#Brooklib

Глава 20

      Возвращаться в реальность после сильного эмоционального потрясения всегда сложно. Не важно, будь то распирающее душу счастье от долгожданной встречи с любимым человеком или испепеляющая сердце горечь от его утраты — в обоих случаях мы словно задыхаемся от переполняющих тело чувств. Только в одной ситуации хочется, чтобы происходящее никогда не заканчивалось, а в другой — чтобы никогда вовсе и не начиналось. Мысли, чувства и переживания людей — индивидуальны, уникальны и неповторимы. То, что чувствует один, не факт, что почувствует другой. А если и почувствует, то какой же силой должны быть связаны две души, чтобы одинаково воспринимать мир и всё происходящее в нём?       Человеческий разум способен преодолевать множество трудностей и разногласий. Он способен забывать плохие воспоминания, накапливать хорошие. Он время от времени напоминает нам о том дне, когда было счастливее всего, чтобы мы улыбались даже в те моменты, когда становится плохо. Благодаря разуму мы принимаем решения, и эти решения никогда не бывают неправильными, ведь все, что мы делаем — всегда правильно именно для нас.       Иногда в игру вступает сердце и тогда всё в корне меняется. Сердце способно помнить мельчайшие подробности того дня, когда вам было настолько плохо, что желание всё прекратить брало верх над желанием бороться дальше. Сердце беспощадно в те моменты, когда надо собраться с духом и идти дальше.       И если разум простит вам ошибку, то сердце никогда не допустит, чтобы вы о ней забыли.

***

      Рэймонд аккуратно сложил тетради в небольшую стопку на столе перед собой. Что это вообще сейчас было и, что именно он прочитал? Казалось бы, в такой ситуации мысли должны буквально роиться в голове, а Рэймонд лишь изумленно хлопал ресницами, разглядывая свое отражение в стеклянной дверце маминого серванта.       Парень встал из-за стола и медленно прохромал на веранду дома, попутно доставая из кармана брюк слегка помятую пачку сигарет. После долгого перелета бедро Рэймонда совсем разболелось и обрекло парня на нечеловеческие страдания, сравнимые только лишь с крушением многотонного локомотива на ногу. И курение казалось единственным, хоть и временным, но спасением от боли.       Изо рта нетерпеливо вырвались хлипкие облака едкого дыма.       Короткие гудки, доносящиеся из динамика мобильного телефона, утомляющее ожидание, длиной в несколько секунд, и с того конца раздается долгожданный голос. — Привет… — голос Юана подрагивал от внезапно нахлынувшего волнения.       Они оба неловко молчали, пытаясь подобрать хотя бы какие-то слова. Им никогда не приходилось молчать во время телефонных звонков, ведь темы для разговора всегда возникали совершенно из ниоткуда и лились рекой. А сейчас и пара слов не связывалась друг с другом. — Привет. — спокойно и слегка даже холодно ответил Рэймонд, пульнув потухший окурок в неизвестном направлении. — Почему не спишь? Уже поздно. — Я?.. — тихо проскрипел младший. — Ну не я же. — Я ждал твоего звонка… — виновато ответил Юан. — Ложись спать.       Юан на какое-то время вновь замолчал. — Спасибо, что позвонил, Рэй.       Он улыбался. Рэймонд понимал это по интонации, с которой говорит Юан. Невероятно, что может заставить человека, оказавшегося в такой ситуации, так искренне улыбаться? Если не радость от долгожданной свободы, то что?       Рэймонд настороженно нахмурил брови. — Юан. — голос парня был серьезен донельзя. — Послушай меня, пожалуйста. Ты тут?       Тишина в телефоне была слишком невыносимой. — Я здесь… Я, просто… Я не знаю, что мне сказать, чтобы ты не злился. Я знаю, что я и так уже делов наделал невпроворот. — затараторил младший. — Мне было важно, чтобы между нами не осталось никаких недопониманий, потому что… — Бандит, дай мне сказать, а? — усмехнулся Рэймонд, устало потирая переносицу. — Прости, просто поперло… Говори… Просто я думал, что будет лучше объясниться сразу, чтобы, даже если у тебя и остались вопросы, то… — Юан! Мог бы ты помолчать хотя бы пару минут? Я обязательно тебя послушаю потом, но дай мне сказать то, что я хочу сказать, пока я это не забыл! — засмеялся парень. — Прости, прости! — нервно крякнул младший. — Говори, пожалуйста, я не буду больше тебя перебивать, честно, обещаю! — Так, я понял. Перезвоню, когда проговоришься. — Я молчу! — чуть ли не вскрикнул мальчишка, лишь бы Рэймонд не выключал телефон. — В общем. — Рэймонд вернулся с крыльца обратно в дом. — Это было немного неожиданно. Я всё прочитал и, на самом деле, даже пока читал, думал о том, что мне тебе сказать. Придумал там себе огромный план и гигантскую речь, а стоило услышать твой голос, так сразу язык в жопу спрятался и всё. — усмехнулся парень, поставив подогреваться чайник с водой. — Почему? — удивленно спросил Юан. — Ты можешь спросить у меня что угодно, правда, я не обижусь. — Не в этом дело, бандит. — А в чем? — Да в том, что от моих вопросов легче тебе не станет. Я не хочу заставлять тебя вспоминать всё это ради того, чтобы прояснить ситуацию, понимаешь? Не хочу, чтобы ты плакал потом из-за этого, просто не хочу. У меня сердце разрывается, когда тебе больно, Юан… — шумно вздохнул парень. — Из-за меня?.. — тихонько скрипнул младший. — Из-за тебя, мелочь ты секретная. Прости, мне действительно очень жаль, что тебе пришлось через все это пройти, прости… — Но, ты же ни в чем не виноват, Рэй… — Юан еле держался, чтобы не распустить нюни в эту же секунду. — Еще как виноват. Знал ведь, догадывался, что это ты, но все равно продолжал при тебе затрагивать эту тему… Прости меня, если бы только я знал, что происходит в твоей жизни, я бы не стал… — чайник на кухне начинал тихонько посвистывать. — Господи, это так глупо… Как я мог знать это заранее, если об этом ничего нигде нет. Юан, я такой кретин… Вместо того, чтобы просто извиниться, я наговорил кучу бессвязных предложений и теперь сбился с толку… Мне кажется, у меня начинается старческая деменция или как это там в медицине называется? — Рэй, это у тебя голова вскипела от переизбытка мыслей? — захохотал мальчишка, когда чайник засвистел совсем громко. — А? — парень резко отвлекся от своих размышлений и огляделся по сторонам. — Ой, это я чайник поставил и забыл про него. Вот я дурак, подожди секунду, я сейчас приду. — Рэймонд задумался. — Господи, вот я придурошный, ты же в телефоне у меня. Юан по-детски громко и звонко расхохотался. Мальчишка даже не догадывался, каким этот идеальный парень иногда бывает неуклюжим и рассеянным. — Смешно тебе? — засмеялся и Рэймонд. — Ага! — Юан вытер выступившие от смеха слезы. — Рэй, спасибо, что говоришь со мной так, будто ничего не произошло. Я боялся, что после всего этого мы можем стать навсегда чужими друг для друга… — А что произошло? — парень зажал телефон плечом, чтобы процесс заварки чая адом не казался. — Почему я должен говорить с тобой как-то иначе? Что в тебе могло измениться за то время, пока я читал? Ты для меня остался таким же точно, каким я тебя знаю. Или ты думаешь, что меня отпугнет то, что я узнал? — Я боялся, что ты не захочешь больше со мной дружить из-за того, какой я есть… — Это было бы очень глупо с моей стороны.       Рэймонд сел за стол вместе с кружкой и заварочным чайником. Он сварганил себе какой-то богом забытый на полке чай, неведомо какого года производства и, мягко говоря, не с самым лучшим ароматом. В доме не было альтернативы, поэтому пить пришлось именно это. — Рэй, а можно я тебе видеозвонком позвоню? — поинтересовался мальчишка, уплетая конфеты за обе щеки и яростно шурша фантиками. — Да, давай, так проще будет.       Парень поставил телефон рядом с цветочным горшком на столе, чтобы тот ненароком не упал плашмя. В спешке он обернулся к ближайшему шкафчику со стеклянной дверцей и поправил взлохмаченные волосы. Внутри Рэймонда рой бабочек устроил вечеринку, но когда на экране высветилась надпись «Входящий видеозвонок», парень сделал максимально непринужденное «Ничего я не нервничаю» лицо. — Чай пьешь? Везет, у меня заварка закончилась недавно, а за новой идти лень. — мальчишка лежал в кровати весь усыпанный блестящими обертками от конфет. — Это сколько ты там уже конфет съел в одно рыло? — Рэймонд поправил очки и приблизился к экрану телефона, чтобы убедиться в сказанном. — Попа не слипнется? — В адно рылоу~ — передразнил он старшего — Не слипнется! — Юан показал Рэймонду в телефоне язык и сунул очередную конфету в рот. — Если что — ты разлепишь. У тебя ведь этот… Как там говорилось в видео… Лонг шлонг донки конг…       Мальчишка с чувством, с толком, с расстановкой и впечатляющей театральной интонацией начал пересказывать мем из интернета. (Ссылка внизу) — Во дурной… — тихо засмеялся Рэймонд, наливая чай в кружку. — Из-за этого ты мне и нравишься.       Щечки Юана плавно сменили цвет на алый. — Только из-за того, что я дурак? — хихикнул он, пытаясь поймать трубочку в стакане ртом. — Вот так тебе всё и скажи! — улыбнулся старший, осторожно сделав глоток из кружки, а затем сморщился. — Ну и зелье… Мне кажется, оно на вкус похоже на то, про которое ты писал в 2016 году. — Ооо, знаешь, там тогда такое варево получилось, что его запросто можно было использовать в качестве отравы для домашних муравьев и тараканов. — А зачем ты вообще его выпил? Не страшно было это пить? — Мне стало жалко все мои труды, поэтому я решил хотя бы попробовать. — пожал плечами Юан. — Знал бы ты, как я после этого чудного напитка дристал, ммм~ Аж в глазах темнело! — Чувствую, меня ждет веселая ночка! Я, честно говоря, даже не уверен, насколько сильно этот чай уже протух, потому что от него не осталось упаковки. Кстати, можно кое-что спросить? — Рэймонд практически не сводил глаз с экрана и зачем-то резко решил сменить тему. — Я же сказал, спрашивай всё, что хочешь. Тебе я отвечу даже на самый некультурный вопрос. — засмеялся младший. — По крайней мере, отвечу сейчас. Насчет завтра — не уверен, может, у меня настроение не то будет. — Помнишь, ты говорил, что ты сильно поругался с родителями? Это ведь как-то связано со всей этой ситуацией, да? Ты еще писал, что несмотря ни на что, мнение свое не поменяешь. Я все пытался понять, насчет чего ты не будешь менять мнение, но до сих пор не особо уверен в правильности своих мыслей на этот счет.       Юан задумчиво вытянул губы трубочкой и потер левый глаз ладошкой. — За несколько месяцев до моего 15 дня рождения мы сильно повздорили с родителями. Знаешь, у меня в семье все были какого-то слишком традиционного представления о жизни, чтобы их сын был нетрадиционной сексульной ориентации. — мальчишка усмехнулся. — Обычно, разные чеболи стараются найти пару своим детям как можно раньше. Они делают это из нескольких побуждений. Первое — возможность взаимодействия крупных компаний друг с другом, ведь если между компаниями будут родственные связи, то гораздо легче управляться с акциями и всякой прочей ерундой. Второе — от наследников чеболей ждут именно брака с такими же наследниками. — Юан, прости, перебью, но объясни, что такое чеболь, я просто вообще картошка в этом деле. — А, извини, чеболь — это крупный конгломерат в Корее. — хихикнул Юан. — Ну так вот, мои родители нашли мне «невесту» и сказали, что я должен на ней жениться, когда достигну совершеннолетия. А я сказал, что я гей и ушел такой гучи флип флап. По всей видимости, для них мое существование с того дня было таким бременем и позором, что они решили избавиться от меня до того, как вскроется настоящая причина отказа наследника U.ONE жениться на наследнице не помню какой компании. — Пиздец… — Рэймонд был настолько шокирован, что перестал фильтровать базар. — Как-то это не в твоем стиле сейчас было сказано. — засмеялся мальчишка, вставая с кровати за новой порцией воды. — Не по-христиански, что ли. — Ты бы хотел встретиться с ними после всего этого?       Младший задумался. — Знаешь, первое время я боялся их, потом так сильно ненавидел, что даже думать о них не хотел. А сейчас мне настолько все равно на них, что единственное, ради чего я хотел бы с ними увидеться, так это для того, чтобы сказать им о том, как у меня всё хорошо. Ну и харкнуть в лицо, естественно, да, как же без этого. — Юан. — Ну что? Разве ты бы не харкнул? — Юан надул губы. — Я не об этом. — засмеялся парень. — Я постараюсь отвезти тебя туда и обещаю, что харкну вместе с тобой.       Мальчишка удивленно уставился на Рэймонда. — Ты серьезно? — Совершенно! — Рэймонд кивнул так, что, чуть было, не потерял равновесие на стуле. — Но, у меня же нет никаких документов… Только просроченное удостоверение личности, которое я не помню даже где лежит.— Юан заметно расстроился, вновь вспомнив о том, что он, мягко говоря, уже пять лет как числится в списке умерших. — И это дорого всё… И опасно… — Бандит, если ты не против, то я могу заняться твоими документами. Не обещаю, что это будет быстро, но я постараюсь сделать всё возможное, чтобы ты их получил и больше не боялся скорой помощи и полицейских. — Правда? Ты мне поможешь? А сколько это будет стоить? Я, просто, должен подкопить, ведь, наверное, это дорого стоит? — снова затараторил младший. — А у меня не будет проблем с властями? Я же 5 лет незаконно тут уже нахожусь. — Тебе это будет стоить… Хм, дай подумать… — Рэймонд загадочно потер щетинистый подбородок ладонью и посмотрел на сверкающего доверчивыми глазюками мальчишку в телефоне. — Миллион сто тысяч чмоков и обнимашек.       Юан смущенно засмеялся, выйдя из радиуса камеры, чтобы Рэймонд не видел, как он стесняется. Скорее всего, он просто отошел, чтобы поправить застрявшие между булок трусы, но Рэймонду это знать не нужно. — Ну я серьезно, Рэй! — мальчишка впрыгнул обратно в объектив камеры. — И я тоже! Серьезнее не бывает. Будешь систематически со мной обниматься, заключим с тобой серьезный договор на объятия и всё такое. — А где подписать этот договор? Хочу, чтобы все было честно! — Юан схватил расческу с тумбочки и начал причесываться. — И что будет, если я не обниму тебя по расписанию? — Придумаю потом. — Постельные наказания? — младший хитро ухмыльнулся. — Можно и постельные. — Рэймонд подмигнул Юану. — Я уже готов нарушать условия, если на кону такие прекрасные санкции. Слушай, а ты будешь плохим или хорошим полицейским? — Неужели тебе настолько не хочется меня обнимать, что ты готов сразу перейти к преступлениям? — Рэймонд театрально надулся и скрестил руки на груди. — Я что, необнимабельный? — Такое слово вообще есть? — засмеялся младший. — Теперь будет, раз ты обнимать меня не хочешь. Должно же быть хоть какое-то описание моего состояния…       Неловкость будто сама себя стерла навсегда между Рэймондом и Юаном. Не было более никаких недомолвок, никаких тайн и секретов, не было и желания что-то утаить друг от друга. Они словно начали свои жизни с чистого листа, первой строчкой на котором стали их имена.       Вечер больше не казался таким тяжелым и душным. Рэймонд слушал, как ласково мурлычет Юан по ту сторону телефона, рассказывая о прошедшем дне, и сам не заметил, как уснул на кровати, лежа в уличной одежде. Он хотел прилечь буквально на пару минут, немного отдохнуть после длительного и утомляющего перелета и послушать младшего, но успокаивающий и убаюкивающий, бархатный и нежный голос Юана заставил Рэймонда расслабиться настолько, что подниматься с кровати стало грешным делом.       Рэймонд проснулся через пару часов, так как привыкший к другому часовому поясу организм решил, что пора вставать. Даже несмотря на то, что время едва перевалило за полночь.       Парень сонно втянул носом весь имеющийся воздух в комнате и приоткрыл глаза. Затем вытянулся весь в разные стороны и потянулся, сопровождая свою гимнастику классическим воплем для потягушек. На этот нечеловеческий вопль откуда-то из смеси одеяла с подушками послышалось недовольное покряхтывание, сопровождаемое шорохами и скрипами.       Рэймонд резко уверовал в бога и практически перекрестился, но вовремя увидел свечение экрана телефона и выдохнул с облегчением. Источником всех этих загадочных звуков стал Юан, мирно сопящий носом по ту сторону экрана. — Милаха. — сонно пробасил Рэймонд, сделав несколько снимков экрана. — Скорее бы эта неделя прошла. Если бы ты только знал, как я хочу тебя увидеть. — улыбнулся он. — Надеюсь, тебе тепло. Спокойной ночи…       С довольной улыбкой на лице, Рэймонд завершил бесконечный видеозвонок и перешел в чат с Юаном. Сердце трепетало от счастья и было до краев наполнено самыми нежными чувствами, пробудившимися лишь благодаря Юану. @raymond: Спокойной ночи, бандит!)       Нежный ажурный, потускневший от времени, тюль на окнах был аккуратно собран в центре атласной лентой кремового цвета. Рамки с фотографиями покрылись настолько плотным слоем пыли, что становилось практически невозможно различить лица за стеклом. На комоде ютились старые журналы вперемешку со сложенными пополам газетами пятилетней давности.       Ничего в этом доме не менялось с тех пор, как Рэймонд вернулся в него после армии. Те же обои, тот же чайный сервиз за стеклянной дверцей винтажного шкафчика на кухне, те же аккуратные букетики из сухоцветов в небольших изящных вазочках. Вот только шорох волн, почему-то, где-то вдалеке за окном был совершенно не тем, как прежде.       Рэймонд остановился напротив двери, ведущей в родительскую комнату. Блики уличных фонарей, перебиваемых листвой высоких деревьев, нагло прыгали по стенам, буквально подсвечивая каждую шероховатость на двери. Первый раз за все это время Рэймонд не зашел внутрь.       Весь следующий день парень был занят то тут, то там, разбираясь с накопившимися за год делами. Необходимо было не только навести капитальную уборку в доме, но и оплатить все набравшиеся платежки, кучей сложившиеся под входной дверью. Протереть пыль, помыть окна, прибрать территорию участка — лишь малая часть того, с чем Рэймонд носился все сутки напролет.       К вечеру, когда дом вновь выглядел так, будто в нем никогда не заканчивалась жизнь, Рэймонд, наконец-то, смог связаться с Юаном. А на утро всё снова становилось таким же одинаковым, каким и было до этого. Снова находились неотложные дела, снова терялся счет времени.       Рэймонд начал отвыкать от Брайтона, а Брайтон практически отвык от Рэймонда. Почему-то всё вокруг казалось таким чужим, таким неприветливым и диким. Другие люди, другая природа, другие мысли. Все было уже настолько незнакомо Рэймонду, что он впервые заскучал по чужому сердцу городу.       Сегодняшний день был самым особенным для него. Рэймонд встал ни свет, ни заря, надел свою парадную военную униформу, заказал такси и отправился в свое самое нелюбимое место. (Ссылку с формой прикреплю внизу, если кому интересно посмотреть) — А вот и я… — тихо сказал парень, отворяя дверцу витиеватой ограды. — Как вы тут?       Рэймонд старался держать себя в руках, но все тело трясло от разрывающей изнутри боли. Ни за какое время он не привыкнет видеть могилы своих родителей. Никогда.       Он сел на небольшую лавочку перед родителями и на несколько секунд прикрыл глаза. Грудь вздыбилась от глубокого вздоха. — Не ругаетесь вы там? — парень с трудом улыбнулся и дрожащими руками погладил ледяные надгробия. — Мам, я привез твои любимые цветы.       Рэймонд аккуратно наполнил две вазочки водой и поставил в одну из них пышный букет нежно-розовых лилий. Они пахли сладко и так по-летнему, так знакомо и, в то же время, невыносимо. — И твои тоже, пап. — в соседнюю вазу аккуратно уместился букет ярких и сочных подсолнухов. — Вот так…       Парень отошел на несколько шагов назад, оценивая цветы, и снова плюхнулся на деревянную лавочку. — У меня всё хорошо. — улыбнулся он. — Я купил там книжный магазин и потихоньку обживаюсь в новой квартире. Она съемная, но это не проблема. Плата за нее не такая уж и большая на самом деле. Я живу на четвертом этаже… — усмехнулся Рэймонд, положив ладонь на больное бедро. — Так себе, конечно, ведь лифта там нет, зато ногу разминаю каждый день по чуть-чуть.       Рэймонд сглотнул образовавшийся в горле ком. — Я хочу кое с кем вас познакомить… — голос Рэймонда предательски дрогнул. — Я покажу фотографию. — парень начал копошиться в телефоне, пытаясь найти совместное фото с Юаном, а после повернул экран к родителям. — Вот! Это Юан…       По щекам побежали слёзы. Он впервые за пять лет захотел познакомить родителей с кем-то, кто был ему дорог. — Мне очень жаль, что у вас не получится встретиться вживую… — Рэймонд шмыгнул носом, посмотрев на улыбающуюся мордашку Юана в телефоне. — Я люблю его… Очень… И вы бы тоже его полюбили, если бы не я…       Говорить становилось все сложнее и сложнее. — Черт, брюки облил… — грустно усмехнулся парень, затерев рукой слезы на брюках. - Мам, ты этого не видела.       Он посмотрел на родителей и утер нос белоснежной перчаткой, о чем потом тут же пожалел. — Не переживайте за меня, у меня всё хорошо… — тихо сказал Рэймонд. — Правда… Знаете, Юан приготовил мне оладушки на день рождения! Я не знаю, как ему вообще пришла эта идея в голову, ведь до этого момента я не рассказывал ему о нашей семейной традиции, но это был мой самый лучший день с тех пор, как вас не стало. Я давно не чувствовал себя кому-то настолько нужным.       Рэймонд не отрывал глаз от фотографии Юана в телефоне, будто попутно говоря это еще и ему. Хотел бы он сказать это все в живую, вот только сил никак не мог набраться.       Он всегда верил в судьбу. И высветившийся на экране входящий видеозвонок от Юана был очередным тому подтверждением. Рэймонд смачно шмыгнул носом и несколько раз похлопал ресницами, чтобы быстро просушить мокрые от слез ресницы. — Привет. — улыбаясь, сказал Рэймонд. — Привет! А это ты где там такой красивый-нарядный сидишь? — восторженно спросил младший. — Родителей навестить приехал. — ответил Рэймонд, посмотрев перед собой. — Я не сегодня думал приехать, но погода с утра такая хорошая была.       Юан распустил волосы и быстро собрал их заново в более опрятный пучок. — А поверни меня к ним, пожалуйста!       Рэймонд вновь развернул телефон экраном к родителям. — Привет, мама и папа Рэймонда! — мальчишка, улыбаясь, помахал обеими руками. — Спасибо вам за вашего сына! Он самый лучший! Я слежу за тем, чтобы он ел достаточное количество конфеток в день! Не переживайте, он улыбается и смеется! У него есть очень хорошие друзья — Ларс, Джулия и наш общий друг Энтони! Ну и я, естественно, ну вы поняли. — Юан хихикнул и подмигнул, пока Рэймонд не видит, ведь с ним они далеко не просто друзья. — Обещаю, как только у меня появится возможность, то приеду к вам вместе с вашим замечательным сыном! Я всё.       Рэймонд засмеялся, поворачивая телефон обратно к себе экраном. И как этот мальчишка умудрялся раз за разом поднимать ему настроение даже в такие трудные моменты? Его искренняя детская доброта, его наивность и даже его болтливость — всё зажигало улыбку на лице парня.       Самый мрачный день в его жизни впервые загорелся разноцветными красками, словно фестиваль Холи. Если бы Юан и мог заставить кровь вновь бежать стремглав по венам, то он однозначно уже сделал это с Рэймондом.       Они смотрели друг на друга молча, улыбаясь и переглядываясь хитрыми взглядами. Впервые им не понадобилось и слова, чтобы поговорить, и расстояние в несколько тысяч километров совершенно не мешало им быть рядом. — Можно мне увидеть тебя завтра? — едва слышно спросил Рэймонд, влюбленно глядя в экран. — И послезавтра. — ласково ответил младший. — И послепослезавтра? — Всегда. — щечки Юана смущенно покраснели. — Всегда… — тихо повторил Рэймонд с улыбкой на лице.