Им даже Хагрида не поймать, взгромоздись он на метлу! * * *       Рон же не привык к тому, чтобы его систематически изводили насмешками, оскорблениями, угрозами. Когда слизеринцы, порой семикурсники и значительно крупнее его, шептали ему в коридоре:       «Зарезервировал себе койку в больничном крыле?» — он не смеялся, и лицо его принимало нежный салатный оттенок.       Лина, смерив семикурсника взглядом, ответила       — Поттер-то? Конечно зарезервировал. А ты, как последний бомж будешь лежать в коридоре!       Когда Драко Малфой изображал, как Рон роняет квоффл (а делал он это при каждой встрече), уши у Рона загорались, а руки тряслись так, что действительно выронили бы любую вещь.       — И ЭТО — Лина указала на белобрысого, — ЛОВЕЦ команды Слизерина? Он квофл то, — показывала на себе огромную грудь, — удержать не может, куда уж ему ловить крошечный, — прищурила глаза, явно пытаясь рассмотреть какую-то соринку, — снитч!       Линда в состав команды на игру не попала: Поттер умудрился не заработать себе очередного наказания со стороны Амбридж, так что Анджелина предпочла выпустить на поле проверенного ловца.       — Подумаешь, — пожала плечами Линда.       — Что, совсем не расстроена? — спросил Кварк.       — Выдержу, — Линда принялась за еду. — Только во время матча наведи на меня согревающие чары: это тело мёрзнет.       — ЭТО тело? — удивилась Парвати. — У тебя, что есть другое?       — Я тоже анимаг, — нашлась Линда.       — То... а, да, Кварк и Лина. А какая у тебя анимагическая форма?       Вместо ответа Линда перекинулась в чёрно-белого кокер-спаниеля.       — Вот что мне её волосы напоминали! — воскликнула Лаванда. — Уши спаниеля!       Гарри увёл Рона на поле, Гермиона поцеловала Рональда на удачу... остальные студенты поспешили на трибуны.       Во время матча слизеринцы затянули песню «Рон Уизли — наш король» Линда рассеянно вертела головой, то и дело что-то подсчитывая. Добралась примерно до счёта пятнадцать, когда Поттер поймал снитч.       А после матча Поттер, и близнецы Уизли устроили драку с Малфоем. За что всех троих пожизненно лишили права играть в квиддич.       — Будешь пробоваться? — спросила Лина у подруги.       — Только если Анджелина лично попросит! — отозвалась Линда.       — Кстати, а что ты считала? — опомнилась Лаванда. — Я ведь заметила, совсем не голы...       — Сколько раз Поттер не заметил снитч.       — ПЯТНАДЦАТЬ РАЗ!? Не может быть!       Линда лишь улыбнулась, пропустила между собой и Лавандой старшекурсника с Когтеврана... а когда тот прошёл — Линды уже не было.       Главным утешением для Поттера, расстроенного пожизненной дисквалификацией, стало возвращение Хагрида. Друзья в тот же вечер навестили его, не желая оставаться в гостиной факультета, где победа впервые была горше поражения.       На первом же занятии вернувшийся Хагрид показал Фестралов — уродливых крылатых лошадей-скелетов-драконов. Кварк не смог нормально описать этих тварей. Оказалось, что видели этих тварей только те, кто видел как кто-то умирает. Ну, Поттер понятно, Кварк на его глазах пристрелил Тёмного Лорда и пятерых пожирателей. Сам Кварк фестралов, разумеется, видел: при их с Линой жизни они отправили на тот свет население небольшого городка.       Но на урок явилась Амбридж с инспекцией. И почти сорвала урок, сбивая Хагрида с мысли. Потом провела очень выборочный опрос среди учащихся: слизеринцам уроки Хагрида демонстративно не нравились (точнее, не нравился Хагрид, но Амбридж же спрашивает про уроки — вот и перекинули ненависть к преподавателю на его уроки), а до гриффиндорцев дело как-то не дошло.       Кварк считал что правда лежит где-то посередине: препод из Хагрида действительно не ахти, но предмет он знает, а то, что слизеринцы не умеют слушать — это их проблемы.       — Подлая, лживая, старая горгулья, — бушевала полчаса спустя Гермиона, когда они возвращались в замок по коридорам, ими же протоптанным в снегу. — Вы поняли, к чему она клонит? Это ее помешательство на полукровках — хочет представить Хагрида каким-то безмозглым троллем, а все потому, что у него мать была великанша... Нечестно — урок был совсем не плохой... Конечно, если бы опять соплохвосты... а фестралы славные — в смысле, для урока то, что надо.       — Амбридж сказала, они опасны, — возразил Рон.       — Хагрид и сам сказал, что они умеют за себя постоять. Думаю, обычный преподаватель, вроде Граббли-Дерг, не показал бы их нам раньше, чем к экзаменам на ЖАБА, а они ведь интересные, правда? Кто-то их видит, а кто-то — нет. Хотела бы я их увидеть.       — Тебя Малфой устроит? — поинтересовался Кварк, услышавший похоже только последнюю фразу Гермионы.       — Причём тут Малфой? — резко остановилась Гермиона.       — Фестралов видят те, кто видел смерть, — сообразил Гарри. — И, я думаю, авадой не только Лина владеет.       Кварк важно кивнул, доставая палочку.       — Кварк, не надо! — Гермиона заслонила собой группу слизеринцев.       — А ведь они так и не узнают, что от смерти их спасла маглорождённая, — вздохнул Кварк, убирая палочку в кобуру.       — Я не их спасала! А тебя! От азкабана!       — Подумаешь... одним отпрыском больше, одним меньше... — пожал плечами Кварк. — Зато ты увидела бы фестралов...       — Кварк! У тебя... ОЧЕНЬ специфическое чувстов юмора! — еле сдерживаясь проворчал Гарри. Ну понравилась ему мысль, что отпрыска сиятельного лорда Малфоя могут убить только для того, чтобы показать маглорождённой студентке фестралов. Самая нелепая смерть... и сама же нелепая причина оказать в азкабане.       Всё-таки Анджелина Джонсон оказалась хорошим капитаном с твёрдым характером. Она организовала новый отбор в команду. И возможно Парвати или Лаванда рассказали, а может и сама догадалась, но к Линде пришла и спросила, будет ли она пробоваться в команду.       Формально получалось, что не просила, но фактически — сам капитан команды, семикурсница, беседует с четверокурсницей...       Линда без труда получила место ловца, Джинни Уизли взяли временной загонщицей, она собиралась просто попасть в команду, а на следующий год попробовать на место охотника (Анджелина и Алисия к тому времени закончат школу) или даже ловца.       Впрочем, ловцом Джинни стать, кажется, не светило: из четырёх попыток снитч все четыре раза поймала Линда. И больше всего её старт напоминал старт зенитной ракеты: Линда поднимала метлу вертикально вверх, затем быстро разворачивала на нужный курс и буквально через несколько секунд возвращалась со снитчем в руках. И ни 20 секунд, ни минута форы у снитча ей не мешали.       Самое интересное, что Линда ещё и летала так, что бладжеры, казалось, не обращали на неё внимания.       Последнюю встреча Отряда Дамблдора в уходящем году назначена накануне рождества, выручай-комнату кто-то украсил ветками омелы...       Часть занятия как обычно, учились магии, щитовым чарам, обезоруживанию, чарам помех и уменьшающим, а часть Лина и Кварк учили ребят ножевому бою, рукопашным приёмам и использованию огнестрела.       Чтобы показать пользу, Лина метнула нож и пригвоздила рукав мантии ученика к косяку двери:       — Враг не сможет воспользоваться волшебной палочкой, если ему повредить руку!       — Палочку можно отобрать, но если вдруг к вам подойдут на расстояние удара... да, это оружие последнего шанса, но если оно у вас будет — будет и шанс.       Лина показывала, как стрелять из магловских пистолетов, просто чтобы привыкали к звукам выстрела, чтобы не паниковали. И главное, чтобы знали, что маглы в случае чего, могут и ответить.       Лина показала мастер-класс, вышла против десятка манекенов с волшебными палочками и быстро перестреляла их из пистолетов. Попытки пройти в тех же условиях с волшебной палочкой не удались. Даже если витуозно владеть палочкой и ни разу не промахнуться, мишени тупо брали числом, сносили щиты и выбивали магов.       Ночью Поттеру стало плохо, приходила Макгонагалл. После инцидента Поттера и всех детей Уизли переправили куда-то порталом. А Линда с хитрой улыбкой подловила за завтраком Кварка и Лину.       — Радуйтесь! — возвестила она.       — По поводу? — не понял Кварк. Он присутствовал на ночном концерте Гарри Поттера, и понял только то, что он видел нечто такое, что напугало МакГонагалл настолько, что она потащила Поттера разбираться к директору.       — Поттер и почти вся его компания свалили в Лондон, а у нас будут свободные каникулы. Вы же понимаете, ЧТО это значит?       — Судя по твоему энтузиазму — ничего хорошего, — отозвалась Лина. — Я права?       — Как знать... — протянула коротышка. — Так, это тебе, — вручила Кварку вытащенный из сумки кусок пергамента с витиеватой подписью. — Это — тебе, — вручила Лине такой же. — А это — мне! — и закрыла сумку.       — А что ЭТО? — спросил Кварк.       — Пропуск в запретную секцию, — важно ответила Линда. — Пошли быстрее, мне не терпится в первый раз зайти туда... легально!       Запретка после набега трёх жадных до знаний гриффиндорцев, которые сидели там, прерываясь только на время закрытия библиотеки, и глотали книги целыми полками, нуждалась практически в ревизии: так много книг выбрали бывшие аркаимцы.       Так продолжалось все каникулы, а потом пропуска просто испарились.       — Читать нам это не перечитать, — поделился Кварк.       — Пусть те, у кого есть время разбираются. А нам хватит сухой выжимки в виде заклинаний и таблиц.       — так и я о том же...       начался семестр. Амбридж всё так же заваливала студентов теорией, и не давала практики. Снегг гнобил Гарри Поттера. Лина, кажется, начала справляться с зельями. Во всяком случае, что-то у неё получалось, а вопросы «Инверс, что это?» Снегг задавал похоже просто автоматически.       В одно не особо прекрасное утро в газете появилась статья о побеге десяти пожирателей смерти из Азкабана.       — Ну блин! — возмутился Кварк. — Мы на это не подписывались!       — Тише, а то подумают, что ты обратно в Аркаим хочешь! — громким шёпотом зашипела Лина.       — Да я знаю, что здесь, в Шотландии, до сих пор безопаснее, чем в Аркаиме... Просто мы же не подписывались валить ДЕСЯТЬ Пожирателей Смерти!       На Кварка посматривали с удивлением: ЧТО такого могло быть в Аркаиме, если там опаснее, чем схватка с десятью Пожирателями Смерти!?       На занятиях Отряда Дамбдора все стали учиться ещё интенсивнее, даже почти не разговаривали. Отрабатывали заклятия и контрзаклятия, которым учил их Гарри. Лина обучала желающих простейшим приёмам рукопашного боя: против таких как она или Кварк не поможет, но против волшебника, не подозревающего, что маг без палочки на дистанции «вплотную» может быть столь же опасен, как и вооруженный палочкой. Освободиться от захвата, неожиданно ударить в уязвимые точки, выиграть время, а то и отнять у врага волшебную палочку.       Поттеру тяжело приходилось на занятиях у Снегга, то ли сам Гарри не имел способностей к окклюменции, то ли Снегг оказался плохим учителем... но Поттер не продвигался в изучении. Он попробовал пойти простым путём. Подошел к Кварку.       — Кварк... вы ведь с Линой не потеряли сознание, там, у озера, когда шла схватка с дементорами! И патронусы ваши были... далеко...       — Так! Лина дементоров не боится, да и мои... щиты не всякая нечисть осилит...       Собственно, Кварк немного недоговаривал: его «щиты» — это всего лишь иной способ хранения информации, ни легилименты, ни дементоры, заточенные под человеческий способ хранения информации и эмоций не могли ничего сделать киборгу, с рождения живущему с раздвоенным сознанием, обычная часть, которая знает что такое эмоции и может испытывать боль и компьютерная, которая ни боли не испытывает, ни эмоций. Вот дементоры и легилименты и натыкались на эту компьютерную часть сознания и могли сколько угодно ломать мозги в гигабайтных потоках нулей и единиц.       — А вы не могли бы потренировать меня в оклюменции?       — Ты же вроде со Снеггом занимаешься...       — Откуда ты это знаешь!?       — Линда сказала...       — А она откуда знает!?       — А это у неё надо спрашивать! Кстати, и с окклюменцией лучше к ней, из нас с Линой легилементы никакие, мы исключительно по защите...       Повод чтобы подойти к Линде долго тоже искать не пришлось. Испанка сама нашла его и поинтересовалась, что это Поттер разговаривает об окклюменции со всякими там Кварками.       — Откуда ты знаешь, что я учусь окклюменции?       — Да потому что фигово ты ей учишься!       Гарри открыл было рот, но замечание было справедливым.       — А ты, значит...       — Хожу, смотрю, никого не трогаю, примус... эмм... ну да, ладно, примус починяю.       — А можешь сказать, что со мной не так!? — намёк на примус Гарри не понял, просто не обратил на это внимания. — Почему я не могу закрыться... от Профессора Снегга!?       — Сегодня вечером, после отбоя класс на одну дверь севернее класса трансфигурации, с мантией.       — ЧЕГО?       — Разбираться будем. Кстати, когда у тебя по плану патронусы?       — Какие патронусы?       — Которые ты на занятиях Одного Дедушки в декабре обещал.       — А... скоро.       — Не будешь возражать, если я попрошу Кварка притащить наглядное пособие?       — Да пожалуйста, я сам думал достать где-нибудь боггарта... просто профессор Люпин не учил их искать...       — Ну, боггарта я тебе хоть на ближайшую встречу притащу. Ладно, мне пора.       Линда развеяла несколько заклинаний, в которых Гарри узнал что-то вроде отвода глаз и заглушки. Когда только успела поставить?       На встречу Гарри пришел в мантии-невидимке. Класс, назначенный Линдой для встречи, был пуст. Гарри подумал, что Линда не смогла прийти или просто где-то задержалась. Поэтому прошёл чуть глубже между рядами парт... и получил по башке кусочком мела.       — Привет!       Гарри обернулся и увидел сидящую на парте и болтающую ногами Линду.       — А как ты...       — У меня ОЧЕНЬ хорошо получается дезылюминационное заклятие. Ну и так, по мелочи, вроде заглушения шума шагов, ликвидации запахов и прочего. С чего начнём?       — Эмм... ну ты же сама пригласила меня, чтобы разобраться с окклюменцией!       — Хорошо, садись.       Несколько заклинаний, Гарри даже не понял каких, но ничего особо страшного Линда вроде не делала.       — Сознание перед сном не очищаешь, а ведь это основа всего!       — И ты туда же!       — Ладно, допустим... хотя не выполнять задание учителя и надеяться что научишься... несколько самонадеянно.       — А есть другой способ?       — Попробую другой. Раз уж тот, что предлагает профессор Снегг тебе не подходит. Поскольку патронус ты вызывать можешь, попробуй заместительный вариант. Грубо говоря, подсунуть легилименту не то, чего стыдишься или хочешь спрятать, не то, что ищет в твоей голове легилимент, а любое воспоминание, любые сильные эмоции, счастье, радость, любовь... можно и негативные, но с негативом надо быть осторожнее, негатив маг может использовать против тебя. С дементорами подойдёт даже тоска, хотя усиленная ими может оказаться смертельной и для самого защищающегося.       — Эмм... сильные эмоции...       — Лучше положительные и которые ты можешь контролировать.       — Ну... я попробую...       — Считай сам, — Линда встала на место перед партой.       — Сам?       — Ну, раз-два-три, на счёт три я направлю заклинание, чтобы ты был готов.       — Хорошо...       — Один... — считал Гарри. — Два... Три...       — Легилименс!       Гарри на коленях перед Снеггом, тот опять говорит, что Поттер не собран...       Линда сняла заклинание и с любопытством смотрела на Гарри Поттера.       Не получилось, но Линда в мозг вторгалась... мягче что ли. Голова не болела, из за парты Поттера не выбрасывало, но мысли упорно скакали не туда, куда Гарри хотел их направить, а туда, куда их направляла Линда.       — Не получается... — разочарованно вздохнул Гарри.       — А ты хотел чтобы получилось с первого раза?       — Я хотел... — признался Гарри, — пойти лёгким путём...       — Знал бы ты, сколько эпических путешествий начиналось со слов «я знаю короткую дорогу»!       — А ещё, — Поттер воспользовался передышкой, чтобы заговорить на отвлечённые темы. — Ты говорила про наглядное пособие, а когда я упомянул боггарта, сказала, что это лёгкая добыча... Что ты имела ввиду?       — Ровно то, что ты сказал: боггарт — сравнительно лёгкая добыча, противостоять ему учат на третьем курсе, и я смогу найти такого в школе.       — Нет, я про то, что ты понимала под трудным... пособием.       — Дементора Кварку закажу.       — БЛИН! — Гарри чуть не свалился из-за парты без всякой легилименции. — Только предупреди заранее!       — Предупрежу. Когда все патронуса освоят, тогда и с дементором сразятся. Кстати, доставай Карту Мародёров, проверим путь и айда на боковую. Когда созреешь для следующего занятия окклюменцией — найдёшь меня.       — А про карту ты откуда знаешь!? — Гарри достал из кармана заветную Карту.       — Ты забыл, что плохо владеешь окклюменцией! — пошутила Линда. А насладившись недоумённым выражением его лица призналась. — На самом деле, карту Лина видела. Мельком. Так, — Линда ткнула на карту, — Амбридж спит, Филч в подземелье, миссис Норрис на кухне... Путь свободен, пошли.       И Линда опять исчезла.       Гарри накинул мантию невидимку и поспешил в башню Гриффиндора. его поразило, с какой скорость Линда нашла всех троих главных врагов на карте.       — Привет полуночникам! — донеслось от камина, где сидела Лина и дописывала письмо на немецком.       — Лина! — Гарри снял мантию. — А как ты догадалась, что это я!?       — Можно подумать, у нас тут склад мантий-невидимок. — Но вообще-то я ждала Линду.       — А кому такое длинное письмо? Если не секрет, конечно... — полюбопытствовал Гарри, постаравшись незаметно заглянуть в текст. Текст хоть и содержал латинские буквы, был совершенно не читаемым, скорее всего, написан на немецком, что Лина и подтвердила:       — Моему брату, в Австрию       — Переводить сама будешь! — отозвалась Линда, сбросившая невидимость. — особенно вот эти строки, с ятями.       — Но в немецком языке нет какой буквы! — возразил Гарри.       — В немецком языке — нет. А в письме Лины — есть!. И переводить ЭТО я не буду.       Уроки с Линдой получались ещё менее регулярными чем занятия в отряде Дамблдора. Гарри было просто стыдно, что его обучает такая маленькая девочка. Ну не мог он заставить себя поверить, что эта кроха, ростом с десятилетку, уже учится на четвёртом курсе! Да ещё и обучает его, пятикурсника, магии, в которой у него весьма слабые успехи! К тому же было неловко и из-за того, что он вынуждает Линду нарушать комендантский час. Они, правда, ещё ни разу не спалились, всё благодаря карте мародёров.       Но прогресс с Линдой, в отличие от Снегга, был. Гарри мог теперь сам подсовывать воспоминания. Да, было трудно, приходилось постоянно себя контролировать, но Гарри, наконец-то, смог утаить от Линды какую цифру написал на куске пергамента.       Снеггу, правда, удобные воспоминания подбросить не удавалось: зельевар вламывался в мозг Гарри неожиданно и смотрел те воспоминания, которые хотел, а не те, что предлагал Гарри. Но Поттер чувствовал, что через каких нибудь пару-тройку месяцев сможет защититься и от Снегга.       В феврале, во время очередной вылазки в Хогсмит, Гарри провёл время с Чжоу, потом чуть не поссорился с ней, когда выполнил просьбу Гермионы встретиться с ней в "Трёх Мётлах". Там он и дал интервью Рите Скиттер.       Ни Лины, ни Кварка ни Линды в Хогсмиде не было: ну с Линдой всё понятно: Анджелина решила провести внеочередную тренировку, а вот Кварк и Лина... в сторону Хогсмита они шли, потом на полпути где-то потерялись, и до самого отбоя их видно не было.       А вернулись они со скандалом: Филч заявил, то они пытаются пронести в Хогвартс тёмно-магический артефакт.       — Сам ты артефакт! — отозвался Кварк. — Это наглядное пособие по Защите от Тёмных Искусств!       — Это тёмномагический артефакт! Его нельзя проносить в школу!       — Ну тогда конфискуй его!       Филч засунул было руку в сундучок, но тотчас отшатнулся: на лице его был написан непередаваемый ужас.       — Где вы ЭТО нашли! — заверещал он, словно Пивз.       — Да так... гуляли, увидели дементяру, подобрали, — ответила Лина. — Ты давай, или пропускай нас, или конфискуй опасный предмет!       Спор продолжался до тех пор, пока не пришёл Дамблдор.       — В чём дело, Аргус?       — Эти двое притащили в замок тёмно-магический артефакт!       — Это не артефакт! — продолжала возмущаться Лина. — Вот вам, мистер Филч, приятно будет, если вас животным назовут!?       — Да ты ещё и обзываешься!? — с какой-то детской обидой выговорил Филч.       — Он первым начал! Обозвал дементярика артефактом!       — Вообще-то, дементоры среди вещей, которые запрещено проносить в школу, не значатся, — с некоторым офигеванием от происходящего сказал директор. — Но мистер Филч прав, создание действительно тёмное. Зачем оно вам понадобилось?       — Для экспериментов, аналогичным тем, что проводил... — медленно и неуверенно ответила Лина. — Аберфорт Дамблдор.       — Вы, разумеется, уже нашли место, где будете его держать, чтобы это существо не навредило студентам? — кивнул Дамблдор, показывая, что намёк понял.       — Думаю, из комнаты с ночными горшками он не вырвется, — несколько более уверенно ответил Кварк.       — Тогда, — развёл руками Директор. — Аргус, мы вынуждены будем пропустить этих двух студентов, которые проявляют похвальную тягу к знаниям...       — Но... — заикаясь возразил завхоз Хогвартса. — Дементор...       — С ним всё будет в порядке, — уверил завхоза Альбус Дамблдор.       — Но другие студенты...       — С ними тоже всё будет в порядке. А вот в Кабанью голову мне, пожалуй заглянуть будет не лишним...       Гарри вошел в спальню. И первое что увидел, это летящую в него вспышку заклинания.       — Тараньтелегу! — и ноги Гарри сами пустились в пляс.       — Заклинание звучит не так! — Гарри свалился на ближайшую кровать.       — Пофиг. Сейчас Уизли вспомнит контрзаклятие, а пока ты танцуешь, я скажу почему. Можешь начинать готовить патронусов.       — Вы его таки поймали!? — Гарри вскочил на ноги и чуть не снёс столбик, поддерживавший полог его кровати.       — Ага! Самое трудное, оказывается, пройти мимо Филча.       — Вы его ещё и в замок приволокли!?       — Лина предлагала держать в Визжащей Хижине, но туда тащиться...       Рон, наконец, вспомнил контрзаклятие, но правильно произнести его смог лишь с третьего раза, а снять чары с Гарри лишь с шестого.       Полумна не могла сказать, когда «Придира» с интервью с Гарри Поттера выйдет в печать.       Неделя прошла для Поттера как на иголках. Его даже Снегг спросил, чего это Поттер так разволновался, но Гарри умудрился подсунуть вместо воспоминая о своём интервью — мысли о матче против Пуффендуя.       — Довольно глупо волноваться по поводу матча, в котором вы даже участвовать не будете!       Гарри летел в башню Гриффиндора как на крыльях: получилось!!!!       На матч Анджелина таки выставила Линду в качестве ловца и Джинни в качестве охотницы вместо плохо чувствовавшей себя Кэти.       Матч получился неудачным, но победным. Каждая из охотниц забросила по мячу, пуффендуйцы наколотили полтора десятка... и их все отыграла Линда, поймавшая снитч вообще непонятно где и как. Результат 180:150 в пользу Гриффиндора.       — Гарри! — весело сказала Гермиона. — У тебя появился серьёзный конкурент!       — Конечно! — Гарри не знал, радоваться успеху команды гриффиндора или всё-таки завидовать тому, что играет не он. Решил по крайней мере сделать вид, что радуется. — Линда же легче меня, поэтому метла лучше маневрирует       — А ещё у неё зрение хорошее, снитч разглядеть легче...       А в воскресенье Гарри Поттера чуть не затоптали совы с письмами, столько пришло ответов. Разумеется, Амбридж захотела узнать с чего такой ажиотаж. И Поттер сам вручил ей свой номер «Придиры».       Разумеется, Амбридж отреагировала единственным известным ей способом: написала очередной декрет об образовании. На этот раз даже на министра не ссылалась, хватало её подписи.       Амбридж стала обыскивать учеников в поисках запрещённой литературы, но те были хитрее, и заколдовывали страницы, чтобы те были чистыми или содержали невинный текст, а то и конспекты учебников.       Лина ехидно ухмыляясь, почти столкнулась с Амбридж.       — Что-то у Вас слишком счастливый вид, — приторно улыбаясь, сказала Генеральный Инспектор Хогвартса.       — Ну так весна за окном, птички поют, — февральский ветер словно специально распахнул окно в коридоре и запорошил пол снегом. — Новый номер журнала «Придира» вышел...       — А Лина-то, похоже, тоже мазохистка! — шепнула Лаванда Парвати. — Амбридж влепит ей не меньше месяца вечерних отработок!       — А вы читали новый декрет об образовании? — играя, словно кошка с мышкой, поинтересовалась Амбридж.       — Вы знаете, этих декретов в последнее время вышло столько, что и почитать-то некогда!       — А вы знаете, что, согласно Декрету об Образовании номер 27, ученик, уличённый в хранении номера журнала Придира» будет немедленно исключён?       — Ах, так это последний Декрет об Образовании? — удивилась Лина.       — Откройте вашу сумку, — перешла на приказной тон Амбридж.       — Вы, знаете, в моей сумке такой беспорядок...       — Откройте сумку! Немедленно!       — Хорошо, профессор Амбридж.       Лина резким движением открыла свою сумку... и из неё буквально валом повалились фалоимитаторы, вибраторы, пробки, наручники, плётки, кожаное и кружевное бельё, цепи и какие-то наряды. они занимали столько места, что просто не могли уместиться в небольшой школьной сумке...       У Амбридж глаза на лоб полезли       — ИНВЕРС! ЧТО ЭТО!?       — Это любимая фраза профессора Снегга на зельеварении! — отрапортовала Лина. Игра кошки с мышкой внезапно становится другой, когда вместо мышки появляется собака.       — Я спрашиваю, что ЭТО! — Амбридж помахала над головой весьма крупным «объектом» — выполненным в натуральную величину страпоном «Фестрал»       — Это тот орган, который я, к сожалению, не могу положить на все ваши декреты! — Лина явно нарывалась, и свидетели уже предрекали от двух месяцев отработок, до «отработки до конца учебного года»       — ВЫ! ГОВОРИЛИ! О НОВОМ! НОМЕРЕ! ПРИДИРЫ! ГДЕ ОН!?       — Вот тут! — Лина прижала руки к сердцу.       Амбридж застыла. В голову всем, а не только старой жабе, пришла мысль, что Лина прячет запрещённую литературу в лифчике. Студенты тут же заинтересовались, как Амбридж будет изымать литературу из ТАКОГО места. Не посмеет же она раздевать ученицу. Это слишком даже для неё!       — Хотите прочитаю на память?       И Лина дословно процитировала первые два абзаца интервью.       — ИНВЕРС! Полгода обработок! Ежедневно! Начиная с сегодняшнего вечера!       — Jawohl, профессор Амбридж!       Весь свой «секс-шоп» Лина уничтожила одним движением волшебной палочки       — Лина! Зачем ты превратила свою жизнь в ад!? — спросила Лаванда в спальне для девочек.       — Это такой изощрённый способ самоубийства? — спросила Парвати. — Не надо, Лина, расскажи всё нам, мы поможем.       — Успокойтесь, — отмахнулась Лина. — Если Амбридж вынесет хотя бы неделю отработок, я готова съесть свою мантию!       — Лина! — напомнила Гермиона. — Отработка назначена ТЕБЕ, а не Амбридж!       — Я знаю. И очень надеюсь, что Амбридж понравится моё новое колечко...       — Мы будем тебя ждать!       И все пятикурсницы, включая Гермиону, приготовившую настойку растопырника, уселись в гостиной.       Вернулась Лина через полчаса с улыбкой от уха до уха, помахивая самым длинным конским... органом из своей коллекции.       — Ты убила профессора Амбридж? — с надеждой спросили близнецы Уизли, не успевшие ещё уйти в свою комнату.       — Нет, просто у профессора Амбридж внезапно сломалось Чёрное перо.       — У неё же ещё есть... эммм... была куча таких перьев...       — Ну, у неё до сих пор куча перьев, но мне она сказала, что моё перо сломано и отправила спать. Сказала, что завтра починит перо, и я отбуду наказание сразу за два дня...       — Так. Стоп, — Гермиона вспомнила последние слова Лины перед отработкой. — Ты сказала, что у тебя новое кольцо... Ты кольцом сломала её перо?       — Да не ломала я ничего! Перо чьё? Амбридж! Вот я всего лишь перевела весь эффект на владелицу! Это ж вдвойне приятно: я пишу пером, а руку режут профессору Амбридж! Я бы часика три так просидела, а то и четыре...       — Как говорится, не будите спящую собаку! — Парвати обняла Лину. А когда отстранилась, попросила, — а можно купить такое колечко?       Через несколько дней была уволена профессор Трелони. Разумеется, при этом присутствовали может и не все ученики, но точно большинство.       Амбридж наслаждалась триумфом: наконец-то она продемонстрировала, что власти у неё больше, чем у директора! Но триумф испортил Дамблдор, сказав, что Сивилла Трелони останется в замке. А ещё он представил ученикам нового преподавателя прорицаний, кентавра Флоренца.       — Это ведь оно, — зашептала Лаванда на ухо Лине. — Твое видение!       — Про денежные затруднения у профессора Трелони! — подхватила Парвати.       — Причём тут... — Лаванда замолчала, соображая, что уволенным сотрудницам зарплату обычно не платят, а значит денежные затруднения — первое естественное следствие увольнения. — И это тоже! Я то имела ввиду вторую часть пророчества Лины! Про Амбридж!       — Согласись, что ОДИН кентавр, хоть и красавчик, на ТАБУН, мягко говоря, не тянет.       — Он приведёт с собой других!       — А вот это уже не есть хорошо, — возразила Лина.       — Что не хорошо?       — Если один кентавров приведёт других — Хогвартс может превратиться в конюшню!       — Кентавры — не лошади! — довольно резко возразила Лаванда.       — Но что они... не особо цивилизованные, ты возражать не станешь?       Лаванда кивнула, соглашаясь.       — А теперь представь, что Флоренц пригласит на вечеринку пару-тройку своих друзей, они, допустим, напьются и выебут Амбридж...       — Напьются? — встревожилась Парвати.       — Кварк сказал, что после некоторого количества выпитого все женщины становятся привлекательнее, а про Амбридж всё тот же Кварк заявил, что он столько не выпьет. Так что кентаврам, чтобы выполнить моё пророчество, придётся сильно набухаться. А теперь переводим взгляд направо...       Лаванда оглядела собравшихся учеников и сообразила, что половина — ученицы! И вряд ли всем понравится идея... послужить разрядкой для кентавров! Да и сама Лаванда... мечтать о поцелуях с кентавром — это одно, а быть использованной — совсем другое!

Кентавр и ябеда

      Первый же урок прорицаний с новым учителем указал, что друзей Флоренц почти наверняка не приведёт. Потому, что из леса его выгнали. С другой стороны Лина предположила, что Флоренц может попытаться купить себе расположение табуна, если приведёт нескольких учениц.       — Лина, какая же ты всё-таки! Ты не веришь в людей! И кентавров!       — Я не утверждаю, что Флоренц поступит именно так, более того, я не думаю, что он на такое способен. Я лишь указываю возможность.       А на занятиях Отряда Дамблдора тем временем студенты получили практику. Для начала Поттер заказал Кварку трёх боггартов.       Все стояли, волновались всё-таки встретиться со своим страхом...       — Сейчас мы узнаем, чего боится наша маленькая сестрёнка! — прошептал Фред на ухо Джорджу, но так, чтобы Джинни и Рон тоже слышали.       — ...Так, — повторился Гарри. — Это — Боггарт, он принимает форму нашего самого большого страха... У меня как вы помните, это дементор... И самое главное, боггарт становится восприимчив к тому, для чего уязвим страх. Так что, если увидите дементора, патронус тоже поможет.       — Гарри, не будь занудой, дай с боггартом сразиться!       — Мы знаем, что их тебе несколько штук приволокли, так что давай, не жмоться...       — И не бойся, мы их не сломаем!       — Хотя и попытаемся, — добавили близнецы Уизли.       — Хорошо, кто первый?       Джинни была готова поклясться, что её толкнул вперёд кто-то из близнецов.       — Кстати, Кварк так и не сказал, что такого страшного в его холодильнике! — сказал Дин Томас.       — Самое страшное для Кварка — ВНУТРИ холодильника. — пояснила Линда. — Там обитает ХОЛОД. Вот холода, точнее, мороза, Кварк и боится.       — Я бы на его месте боялась чего-то вроде адского огня, — поёжилась Чжоу.       — Ну вот и бойся, — пожала плечами Лина.       — А с огнём Кварк вообще-то справился, — вспомнила Парвати, — наверное поэтому и не боится...       Джинни шагнула к коробке из под пианино. Остальные притихли. Гарри на всякий случай приготовил палочку.       Джинни застыла столбом: в коробке сидела в кресле древняя старушка и седыми волосами.       — Не рановато-ли ей бояться старости, — задумчиво шепнул Джордж на ухо брату.       — Боюсь, это не просто старость, — отозвалась Линда.       — Риддикулус! — выкрикнула Джинни указывая на привидение.       Ведьма вдруг чего-то испугалась, так что волосы встали дыбом, костюм превратился в клоунский, а в руках метла транфигурировалась в балалайку.       — Так чего Джинни боится? — прошептал Джордж, наклоняясь к самому уху Линды, для чего ему пришлось встать на колени.       Линда взяла его одной рукой за шиворот и подтянула ещё ближе к себе, едва не уложив на пол:       — Одиночества, она боится, олух.       — А чего боишься ты? — усмехнулся Фред.       — А догадайся, — Линда шагнула вперёд, свалив таки Джорджа на пол.       Джинни отошла, не зная куда деть руки, теребила волшебную палочку, но предпочла бы стать невидимкой, как Линда.       А перед Линдой предстала её копия, которая взмахнула палочкой вокруг себя и... ничего не произошло. Настоящая Линда твёрдо сказала Риддикулус, и привидение обратилось в... муклу: огромны губищи, ярко накрашенные ядовито-красной помадой, загар, очень тёмный, но неровный, ресницы сантиметров по пять, огромные очки, скрывающие ¾ лица и блондинистые, с не прокрашенными корнями, волосы.       — Перебрала с заклинанием осветления волос!? — девчонки смеялись почти все, а Линда уступила место следующему.       — Ой, что-то я не верю, — всё ещё улыбаясь, сказала Лаванда, — Что Линда боится стать блондинкой!       — Не блондинкой, — задумчиво ответила Гермиона. — А так же как и Тонкс она боится лишиться способностей.       Ещё на одном занятии студенты освоили заклинание патронуса. Ещё раз поупражнялись с боггартом (уже новым, первого в конце прошлого занятия развоплотили). А потом лучшие из студентов, те, у кого получилось вызвать телесного патронуса, сразились даже с настоящим дементором.       Вызвать патронуса в присутствии дементора оказалось гораздо сложнее, так что полностью справились с заданием только Гарри, близнецы Уизли и, как ни удивительно, Чжоу. Видимо, Когтевран обязывает.       Луна отогнала дементора облачком, не оформившемся в патронуса, но на ослабленного дементора хватило даже этого. А потом Кварк запер злобного духа обратно в экранированную коробку.       — Отлично, просто отлично, — Гарри чувствовал, что спина взмокла от пота, ему тоже было трудно рядом с настоящим дементором. Он успел только удивиться, как Кварк и Лина выдерживают нахождение рядом с таким монстром без патронуса!       А потом появился Добби и сообщил, что сюда идёт Амбридж.       — Что стоите! Бегите! — крикнул Поттер своим товарищам.       — Вы двое пойдёте со мной, — тормознула Джиневру и Полумну Линда.       — Раздашь своим, — Лина сунула в руки Чжоу маленький мешочек в котором что-то шуршало.       Кварк с теми же словами вручил такой же шуршащий мешочек Ханне Эббот.       Похоже, Аркаимцы готовились к чему-то подобному.       Пробка в двери рассосалась, Поттер помчался к мужскому туалету, получил заклятие-подножку от Малфоя и попался.       Директор публично взял вину за создание отряда имени (точнее, фамилии) себя, и скрылся, оглушив министра и его приспешников.       Всех, кого удалось поймать сидели и писали кровавыми перьями строчки. Поскольку кольцо Лины Гарри носил только на отработку, а тут наказание пришло внезапно, Поттеру пришлось собрать волю в кулак и терпеливо взрезать себе руку... Радовало разве что, что Линде удалось увести Джинни и Луну незамеченными. И Кварк увёл индианок... незамеченным, конечно, не ушел, но собрал всех, кто пытался их преследовать на себя, в результате Падма, Парвати и Лаванда смогли убежать.       Лина бежать даже не пыталась, но семеро слизеринцев отлёживались в больничном крыле, из них трое — заслуга Лины, ещё четверых, отбиваясь, оглушил Кварк. И можно лишь представить как ругался профессор Снегг, собирая бесчувственные тела по коридорам...       Гарри украдкой заглянул на листочек Лины. Следы кровавого пера, конечно, быстро пропадали, но успеть прочитать было можно. И писала Лина совсем не то, что было задано.             За юность мы пьём, прошлым дням наш почёт.             Скоро век произвола совсем истечёт.             Побьём мы Долорес, и Министра пошлём.             Защищать Хог родной будем мы день за днём.             Сдохни, Амбридж, как жаба тупой!             Как ты сгинешь, так будет у нас пир горой.             Мы Шотландские дети, битва нам словно мать.             Нас ждёт светлый Совнгард, каждый рад жизнь отдать.             Но прежде очистим мы отчизну свою.             Не уступим надежд никакому жабью.*       — Мне кажется... — шёпотом начал Гарри.       — Успокойся, — отрезала Лина. — Тебе — кажется.       Следующие строчки Лина написала явно на другой ритм...             не верь, не бойся, не проси...             и УЗБАГОЙСЯ!       Ещё одна забота Гарри: Амбридж видела список отряда Дамблдора. Так что то, что кто-то сбежал — не значит что избежал наказания. Поттер поделился своими горестными мыслями с Гермионой.       — С этим могу тебя обрадовать, — насупившись сказала Гермиона. — Список НЕ у Амбридж.       — Но я сам видел!       — Я тоже... Но Линда стащила его у Старой Жабы, когда та покидала башню директора...       — А чего так не весело?       — Линда мне не доверяет, поэтому забрала список себе!       — Не расстраивайся ты так! Я думаю, что полностью Линда не доверяет даже своим друзьям из Аркаима!       — И как только она поступила на гриффиндор!? Ей же самое место на слизерине!       — Иногда мне кажется, что и мне тоже... — Вздохнул Гарри.       Мариэтта Эджком приобрела жуткие «украшения» из прыщей и нарывов...       Вечером Лина прижала Гермиону к стене, что-то ей рассказала, от чего Грейнджер сделала глаза больше, чем у Луны, и стала торопливо что-то искать в сумке. Лина мрачно задала несколько уточняющих вопросов, на которые Гермиона отвечала чуть ли не плача.       Выяснять в чём чувствовала себя виноватой Гермиона парни постеснялись, но она призналась сама: Мариэтта «сдала» Отряд Дамблдора под действием сыворотки правды, которую Амбридж добавила в чай на который пригласила Мариэтту, чтобы поговорить о матери. В результате получилось, что девочка пострадала ни за что...       А от прыщей и нарывов Когтевранку избавила мазь, которую приготовил по рецепту Лины Кварк.       Парвати передала благодарность от сестры за весь факультет, потом ещё и остальные из попавшихся, приходили благодарить. Гарри узнал, что в мешочке, переданном Чжоу, были кольца Лины, так что когтевранцы резали себе руки только первые четверть часа отработки, пока тихонько не передали друг другу защитные кольца.       Ханна Эббот сумела убежать от Инспекционной дружины (её спас, фактически подставившись, другой староста, Эрни Макмиллан), так что Пуффендуй с Гриффиндором отдувались как и было задумано Амбридж. Но ни один не сдал товарищей.

Самое плохое воспоминание Снегга.

      Лина с инспекционной дружиной столкнулась в тот же день, что и Кварк. На неё насела Панси Паркинсон и оштрафовала на 30 очков ни за что.       — Довольна, тупая корова? — мрачно поинтересовалась Лина. На очки факультета ей было плевать, но отомстить за слитую информацию об отряде Дамблдора хотелось.       — Ты ещё и обзываешься! Ты хоть знаешь кто я!?       — Силенцио! — пожала плечами Лина. — Мопс тупой... Хотя, что это я, назвать тебя мопсом — значит оскорбить этих миленьких и умненьких, во всяком случае, умнее тебя, собачек!

***

      На следующий день Лину нашла Дафна Гринграсс со слизерина и поинтересовалась, что она сотворила с Панси: та всю ночь не давала ей и остальным девочкам спать.       — Я? — удивилась Лина. — Я ей ничего не делала, буквально даже пальцем не тронула! Она это всё сама...       — Договаривай...       — Ты ведь в курсе про Инспекционную Дружину?       Дафна кивнула.       — И про то, что они штрафуют кого попало.       Дафна помедлила, но вновь кивнула.       — Ну вот я и занялась восстановлением справедливости: за каждый незаконно снятый балл вашу Панси кусает её значок...       — Понятно... Драко — тоже твоя работа?       — Он тоже мешал тебе спать?       — Нет, но по мальчишкам видно, что они тоже не выспались. Так что, это сделала ты?       — Чары общедоступны, — ушла от прямого ответа Лина. — Можешь половину Когтеврана подозревать. И четверть Гриффиндора...       Поттер, после очередного урока окклюменции у Снегга, ходил как пришибленный, Линда обезоружив его со спины из невидимости, втащила в класс и бросила на дверь запирающее и заглушку.       — Линда, у тебя слишком экстремальные способы вызвать кого-то на разговор! — Узнав Линду Гарри расслабился.       — Оно тебе ТОЧНО надо?       — Надо что? — Поттер решил для начала прощупать, что Линде известно.       — Ты планируешь вломится в кабинет Амбридж. — Линда немного помолчала, надеясь, что Гарри что-нибудь ответит на это, но Поттер лишь «повесил» в голове волнение по поводу матча с когтевраном. — За это она тебя по головке не погладит.       — Я хочу знать ответы на вопросы... — не слишком уверено ответил Гарри. — Которые должен задать одному конкретному человеку.       — Так ты охотишься за открытым камином, а не за собственной метлой?       — А что, ты знаешь ещё один не подконтрольный Министерству камин?       — Не подконтрольных нет, хотя можно было воспользоваться теми, что в Хогсмите...       — Это очень проблематично, меня не выпустят из замка!       — Тайные ходы?       — Обвалились, или перекрыты Филчем...       — Который из девяти?       — Их же... — потрясённый Гарри упал за парту. — Только семь...       — Ты о тех семи, что обозначены на карте Мародёров?       — Ещё скажи, что ты их в число своих девяти не включила!       — Только тот, который за статуей карги, его плотно контролирует Снегг.       — Стоп, ты говоришь, есть ЕЩЁ восемь тайных ходов из Хогвартса, о которых никто не знает!?       — Одним ты точно воспользоваться не сможешь: он ведёт в Чёрное озеро, прямо под воду.       — А остальные?..       — Один ведёт к полю для квиддича, выглядит используемым, полагаю, так до поля добирается директор и другие учителя. Есть ход, ведущий в Запретный лес. Дверь там очень тугая и заклинание мощное. Можно предположить, то это ход для охраняющих замок троллей...       — Так вот как профессор Квирелл впустил в замок тролля!       — Ещё один ход ведёт к воротам Хогвартса. Я полагаю, раньше рядом с воротами таки стояла какая-нибудь хижина или сторожка, и именно в подвал этой штуки и ведёт тайный ход. Но тебя ведь заинтересует Хогсмит? Станция Хогмит, есть тайный ход, идущий в чулан.       — Такое ощущение, что весь Хогвартс — это сеть тайных ходов!       — И не так уж ошибёшься. Так, на самой станции есть камин в сторожке смотрителя, сам он сквиб, его жена — слабая ведьма, дом к каминной сети не подключен, идти нужно или в Сладкое королевство, но там всегда толпа народу и никакой приватности, или в Кабанью голову — владелец — мутный тип, я даже не скажу, чьих соглядатаев там больше: Министерства, Директора, Тёмного Лорда или Кентавров.       — Судя по тому, что ты рассказала... похоже, кабинет Амбридж всё-таки самый безопасный вариант.       — Ладно, моё дело предупредить... — пожала плечами Линда.       Вернула Гарри палочку и убежала, бросив на дверь ещё одно запирающее, которое простой алохоморой открыть не получилось, пришлось вспоминать специальные заклинания взлома, с чем Гарри провозился около получаса. На Линду он кстати, так и не рассердился: у Амбридж на двери кабинета наверняка будет висеть что-нибудь подобное.

Выбор профессии

      Консультация у профессора Макгонагалл.       — Мисс Инверс, вы уже решили, чем будете заниматься после школы?       — Да, профессор.       — И Вы знаете, какие дисциплины вам понадобятся?       — Да, мэм. Мне понадобится Нумерология, Заклинания, Трансфигурация и Руны на уровне Жаба, и зелья, хотя бы уровня СОВ.       — По нумерологии у вас отличные оценки, по рунам профессор Бабблинг отзывалась о вас весьма восторжено, с заклинаниями у вас полный порядок, как и трансфигурация. Но вы уверены, что сможете сдать СОВ по зельям?       — Теорию я точно сдам, а вот насчёт практики... Профессор Снегг говорит, что если я буду варить зелья в полной тишине и покое — проходной балл мне обеспечен, а если будет проходить в общем классе...       — Я уведомлю комиссию об этой вашей особенности.       — Мистер Кварк. Вы уже решили, чем будете заниматься после школы?       — Да, профессор Макгонагалл.       — И Вы знаете, какие дисциплины вам понадобятся?       — Да, мэм. Мне нужны Уход за Магическими Существами, Зельеварения и ЗоТИ на уровне ЖАБА; и хотя бы Удовлетворительно по заклинаниям.       — Мистер Хагрид пишет, что у вас талант по УЗМС, и с Защитой у вас проблем не будет. По заклинаниям, профессор Флитвик уверен, что немного контроля за силой — и у вас будет Превосходно. Но профессор Снегг берёт в группу зельеварения только студентов, сдавших СОВ на Превосходно.       — Значит, мне нужно больше внимания уделять заклинаниям и зельеварению?       — В основном — зельеварению.       Профессор Снегг берёт в свою группу только тех, кто получил по зельям не меньше чем Превосходно!       — Ну, «П» по зельям у меня точно есть, — проворчала Лина. — Другое дело, что означает она «Паршиво»...       «Прощание Уизли» Лина с Кварком встретили вместе со всеми, хоть и без огонька. Лина предпочла бы чтобы Уизли помогали издеваться над Амбридж, так сказать в пролонгированном варианте, а не устроили одно мегашумное представление.       — Вода камень точит, — согласилась Линда. — Но психологическая разрядка школьникам необходима, им нужен праздник — и Уизли его устроили

Грохх

      Вдохновленные примером Фреда и Джорджа, многие ученики вступили в борьбу за право занять освободившиеся места Главных Бузотеров Хогвартса. Несмотря на новую дверь, кто-то умудрился подсунуть в кабинет Амбридж нюхлера с волосатым рыльцем — тот перевернул всю мебель в поисках блестящих предметов, а когда вошла Амбридж, прыгнул на нее и попытался сгрызть кольца с ее толстых пальцев.

***

      — А что вы на меня смотрите? — удивилась Линда. — Нюхлера Амбридж подсунула не я!       — Ну так и не я, — отозвался Кварк. Аркаимцы дружно уставились на Лину.       — Можно подумать, ты сказала бы иное, если бы была виновата!

***

      Навозными бомбами и вонючей дробью теперь швырялись в коридорах так часто, что среди учеников стало модно перед уходом с урока накладывать на себя Заклятие пузыреголовости — это обеспечивало им приток свежего воздуха, хотя выглядели они при этом весьма экстравагантно, будто щеголяли в надетых на голову аквариумах. Лина иногда дополнительно настраивала заклятие головного пузыря так, что её лицо казалось вытянутой мордой.       Филч, крадучись, ходил по коридорам с хлыстом в руке, надеясь поймать виноватых, но вся трудность заключалась в том, что их стало чересчур много и он никак не мог решить, куда ему броситься в первую очередь.       Экспериментальным путём было выяснено, что экспеллиармус на хлыст ДЕЙСТВУЕТ, так что Гриффиндор, Когтевран и Пуфендуй устроили негласное соревнование кто больше обезоружит Филча.

***

      Лина распевала песню «Прощай Норфолк», про газовую атаку и нередко напяливала на себя мощный респиратор, как у клонов в известном фильме. Кварк достал костюм святочного бала и нередко перед его появлением звучал тот самый Имперский марш. «Сопелку» в маске он нередко использовал как автомобильный сигнал.       А ещё кто-то периодически заколдовывал статуи и доспехи, так чтобы они приветствовали Амбридж, кидая зигу. Иногда кидали так усердно, что доспехи теряли перчатки, а студентам (и самой Амбридж) приходилось уворачиваться от весьма увесистых предметов брони.       Однажды после ухода гриффиндорцев, Амбридж обнаружила, что за её спиной висело знамя со свастикой...       И ещё кто-то наколдовал прямо под носом у Амбридж невидимый экранчик, который давал лишь трапециевидную тень на верхнюю губу заместителя министра...       КТО это мог быть, Амбридж, разумеется, догадалась, но оставлять наглую немку после уроков для писания любимых строчек кровавым пером просто боялась: она помнила, как Лина во время своей последней отсидки испортила перо, перенаправив его действие на саму Амбридж! Сколько она тогда проверяла чары, наложенные на перья, даже попросила черкнуть пару строчек Филча — перья исправно работали, и перезаговорить их у Лины явно никакой возможности не было.       Впрочем, писать строчки обычным пером Амбридж Лину всё равно заставила.       Правда, не сказать, что успешно. Поскольку пузырёк чернил конечен, а Лина достала где-то ОЧЕНЬ жирно пишущее перо, пузырёк кончался так быстро, будто дырявый, а пергамент выглядел так, словно его целиком окунали в чернильницу.       Через пару недель Амбридж тупо надоело заказывать пузырьки с чернилами, которые Лина всё равно тратила без малейших эмоций.

***

      Ну и наконец, последняя капля терпения Амбридж поставил случай. Она сняла с Гриффиндора полторы сотни очков... а ночью Гриффиндор не спал, не спала и Амбридж.       Лина в гостиной продемонстрировала Чёрное перо (стащенное Линдой), своё кольцо и сказала, что минута обладания и тем и другим будет стоить всего по одному бронзовому кнату.       Естественно, что студенты выстроились в очередь, и не по одному кругу. Младших (настояла, разумеется, Гермиона) отправили по постелям в полночь, а старшекурсники развлекались до утра, строча на пергаменте всё, что думали об Амбридж и отлично зная, что старая жаба ВСЁ ЭТО ЧУВСТВУЕТ.       В финальном матче сезона победила команда гриффиндора. Триумф, можно сказать, разделили Рон Уизли, отразивший кучу бросков по кольцам гриффиндора, его сестра Джинни, заколотившая половину голов, забитых гриффиндорцами в этом матче, и Линда, как обычно поймавшая снитч ровно тогда, когда нужно. По мнению сидевших на матче болельщиков, Линда прекрасно видела снитч всё время матча, и даже пару раз разводившая Чжоу на попытку поймать его, но поймала только после того, как счёт стал достаточным для победы.       А те, кто видел Линду вблизи, знали, что приземлилась она с каменным лицом, словно не победный матч завершила, а пропустила что-то куда более интересное.       — Лина! Срочно ставь жучка на Поттера! — почти в приказном порядке обратилась Линда к Лине.       — А сама? Да и зачем?       Линда дёрнула Лину за мантию, заставив опуститься на колено, чтобы оказаться на одном с Линдой уровне.       — Я ему достану максимум до пояса! А говорит Поттер, как и все нормальные люди, чаще всего ртом! А «зачем» — потому что я хочу знать, какого чёрта Хагрид водил этих двоих в запретный лес!       — В какой Запретный лес? И когда? У нас тут матч вообще-то! И Поттер на трибуне был!       — Был да сплыл. Хагрид увёл его после первого гола. Мне-то с воздуха всё было видно!       — Ладно, — Лина достала палочку и призвала жучка.       Затем ловким манёвром подошла к Поттеру.       — Ты где так вывозился!? — Лина схватила Поттера за отворот мантии, и незаметно прицепила туда жучок. — С трибуны что ли упал? И тебе понравилось, и ты ещё раз упал?       — Н-нет... то есть да, я упал с трибуны...       — Падал-то на голову или правильно? — усмехнулась Лина, отпустив Гарри.       — А правильно — это как?       — То есть на голову?       — Д-да, — ляпнул Гарри, только бы Лина отвязалась.       В тот день Гарри и Гермионе поговорить с Роном не удалось. А вот на следующий день жучок программу отработал и Гарри "сдал" Грохха не только Рону, но и Лине.       — Ѣ! Теперь тут ещё и чистокровный великан-недоросток появился!       — Про великанёнка я знала, — проворчала Линда. — Я же видела, куда ходит Харгид. Проследила за ним и знала про великана. А вот зачем Хагриду Поттер...       — Ну, узнала, и что?       — Ничего. Если хочешь, могу жучок забрать...       — То есть повесить жучок ты не могла, а забрать — можешь?       — Я не могла повесить жучок ПРЯМО ТАМ. А дело ТОГДА казалось срочным. Гарри ведь мог в тот же вечер рассказать обо всём.       — Ладно, забирай...

С.О.В.

      Естественно, перед экзаменами, особенно такими важными как СОВ, школьники нервничали. Но к Лине и Кварку это совершенно не относилось: они всё так же спокойно ходили в библиотеку, брали книги, казалось, не имевшие никакого отношения к экзаменам и быстро их пролистывали. Узнать, что же они искали не было никакой возможности, но спокойствие перед экзаменом... Кварка можно было сравнить с мамонтом.

***

      У Эрни Макмиллана появилась дурная привычка расспрашивать всех подряд о том, как они готовятся к экзаменам.       — Сколько часов в день у вас уходит на подготовку? — с маниакальным блеском в глазах спросил он у Гарри и Рона, когда они вместе шли на травологию.       — Не знаю, — сказал Рон. — Несколько.       — Больше восьми или меньше?       — Меньше, наверно, — ответил Рон, слегка встревоженный.       — У меня восемь, — выпятив грудь, сказал Эрни. — А то и все девять. Я еще по часу до завтрака каждый день выкраиваю. Восемь — это у меня средняя цифра. В удачный выходной могу и до десяти дотянуть. В понедельник у меня получилось девять с половиной. Во вторник не так хорошо — всего семь с четвертью. Зато в среду...

***

      — А я вообще не готовлюсь, — пожала плечами Лина. — Я так считаю: если ты ЗНАЕШЬ предмет — ты его ЗНАЕШЬ, а если нет — никакая подготовка не поможет.       — Я готовее, чем сейчас уже не стану — пожал плечами Кварк. — Быстрей бы экзамены: отстрелялся — и на всё лето свободен!       — А если завалишь...       — Повешу на стену трофей: заваленный экзамен. Дата. Калибр...       Шестикурсники торговали всякой ерундой для улучшения работы мозга. Лина как-то особо внимательно взглянула на предлагаемый порошок по цене два галлеона за унцию.       — Пять галлеонов и я никому не скажу, что это помёт докси, — проворчала Лина.       — Настойка на печени дракона, — тихо оглядываясь прошептал Кварку пуффендуец-шестикурсник.       — Я ж не собираюсь побеждать в соревновании кто больше выпьет! — ответил Кварк. — Да и дракончик у меня, ещё не до конца оприходованный, есть...       — Так, Парвати, выбрось эту гадость «-1 к интеллекту», возьми лучше кусочек шоколада, от него пользы больше будет.       — Шоколада? А я думала, он только против дементоров работает...       — А по вкусу он тебе не нравится что ли?       — Нравится...       — Вот ешь его поменьше, а перед экзаменом или на самом экзамене съешь целую плитку. Если в мозгах что-нибудь осталось — шоколад поможет, но работает недолго и только если не привыкать.       После этого замечания эльфы из школьной кухни отправились за новой партией шоколада: штатную растащили студенты, забывшие о словах Лины, что работает шоколадка только если у организма нет к ней привыкания...       Экзамены для Лины и Кварка не вызвали ни малейших затруднений. Ну какие затруднения могут быть у киборга в электронной памяти которого есть все нужные книги? Лине для уточнений достаточно было лишь выдать запрос, а дальше компьютер без труда находил нужное, и Лина могла хоть дословно переписать любой параграф учебника.       Это могло бы считаться жульничеством: Лина же применяет метод, недоступный для остальных студентов, но в с случае с Линой жульничеством это не было: Лина буквально не могла выжить без компьютерной части собственного мозга, не могла бы дышать и говорить. Да и настолько привыкла к своему двойному сознанию, что это была неотъемлемая часть Лины. Именно поэтому чары против списывания не действовали: Лина же пользовалась для ответов только собственной головой.       С практикой проблем тоже не возникало: магия отвечала на намерение, а то, что для большинства людей намерение обозначается словом — Лину не волновало. Собственно, она вполне могла колдовать невербально, чем, собственно, и занималась. И даже удивила комиссию в стиле сериальной Лины Инверс**: прочла одно заклинание, а эффект выдала от другого.       А за дополнительные баллы на Трансфигурации Лина и Кварк показали собственную анимагическую (на самом деле — истинную) форму. И бумажки с печатью школы Колдотворец о том, что являются зарегистрированными анимагами, последнее — исключительно для того, чтобы не регистрироваться дополнительно в Англии.       На экзамене по ЗоТИ Лина без проблем прошила защиту связкой из четырёх заклинаний. И продемонстрировала тусклого телесного патронуса.       Кварк снёс щит, выставленный членами приёмной комиссии одним заклинанием, и щиты Хогвартса вновь вспыхнули, подтверждая, что ставили их тут не зря. А потом предложил притащить дементора для экзаменов на 7 курсе:       — Валяется тут один дементяра... с побитой рожей... я его случайно по голове приложил...       На практике по астрономии Лина, ворча что-то на смеси русского, английского, немецкого и ещё каких-то неопознанных учениками языков, лихо выполнила задание почти не заглядывая в телескоп. Заглянув на карту Гарри Поттера, Лина точно знала, что то, что Поттер обозвал созвездием Ориона этим созвездием ТОЧНО не являлось***: хотя бы потому, что зашло ещё раньше Солнца. Прочитав задание пронаблюдать Венеру, написала, что если экзаменаторы сами покажут её НАД горизонтом**** — она лично съест свою мантию (астрономический календарь утверждал, то Венера зашла практически вместе с Солнцем, вот в Апреле-мае, когда билеты составлялись, её наблюдать было можно). Вместо спутника Сатурна, взошедшего ближе к концу экзамена, Лина нарисовала Звезду Смерти, но экзаменаторы могли посчитать это хорошим воображением. С экзамена Лина ушла раньше, чем Амбридж отправилась арестовывать Хагрида, но раненую Макгонагалл видела из окон гриффиндорской башни.       — Линда, чё за фигня там происходит? — по-русски спросила Лина, кивая в сторону где находился кабинет Амбридж.       — Амбридж — дура, — отозвалась коротышка на том же языке.       — Так, а нового?       — Она вызвала каких-то придурков из министерства и отправилась арестовывать Хагрида.       — Нафига?       — Потому что дура.       — Знаешь, — уже переходя на английский, сказала Лина. — Вот нифига не прояснила!       — Да я сама не поняла, — пожала Линда плечами.       На экзамене по Истории Магии, который был на следующий день Поттеру стало плохо. И его отправили в больничное крыло.

***

      В больницу Поттер, разумеется, не пошёл, а сделав крюк, дождался Рона и Гермионы. И увёл их куда-то подальше.       Лина, хмыкнув, отправилась в библиотеку, почитать. Однако в читальном зале, Инверс ещё не успела получить книги, её настиг радио вызов Линды:       «Амбридж ведёт Грейнджер и Поттера на расстрел!»       «С дуба рухнула!? НА ЭТО ей кишки не хватит!»       «Лина, не рассуждай про кишку Амбридж! Я бы тоже не поверил, если бы мне сказали, что Линда дралась с твоим братом и задержала его до появления Рекса!»       «Слушаешь нас? Тогда бегом в спальню за оружием! А ты, Линда, следи куда Амбридж повела тех двоих!»       «Уже. Маяк для пеленга буду держать на пятой частоте»       «Кстати, Лина, это уже становится традицией: каждое лето начинать с хорошей драки!»       «У Поттера эта традиция, по слухам, ещё на год дольше»       «Кстати, а зачем вооружаться? Неужели с Амбридж одними палочками не справились бы?»       «Предчувствие. И говорит оно о том, что Амбридж — самая мелкая из наших сегодняшних приключений»       — Кстати, вот это тащить будешь тоже ты, — Лина спустилась по лестницы из комнаты для девочек и вручила Кварк одну из сумок, которые несла.       — А что здесь? — Кварк повесил сумку через свободное плечо.       — Оружие для Линды, она-то налегке убежала.       По лесу пришлось шагать напрямки: Кварк боялся опоздать, поэтому не следовал тропам, а шёл тупо на сигнал Линды.       Видели, как ломанулась куда-то толпа кентавров, один из которых держал что-то толстое и в розовом.       — Капец Амбридж, — определил Кварк.       — И хуй с ней, — отозвалась Лина.       — Причём не только в переносном, но и в прямом смысле, — добавила появившаяся Линда. — Всё по твоему пророчеству!       — БЛИН! Я ж пошутила тогда!       — А про зарплату Трелони?       — Про Трелони — и было пророчество! — набычилась Лина.       — Видимо, про обеих...

***

      Аркаимцы встретили сначала «спасательную команду» из Рона, Невила, Джинни и Полумны, а потом и самих спасаемых. Видок у Гарри и Гермионы тот ещё: с ног до головы в листьях, земле, чьей-то крови, листьях и иголках...       Поттер заявил, что ему надо срочно добраться до Лондона.       — Блин, а чего не до Сиднея? — проворчала Лина.       — А что в Сиднее? — удивилась Полумна.       — Ничего особенного, — так же ворча отозвалась Лина. — А вокруг Сиднея расположена Австралия и это всего в 12 000 миль отсюда! Чего бы не слетать!?       — До Сиднея мы, наверное, не долетим, — оценила СКОЛЬКО Лина предлагала лететь, Полумна. — Но до Лондона долететь, пожалуй, сможем!       — На чём ты предлагаешь лететь!? — вскинулся Гарри, готовый, похоже, лететь в Лондон хоть на собственной метле.       — На Фестралах, — словно само собой разумеющееся, ответила Полумна.       — Добро пожаловать в клуб самоубийц! — усмехнулся Кварк.       Гарри попытался отговорить от участия в операции хотя бы Луну, Джинни и Линду, но получил решительный отпор.       — Мне, вообще-то, даже Кварк с Линой приказывать формально не могут, — отрезала Линда.       — А неформально? — тут же уточнила Гермиона.       — Мы с ними работаем ради одной цели, так что почти не ссоримся...       Фестралы, разумеется, пришли сами, на запах крови, а потом те-кто-видят-фестралов, помогли забраться на них тем-кто-не-видит. Линда обернулась в собаку — её анимагическая форма оказалась длинноухим спаниелем, вот что напоминали её волосы! Уши спаниеля! Линда в собачьей форме легко запрыгнула на спину скелетоподобной лошади и вернулась в обычную человеческую форму. Кварку даже подсаживать её не пришлось. * * *       — Тогда в Министерство магии, ко входу для посетителей... в Лондон... — неуверенно сказал Гарри. — Э-э... если вы знаете дорогу... * * *       — Кстати, Герми, — усмехнулся Кварк, глядя на испуганную Грейнджер. — Зря ты тогда Малфоя спасала! Сейчас бы видела, на чём летишь!       — Знаешь, я думаю, что таких милых созданий как фестралы, лучше не видеть, — отшутилась Линда.

Отдел Тайн

      Полумна выглядела так, словно такие путешествия для неё обычное дело. А Линда так и вовсе крутила головой как туристка, не пресыщенная ещё достопримечательностями.       — Мы над Лондоном! — объявила испанка.       Вскоре фестрал с Гарри Поттером, шедший первым, круто пошёл вниз. Остальные последовали за ним. И вскоре приземлились у разорённой вандалами телефонной будки рядом с переполненым мусорным баком.

***

      Рон приземлился неподалеку от него и тут же мешком свалился со своего фестрала на мостовую.       — Чтоб я ещё раз... — пробормотал он, с трудом вставая на ноги. Затем попытался было отойти от своего невидимого коня, но по ошибке наткнулся на его круп и чуть не упал снова. — Нет уж, спасибо... хуже этого я ничего...       Гермиона и Джинни опустились с небес по обе стороны от него; и та и другая спешились с чуть большим изяществом, чем Рон, но и они, очутившись на твердой земле, явно почувствовали облегчение. Невилл спрыгнул со своего коня, весь дрожа, зато Полумна соскользнула на мостовую без малейшего труда.       — Куда теперь? — спросила она у Гарри с вежливым любопытством, точно речь шла всего лишь об интересной экскурсии.       — Сюда. — Благодарно потрепав по холке своего фестрала, Гарри быстро прошел к покосившейся телефонной будке и открыл дверцу. — Скорее! — поторопил он друзей, увидев, что они медлят.

***

      — Гарри, это ТОЧНО ОНО!? — спросил Кварк, разглядывая телефонную будку.       — Мистер Уизли приводил меня сюда!       — Придётся очень плотно паковаться, — заметила Линда. — Если мы хотим пройти за один раз. Кварк, Лина, по моему в звероформах вы выглядите поменьше!       — Я — вряд ли, просто становлюсь немного... горизонтальнее, — отозвался Кварк. А Лина с Линдой без возражений обратились в собак.       В будку набивались так, словно собирались установить рекорд по количеству набившихся в будку. Во всяком случае, Кварк усадил Полумну себе на плечи, чтобы та не занимала столь нужное пространство в средней части будки.       — Головой не ударилась?       Ответить Луна не смогла, так как к ней запрыгнула Линда, беззастенчиво использовав плечо Кварка в качестве промежуточной опоры для прыжка.       Остальные тоже кое-как разместились. В обычных соревнованиях по количеству поместившихся в будку телефон таки убирали, да и необходимости набирать на нём какие-то цифры не было.       — А перегруза не будет? — пошутил Кварк. Или не пошутил.       Но номер набран и будка со всеми посетителями отправилась вниз, под землю.       Атриум Министерства встретил спасателей полным безлюдьем и мёртвым безмолвием. По мнению Лины, которая это мнение озвучила, если днём в министерстве не протолкнуться, убираться должны как раз ночью...       — Но не всю же ночь напролёт! — хмыкнула Линда.       — Тоже верно, — не стала спорить Лина.       Тем временем прошли мимо поста где у Гарри, в его первый визит в Министерство, взвешивали палочку. Никакого охранника.       — Это уже подозрительно, — проворчал Кварк. — охрана ДОЛЖНА быть! Иначе кто-угодно может зайти в любой кабинет и подменить к примеру любой законопроект!       — Будь я Волан-де-Мортом, — возразила Лина, — и если бы мне понадобилось залезть куда нельзя с разыскиваемым преступником на неопределённое время, я бы тоже сперва нейтрализовала охрану.       Гарри кивнул и вызвал золотой лифт министерства. Шум точно перебудил бы всю охрану, и воспользуйся Тёмный Лорд лифтом без нейтрализации охраны, тут уже кипел бы бой... или валялись бы тела павших, во всяком случай следы боя Аркаимцы точно обнаружили бы.       «Отдел Тайн», — произнёс автоинформатор лифта прохладным женским голосом. Линда видела, что Гарри узнаёт это место, правда не совсем понятно, откуда это узнавание: из-за того, что он тут побывал во время летнего слушания или его видения...       Поттер захотел оставить кого-нибудь из младших у входа, но Джинни и Полумна резонно возразили, что даже если они будут визжать — их не услышат. Хотела было предложить остаться самой, но Лина, думавшая о том же, по радио отсоветовала. Поэтому Линда промолчала. А вот простейшую сигналку на дверь — поставила.       Наконец, вошли в Отдел Тайн. Вращающаяся комната, Гермиона, сообразившая отметить дверь, слепые попытки найти то, что Гарри видел во сне. Комната с мозгами, комната с Аркой, запертая комната, наконец, комната с часами, та, которую Поттер видел во сне.       Вообще говоря, после визита Линды, министерство могло бы и недосчитаться пары-тройки маховиков времени...       Вошли в хранилище с рядами стелажей, быстро добежали до 97 ряда, который видел во сне Поттер. Никакого Сириуса поблизости не наблюдалось... Потом Рон обнаружил среди хрустальных шариков один, подписанный именем Гарри Поттера.       Гермиона попыталась отговорить, но Гарри, движимый то ли своей могучей интуицией, то ли ослиным упрямством, шарик заграбастал.       И тут, прямо за их спинами, раздался голос. Кто-то сказал спокойно, чуть растягивая слова:       — Очень хорошо, Поттер. А теперь повернись, медленно и без глупостей, и отдай его мне.       Черные силуэты, возникшие неизвестно откуда, обступили их слева и справа, отрезав все пути к бегству; глаза блестели сквозь прорези капюшонов, с десяток палочек с горящими кончиками были направлены прямо им в сердце. Джинни ахнула от ужаса.       — Дай его мне, Поттер, — с расстановкой повторил голос, и его обладатель, Люциус Малфой, протянул к Гарри руку ладонью вверх.       — Миссис Малфой? — удивился Кварк.       — Сейчас — МИСТЕР, — отозвалась Линда.       — Ух ты! Он умеет менять пол!? Как гермафродит!?       Беллатриса сдала Тёмного Лорда, что это он управляет снами Гарри, Малфой как заведённый требовал пророчество. Линда ушла в скрыт и зашла противнику в тыл. Лина и Кварк готовились к бою.

***

      Пожиратели смерти медлили с нападением.       — Если ты отдашь мне пророчество, никто не пострадает, — холодно сказал Малфой.       Теперь настала очередь Гарри ответить смехом.       — Ну да, конечно! — сказал он. — Я дам вам это... пророчество, да? И вы спокойно отпустите нас всех по домам — так, что ли?

***

      Шарик, Гарри отдавать отказался, и вообще, с удивительной ловкостью выудил из Пожирателей Смерти информацию о том, что же держит в руке, почему взять его мог только Гарри, о том, что пророчество необходимо Тёмному Лорду и прочие интересные вещи.       Улучил момент и дал сигнал к сопротивлению.       Ученики Хогвартса обрушили на противника стеллажи с пророчествами, и бросились бежать. Пожиратели, естественно, бросились их преследовать...       Первые фраги аркаимцы получили практически одновременно. Линда ловко запрыгнула ближайшему к ней пожирателю на плечи и одним движением боевого ножа перерезала ему горло. Падающую тушку использовала в качестве амортизатора, чтобы падать было не больно. Кварк прописал своему прямой в нос, настолько сильный, что заодно с переломом носа, сломал шею, а Лина, не пытаясь воспользоваться магией, проткнула "своему" глаз чёрной палочкой, затем таки вспомнила что волшебница и добавила заклинание для взбивания яиц... которое подействовало на ближайшую субстанцию подходящей консистенции и превратило мозг пожирателя в гоголь-моголь.       — Не так быстро! — Линда вонзила небольшой кинжальчик в сухожилие бегущего противника, тот растянулся на полу, а через мгновение получил добивающий удар того же кинжала в шею, в седьмой позвонок.       Дальше в ход пошли палочки и извлечённые из сумки пистолеты.       Лина палила с двух палочек, используя заклинания на русском и немецком, так что для противника эти заклинания всё равно складывались в неизвестную абракадабру, не выдавая ни малейшего намёка на то, чем немка собирается в них запустить. Ближе к концу боя Лина тарахтела со скоростью Эминема (даже быстрее: лине не обязательно дышать), а обе палочки, казалось, бьют просто фонтанами разноцветного света.       Гарри с друзьями сбежали, а Лина торопливо добила всех, кто остался.       Схватка в Отделе Тайн, сражение у Арки Смерти, смерть Сириуса Блэка... не менее эпичная дуэль Дамблдора и Волан-де-Морта, появление Министра Магии... и одновременно Кварка, Лины и Линды. Все трое перемазаны кровью, всё-таки добивать они предпочитали по старинке, физическим, так сказать методом.       — Эй ты, филателист безносый! — крикнул Кварк Волан-де-Морту. — Не забыл ещё моё ружьё?       — Кварк, на этот раз таки правильно будет «Сифилитик», — поправила Кварка Лина.       Но Тёмный лорд, похоже, помнил, чем закончилось его первое знакомство с «ружьём» Кварка, поэтому боя не принял и трансгрессировал в неизвестном направлении.       — Министр! Вы таки потеряли ту голову, что я вручил вам летом прошлого года!? — воскликнул Кварк. — Потому что эта самая голова, отрастившая себе новое тело только что смоталась прямо отсюда!       — Вам надо прибраться в Отделе Тайн, в Зале пророчеств... Кровь, там, смыть... и дюжину покойников куда-нибудь пристроить... На опознание, там... или куда вы их денете...       — Поттер, — Лина довольно грубо затолкала Гарри в пустой класс. — Ты хоть понял, что подвергал неоправданному риску себя и пятерых своих друзей!?       — Восьмерых... — поправил Гарри.       — Пятерых, — ответила Лина. — Мы с Кварком и Линдой знали на что шли.       — ЗНАЛИ!? Знали про то, что Сириуса там нет и ничего нам не сказали!?       — Какого Сириуса? Я знала только о том, что предстоит бой. Ты собирался спасать своего Сириуса от... даже не важно кого, то есть тоже ожидал боя       — Но... почему неоправданному?       — Ты не проверил сведения, помчался очертя голову, а будь Тёмный Лорд умнее, или, что вероятнее, когда он перестанет тебя недооценивать, засада оказалась бы лучше подготовлена. И тогда оттуда ушли бы только мы с Кварком.       — Хочешь сказать, что всё было зря!? И Сириус погиб зря!?       — В данном случае — Сириус погиб из-за твоей ошибки!       — Так и скажи, «из-за меня»! — выкрикнул Гарри.       — Из-за ТВОЕЙ ОШИБКИ! Если хочешь, чтобы твой... не знаю, кто он тебе точно, в общем, если хочешь, чтобы твой крёстный погиб не напрасно, прими свои ошибки к сведению! Учись на них! Иначе будут новые трупы! Волан-де-Морт объявил тебе войну, и жертв в этой войне не избежать! Да, часть жертв будет случайной, и ты никак на это не сможешь повлиять, но ты должен понять, как избежать лишних жертв!       — Но я...       — Для начала, ты должен был изучить оклюменцию и изолировать своё сознание от Волан-де-Морта, потом ты должен будешь просчитывать не только свои ходы, но и ходы противника, чтобы знать, с чем столкнешься. Как минимум, прислушивайся к Гермионе: у неё с мозгами порядок. Налегай на учебу, не только Защиту. Опять же, Гермиона сможет прийти на помощь. Ну и постарайся не ссориться с друзьями.       — Ты говоришь, как... — Гарри не знал, как кто. Разговорами про учёбу Лина напомнила Гермиону, необходимость Оклюменции доказывала как Римус...       — Как опытный... — Лина запнулась. — Прошедший нечто подобное. В общем, что я могу сказать... Давай так, я обещаю, что мы с тобой напьёмся на победном пиру, в честь уничтожения Волан-де-Морта, буквально до поросячьего визга. И помянем на том же пиру всех жертв войны. А ты приложишь все усилия, чтобы этих жертв было меньше.       — Прошла нечто подобное!? — взвился Гарри. Горе тлевшее в нём всё это время поднялось и выплеснулось наружу. — Сириус был самым близким мне человеком! И он мёртв! Мёртв окончательно и бесповоротно! И ты говоришь, что прошла через нечто подобное!?       — Знаешь, почему у меня любимое число — тринадцать? — тихо, но словно угрожающе заговорила Лина. — Потому, что я была тринадцатой в семье! А знаешь, почему у меня только один нормальный брат!? Потому что всех остальных убили! Можно сказать, у меня на глазах! Да, то было в бою, и я тогда была гораздо младше, чем ты сейчас, но мы сопротивлялись, хоть какой-то отпор дали! Мы выжили вдвоём из целой толпы! Выжили просто потому, что нам повезло, с таким же успехом мы могли погибнуть там, или выжить мог кто-то другой. Перестань винить себя в гибели Сириуса, ты виноват в этом уж точно не больше, чем нанёсшая последний дар Беллатриса.       — Но я не остановил её! Не смог даже отомстить...       — Хотел отомстить Беллатрисе? Понимаю... но Невилл тоже хочет отомстить ей. И, я думаю, найдутся ещё желающие...