Двое из Аркаима

1 Сентября 1995 г.

      — Так, дамы, — вещал Кварк, толкая большую тележку, в которую были сложены вещи всех троих. — Платформа «без пятнадцати десять» — это здесь.       — Точно? — скептически бросила Лина. Она-то помнила, как Кварк попытался протаранить соседнюю арку.       — Точно, — уверила Линда.       — Ну пошли.       Кварк, Лина и Линда прошли сквозь стену и оказались на платформе «начало второй пары». Линда заняла купе, Лина навесила знакомую уже связку защитных чар, чтобы преодолеть их смогла только Парвати. В принципе, могла бы и от неё избавиться, но Патилы купили чуть ли не всего дракона, оставив только то, что Кварк продавать не хотел ни под каким видом. И разумеется, в купе вместе с сёстрами Патил проникла и Лаванда Браун.       — А вы знаете, что Гарри Поттера исключили из Хогвартса за то, что он заколдовал собственного родного брата!?       — У Поттера НЕТ родного брата, — поправила Лина.       — Как нет!? Он же его заколдовал!       — Не знаю, кого он заколдовал, но родного брата у него никогда не было, — ответил Кварк.       — Кстати, — отозвалась Парвати, до того укладывавшая мантию в повредившийся от столкновения чемодан. — Поттера я видела на платформе, так что его ТОЧНО не исключили.       — Разумеется, не исключили, — отозвалась Лаванда. — его же сам Дамблддор защищал!       — Ты сама говорила, что его исключили!       — ХОТЕЛИ исключить! А на слушании в Визенгамоте его пришёл защищать сам Дамблдор! И уговорил судей. А, кстати, а как прошло ваше лето? — Лаванда уставилась на Кварка и Лину. Линда, поскольку училась на курс младше, Лаванду интересовала гораздо меньше.       — Да так... — отмахнулся Кварк. — Поездили немного по миру, полетали на Маггловских самолётах, Лина один сбила...       — Не сбила! — ворчливо ответила Лина. — А слегка недозаправила!       — Ни фига себе! Это если после твоей недозаправки обломки валялись на четыре километра вдоль линии полёта и на километр поперёк...       — Не, четыре километра — это заслуга Линды! — тут же перевела стрелки Лина.       — И ведь сидела и не признавалась!       — В чём? В том, что я просто переставила трубки наддува баков нейтральным газом и системы форсирования?       — Чего она сделала? — не поняли ученицы Хогвартса.       — Проще говоря, Лина испортила самолёт маглов так, что он упал, а Линда заставила других маглов взорвать самих себя.       День в пути провели, Линда выискала в своих запасниках заклинания, позволявшее вместо обычной косы заплетать нечто... "обычная коса" — три пряди, "широкая коса" — из пяти прядей, "двойная коса" — тоже из пяти прядей, но казалось, что это две обычные косы, сращенные вместе, "очень широкая коса" — из семи прядей... Лаванда помирая от смеха, сказала .что надо сделать колдографию ЭТОГО и отправить родителям.       — Ага, и найти контрзаклятие, потому что у Парвати получилось...       — Не дёргайся! — вскрикнула Падма. — Я сейчас... — что-то проговорила.       — Не-не-не, это без меня, — Линда успела откатиться в сторону до того, как её волосы вплелись в сложный рисунок близняшек.       Весь оставшийся путь все девушки были заняты тем, что распутывали волосы Падмы и Парвати, перепутанные заклинанием так, что словно сплелись в одну большую косу, растущую из двух голов.       Собственно, с помощью заклинаний волосы немного удлинили, и Падма с Парвати тоже приняли участи в освобождении собственных волос.       — Жуткое заклинание! — поёжилась Падма. — Придётся зачёсывать волосы направо...       — Ну хоть большую часть спасли, — кивнула Парвати, зачёсывая волосы налево.       — А я говорила, что заклинание надо в одиночку применять, — проворчала Линда.       — Да оно нормально бы подействовало, — отмахнулась Падма, — Но вот целиться действительно надо было лучше.       — Лаванда, я тебе потом... переплету, — пообещала Парвати. — Когда с фотографом договоришься.       Поезд подъезжал к станции Хогсмит. Ученики толпились в проходе...       — Лаванда, у какого факультета недобор студентов?       — ЧЕГО?       — Ты ж по школе все слухи знаешь! Может и от учителей что-то слышала?       — У бурн... эммм, у барсуков. Помнишь, у них в прошлом году...       Ну да, в прошлом году погиб Сэдрик Диггори. Правда Кварк в этом не виноват: Сэдрика убил Крам, находившийся под империусом Барти Крауча, который находился под оборотным зельем в теле преподавателя ЗоТИ Грозного Глаза Грюма.       — Первокурсники, ко мне! — раздавался звонкий женский голос.       — Так. А где Хагрид? — притормозила Лина.       — Ну фиг знает, — отозвался Кварк. — А тебе зачем?       — Хагрид не колдует и, соответственно, мой плеер не расколдует, а эту мадаму я не знаю...       — Профессор Граббли Дерг, — отозвался Кварк. Он-то на уроки Ухода за Магическими Существами записался.       — Колдует? — поинтересовалась Лина.       — Ну, фиг знает, я не видел.       — Палочку у неё не ломали, — дала справку Линда. — Так что, вероятно, таки колдует.       — Ну ладно, я всё-таки попробую, — Лина скастовала своё длинное заклинание плеера на фонарь в руках Граббли Дерг. И ученики второго курса и старше разошлись выбирать себе кареты.       Кварку, как единственному парню в карете, пришлось подсаживать всех пять девушек. Линду проще оказалось забросить в карету, просто подняв на руки: с прошлого года мисс Бессомей де Винкервиль не подросла ни на линию***.       — А вы слышали, что Гермиону Грейнджер назначили старостой?       — Лаванда! — воскликнула Лина. — КАК ТЫ МОГЛА ПОЙМАТЬ ЭТОТ СЛУХ!? Ты же не покидала нашу компанию!       — Слышала... разное...       — Н-да... Кварк, похоже нам надо быть поосторожнее: тут слухи распространяются со сверхзвуковой скоростью!       На Распределении Шляпа спела новую песню, в которой призывала сплотиться и объединиться против внешнего врага.       — С Когтевраном у нас какая-никакая связь есть, — рассуждала Лина. — В крайнем случае, вот этот клок волос — то, что не смогли распутать и решили состричь, Парвати спрятала его в сумку, а то Кварк уже хотел попросить от каждой из сестёр по волоску, чтобы выяснить, в кого оборотное зелье превратит добровольца-испытателя, если бросить волосы двух людей.       — С такими идеями тебе место на когтевране!       — Ага! А ещё, в качестве научного интереса, я бы выяснил, в кого оборотка превращает человека сама по себе.       — В смысле, «сама по себе»?       — Ну, выпить пустое оборотное зелье, без частички того, в кого хочешь обратиться.       — Наверное, собой останешься... — протянула Лаванда.       Распределение закончилось, директор предложил есть, после насыщающей частью пира, перед десертом, он вновь взял слово. Говорил о всяких мелочах, старшекурсники его слушали вполуха: основная часть речи знакома с младших курсов, а новое — когда начнётся отбор в команды по квиддичу и о нововведениях — услышат.       А потом случилось то, чего не случалось ещё ни разу: Амбридж перебила директора.       — И что эта тётка себе позволяет? — возмутился Рон.       — Что может — то и позволяет, — отозвалась Лина. — Гарри же сказал КТО она.       — Ну работает в министерстве... — пожал плечами Рон. — И что?       — Она — помощник министра, — ответил Гарри.       — И полномочий у неё гораздо больше, чем у твоего отца, — добавила Гермиона.       — Так, — Кварк только что вертевший головой за теми кто говорил. — нас-то это как коснётся?       — Послушаем, что она скажет... — пожала плечами Линда.       — Ты что, будешь слушать эту ахинею?       — Буду, — кивнула Линда. — иногда в речах политиков можно услышать ТАКОЕ, что они в глаза прямо никогда не скажут.       — Ну услышишь — нам скажешь, — зевнул Кварк.       — Разумеется.       Выжимку о том, что Министерство собирается вмешиваться в дела Хогвартса Гермиона донесла до своих подопечных, а Линда — до своих.

***

* * *       Тем временем все вокруг зашумели и засуетились. Дамблдор, пока они разговаривали, объявил торжество оконченным. Ученики начали вставать и двигаться к выходу. Гермиона взволнованно вскочила на ноги.       — Рон, мы же должны показать первокурсникам дорогу!       — Ах, да, — сказал Рон, который явно про это забыл. — Эй! Эй, вы! Мелкота!       — Рон!       — А кто они, по-твоему? Великаны, что ли?       Линда исчезла со своего места за столом. А через мгновение и Рон свалился, словно запнувшись на ровном месте. Но обернувшись, чтобы помочь упавшему другу, Гарри понял, ЧТО тут произошло: Рона сбила с ног... Линда! Теперь она сидела у него на груди, уперев стащенную со стола тарелку в шею, так что Рон едва мог дышать.       — Ещё хоть слово о тех, кто короче тебя по росту... жердь!       — Линда, давай лучше я тебя покатаю! — Кварк не без усилий отобрал у подруги тарелку и взял Линду на руки.       — Не знал, что Линда такая... — Рон тёр шею. — Гермиона, не могла бы ты...       И Гермиона собрав первокурсников Гриффиндора, отправилась в одиночку исполнять обязанности старосты.       А Кварк, обернувшись в ньюфаундленда, убежал «катать» Линду.       Вечером в спальне Симус выступил по поводу того, что Гарри Поттер выдумал по поводу возвращения Волан-де-Морта.       — Не выдумал, — отозвался Кварк. — Володя вернулся... и, я думаю, не один раз...       — Как это «не один раз»? — удивились парни.       — Ну, первый раз он вернулся после того, как Хвост залепил мне авадой в бронежилет, но на тот раз я его упокоил выстрелом из... посоха. Мы с Гарри вернулись в Хогвартс, но я знаю, что на месте старого ритуала была попытка провести ещё один. Она тоже сорвалась: на место подоспели МОИ друзья, которые нашли меня по аварийному SOS-маяку. Это был второй случай. Но я как-то не особо верю, что всё тот же Хвост отказался от третьей попытки. Разве что эта третья попытка была ТОЧНО не на ТОМ кладбище.       — Но откуда ты знаешь, что эта твоя третья попытка вообще была!? И что она увенчалась успехом!?       — А вот тут приходится полагаться исключительно на Гарри Поттера.

Амбридж

      Второе сентября получилось весьма насыщенным: шесть уроков. Первой была История магии, Лина собиралась испытать своё летнее изобретение: волшебный аналог проектора, хотела убедиться, что на призраке он тоже будет работать.       Так что урок был бы сорван, окажись на месте учителя-призрака кто-то хоть чуть-чуть более живой. Кто хотел, мог слушать про войны с великанами, а кто не хотел — Лина показывала старые мультфильмы про Тома и Джерри прямо на потолке. Так что почти весь класс вскоре лежал, откинувшись на спинки скамеек и изо всех сил сдерживал приступы хохота, глядя как мышонок издевается над котом.       «Пробило» даже обычно невозмутимую Гермиону.       Впрочем, перед зельями всё хорошее настроение улетучилось: Снегг, разумеется, задаст самое сложное зелье, которое только есть в программе...       И студенты угадали: им предстояло готовить умиротворяющий бальзам — весьма сложное в приготовлении зелье, ошибка в котором могла вызвать глубокий сон, до смертельного исхода включительно.       Лина уселась вместе с Кварком. Но котёл у каждого был свой.       Поттер напортачил с зельем. Снегг выставил Поттера идиотом... хотя, может быть и заслужено. Прошёл мимо Гермионы, ничего не сказав. И остановился возле котла Лины и Кварка. Котёл Кварка дымил как паровоз, сажи, казалось, было больше, чем ёмкость самого котла, но внимание Снегг обратил не на это. А на котёл Лины, от которого тянулись испарения с весьма специфическим запахом. Сама Лина сидела, облокотившись на стол и со счастливым видом вдыхала пары своего зелья.       Снегг моментально накрыл котёл алхимическим щитом.       — Инверс! Что это!?       — Ра-ассла-абься-а, чу-ува-ак... До студентов, даже самых ненаблюдательных, дошло, что Лина... "слегка" неадекватна.       — Инверс! Что вы себе позволяете!?       — Мир тебе, носатый парень в чёрном костюме...       — Инверс! Минус десять баллов грифиндору! Образец на стол, а вечером у вас отработка!       Гарри этого уже не слышал, убежав в столовую.       А к Кварку на перемене подсели близнецы Уизли и Ли Джордан: до них дошли слухи, что Лина сварила... нечто, и они желали попробовать, чтобы понять, правда ли от паров этого зелья крышу сносит настолько, что студент осмеливается обозвать Снегга носатым чуваком. Правда до конца обеда Лина витала в облаках и с умным видом разговаривала с Полумной Лавгуд.       — Интересно, всё-таки, что это Лина сварила, — пробормотал Кварк. — Что даже её торкнуло...       — Это Тролль, чувак, — отозвалась Лина. — И я это знаю... и мне на это пофиг... и мне назначили отработку... и на это мне тоже пофиг...       — А на задание?       — Какое задание?       — То, с которым мы здесь.       — Где «здесь»?       — В Хогвартсе.       — Мы в Хогвартсе!?       К прорицаниям Лина вроде бы отошла от своего отравления зельями. Во всяком случае, назвать профессора Трелони чувихой Лина не пыталась, а весь урок сидела рядом с Лавандой и Парвати и листала учебник. Причем дойдя до конца дважды переворачивала его, словно страницу, и продолжала листать дальше.       Сны предпочла толковать Лаванды, потому что вновь поправила профессора Трелони, для толкования снов Парвати придется брать индийский сонник: в детстве индианка воспитывалась в иной культуре и сны, скорее всего, будут оттуда, с английским толкованием снов Парвати делать нечего.       — Лина, а тебе что снилось?       — «Волны морские, штормы седые», — ответила Лина цитатой.       — Эмм... а поподробнее?       — Море, от горизонта до горизонта покрытое волнами. И всё.       — Какой... странный и скучный сон...       — Вот и я о том же.       — А расскажешь, какие вещие сны тебе снились?       — У меня сны... немножко не вещие. Грубо говоря, я вижу несколько вариантов развития событий и иногда понимаю, как мои действия повлияют на эти варианты. Вот и вся моя сила предсказаний...       — А ты можешь намеренно вызвать такой сон?       — Думаю, если меня поставят в такое положение, что на кону будет моя жизнь — я сон увижу, а так — нет.

***

      Очередной урок — ЗоТИ у профессора Амбридж. Разумеется, кабинет нёс отпечаток нового хозяина и отпечаток Амбридж Кварку не понравился.       — Здравствуйте! — сказала профессор Амбридж, когда ученики расселись по местам. Непонятно было, стоит Амбридж или сидит: и так и так она практически одного роста.       Несколько человек пробормотали в ответ:       — Здравствуйте.       — Стоп-стоп-стоп, — сказала профессор Амбридж. — Ну нет, друзья мои, это никуда не годится. Я бы просила вас отвечать так: «Здравствуйте, профессор Амбридж». Ещё раз пожалуйста. Здравствуйте, учащиеся!       — Здравствуйте, профессор Амбридж! — проскандировал класс.       — Вот и хорошо, — сладким голосом пропела профессор Амбридж. — Ведь совсем нетрудно, правда? Волшебные палочки уберем, перья вынем.       Гарри услышал, как Лина вполголоса, но отчётливо вместо «здравствуйте, профессор Амбридж», пробормотала «Guten Tag Frau Kröte*». Похоже, профессор Амбридж не нравилась и Лине тоже.       Затем Амбридж написала на доске цели курса и велела студентам их списать к себе в тетради.       Когда все списали три поставленные профессором Амбридж цели курса, она спросила:       — У всех ли есть экземпляры «Теории защитной магии» Уилберта Слинкхарда?       По классу пробежало глухое утвердительное бормотание.       — Мне кажется, надо попробовать еще разочек, — сказала профессор Амбридж. — Когда я задаю вопрос, ответ я хотела бы слышать в такой форме: «Да, профессор Амбридж» или «Нет, профессор Амбридж». Итак: у всех ли есть экземпляры «Теории защитной магии» Уилберта Слинкхарда?       — Да, профессор Амбридж, — хором ответили ученики.       Гарри услышал что Лина ответила немного по другому.       — Jawohl, herr Umbridge**.       Амбридж, кажется, не услышала, а Гарри сообразил, что Лина отвечает на немецком. Даже завидно стало: Лина могла, наверное, ругаться и если Амбридж не знала немецкого... то ей ничего не будет!       Гермиона выступила против того, что студентов будут обучать только теории, Гарри нарвался на отработку у Амбридж... ещё и на профессора Макгонагалл чуть не набросился. А в конце уроков... Гермиона ошарашенно смотрела, как Лина буквально за пару фраз, не потеряв ни одного балла фаультета, нарвалась на отработку к Амбридж, причём только на одну! Она бы поняла, если бы это сделал Кварк, но Лина... казалась самой умной из аркаимцев... ну, во всяком случае умнее Кварка...       — Поттер, перед отработкой найдёшь меня! — на выходе из класса предупредила Лина. — Это не обсуждается!       — Зачем ты... — Гарри замер бы, но Лина сдвинула Поттера в сторону, чтобы тот не мешал пройти остальным.       — Линда поймала нехороший слушок про эту Амбридж. Я должна его проверить.       — Мне бы сказала... — проворчал Гарри. — Я бы сказал...       — Так, не обсуждается. Потом ещё спасибо мне скажешь. А то и весь факультет, — Лина усмехнулась своей собачьей ухмылкой. — А то и вся школа.       Лина гордо вошла в кабинет профессора Защиты от Тёмных Искусств.       — Guten Abend Professor Umbridge       — Простите? — уточнила Амбридж.       — Я поздоровалась с вами на немецком языке.       — Почему именно на нём?       — Мой, можно сказать, второй родной язык.       — И какой же первый?       — Русский. Я училась в Аркаиме.       — Никогда не слышала...       — Эта школа далеко на восток от Англии и так же далеко на север от Индии.       — Тем не менее, вы провинились и я назначила вам наказание.       — Я знаю.       — В качестве наказания вы будете писать фразу: «Я не должна дерзить»       — Сколько раз? — тоном «да мне пофиг» поинтересовалась Лина, явно не собираясь вникать в написанное.       — Столько, сколько потребуется. Нет, оставьте ваше перо. Воспользуйтесь моим.       «Значит, правда», — передала Лина Линде.       «Не, сама ругайся»       Лина взяла перо из рук профессора и взглянула: Чёрное, с длинным, как стилет кончиком, как и описывалось.       — А чернила?       — И чернила этому перу не нужны.       — Я поняла.       Лина написала заданную фразу — почувствовала боль на кисти левой руки. Замерла.       — Что-то не так? — участливо поинтересовалась Амбридж.       — Нет, всё в порядке... — Лина задумчиво вывела на листе бумаги собственное имя и фамилию. Амбридж не заметила. Лина же не спеша и тщательно выводя завитушки написала «Амбридж — жаба». Затем немного поколдовала с настройками, чтобы тело продолжало писать фразы вроде «Долорес Амбридж — жаба» или «Долорес — жирная жаба». А разумом «нырнула в себя», собираясь разобраться с настройками болевой чувствительности тела, так, ненадолго, буквально на одну отработку. Тело ещё несколько раз повторило фразу, а Лина разобравшись с настройками этого самого тела, вынырнула в реальный мир. На порезы кожи тело больше не реагировало.       Перо неспешно, не нужно резать кожу больше необходимого, скользило по бумаге, выводя разнообразные ругательства в отношении преподши. И какое счастье, что выведенное пером быстро исчезало: Лина материла преподшу на чём свет стоит, причём далеко не только на немецком, выдавала трёхэтажные конструкции на смеси всех известных ей языков, и немножко на латыни, чтобы Амбридж точно знала, до какой именно кишки Лина хочет загнать ей слоновий аппарат для гастроскопии.       Наконец, ближе к ночи, Амбридж отпустила Лину. Прощалась та тоже на немецком. Хотя Амбридж и сомневалась, что прощание может быть таким витиеватым.       Лина так кипела гневом, что встретив по пути Пивза, вывернула его наизнанку и чисто магией скрутила в весьма сложный узел, а неосторожного призрака развоплотила без всякой волшебной палочки.       — Стрелять Амбридж я буду только по коленным чашечкам! — сообщила Лина Кварку. — Ну может, ещё в живот. И уж точно никакой авады! Только и исключительно крициатус!       — Серьёзно она тебя достала!       — Не-а, — помотала головой Линда. — Достала бы серьёзно, Лина разнесла бы её кабинет выбросом стихийной магии.       — В общем, я объявляю войну этой старой земноводной твари.       На следующий день были чары, трансфигурация и Уход за Магическими Существами. И по всем предметам студентам задавали гору домашних заданий. Лина, тем не менее, заявила, что ей просто край как необходимо побывать в Хогсмиде. И, поскольку Ухода за Магическими Существами у Лины не было, она сделала вид, что провожает Кварка, а сама рванула по дороге в Хогсмит, словно за ней гналась Амбридж, и возможно, не одна.       Гарри про то, что надо найти Лину перед отработкой, разумеется, забыл, а Амбридж держала его до глубокой ночи, так что Лина уже успела сделать всё, что хотела, и даже накарябала все домашки, кроме зельеварения.       Видимо, отработки у Амбридж Лине было мало, так она и на отработку у Снегга решила нарваться. Ничем иным её сочинение на тему использования Лунного Камня в зельеваренье, состоящее из единственной фразы: «Очищенный Лунный камень используется для изготовления эльфийского оружия и доспехов» написанной на кусочке пергамента ДЛИНОЙ в 12 дюймов быть не могло.       В четверг Гарри был никакой. Ложкой в рот попадал не всегда, на всех уроках сонный... перед наказанием Гарри вдруг неожиданно для самого себя был резко втащен в пустой класс и получил в лицо струю воды из волшебной палочки.       — Ты что творишь!? — возмутился Гарри, выхватывая свою палочку.       — Экспеллиармус, — Лина легко выбила палочку из рук. — Так, «разбудить Поттера» — сделано, — сделала вид, что вычеркивает строчку в плане дел на сегодня. — Палочку получишь после разговора.       — О чём будем говорить!? — Поттер агрессивно взглянул на Лину.       — У тебя есть лишний галлеон?       — Денег занять хочешь?       — Нет, заработать.       — Э-э...       — Я ведь знаю, чем Амбридж с тобой занимается по вечерам.       — И что!? — Гарри вновь вскочил.       — Сидеть! — как собаке приказала Лина.       Гарри непроизвольно подчинился.       — И я решила помочь тебе. Разумеется, не бесплатно.       — Помочь!? ЧЕМ!?       — Вот этим, — Лина уложила на парту увесистый предмет... больше всего похожий на гайку, которыми рельсы к шпалам прикручивались.       — А Поезд с рельс не сойдёт? — брякнул первое попавшееся Поттер.       — Я чо, дура, с действующих путей гайки скручивать!? У смотрителя купила...       — И как ЭТО использовать? Хочешь, чтобы я засветил гайкой Амбридж по голове?       — Классный вариант, конечно, но тебя после этого могут отправить в Азкабан.       — Ладно, сдаюсь, и голова не варит... объясняй, чего хотела и...       — Это, — Лина указала на гайку. — Защита от Чёрного пера.       — ЧТО!? — Поттер взглянул на гайку совсем другими глазами. Если эта штука сможет защитить его от Амбридж...       — Защита от Чёрного пера. Я опознала эту вещицу, когда отбывала своё наказание: пишет кровью того, кто им пользуется и царапает левую руку.       — Но... я, наверное, не смогу незаметно накрутить эту штуку на перо! Да и неудобно будет... ты не могла сделать гайку поменьше? Или...       — Поттер, ты идиот или прикидываешься?       — Идиот, наверное, я сейчас соображаю не лучше.       — Это кольцо. Надеваешь на палец левой руки и... всё.       — ВСЁ?       — Остальное сделает кольцо. Если не поможет — деньги верну.       — Давай, — Гарри нашарил в кармане галлеон и протянул Лине. Та вручила кольцо.       К Амбридж Гарри опоздал примерно на минуту, извинился за опоздание и едва Амбридж отвернулась, надел гайку на указательный палец. Почему именно на него — Гарри сам не знал, по ощущениям — ничего так и не произошло, он-то ожидал что сможет почувствовать как ему укрепляют кожу... Виделось, что на коже вырастают чешуйки, как у дракона, и перо соскальзывает с них, не в силах поцарапать... ничего такого не было. Впрочем, когда Гарри написал сакральное «я не должен лгать», боли тоже не почувствовал. Кольцо работало, и Гарри с удивлением взглянул на перо. Работает! Ура! Чистый мазохизм в виде вспарывания собственной руки превратился... в тупое, но безболезненное писание строчек. Ради такого галлеона не жалко!       Утром Лина уже продавала специальные перья со встроенной проверкой орфографии.       Гермиона тут как тут.       — Такие перья запрещены на экзаменах!       — Грейнджер! Ты с Гремучей ивы головой вниз свалилась? Какие экзамены!? До них ещё 10 месяцев!       — Но... зачем тогда?       — Чтобы учились.       — Да? И как же?       — На пробу, напиши любое слово с ошибкой. Моим пером.       Гермиона по сверлила взглядом Лину, но написала требуемое, и вскрикнула от неожиданности: перо укололо её небольшим разрядом электричества.       — Обучение через боль. Некоторых можно учить только так.       — Это... садизм!       — Мазохизм, — поправила Лина. — Студент пишет эссе, ошибается, проверка идёт исключительно орфографии, получает небольшую порцию боли и рано или поздно запоминает как писать правильно. Собственно, всё.       — У тебя такое никто не купит! Особенно если сразу объяснять всё!       Лина молча указала на кусок пергамента, где всё было написано.       — И каковы продажи!?       — Уж получше, чем у твоей Ассоциации. Хотя, предполагаю, что все перья таки пойдут на подарки-приколы.       Кстати, на день рождения Гермиона получила такое перо с пояснением что поскольку она пишет правильно — ей ничего не грозит.       Через несколько дней появился очередной Декрет Министерства об Образовании. В нём учреждалась должность Генерального Инспектора Хогвартса, учителей обещали инспектировать. И одна из первых инспекций пришлась на профессора прорицаний. Амбридж вошла в класс, задавала вопросы... потом попросила что-нибудь ей предсказать.       — Внутреннее око не зрит по приказу! — ответила Трелони       — Понятно, — проворковала профессор Амбридж и записала что-то в блокноте.       — Я... но... но... подождите! — Профессор Трелони пыталась говорить, как всегда, потусторонним голосом, но эффект таинственности был несколько подпорчен тем, что голос дрожал от гнева. — Кажется, я что-то вижу... что-то, вас касающееся... да, я чувствую что-то... что-то темное... большую угрозу...       Профессор Трелони наставила дрожащий палец на профессора Амбридж, а та, подняв брови, продолжала любезно улыбаться.       — Боюсь... боюсь, вам грозит большая опасность! — драматически возвестила профессор Трелони.       Пауза. Профессор Амбридж, по-прежнему подняв брови, смотрела на профессора Трелони.       — Ну что ж, — мягко произнесла она после очередной заметки в блокноте. — Если это все, что вы можете сообщить...       — У профессора Трелони вскоре начнутся некоторые финансовые проблемы, — поднялась на ноги Лина, явно изображая транс. — А профессора Амбридж выебет целый табун кентавров!       — Ох, Лина, зря ты это сказала... — Парвати потянула Лину за руку и заставила сесть.       — Сказала что? — Лина моргала, как после транса, словно ничего не запомнила.       Дальнейший урок профессор Трелони убила на то, чтобы зачитать дневник сновидений Гарри Поттера и разобрать, что каждое из сновидений сулит ему безвременную кончину.       — Попробовала бы она истолковать мои сновидения! — усмехнулась Лина.       — Ну... — Парвати мельком заглянула в дневник Лины. Сухой столбик дат и краткое описание типа: «полёт в пустоте между звёзд», «стоительство трубопровода» , «презентация «мои рисунки»»       — Тебе правда снится... ТАКОЕ? — удивилась Лаванда.       — Уж лучше это, чем то, что выдаёт мозг, если опустить его в «свободное плавание»       — Но ведь получается... что ты не выполнила задание профессора Трелони! Это не твои настоящие сны!       — Почему же!? Есть и настоящие, — Лина перевернула дневник открыла пятую с конца страницу и назвала длинный зубодробительный пароль (на немецком), который девочки даже не пытались запомнить. Там было всего три даты а среди описанных снов столько трупов и кровищи...       — Я поняла, — содрогнулась Парвати. — Покажешь такое любому профессору — в чёрные маги запишут и скажут, что у Сама-Знаешь-кого крови на руках меньше.       — Вот поэтому и молчу.       На уроке по защите от тёмных искусств Гермиона чуть не нарвалась на отработку у Амбридж. А защищавший её Поттер таки нарвался.       Лина глубоко вздохнула:       — Я не поняла, — шёпотом сказала она Парвати и Лаванде. — Поттер идиот или мазохист?       — Он — истинный гриффиндорец, не даёт Гермиону в обиду.       — Хотя вариант с мазохизмом мне тоже нравится! — прыснула Лаванда.       Самым худшим для Гарри Потера была реакция капитана команды на известие о новой неделе отработок. Анджелина орала так, что привлекла внимание профессора Макгонагалл, которая ещё и лишила гриффиндор десяти очков.       — Ну чего так орать-то? — спросила Линда, подходя к спорщикам. — Анджелина, что тебе Поттер сделал? И кстати, что Поттеру сделала Макгонагалл, он же её разорвать на месте хотел!?       — Наша команда осталась без ловца! — ответила Анджелина.       — Всего-то? Поймать маленький металлический мячик и я смогу.       — Стоп! — Анджелина бросила заинтересованный взгляд на испанку. — А бладжера не боишься? Или что тебя за квофл примут?       — Бладжеру меня ещё заметить надо, они же на массу ориентируются... ну кроме того сумасшедшего, которого Кварк на втором курсе сбивал. А чтобы перепутать меня с Квофлом, я должна летать как квофл, а я предпочитаю стиль снитча!       — Завтра на тренировке покажешь. — кивнула Анджелина и громче, чтобы Поттер слышал, добавила, — Пока наш ловец наказание отбывает!       Ещё 2 инспекции. С МакГонагалл Амбридж выпендриваться не рискнула, всё-таки МакГонагалл строгая учительница, а вот Граббли-Дерг, явно пыталась завербовать — но профессор на уловку не попалась, а вот Поттер... буквально одной фразой получил себе ещё вечер отработок.       — Я таки склоняюсь к мнению Лины, — сказал Кварк, наклонившись к Лаванде. — Что Поттер — мазохист и наказания ему нравятся.       Вечером того же дня Гермиона подбила Поттера на создание кружка по защите от тёмных искусств. Поттер не ответил на предложение ни да ни нет, что в общем-то разумно.       А вот Амбридж, видимо ей было мало власти, даваемой инспекцией, стала плодить декреты министерства со скоростью бешеного печатного станка.       Впрочем, ещё до разгона станка в школе появилась оппозиция. На одном из первых декретов, появившемся на стенде с объявлениями, кто-то нарисовал маленький и сморщеный мужской половой орган. На втором декрете появился он же, но заметно больше, ещё через несколько декретов член, с каждым новым декретом становившийся всё больше, а перед знаменательным событием и вовсе — здоровенным конским, в один из дней на доску с декретом кто-то просто прилепил (видимо, заклятием вечного приклеивания) розовый фалоимитатор.       Каждый день гриффиндорцы буквально бежали к доске объявлений, чтобы узнать, что ещё подвесили на объявления Амбридж. Там и так уже собрался целый сексшоп.       В один из дней вышло сразу два декрета, но на одном из них исуственного члена не было. Заинтригованные гриффиндорцы пошли читать этот «нехуёвый» декрет.       Оказалось, это вовсе не декрет министерства, а оформленное под него объявление. С рекламой заработка денег. Неизвестный аноним предлагал платить по два серебряных сикля за каждый нарушенный декрет министерства и галлеон сверху тому, кто соберёт у себя всю коллекцию нарушений. В качестве подписи был рисунок Цербера, адресатом, куда отправлять (заверенные у Филча) «прегрешения» значился «Цербер Пушок, там-где-не-найдут», оплата преполагалась утренней совиной почтой.       Братья Уизли к которым обратились с вопросом, правда ли это, сказали, что узнают, а уже после завтрака делились впечатлениями: правда. Но за нарушение каждого декрета платят только один раз.       До обеда у Филча было не протолкнуться: большинство учеников внезапно захотели узнать, какие именно у них есть нарушения. На следующее утро налёт сов на стол Гриффиндора можно было снимать, как иллюстрацию налёта на Дрезден: буквально каждому пришло по сове. И большинство сов с деньгами, и у всех — записки, что нарушения декретов считаются только с нового учебного года.       — А ничо-так подзаработали, — сказал Рон Уизли, пересчитывая галеон и три сикля, присланные утренней совиной почтой с запиской "нарушения учтены".       — Ты же староста! — возмутилась Гермиона.       — Ну и что? Эти дурацкие декреты только мешают учиться! А так хоть подзаработать можно!       — Лина, не продашь нам по своему пёрышку с проверкой орфографии? — хором поинтересовались близнецы Уизли.       — Да легко! — Лина указала на Филча, который собирался штрафануть всех троих. — А зачем оно вам?       — Видишь ли, среди декретов есть один, который мы не сможем нарушить без твоей помощи!       — Он касается запрета на покупку товаров у не лицензированных продавцов!       — А поскольку из не лицензированных продавцов только мы и ты...       — Мы должны купить что-нибудь у тебя!       — Это ж бесприбыльная сделка! — умехнулась Лина. — Вам заплатят те же два сикля, что вы потратите у меня!       — Абсолютно не согласен! — ответил Фред       — Во-Первых, у нас будет Перо-зачарованное-Гениальной-Линой-Инверс!       — А, во-вторых, мы сможем заработать обещанный за полную коллекцию нарушений Галлеон!       — А в-третьих, мы просто хотим позлить Амбридж!       — Для собственного морального удовлетворения!       После того, как ученики получили оценки по зельеварению, Гермиона со своими друзьями стали обсуждать. Поттер стыдился своего нолика, Гермиона сказала, что её Выше Ожидаемого можно считать отправной точкой для восхождения к Превосходно. Рон Уизли считал, что с оценки Слабо гордиться нечего...       Кварк отчитался (перед Линой), что у него «удочка».       — Международная! — усмехнулась Лина. — Посмотри на мою! "Отлично"!       — Но, Лина, такой оценки нет! — возразила Гермиона.       — Как нет!? — показала свой «нолик». — Вот же она!       — Это «Отвратительно»! — просветил Лину Фред.       — БЛ...       — Не ругайся, — посоветовал Кварк.

В кабаньей голове

      — Значит так, — Лина собрала свою банду в лице Кварка и Линды. — Некая Гермиона Грейнджер буквально вчера подошла ко мне и поинтересовалась, не хочу ли я узнать подробности того, что произошла летом на кладбище во время финала Триволшебного Турнира.       — А чего к тебе, а не ко мне, как очевидцу? — удивился Кварк.       — Без понятия...       — Ко мне она тоже подходила, — отозвалась Линда. — Только я знаю, чего хочет Гермиона. В отличие, почему-то от тебя, — коротышка взглянула на Лину.       — А почему я должна знать?       — А разве не ты спишь с ней в одной комнате?       — В одной комнате — это не значит, что она во сне всё выбалтывает!       — Ну ладно, — пожала плечами Линда. — Гермиона собирается устроить подпольный кружок по изучению ЗоТИ.       — Хм... — Кварк почесал за ухом, и недовольно посмотрел на свою человеческую ладонь. — Ну да, с этой жабой нормально ЗоТИ сдадим только мы с Линой, ты и, возможно, Гарри Поттер. Кстати, а эти подходы к вам... Они как-то связаны с тем, что Поттер и Уизли подкатывали ко мне с целью поучиться владению посохом?       — Так! С этого места поподробнее!       — Ну, Поттеру понравилось, как мой посох трансформируется в лёгкую короткоствольную пушку, вот он и спросил...       — А ты ему ответил, что это на самом деле пушка-которая-трансформируется-в-посох?       — Конечно! И про трансфигурацию упомянул...       — И?       — Хочет научиться. И что-то про тренировки... Типа, не соглашусь ли я быть его наставником...       — Стоп, а Уизли просто стоял рядом столбом? — уточнила Линда.       — Скажем, он иногда кивал.       — Ладно, и на какое время Поттер назначил тебе встречу?       — Он не назначил, сказал, что Гермиона пригласила всех в «Кабанью Голову»...       — Ладно, значит пойдём в «Кабанью голову». Завтра у нас поход в Хогсмит, в общем, далеко не расходиться и чтобы около полудня все были на месте.       — По прикидкам, — опять похвасталась, что всё знает, Линда, — ожидается полтора-два десятка студентов, но может быть больше, в зависимости от «прицепов».       Когда вошли в кабанью голову, в ней уже сидело 28 студентов Хогвартса.       — Здравствуйте, — сказал Фред, первым подошедший к стойке. Он быстро пересчитал спутников. — Можно нам... двадцать восемь сливочного пива?       — Двадцать пять! — поправила Лина. — Я не буду пить ЭТУ ПАРОДИЮ НА ПИВО! — и Лина достала из сумки три бутылочки великолепного немецкого пива.       Бармен уставился на неё:       — Со своими напитками нельзя!       Лина пожала плечами и протянула свою бутылку Кварку. Тот взглянул на подругу потом кивнул и протянул свою бутылку Линде, которая уже вручила свою Лине       — Я вам адресок скину, — пообещала Лина бармену       — Хорошо, — пожал плечами Фред. — Двадцать пять так двадцать пять.       Бармен кивнул и начал таскать из-под стойки пыльные бутылки. Фред передавал их ребятам.       — Угощайтесь. И раскошеливайтесь. У меня золота на всех не хватит.       — Так, мне адресок тоже шепнёшь, — наклонился к Лине Джордж.       Пока остальные со смехом доставали деньги, рассчитываясь с Фредом, Лина записала на бумажке довольно длинный адрес (дважды), разорвала бумажку пополам, одну половину вручила Джорджу, а вторую, сложив голубем, переправила бармену.       — Длинный адрес, — присвистнул Рон, краем глаза заглянувший в записку брата.       — Международный, — отозвалась Лина. — ТАКОЕ варят только в Германии. Доставки, соответственно, придётся ждать несколько дней.       Гермиона толкнула речь о том, что Амбридж ничему не учит на своих уроках, и было бы неплохо самим разобраться в деле защиты. Разумеется, разговор тут же свернул на Тёмного Лорда, откуда мол известно, что он вернулся.       — Я видел его! — громче, чем следовало, сказал Гарри. — И Кварк видел!       — А правда, что у вас случился поединок!?       — И ты...       — Да, — кивнул Гарри Поттер.       — А правда, что Тёмный Лорд...       — Я не собираюсь рассказывать вам, как Тёмный Лорд убивает! — вспылил Гарри.       — Ну, об этом я могу рассказать, — поднялся Кварк. — Вот так вот, — сделал вид, что целится из пистолета. — А потом так «бабах!» — дёрнул руку, будто при отдаче из крупнокалиберного пистолета. — и мозги по всей поляне!       — Ква-арк! — остановила друга Лина. — Мне кажется «бабах и мозги по поляне» — это всё-таки ТВОЙ стиль!       — А, ну да. Волан-де-МРОТ обычно использует аваду. Ну, помните, Грюм показывал. Как там, ни порядочности, ни любезности, ни противодействия...       — А Лина авадой владеет! — напомнил Симус.       — Это правда, что ты можешь вызвать Патронуса? — спросила девочка с длинной косой.       Заинтересованный шепоток среди слушателей.       — Да, — с некоторым вызовом сказал Гарри.       — Телесного Патронуса?       У Гарри что-то шевельнулось в памяти.       — Ты, случайно, не знаешь мадам Боунс? — спросил он. Девочка улыбнулась:       — Она моя тетя. Я Сьюзен Боунс. Она рассказывала мне о слушании в Министерстве. Так это правда? Ты вызвал Патронуса-оленя?       — Да, — кивнул Гарри. — Меня Люпин научил...       — И Кварк с Линой тоже умеют! — добавила Лаванда. — Они нас в поезде от дементоров защитили...       — У нас патронус не такой мощный как у Поттера, — поморщилась Лина. — Его патронус разогнал дементоров с другого берега озера, а наши едва прикрыли пару кубометров пространства.       — И ты убил василиска мечом из кабинета Дамблдора? — спросил Терри Бут.       — Ну, — Гарри смутился: мечом он «убил» лишь тетрадку с духом Волан-де-Морта.       — Скажем: меч, Поттер и василиск в одной комнате некоторое время были, — усмехнулся Фред. — А вышли живыми — из названных — только Меч и Поттер, — продолжил Джордж.       — Вышли живыми? Ты считаешь меч живым? — подколол брата Фред.       — И нам даже перепало кое-что с этого василиска! — добавил Джордж.       — Всем, кто участвовал, — добавила Парвати.       — ТАК ТЫ ТОЖЕ ТАМ БЫЛА! — вскрикнула Лаванда, уставившись на подругу. — И НИЧЕГО МНЕ НЕ СКАЗАЛА!?       Джастин Финч-Флетчли присвистнул, братья Криви обменялись испуганно-восхищенными взглядами. Гарри чувствовал, что краснеет, и старательно избегал смотреть на Чжоу.       — А на первом курсе, — объявил Невилл, — Гарри спас филологический камень от...       — Философский, — прошипела Гермиона.       — Это Гарри спас философский камень, — проворчала Линда. — А Невиллу было бы неплохо таки получить филологическим...       — Да, от Вы-Знаете-Кого, — закончил он.       Глаза у Ханны Аббот сделались круглыми, как галеоны.       — Не говоря уже о всех заданиях, с которыми он справился на Турнире Трех Волшебников в прошлом году, — сказала Чжоу. (Гарри невольно взглянул на нее — Чжоу смотрела на него и улыбалась, его желудок снова сделал сальто.) — Одолел дракона, русалок, паука... Пронесся почтительный шумок. Гарри внутренне сжался. Он изо всех сил старался придать лицу такое выражение, чтобы оно не показалось самодовольным. Из-за ее похвалы ему стало гораздо труднее сказать то, что он должен был сказать непременно и даже дал себе в этом клятву.       — Слушайте, — и все сразу смолкли. — Я не хочу изображать тут скромность и вообще ломаться... но мне очень сильно во всем этом помогали.       — С драконами — нет, — живо откликнулся Майкл Корнер. — Ты шикарно летал.       — Ну... допустим. — Гарри взглянул на Кварка. — Вспомните, что с драконом сделал Кварк!       — Он его продал! — отозвались братья Уизли, которые тоже получили часть драконьих ингредиентов со «скидкой однокашника», из того, что долежало до лета.       — А ПЕРЕД ЭТИМ? — усмехнулась Джинни.       — А, кстати, чем это Кварк его? — вспомнил Рон. — Дракону всю голову разворотило...       — Так вот откуда это «мозги по всей поляне»!       — Гранатой, — буркнул Кварк.       — Ты смог трансфигурировать камень в гранату? И она потом сработала? — удивился Джастин.       — Не трансфигурировать. Прочитал заклинание обмена... все ведь знают что это такое?       Чжоу кивнула, и Гарри поклялся себе, что узнает про это заклинание. Кроме мисс Чанг про заклинание знала только Гермиона.       — Мы пришли у него поучиться, а он объясняет нам, что на самом деле ничего не умеет.       — Он этого не говорил! — рявкнул Фред.       — Тебе что, уши прочистить? — поинтересовался Джордж, вытаскивая из бумажного мешка от «Зонко» длинный, устрашающего вида металлический инструмент.       — Или другой какой орган? — сказал Фред. — Мы куда хочешь его вставим.       — Ну, хорошо, — вмешалась Гермиона. — Идем дальше. Мы согласны в том, что хотим брать уроки у Гарри?       — Только с условием! — тут же отреагировал Поттер. — Чтобы Кварк и Лина тоже делились опытом!       — Поделимся, поделимся, — согласился Кварк.       Собравшиеся ответили одобрительным шумом. Захария сложил руки на груди и молчал — должно быть, потому, что очень внимательно следил за инструментом в руке у Фреда.

***

      — Так, — сказала Гермиона, обрадованная тем, что наконец до чего-то договорились. — Теперь второй вопрос: как часто будем заниматься? По-моему, реже, чем раз в неделю, не имеет смысла...       — Подожди, — сказала Анджелина, — важно, чтобы это не совпало с нашими тренировками.       — И с нашими, — подхватила Чжоу.       — И с нашими, — добавил Захария Смит.       — Думаю, мы сумеем выбрать вечер, который устроит всех, — с легким нетерпением отозвалась Гермиона. — Все-таки это важное дело, мы хотим защищаться от Пожирателей смерти, слуг Во... Волан-де-Морта.       — Дело говоришь! — рявкнул Эрни Макмиллан, чьей реплики Гарри давно дожидался. — Я считаю, это важно, наверное, поважнее всего остального в нынешнем году, важнее даже, чем СОВ! — Он грозно оглядел компанию, словно ожидая криков «нет!». Но все молчали. — Я лично не могу понять, почему в такое критическое время Министерство навязало нам эту никчемную преподавательницу. Ладно, оно не желает признать, что Сами-Знаете-Кто вернулся, но подсовывать нам учителя, который намеренно не дает овладеть защитными заклинаниями...       — Мы думаем, Амбридж не позволяет нам учиться защите от Темных искусств потому, — сказала Гермиона, — что у нее возникла безумная идея, будто... будто Дамблдор хочет организовать из учеников личную армию. И выставить ее против Министерства.       Почти все были огорошены этой новостью — все, кроме Полумны Лавгуд, которая пропищала:       — Похоже на то. Ведь у Корнелиуса Фаджа есть личная армия.       — Что? — изумился Гарри, ошеломленный этой не­ожиданной информацией.       — Да, у него своя армия Гелиопатов, — торжественно объявила Полумна.       — Не может быть! — сказала Гермиона.       — Может, — отрезала Полумна.       — Кто такие Гелиопаты? — недоуменно спросил Невилл.       — Духи огня. — Выпуклые глаза Полумны еще больше расширились, отчего вид у нее стал еще более безумный, чем всегда. — Огромные пылающие создания, они носятся по земле и сжигают все перед собой, и...       — И они не существуют, Невилл, — насмешливо вставила Гермиона.       — Нет, существуют! — рассердилась Полумна.       — Извини, но где доказательства?       — Есть сколько угодно свидетелей. А если ты такая ограниченная, что пока тебе не сунут под нос...       — Кхе-кхе, — произнесла Джинни, так похоже изобразив Амбридж, что некоторые испуганно оглянулись и только потом засмеялись. — Кажется, мы хотели решить, как часто должны быть уроки защиты?       — Да, Джинни, ты права, — сказала Гермиона.       — Раз в неделю, по-моему, нормально, — сказал Ли Джордан.       — Только чтобы... — начала Анджелина.       — Знаем, знаем: не мешать квиддичу, — закончила Гермиона. — Теперь давайте решим где.       Это оказалось труднее. Все молчали. * * *       С местом сбора так и не определились, а под конец собрания Гермиона предложила составить список участников. Кто-то побоялся, кто-то справедливо опасался, что список будет уликой, которая всех сдаст. Старосты боялись потери значков...       «Пергамент зачарован», — сообщила Линда.       «Откуда ты знаешь!?» — спросила Лина.       «Спектрально-астральные очки есть не только у Полумны... кстати, сейчас она почему-то без них...»       «На что зачарование и чем нам грозит собственная роспись в нём?» — уточнил Кварк.       «Ты за кого меня принимаешь!? Я только вижу магию на куске пергамента! Если поймёшь — скину скан»       Подписывать пергамент собственной кровью Гермиона не попросила, а с ритуалами попробуют справиться. Кроме того, Кварк, Лина и Линда, подписывая документ, твердили, что это контракт на год. Может и не самая надёжная гарантия, но под присягой они могут сказать, что подписывались только на год, а не на пожизненную службу.

Декрет № 24

      На следующий день с утра на доске объявлений в Гриффиндорской гостиной появился новый приказ министерства.

ПРИКАЗ ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА ХОГВАРТСА Все ученические организации, общества, команды, кружки и клубы настоящим упраздняются. Организацией, обществом, командой, кружком и клубом считается регулярно собирающаяся группа из трех и более учеников. За разрешением на реорганизацию обращаться к генеральному инспектору (профессору Амбридж). Никакие организации, общества, команды, кружки и клубы учеников не могут существовать без ведома и санкции генерального инспектора. Всякий ученик, уличенный в принадлежности к организации, обществу, команде, кружку или клубу, не санкционированным генеральным инспектором, будет исключен. Основанием, настоящего приказа является Декрет об образовании № 24.

Подписано: Долорес Джейн Амбридж, генеральный инспектор.

      — Очередной тупой приказ, — пожала плечами Лина.       — Но ведь, — начала Лаванда. — Это же может коснуться...       — Не может, — поправила Парвати. — КОСНЁТСЯ. Сама-знаешь-чего!       — Можно подумать, Поттера это остановит! — усмехнулась Лина.       — Надо будет проверить, чтобы убедиться!       — Не переживай, Поттер сам всё скажет, даже спрашивать не придётся, — уверила Лина.       За завтраком Гарри подтвердил преположение Лины: всем гонцам с Когтеврана и Пуффендуя сказал, что они не передумали и всё в силе. Анджелина напомнила, что приказ касается и команды по квиддичу тоже. Ну, Лине это было не особенно интересно, зато Линда внимательно слушала. Капитан просила Поттера не нарываться, иначе не видать им квиддича...       — Мне вот интересно, если разрешение получит только команда Слизерина, с кем они будут соревноваться?       — Пуффендуй разрешение наверняка получит, они Слизерину не соперники. И Когтевран скорее всего...       — Ну да, не можешь победить в честном бою, выбирай в соперники тех, кого победить сможешь.       — Принцип Слизерина!..       На Истории Магии Гарри Поттер убежал лечить свою раненную сову. А перед зельеварением Малфой опять попытался вывести Поттера из себя. Но рассчитал немного неправильно: вместо Поттера на него сагрился Невилл Долгопупс.       — Н-да, — протянула Лина. — Поттера, Долгопупса и Малфоя надо в Мунго отправить, первых двух проверить нервы, а Малфоя — чтобы полечили от черезмерного садизма... ну или это столь изощрённое самоубийство: нарываться на гриффиндорцев, у которых тормоза сорвало...       — Кто бы про тормоза говорил! — усмехнулся Кварк. — Тебе напомнить гнома, боггарта и...       — ...И мозги-по-поляне в твоём исполнении?       — Эй! Я не раскидывал свои мозги по поляне!       — Свои — нет, а вот дракон в прошлом году был бы с тобой не согласен.       Поттер на зельеварении был больше занят Амбридж, заявившейся с инспекцией, поэтому опять запорол зелье.       У Лины зелье невероятно, не взорвалось. Хотя и имело странный для правильного ярко-красный цвет.       — Инверс, что это? — голос Снегга был уже скорее задолбанным, чем злостным.       — Что я могу точно сказать, это НЕ укрепляющий отвар...       — А какое зелье мы варили?       Лина демонстративно уставилась на доску и прочитала по слогам: — Ук-ре-ПЛЯ-ю-щий от-вар.       — Образец на стол и отработка вечером!       — Хорошо, профессор...       Самое удивительно произошло на уроке Защиты от Тёмных Искусств. То есть не произошло ничего, что и было удивительно. Даже Поттер не нарывался, даже Амбридж не раскидывала наказания направо и налево. Все тихо-мирно сидели и конспектировали очередную главу из учебника.       Кварк и Лина играли в шахматы по радио, а на требования Амбридж показать работу (которую выполняли с абсолютно отсутствующим видом), показали тетради с конспектом, записанным каллиграфическим да ещё и совершенно одинаковым почерком. Это была слово-в-слово переписанная глава учебника. И придраться то не к чему...       Вечером близнецы Уизли продавали свои забастовочные завтраки, потом считали прибыль. А Лина явилась с отработки у Снегга только когда все ушли спать.       «Поттер общался с Сириусом Блэком!» — сообщила Линда. Она осталась в гостиной подождать Лину, разумеется, под чарами отвода глаз, в которых могла, пожалуй, дать фору самому Дамблдору, и видела с кем и о чём разговаривали Гарри, Рон и Гермиона с лицом-в-камине.       «Ну и что?» — Демонстративно зевнула Лина.       «Он советовал не бросать кружок по самозащите, но придумать, где заниматься — не мог»       «Кстати, а ты не придумала?»       «Мысли есть, но я должна их проверить»       Собрались в выручай-комнате.       — Я вот думаю, с чего бы нам начать и... — Гарри заметил поднятую руку. — Да, Гермиона.       — Я думаю, надо избрать руководителя.       — Гарри — руководитель, — немедленно откликнулась Чжоу и посмотрела на Гермиону как на сумасшедшую.       — А почему не Кварк?.. — начал было Поттер, чей желудок сделал очередное обратное сальто.       — Кварку нельзя быть руководителем, — отозвалась Лина. — У него мозги больше под танкование заточены.       — А у тебя? — поинтересовалась Джинни.       — А Лину тем более нельзя в руководители, — ответила Линда.       — Ты что ли, малявка?.. — договорить Эрни Макмиллан не успел, сбитый с ног подушкой, которую кто-то запустил, видимо, невербальным заклинанием.       — Ну, за этими двумя оболтусами, — Линда беззастенчиво обвела палочкой Лину и Кварка, — приглядывать меня назначили. Но вас я не потяну. Так что тоже голосую за Поттера.       — Да, но надо проголосовать по всей форме, — не смутилась Гермиона. — Тогда его полномочия будут официальными. Итак, кто за то, чтобы руководителем был Гарри?       Все подняли руки, даже Захария Смит, хотя и сделал это с видимой неохотой.       — Ну ладно, спасибо, — сказал Гарри, чувствуя, что краснеет. — И... что, Гермиона?       — Ещё, я думаю, нам нужно название, — бодро сказала она, по-прежнему с поднятой рукой. — Это укрепит дух коллективизма, правда?       — Может, назовемся Лигой против Амбридж? — с надеждой сказала Анджелина.       — Или группа «Министерство Магии — Маразматики»? — предложил Фред.       — Я думала, скорее, о таком названии, — сказала Гермиона, бросив косой взгляд на Фреда, — которое ничего не скажет посторонним, и мы сможем спокойно упоминать его вне занятий.       — За такую Аббревиатуру Кварк тебя по стенке размажет, — мрачно сказала Лина.       — За какую аббревиатуру? — удивился Джордж.       — м-м-м...       — А что с ней не так?       — Да был у нас... в России один... пи... предприниматель, по фамилии му... Мавроди. су... Строитель пирамид... угадай, кто вложился в его пирамидку?       — А чего мычишь?       — МУДАК ПОТОМУ ЧТО ЭТОТ ПИДАРАС!       — Да что там у вас случилось-то?       — Что случилось, что случилось... пирамида рухнула, все деньги пропали... угадай, кому возместили убытки? Правильно, никому. А угадай, кто вложил в пирамиду всю свою наличность?       — Неужели Кварк?       — Ну, Кварку-то повезло, что у него своих денег было немного, а так почти вся страна...       — Ладно, «Министерство...» отвергается, — нетерпеливо сказала Гермиона. — Есть ещё идеи?       — Оборонное Движение? — сказала Чжоу. — Сокращенно ОД, никто ничего не поймет.       — Да, ОД — подходяще. — сказала Джинни. — Только пусть оно означает «Отряд Дамблдора», раз Министерство боится этого больше всего на свете.       Ответом ей был одобрительный шум и смех.       — Все за ОД? — важно спросила Гермиона и стала коленями на подушку, чтобы подсчитать голоса. — Большинство «за». Принято!       Она приколола пергамент с их подписями к стене и сверху написала крупными буквами:       ОТРЯД ДАМБЛДОРА

***

      — Я ж не запомню! — проворчал Кварк.       — Ты киборг! — напомнила ему Лина. — Запиши в текстовый файл и повесь перед глазами!       — Да у меня этих напоминалок на четыре экрана! А поле зрения, знаешь ли, тоже не безграничное...       — Старые удалять пробовал?       — Пробовал, через пять лет снова ничерта не видно!       — Тебе надо по ассоциации действовать! Помнишь код экстерминатуса?       — Кто-ж не помнит! База-дельта-ноль!       — ВО-ОТ тут то же самое. Только базу выкидываем, дельта превращается в Дамблдора, а ноль — в букву «О» из слова «отряд». И местами поменять, чтоб никто не догадался.       Гарри предложил начать первое занятие с простейшего экспелиармуса, а когда Захария Смит сказал, что он не поможет против Волан-де-Морта, сказал, что Снегг обезоружил им целого профессора ЗоТИ, да и сам Волан-де-Морт использовал именно это заклинание, чтобы обезоружить Кварка и Лину.       После этого все разбились по парам.       После первой попытки стали ясны фавориты, те, кому можно доверить группы учеников. Гермиона выполняла заклинания чётко и точно, легко справилась с Роном. Кварк с заклинанием, как обычно, переборщил, обезоружив разом с полдюжины учеников. А Линда неплохо сопротивлялась обезоруживающим чарам, хотя может быть, в неё просто было сложнее попасть: всё-таки маленький рост даёт некоторые преимущества в бою!       На следующий день Кварк подошел к профессору Амбридж и спросил, что она знает про экстерминатус.       Гарри и Гермиона синхронно побледнели. Оказалось, что Амбридж про экстерминатус не знает ничего, и спросила, что известно Кварку. Гермионе пришлось силой усаживать Поттера на место: она же понимала, что Гарри возьмёт всю вину на себя...       Оказалось, что зря Грейнджер так плохо думала про Кварка: тот подробно описал Генеральному инспектору Хогвартса настоящий экстерминатус с уничтожением всякой жизни на планете, вплоть до бактерий       — Может быть,выживут фениксы, им-то сгорать не привыкать, но чем они будут питаться?       Амбридж после описанных ужасов поинтересовалась, знает ли Кварк, кто собирается устроить нечто подобное с милой Англией.       — С Англией? Не, не знаю. А если бы знал, Вам бы не сказал.       — Он специально да? — прошептала Парвати.       — Специально подставился? — переспросила Лина.       — Нет, я же понимаю, что подставился он от большого ума! Но нарвался на отработку с пером явно специально!       — А вот тут я возражать не рискну, — протянула Лина. — Ладно, кольцо я ему выдам, и пользоваться научу. Раза четыре... Кстати, Гермиона, не одолжишь у эльфов самую большую сковородку, которую не жалко помять о башку моего очень сильного и очень глупого друга?       Отработка Кварка у Амбридж закончилась за четверть часа.       — Как ты это сделал!? — бросился к Кварку Поттер: ему-то приходилось сидеть по 4-5 часов. Кольцо Лины работало прекрасно, но время неумолимо утекало, отнимая от квиддича и домашних заданий...       — Что, из того что я сделал, «как»?       — Отработка у Амбридж! Ты за четверть часа управился! А меня она до полуночи держала!       — Я перо сломал...       — Ну да, — прокомментировала Лина. — это в стиле Кварка: если выдать ему два титановых шарика, он один сломает, а второй... тоже сломает!