Страшные сказки

Разбойника Хайнца поймали, когда он зарезал мельничиху. Она ехала с ярмарки одна на возке через лес. Злодей перерезал ей горло, забрал кошелек, но на свою беду позарился и на дорогую бархатную юбку. Пока он стягивал ее с трупа, его и заметили. Сельчане были так злы, что не стали вести его на главную площадь на виселицу, а постановили утопить в старом колодце возле мельницы, куда так и не доехала бедная убитая им женщина. Хайнц был хоть и негодяем, а все же очень красивым парнем. Лет ему было чуть больше двадцати, он был рослый, мускулистый, с длинными черными волосами, и смерть он хотел принять так, чтобы всем стало завидно. Стоял спокойно, не вырывался, пока его раздевали и привязывали к ногам камень. Когда стали спускать на веревках в колодец, не сказал ни слова. Он до последнего надеялся, что удастся незаметно улизнуть. Что колодец окажется мелким, и он вынырнет, потом выберется из веревок и спасется, но все оказалось не так. Колодец был глубоким, причем таким глубоким, что когда над головой Хайнца сомкнулась тяжелая стоячая вода, до дна еще было далеко. Он повис на веревках в воде. Камень тянул его вниз, но веревки не давали коснуться дна. Сверху проникало совсем мало света, но Хайнц ощущал, что здесь, на глубине стенки колодца словно бы раздвинулись. И еще он чувствовал, что он не один. Вокруг плавали едва различимые фигуры. Они отдаленно напоминали людей и одновременно лягушек — с приплюснутыми головами, крупными ластами на всех четырех конечностях, а еще внизу живота у каждого из этих существ торчал толстый короткий фаллос. Хайнцу стало не хватать воздуха. Он задергался в веревках, всеми силами стараясь не вдохнуть воду, пока существа кружили вокруг него, трогали его, щупали, терлись. Наконец Хайнц не выдержал, глотку и бронхи обожгло водой, вода душила его. Молодой разбойник подумал, что настала его последняя минута. В этот момент одно из существ пристроилось к нему сзади и стало проталкивать свой покрытый слизью прохладный член ему между ягодиц, и Хайнц с удивлением почувствовал, что больше не задыхается. Холодная пульсирующая, почти не упругая ткань внутри него дала ему возможность дышать водой так же, как воздухом. Мужчина вдохнул, выдохнул. Его грудь свободно двигалась, он чувствовал, как вода втекает в легкие и выходит через ноздри, но не душит. Хайнц беззвучно расхохотался, он был счастлив. Водяное существо, которое трахало его, придерживая холодными лапами за бедра, не причиняло особенной боли, да и за удовольствие оставаться живым можно было потерпеть. Соитие продолжалось пять, десять минут; наконец, Хайнц почувствовал, что толчки у него в анусе становятся реже и глубже, пока он не почувствовал внутри обильное прохладное семяизвержения существа. Кончив, оно вынуло из Хайнца, и мужчина с ужасом осознал, что снова задыхается. Теперь у него огнем горела вся грудь, все полные воды легкие, в голове застучало. Он понял, что через несколько секунд провалится в небытие. Он по-прежнему был связан по рукам и ногам, поэтому дернутся навстречу ближайшему водяному существу, подобному тому, которое уже трахало его, и обхватил его член губами. Сразу отпустило, снова стало можно дышать. Существу происходящее тоже понравилось. Оно погрузило свой орган глубоко Хайнцу в глотку, село ему на плечи, верхними лапами обхватило его голову и принялось наяривать ему в рот что было сил. Зад Хайнца тоже недолго оставался не занятым. Подплыло еще одно водяное существо и вложило свой член в почти не прикрывшуюся дырку. Хайнц был весь наполнен дрожащими, холодными, неплотными отростками, которые пульсировали и двигались в нем, и это шевеление привлекало новых и новых водяных. Они облепили мужчину с ног до головы. Одни ждали очереди, другие, не желая ждать, совали ему свои елдачки между плотно сдвинутых бедер и голеней, пихались в рот по двое, и то один, то другой заливали ему своими молоками то горло, то нутро. Спустя три часа сельчане решили вытащить труп из колодца и прикопать поодаль. Дело пошло тяжело. Веревки отчаянно натянулись, как будто на том конце был привязан мельничный жернов. - Вот это он разбух! - смеялись сельчане, но когда они вытащили тело Хайнца на свет, им стало не смешно. Живот Хайнца раздуло так, что пупок вылез наружу, как у беременной женщины. Изо рта, носа и из зада вытекала вода вместе с зеленой слизью. Дыра между ног стала такой широкой, что свободно пропускала кулак. Но самое страшное — мужчина все еще был в агонии. Его мышцы на животе и груди рефлекторно сокращались, пытаясь вытолкнуть воду и слизь, которые заполнили легкие доверху. Он дергался, выгибался, и смотрел на притихших сельчан полными ужаса глазами. Один поддался порыву помочь ему, надавить на грудь, выгнать воду, но его остановили — мало ли, лучше не трогать. Хайнц подергался на земле с минуту и вытянулся. Его решили на всякий случай не развязывать и оставить у него на ногах камень. Вырыли яму прямо подле него и скатили туда тело. А старый колодец закрыли досками и навалили сверху камней. Потому как черт его знает, что там.