Frans

Темно. На улице, примерно, час ночи. Весь город спит. Но не Чара с Фриск. Они проснулись ни с того, ни с сего. Глаза слегка защипало, а в груди всё сжималось. Девушки не в состоянии стоять на ногах с грохотом упали на пол. От этого звука проснулся Санс. Он попытался поднять их с пола, но не смог. Просто не смог прикоснуться. Что-то ударило его. Будто током. Парень отправился за своим отцом. Появившись в дверном проёме, Гастер начал уворачиваться от атак Чары. Отец комика призвал множество рук, которые построились в что-то, наподобие щита. А сам комик подбежал к Фриск. Та ещё в отключке. Используя свои силы сын учёного вызвал душу Фриск. Выглядит так же. Что же тогда не так? — Фриск, проснись... — окликнул девушку Санс. Та только поморщилась. Санс дотронулся до спящей. Его ударило, но слабее. Возможно, из-за того, что она просыпается. Чара стала слабее атаковать, и Гастер, воспользовавшись этим, использовал призванные им руки как верёвку, связал Чару. На удивление, она не сопротивлялась. Атаковавшая помотала головой и быстро заморгала. — Что слу... Гастер! Какого х*ра ты меня связал?! — девушка повернулась к своей сестре. — Что с ней?! Отпусти! — учёный посмотрел на своего сына. Тот кивнул, давая понять, что она ничего не натворит. Руки исчезли. Чара подбежала к бессознательной Фриск и села рядом с ней на колени. — Хей, Фриск! Вставай! — спящая повернула голову и начала тяжело дышать. Глаза резко открылись... — Почему ты кричишь? И почему я на полу? Что произошло? — Но никто не ответил. — Эй... вы чего? — Чара и Санс обняли Фриск, которая была в недоумении. Когда они отпрянули от девушки, комик начал говорить... — Мелкая, твои глаза... Они... просто чудо! — А ведь и правда. Глаза девушки - чудо. Они стали прежними. Но приняли более насыщенный оттенок. Теперь они яркого янтарного цвета, а ближе к зрачку - оранжевые. Вылетела душа Фриск. С ней всё в норме. Только вокруг красного сердечка теперь белый, светящийся контур. К троице подошёл Гастер. Он протянул девушке зеркало, лежащее до этого на тумбе, возле койки самой Фриск. Та разглядывала свои глаза. Неужели, теперь с ней всё хорошо? Она опустила зеркало и взглянула на свою сестру. Цвет глаз - красный, но к зрачку... розовые. Сын учёного увидел, как Фриски смотрит на вспыльчивую сестру и вызвал её душу. Из груди Чары вылетело сердечко. Наполовину розовое, на половину красное. Толстый чёрный контур окружал его. Обладательница этой души с грустью выдохнула. Уже желтоглазая Фриск положила свою маленькую ладошку на плечо сестры. — Мы всё исправим. Поверь мне... — Чара улыбнулась в ответ и встала. Фриск в непонятках изогнула бровь. — Пойду, проветрю голову. Ложитесь спать... — В странной для неё манере ответила та, что в зелёном свитере. Желтоглазая отрезала короткое "хорошо" перед тем, как её сестра пропала из поля зрения. Гастер ничего не сказав, ушёл. Санс и Фриск на едине. Первый взял девушку на руки и вместе с ней лёг на койку. Шатенка положила голову на плечо парня и, перебирая его белоснежные волосы, провалилась в сон. Тем временем у Чары... Девушка, убедившись, что за ней никто не идёт, вышла на балкон. Она опёрлась руками о перила и зашептала... — Я знаю, что это ты, Бетти. Что тебе нужно от меня? — в голове послышался женский голос... — Угадала, это, действительно, я. Знаешь, сначала, я решила, что смогу завладеть вами обеими, но эта чертовка не выдержала восьмой души и вырубилась, а в тебе только две. Так что, теперь...— Чара повернулась и в стекле, вместо своего отражения, увидела девушку с шоколадного цвета волосами, которые ближе к концам имели розовый оттенок. — ... мы - одно целое. — Ха, и ты правда думаешь, что сможешь меня контролировать? Да у тебя кишка тонка, чтобы снова это провернуть! Что тебе нужно?! — Ты прекрасно знаешь... Мне нужен перезапуск... — Нет! Я выкинула эту идею из головы еще тогда, когда мы с Фриск прошлись по геноциду. И это была твоя вина! Если бы, ты не пристала ко мне во время моего падения туда, ничего бы не было! — начинала кричать решимость. — Я? Хм... ты же сама говорила своей тупой сестрёнке, что убила меня. Это ТЫ не сказала ей о том таймлайне. Это ТЫ стёрла им память. Даже этой улыбающейся мусорке с его полудохлому отцу! Ну давай... тебе же нравилось убивать их снова и снова. СНОВА И СНОВА! — эхом отзывался в голове Чары голос обладательницы розовой души. — Нет! Отстань, Бетти! Я не сделаю это! И Фриск тоже не будет тебя слушать! — Если ты этого не сделаешь - твоей дорогой сестрёнке не поздоровится. И даже этот мешок костей ей не поможет! — Я удержу тебя, Бетти. Я буду держать тебя здесь, в моей душе. И ты НИЧЕГО с этим не поделаешь! — усмехнулась Чара. — Моё терпение не вечно, Чара. Если не я, то ты покончишь с Фриск. — Посмотрим, Бетти. Посмотрим... — Не сомневайся, во мне, Голдфлавей. Я всегда добивалась своего! — Голос стих. Отражение Чары вернулось. Девушка выдохнула и вернулась в палату, где мирно посапывала парочка.